Чешуёй загар

Оксана Сидя в кресле второго пилота, девушка любовалась своим супругом. Яркая чешуя, широкие плечи, мощные руки. Тот деловито порыкивал в коммуникатор — переговаривался с базой и патрулём. Такой мудрый, надёжный, как скала, и такой ранимый… Эту его сторону Оксана осознала вчера. На Земле она не особо обращала внимания на гендерную политику, своих проблем хватало. Мысли о прошлом причиняли боль, там остались дети. "Надеюсь они выросли достойными людьми. Хоть бы их забрал брат, родителям уже не позволили бы их усыновить." Она приняла особенности чужого семейного уклада, с удивлением и стыдом осознав, что ей хочется посмотреть, на Шорма с другим харгом. И не собиралась отвергать супруга, ну подумаешь — непривычная модель семьи… А тот уже успел себе надумать… От осознания его зависимости и уязвимости защемило сердце. Поняла, что хочет беречь в ласковых объятиях свою громадину. Воспоминание о вчерашнем разговоре обожгло смущением: — Думал, потерял твоё расположение, не захочешь таких отношений, — винился Шорм. — Наверно для тебя это большой шок. Вас людей поровну рождается. — Ну вообще-то, у нас есть мужчины, что друг друга любят, и женщины с женщинами тоже живут и семьи создают. Харг помолчал, переваривая информацию, потом спросил: — А ваши мужчины как сексом занимаются, если нет преддверия? — Да прямо так и занимаются, анально. — Так больно же… — Ну сначала больно, потом приятно, — просвятила Оксана. — А ты откуда знаешь? Вот тут то девушка и залилась краской, она точно знала, как такой секс приятен… Пролепетав что-то про нервы в промежности, про простату, она неловко попыталась закруглить разговор, но Шорм уже ухватил главное. — Скажи, а тебе нравится так? Кивнула признавшись. Вот почему ей так стыдно каждый раз, когда речь заходит о её удовольствии? Раньше такого не было, Оксана была смелой на эксперименты. А потому что не любила, было всё равно, кто и что подумает. Теперь же хотелось быть хорошей, правильной для супруга. "Но ведь он принял меня другую, совсем чужую, неужели он осудит за такое?" И поняла: нет, не осудит никогда, примет и поддержит. Когда дела были закончены, и Шорм откинулся в кресле, Оксана обняла его сзади, опершись подбородком на его плечо. — Дом уже укомплектовали, через месяц его соберут на месте полностью, и он будет нас ждать. Ты готова будешь к тому времени спуститься на планету? — поинтересовался он у девушки. Та задумалась: ей было так хорошо вдвоём со своим ящером, и так не хотелось нарушать это хрупкое равновесие, она была не готова уделять внимание новым событиям и новым персонажам. Девушка пересела на колени супруга. — А как долго мы сможем летать, не приземляясь? — Около стандартного года, или до твоей беременности. Наши ришту несут почти сразу, Кракс нужно до полугода, чтобы настроилась физиология. Как произойдёт это у тебя, не известно… — Давай летать так долго, как только сможем. Провела пальчиками по лицу, приникла ко рту в поцелуе. Губы у харга почти не двигались, зато язык выплясывал страстную румбу только так. Девушка сама не заметила, как осталась без одежды. Шорм шипел нежности, Оксана уже не вслушивалась в переводчик, ей было достаточно звуков. Он перевернул её спиной к себе и поднял за бёдра к своей голове, одна нога расположилась на его плече, другая опущена. Девушка оказалась лицом вниз на супруге, а он получил удобный доступ к самому сокровенному, чем и воспользовался. То, что сегодня харг собирается уделить внимание именно попке, поняла не сразу, тот обычно проходился везде, дорываясь до сладкого. Но сегодня язык кружил очень уж прицельно, и оправдав ожидания нырнул в колечко мышц. Оксана повисла тряпочкой. Ласки этого места имели над ней странную власть, если в другое время она могла чего-то не захотеть, от чего-то отказаться, то стоило начать ласкать именно там, как с Оксаной можно было делать что угодно, настолько девушка становилась покорной. Вот и сейчас, она не могла и слова сказать, только надеялась, что Шорм не причинит ей боли. Супруг не подвёл, смазав свои пальцы смазкой с члена, он стал проталкивать один в сжимающуюся дырочку. Оксана только поскуливала от наслаждения. К первому, присоединился второй, и эти два вторженца, растянув стеночки, принялись скользить вперёд и назад, очень скоро доведя девушку до сладкого финала. — Пойдём в каюту, там удобнее… И Шорм, взяв на руки расслабленное безвольное тельце, прошествовал по коридору. Шорм Сгрузив свою драгоценную ношу на кровать, риш залюбовался ею. Раскраснелась, а пахнет как! Ему нравилась отзывчивость Оксаны, было видно, что ласка ей понравилась, жаль дырочка маловата для его члена… Но не страшно, риш насладится своей ненаглядной в привычном месте. Сегодня его ришту была особенно чувственна, она успела кончить пару раз и запросила отдых, лежала сверху распластавшись и нежась. Вдруг подняла голову: — Шорм, а тебе же тоже будет