Весь год они заваривали один чай

Серёжа медленно открыл глаза, замечая белый потолок своей комнаты. Голова болела и до жути хотелось пить. Он повернулся к столу, на котором всегда стояла бутылка газировки или воды, но не нашёл в себе силы встать. В голове крутились мысли о…вчерашнем? Трудно сказать, сколько дней прошло с тех пор, как Серёга отключился. Он знал, что если найдёт телефон, то сможет позвонить Антону и спросить о случившемся, но тот как сквозь землю провалился. Попытка подняться тоже не увенчалась успехом, и он с поражением опустил голову на подушку, закрывая глаза и постепенно погружаясь в сон. Из транса Серёжу вывел скрип двери, заставив вздрогнуть и едва привстать. — Лежи, — спокойно приказал знакомый голос, проходя глубже в комнату. Это был Максим, одетый в чёрный свитер с джинсами. В одной руке парень держал тарелку с чем-то горячим, судя по пару, а в другой пачку таблеток. Пододвинув стул ближе к кровати и поставив на него посуду, тот уселся на рабочее кресло рядом, деловито скрещивая руки и широко расставляя ноги. Серёга не понимал, каким образом парень оказался здесь и законно ли пробрался сюда? Он посмотрел на содержимое тарелки. Суп. А после на гостя. Какого чёрта? — Предугадываю твой вопрос, — Макс фальшиво задумался, — почему я здесь? Не волнуйся, твоя мама разрешила, — услышав, что близкие в курсе, Серёга немного успокоился. Максим поднялся с места и начал вырисовывать круги по небольшой комнате. От цикличных передвижений у Серёги закружилась голова. Он вопросительно уставился на друга, не зная, как задать вопрос о случившемся, ибо ноющая боль в затылке отвлекала, мешала думать. — Ты упал в обморок и заболел, — констатировал факт парень, взмахнув рукой. Видимо, у него на лице всё написано, раз Макс начал объяснять без просьб, — начался жар и всё такое, температура скаканула до тридцати девяти. Судя по твоим ошарашенным глазам, ты не помнишь, как я приходил к тебе сегодня утром и вчера. Серёжа задумался, пытаясь вспомнить, но тщетно. Последние момент, ярко отпечатавшиеся в разуме, были связаны с Силинкой. Дальше, как в тумане. — Твоя мама сказала, что никак не может вырваться с работы, а Антону не разрешили прогулять лишнюю неделю в школе, потому что он и так часто болел, — Максим взял градусник с подоконника, стряхивая его. — У тебя не оказалось больше друзей, а присматривать за принцессой надо. Врачи хотели в больницу положить, но я отговорил. И ему поверили? Серьёзно? Все решили, что они друзья, а Антон промолчал? Парень попробовал покрутить прибор, чтобы увидеть значения, но слишком торопился. В конце концов, он просто раздражённо протянул градусник Серёге. — Я уже это в третий раз рассказываю, но ты забываешь — как-то неоднозначно выдохнул Макс, отворачиваясь. — Поешь потом. — С-спасибо, — сипло ответил Серёжа. Он не узнал собственный голос и попытался прокашляться, но из груди вышел тяжёлый хрип. С каждым глубоким вдохом дыхание превращалось в рёв мотора, что, безусловно, вызвало замешательство. — Не пытайся даже, блювота только на третий день начнёт сходить, — Максим указал на таблетки и достал маленький листок с неразборчивым подчерком из кармана. — Пей по одной утром и вечером, — зачитал парень, — наверное… — Мокрота, — тихо поправил Серёжа, — сейчас какой день? Слова выходили с трудом, на грудь словно опустился камень, мешающий нормально дышать. Он заметил, что был одет в белую футболку с синими домашними шортами, и просто надеялся, что его переодел не Макс. — Второй. Первый ты успешно проспал, спящая красавица, — улыбнулся приятель. Просто прекрасно. Девятый класс, а ему необходимо было торчать дома неделю. Он устало облокотился на стену, а после почувствовал, как промялся край кровати. Максим сел рядом, с интересом оглядывая его состояние. Если раньше взгляд