Тень

      Вроде бы обычный день для Сунь Укуна: он поедал очередные персики, сидя на вершине горы и смотря на восход Солнца.       Рыжая обезьяна привыкла вставать рано. Он бессмертен и несильно нуждается во сне, а также может спокойно бодрствовать несколько суток без усталости.       Но все-таки ему это требуется, и все же он скоро собирался ложиться спать. Эта неделя вышла тяжелой для него, а МК требует все больше заданий и тренировок.       «Этому мальчишке не сидится на месте!» — думал Сунь Укун.       Было тихо, но что-то было не так… Чувство, как будто он… Не один?..       Это чувство не оставляло в покое Царя Обезьян, и он, сдавшись, все-таки решил осмотреться.       Осматриваясь по сторонам, он никого не заметил. Решил обернуться — снова никого. Но что-то же было не так… Смотря все также назад, Сунь Укун что-то заметил, это… Тень! Она как будто была не его… Силуэты были разные, будто… Она глючила?..       Они то менялись, то пропадали, то снова появлялись и изредка появлялась тень самой рыжей обезьяны.       Вот МК, вот Мэй, Пигси, Тэнг. Тень остановилась на одном силуэте, подергиваясь время от времени (то появлялись, то исчезали части тела)… Его было сложно обозначить одним человеком или… Демоном? Через секунд пять глюки остановились, как будто что-то пыталось остановиться и сосредоточиться на одном, но получалось плохо… Обезьяне было одновремено интересно, на чем остановиться силуэт, но и жутко от того, что с тенью что-то происходит…       И вот, наконец, тень остановилась на одном. Слегка подергиваясь, будто бы было сложно вспомнить свою оболочку, но разобрать можно было, это… — Макак?! — вскрикнул Сунь Укун.       Тень на это отреагировала, будто слышала его и все, что происходит вокруг. Хороший слух был у Макака с рождения (все-таки у него целых шесть ушей), даже если рыжая обезьяна сказала бы это шепотом, он все равно отреагировал бы.       Тень, закрыв уши руками от резкого и громкого звука, открыла один ярко-фиолетовый глаз и посмотрел на Царя. Его глаза полностью раскрылись и расширились, как только он понял, что происходит и перед кем он стоит. Рыжик так же смотрел на Шестиухого с расширенными глазами, не понимая, что вообще происходит. Через секунд десять Макак вышел из шока и, убрав руки от ушей, посмотрел на них, выставив перед собой, а потом и все тело. Сообразив, что он не выглядит как раньше, глаза еще больше расширились и взглянули на Укуна, который все также был в шоке, но тут же его вывели из этого состояния. — Что за хрень?! — прокричал Макак настолько громко, что маленькие обезьяны попрятались внизу, разбежались в разные стороны не понимая, что это был за шум.       Сунь Укун, встав с земли, попытался подойти к тени, на что за… Отпрыгнула?       Он даже не поддавался законами физики. Смотрит тень на Укуна с ужасом и непониманием... Что это с ним? — Как это произошло?.. — спросил Рыжик у Макака.       Он знал, что если все-таки потерять ВСЕ силы (даже на дыхание), то они перерождаются в ребенка. Но чтобы превращаться в теней врагов… Этого он не слышал… Не услышав ответ, Укун слегка прикрыл глаза в более спокойное состояние.       Макак, кажется, уже принял свое новое состояние, но так и не понимал, что с ним происходит. Он посмотрел на Рыжего с недопониманием и мелким страхом.       Царь повторил вопрос: — Что с тобой стряслось? И как ты тут оказался?!       Макак, как будто задыхаясь, ответил. — Я… Я не должен тебе отвечать на вопросы. Да и с чего ты решил, что это было по моему желанию: стать снова твоей тенью?!       Сунь Укун уже с раздражением смотрел на своего старого друга. — Я не хочу, чтобы мой враг стал моей тенью. Я хочу вытащить тебя из этого состояния! Поэтому отвечай на мои вопросы!       Темная обезьяна немного прищурила глаза от крика рыжего, но подумала, что все-таки он может чем-то помочь, поэтому начала отвечать на вопросы с раздражением. — Аргх… Я только помню, что я видел какого-то парня в фиолетово-желтой одежде с рыжими волосами и… — замолчав на этом, через несколько секунд продолжил: — Как он убил меня… Наверное, из-за этого я сейчас в этом состоянии…       На миллисекунду на его лице появилась грусть, а над глазами — черная полоска, указывающая вверх, но тут же она опустилась вниз, оскалив зубы. Злость появилась на лице Макака. Ему не нравилось, что какой-то мальчуган так просто убил его.       Смотря на все это, Укуну стало смешно. Он пытался скрыть смех, но ухмылка все равно появилась. Увидев, это Слива больше разозлилась, оскал стал шире, а глаза (да-да в тени у него нет бровей) больше нахмурились.       Укун, увидев это, убрал ухмылку с лица. — Так, что мы будем делать? — спросил Персик, вставив тень в ступор.       Лицо стало задумчивым и злость мгновенно ушла. Подумав ещё секунд пятнадцать, Макак добавил: — Может, поищем в каких-нибудь книгах, как можно воскресить демона? Я как-то же воскрешался.