приятно, если я тебя буду ласкать там, внутри? — Да, счастье моё, очень приятно, — от мысли о такой ласке задрожал хвост. Исследовательница тотчас встрепенулась. — Тогда пусти меня. Она с удобством устроилась между ног, полулежа на одном бедре Шорма. Огладила рукой стоящий член, склонилась и начала ласкать, как только она умела. Рот у Харгов не приспособлен к сосанию, так только его ришту делает, это просто с ума сводит. Риш уже и забыл в мареве наслаждения, что собиралась сделать Оксана, как неожиданно почувствовал прикосновение её пальчиков к его входу. Смазанные его же смазкой, благо её всегда достаточно, они настойчиво проникали внутрь, вызывая дрожь уже по всему телу. Из-за разницы габаритов в харга легко вошла вся рука маленькой ришту. Оксана нащупала уплотнение на передней стенке, сжала кулак и начала скользить, проходясь костяшками пальцев по чувствительной зоне, при этом не вынимая изо рта член и поглаживая его второй рукой. Шорм почувствовал, что теряет контроль, хвост давно метался по кровати, пальцы драли покрытие. Крышесносных ощущений было слишком много, как сквозь вату донёсся собственный свист… Оглушающий оргазм… Рядом откашливается Оксана. — Ого! Ты меня чуть не утопил, — смеётся ришту. А ему стыдно, очень стыдно. Свистеть, как дикий хыр… Закрыл лицо руками, как в глаз-то теперь смотреть… — Что случилось? Я больно сделала? Не молчи, Шорм!!! — переполошилась драгоценная. — Нет, не сделала… Я… Мне стыдно… — Почему? — Ты же слышала, я свистел… Простишь ли ты меня за такое? — Какое такое? Да что не так-то? — недоумевала Оксана, — что за заморочки со свистом? — Это недостойно. Свистят только хыры, и маленькие дети, когда волнуются. Прости, я не сдержался… Ришту вдруг засмеялась и захлопала в ладошки. — А мне понравилось! Это же означает, что тебе было хорошо?! Я хочу, чтобы ты свистел для меня. И любимая придвинулась целовать своего дикого хыра. А он содрогнулся от мысли, что вдруг мог не найти свою невозможную ришту. Оксана После секса разыгрался аппетит, как раз прибыл контейнер с фруктами. Они уже продегустировали все овощи и мясо. С мясом получился казус. Шорм принялся просвещать Оксану, что это были за животные, где водятся, но некоторые были настолько странными и мерзкими на вид, что девушка предпочла не знать, что она ест. Лишь бы было вкусно. Фрукты они решили пробовать по два — три за раз, не больше. Сегодня было мохнатое яблоко и фиолетовая хурма, как обозвала их про себя Оксана. Яблочко было твёрдым и сладко-солёным по вкусу, напоминая не то редьку, не то виноград. Второй фрукт мягкий, как очень спелая хурма, он был терпким, кисловатым и с обжегшим язык привкусом алкоголя. "Ммм, какая штука прикольная! И выпил, и закусил!" Оксана захихикала. Фрукт, кажется, содержал ещё что-то — девушку развезло как с бутылки коньяка. Настроение стало игривое, пьяное — пьяное. Шорм вдруг подхватил Оксану на руки и понёс в медотсек. Погрузив, пытающуюся объяснить, что с ней всё хорошо, девушку в медкапсулу, включил диагностику. Увидев результат, зарычал в досаде. Переводчик, который Оксана таскала постоянно на шее, перевёл: — Что?! Отравление? Чем? Это же съедобный продукт!!! Этиловый спирт? Да как так-то? Конечно включить дезинтоксикацию! Девушку вырубило в сон. Шорм Харг ждал окончания сеанса и недоумевал: "Как так получилось, что ришту отравилась проверенными, специально подобранными плодами. Хорошо, сразу заметил по её движениям и речи, что что-то не так… А если бы было поздно… А может у неё какая-то реакция, всё же она из далёкого прошлого. Везде для неё опасности…" Когда Оксана очнулась, то принялась доказывать, что никакой опасности нет, это всего лишь алкогольное опьянение. — Я не понимаю, зачем себя травить добровольно? — хотел понять шокированный харг. — Ну это состояние расслабляет, веселит, — девушка была к алкоголю равнодушна, просто сейчас ей нравилось подтрунивать над супругом. — Да какое веселье в этом люди находят? Это же вред! Рано или поздно скажется на здоровье! Я не буду тебя этим больше кормить! — Эй! А если я захочу расслабиться? — Если у тебя будет высокий уровень стресса, я запихну тебя в медкапсулу! — горячился Шорм, не понимая, что Оксана просто дразнит его. — То есть никакого алкоголя, сигарет и тяжёлых наркотиков? — Нет!!! Ничего, что причинит вред твоему здоровью, я не допущу! — Ого, как серьёзно вы настроены, молодой человек! — с этими словами девушка обняла любимого и поцеловала, сразу расслабляя харга. — Не больно-то и хотелось на самом деле. Раздавшийся сигнал о запросе связи оторвал от приятного занятия. В рубке Шорм включил экран, на нём отобразился представительный харг, переливающийся зелёными оттенками. — Здравствуйте Шорм Оссана, моё имя Хараши Кашира, я секретарь Межрасового Консульства, отделение контакта с Людьми. На вашем борту присутствует землянка. Федерация требует её выдачи, как особо ценного гражданина.