янтарных блуждающих глаз по телу пугал, то сейчас он не вызывал ничего, кроме ожидания и лёгкого недоумения. — Ладно, мы хоть выиграли? — устало спросил он в итоге, поправляя волосы. Максим не сразу ответил, уставившись на выступающие из-под футболки ключицы. — Ну-у, — протянул парень, переводя взгляд, — «Воронов» дисквалифицировали, а так как следующими пришли мы, то победа досталась нам. Не сразу, конечно, нас тоже хотели вывести, потому что я избил человека, — Серёжа возмущённо открыл рот, чтобы что-то сказать, но был перебит. — Тем не менее, когда остальные увидели, что ты помираешь, то сочли мои действия вполне обоснованными. Парень гордо размял плечи, будучи уверенным, что привёл команду к первому месту. Серёжа лишь тяжко выдохнул закашлявшись. — Гений, вообще-то идею прыгать ты предложил, — заметил он. — Мы могли сойти с дистанции и также доказать нарушение со стороны «Воронов», получив первое место. Максим помрачнел. Он только понял, что находился в очень уязвимом положении, здесь, лёжа на кровати, полностью больной. Если Максим захочет ему вмазать, то Серёжа вряд ли этому как-то помешает, максимум высморкается в чёрный свитер, надеясь, что тот умрёт от отвращения. — Серёга, там подкупной судья и организатор был. Их сучья школа хотела всеми силами победить, — парень от злости сжал руки в кулаки. — Если б тебя дохлым не притащили, хуй бы мы выиграли. Он ощущал, как изменилась обстановка в комнате. Видел, как исказилось лицо друга в гневе. За него переживали, и это…было чем-то новым. Смущающим. Серёжа выпрямился. Несмотря на вспыльчивый характер Максима, тот, кажется, искренне заботился о нём, а он…поступал неоднозначно: у него были права обижаться за ножевое ранение и манипуляцию, но вместе с тем Максим ведь спас его целых два раза. Пускай все ситуации и произошли по вине новенького. Он аккуратно охватил чужую ладонь, привлекая внимание. Взгляд зацепился за белоснежные пальцы, и Серёже стало интересно — почему Макс такой бледный? Неестественно белый, словно альбинос. От чего-то сердце начало биться быстрее. — Всё нормально, — Серёга смог слегла улыбнуться кончиками губ, опуская глаза на переплетающиеся руки, — главное, что живой… Парень напротив задумался, но молчание не казалось неуместным. Чужие руки обхватили его щёки, заставляя посмотреть в блеск янтарных глаз. — Я тебе обещаю, если с тобой что-то случится, я лично перережу этому человеку горло, — угрожающим шёпотом произнёс Максим. Это была не шутка. Чёрные глаза удивлённо захлопали. — С чего бы тебе так волноваться? — попытался отмахнуться Серёга, возвращая разговор в прежнее русло. Ему не нравилась тема, к которой они упорно шли. Он позволил бледным пальцам спустится ниже и очертить ровный контур своих губ, а после перехватить заживающую ладонь и поцеловать её тыльную часть. — Ты мне нравишься, — очень просто ответил Максим, — такой милый и красивый. Сердце пропустило лишний удар. В каком смысле «нравишься»? Настолько эти слова были…неожиданными, что он задумался, а кто именно нравился? Но момент адекватности Максима был прерван громкими сюсюканьями. Серёжу молниеносно повалили на матрас и ощупали за все места, до которых можно было дотянуться и смять, не дав как следует задуматься над сказанными словами. — А-а, я ща блювану прям здесь, если ты продолжишь меня трясти, — возмутился он, крепко впиваясь в чужие запястья, и давление пропало. — Привыкай, через две недели будешь также кружится на балу, — Макс хмыкнул и резко встал с кровати, начав танцевать по комнате с невидимым партнёром и оставив Серёгу с множеством вопросов. Движения приятеля были такими плавными и грациозными, что он опешил, не ожидая такого поворота событий. Всё происходило так быстро. Но когда парень напротив споткнулся и грохнулся в пол, он откровенно заржал, ловя на себе разозлённый взгляд. Серёга заметил, что под грудой одежды в той части комнаты, где упал друг, скрывалась какая-то статуэтка, которой раньше не было. — Стой-стой, а это что? — спросил Сергей, садясь и указывая на предмет. Макс, потирая ушибленное место, обернулся. Он медленно поднял награду и подошёл обратно к кровати, присев на неё. — А, это… — начал объяснение парень, — пх, твоя награда, дорогой, — Серёга лишь глупо похлопал глазами. — Выдавалась на команду, мы с Антоном решили отдать её именно тебе. Правда, уже после того, как ты выздоровеешь… Серёга перехватил кубок. Он выглядел сделанным из золота, с гравировкой «Самым смелым и решительным…первое место». На душе потеплело от осознания, что друзья выбрали его, хотя Макс вполне мог забрать всё себе. Наверное, он посмотрел чересчур благодарно в янтарные глаза, раз те мгновенно отвелись. Парень небрежно поправил красные волосы. — Диплом ещё печатают, в портфель положишь. — В портфолио, — поправил Серёжа. — Да какая разница? — вздрогнул Макс и тут же чуть не сшиб тарелку около кровати, — чё у тебя всё такое маленькое здесь… — раздражённо прошипел парень. Серёжа искренне засмеялся, забирая посуду в свои руки. Он, конечно, хотел разбить пресловутую фирменную тарелку маминой компании, но подставлять друга не хотелось. — Действительно, — согласился Серёга, огибая взглядом комнату и выискивая что-нибудь интересное. В конце концов, он признал, что лучше Макса никто не придумает развлечение. — Та-а-а-к, а чем мы займёмся, раз у нас дофига свободного времени? Он слегка улыбнулся, замечая, как приятель восторженно подскочил, тут же ударяясь об полку, а после убежал куда-то в коридор. Максим покинул квартиру лишь под вечер. Всё это время они потратили сначала на настольные игры, пока парень в порыве ярости чуть не выкинул доску в мусорку. «Сука, блять! Я дом проебал! Бля! Чё единица выпасть не могла нахуй?!», — зло кричал тот, раскидывая бумажные деньги, пока по батарее снизу не постучались. «Да я вам ща постучу, мрази!». Пришлось спешно предложить другую игру. Он отказал Максу в дураке на раздевание, а тот не согласился попробовать рисовать. В итоге два парня сошлись на компьютерных играх, где Серёжа чувствовал себя профессионалом…до тех пор, пока Макс не взялся за джойстик. Он пытался победить, судорожно нажимая все кнопки и проделывая нереальные комбинации, но приятель был быстрее в два раза. Казалось, тот даже не напрягался: ни одна скула не дрогнула! На экране высветилось «Вы проиграли», напечатанное красными буквами, а накаченный мужской персонаж упал замертво. Серёжа запустил пальцы в светлые волосы и опустил голову, с трудом мирясь с первым поражением, а Макс саркастично отметил, что уделал его за пару минут. Да ну эти игры! Только зрению вредят… Стоя на пороге квартиры, Максим обещал каждый день навещать его. Серёга бы отказался раньше, но проводить неделю в одиночестве не хотелось. Парень приходил, заботился насколько позволяла его чрезмерная импульсивность, пока Серёжа не стал чувствовать себя лучше. И пускай последние дни он сам мог встать и что-нибудь приготовить, Максим настаивал на постельном режиме, перехватывая инициативу. Он прекрасно видел, что друг не особо желал уходить, продолжая разговаривать обо всём, занимать свободное время, однако возражать не стал. Он понимал, что у него появилась ещё одна проблема — выбрать даму на школьный бал, который пройдет через неделю. Но как бы он не старался представить себя рядом с одноклассницами, на ум приходил лишь Максим, крепко держащий его за талию и кружащий в нежном танце. Он постарался избавиться от этих мыслей, но каждый раз терпел поражение. Серёжа понял, что окончательно влип, когда проснулся ночью со сбитым дыханием и в холодном поту. В голове повторялась только одна фраза «ты мне нравишься»…