Длинные тени

Сперва Пит не был уверен, почему Вегас так зациклился на идее, что у них должно быть свидание. Они проводили все свободное время исключительно друг с другом или с Макао. Точнее, то немногое время, что оставалось, когда Вегас не пытался собрать воедино те рассыпанные в мелкую крошку куски отцовской империи, которые Корн позволил сохранить. Они поучаствовали в трех перестрелках с тех пор, как Вегас покинул больницу и был вынужден защищать оставшийся при нем статус. Как его личный телохранитель, Пит не только присутствовал при этом, но и стоял за плечом в течение каждой деловой встречи, так что вряд ли можно было сказать, будто они не получили захватывающий опыт на двоих. И не то, чтобы Пит не хотел сходить на свидание. Просто в текущий момент казалось, что втиснуть целый свободный вечер в расписание будет слишком большой проблемой для Вегаса. В конце концов, Пит сказал об этом Вегасу, но тот покачал головой. — Все парни, с которыми я притворялся, что встречаюсь, и на которых мне было плевать, или те, которые нужны были лишь для постели, — всех я водил в шикарные рестораны, покупал им драгоценности и трахал их в пентхаусах. — Вегас поднял брови. — А ты получил от меня лапшу быстрого приготовления, шрамы и три недели в больничном кресле. — Ты же знаешь: я с тобой не ради всех этих материальных вещей, — ответил Пит с улыбкой. «И я совсем не возражаю против шрамов», — добавил он про себя. — Это не означает, что у тебя не должно их быть. И когда первоначальный головокружительный темп замедлился, Вегас исполнил обещание. Он надел на Пита новый серый костюм с зеленой шелковой рубашкой под ним, а на шею повесил черное ожерелье, которое село немного туго. Они взяли Дукати, выпили коктейли на усыпанной цветами терассе с видом на парк Люмпини в закате. После завершения прогулки вдоль дороги у огороженного парка, где вокруг них зажглись сотни разноцветных огней, Вегас планировал отвести Пита на концерт в приватный ресторан с живой музыкой. — Звучит словно это голливудский фильм тридцатых годов, — сказал Пит. — Хочешь себе роль гангстера эпохи сухого закона? — ухмыльнулся Вегас. Пит рассмеялся, придвигаясь ближе. Он волновался, что этот вечер будет напряженным для возлюбленного, так как Вегас настоял на том, чтобы приготовить все самостоятельно. Но можно было не сомневаться, что Вегасу доставляло удовольствие хвастаться Питом и баловать его, постоянно держа его за руку, стоило людям посмотреть на них, разодетых в дорогую и яркую одежду. Пита никогда не выставляли напоказ, не баловали, не надевали на него что-то достаточно интересное, что бы вызывало хотя бы мимолетный интерес у незнакомцев. Однако с Вегасом все это было весело. — Мы можем взять жареного мороженого? — спросил Пит, указывая на маленький магазинчик нижнего этажа в офисном здании через дорогу. Вывеска на нем была на английском, слова написаны курсивом. Пит не знал, что они значили, но вывеска манила небесно-голубым цветом, освещая стекло внизу. — Это не то, что я имел в виду, когда сказал, что ты можешь выбирать что угодно, — фыркнул Вегас. В начале вечера Вегас действительно пообещал купить Питу все, за что зацепится его глаз, но Пит пока не воспользовался этим шансом. — Ну… Держу пари, мороженое здесь куда дороже, чем в придорожном кафе, — игриво ответил Пит. — Ты не очень хорош в том, чтобы быть сладкой деткой, — сказал Вегас по-английски. — Мороженое — вот что сладко, — возразил Пит. Так как английский Пита едва ли можно было считать хотя бы ломаным, он редко использовал его в быту и никогда — перед Вегасом. Он надеялся рассмешить Вегаса, и ему это удалось, однако в глазах Вегаса промелькнуло что-то еще, как во взгляде кота перед мышиной норкой. — Не могу отказать такому тебе, — сказал он, на мгновение сжав щеки Пита. — Подожди, я принесу нам немного. Пит согласно кивнул. Он мог бы пойти с Вегасом, но знал, что Вегасу нравилось самому снабжать его едой. У него не было много времени после возвращения из больницы, чтобы готовить, но всякий раз, когда была возможность, он покупал что-то Питу, приносил и передавал, словно исполнял ритуал. И Питу, если честно, было немного проще в такие дни, а еда, побывав в руках Вегаса, казалась вкуснее. Засунув руки в карманы, Пит взглянул через металлическую ограду парка, прикидывая, хватит ли у них времени на быструю прогулку туда до закрытия. Вероятно, им следовало съесть мороженое и отправиться в ресторан, поскольку Пит не знал, можно ли будет явиться туда в разгар вечера. — Привет. Пит замер всего на мгновение, прежде чем повернул голову. Столкнуться с отцом в Бангкоке было для него не впервой. Город был большим, но они оба все равно оказывались во множестве клубов, казино и баров, хоть и по разным причинам. И им обоим нравилось смотреть на ночные огни. Если бы Пит хотел встретить отца намеренно, у него был номер, спрятанный глубоко в телефоне без указания имени. Пит никогда не звонил отцу, и тот делал то же самое. — Привет, — сказал Пит. Его отец выглядел по-прежнему: резкие черты лица, не смягчившиеся со временем, легкая щетина, джинсы и старая коричневая кожаная куртка. Глаза отца проскользили по Питу вверх и вниз, даря Питу осознание, что в новой одежде он не был очень похож на обычного себя. Ему нравилось быть таким рядом с Вегасом, однако сейчас, оставшись один, он старался не суетиться. — Выглядишь так, словно продвинулся на ступень выше, — заявил отец категорично. — Ты теперь часть мафии, а не только их лакей? — У меня… иная роль. Но я все еще телохранитель. Его отец издал пренебрежительный звук. — Этого следовало ожидать, — сказал он. Пит давно выучил, как не попадаться на его удочку. — Что насчет тебя? — Все как обычно, — отец уклонился от прямого ответа. Пит полагал, этот ответ означал, что отец все еще плавал между работой, выпивкой и тем, что отдаленно напоминало криминал. Он двигался в серой зоне, и она позволяла ему чувствовать себя праведным по сравнению с заблудшим сыном. — Верно, — сказал Пит. — Я не ожидал встретить тебя здесь. Если бы он ожидал, он бы держался подальше от этого места во время его первого свидания с Вегасом. — Я встречаюсь здесь с друзьями, мы пойдем смотреть боксерский поединок позже. В последнее время на ринге хороший урожай мужчин. Нужно иметь мужество, чтобы продержаться в этом деле. Пит понял, что отец станет делать ставки на все подряд, происходящее на ринге. Он так же понял, что его только что назвали слабаком, но отец оскорблял его слишком часто, чтобы это хоть как-то задевало. Временами ему хотелось, чтобы он мог испытывать такой же гнев, как Вегас, с сопровождающим его приливом энергии. Но пока что казалось, что он становился крошечным и замученным под взглядом своего отца. — Давно я не был на матче. Надеюсь, ты повеселишься, — ответил Пит безучастно. — Пит? Пит постарался не морщиться. Он надеялся избавиться от отца до того, как Вегас увидит его, но, вероятно, надеяться было опрометчиво. Вегас всегда следил за ним на публике. Пит не мог назвать причину: боялся ли Вегас, что он сбежит, опасался ли, что ему причинят боль, или ему просто нравилось смотреть. Вегас подошел с мороженым в руках, глазами изучая отца Пита. — Кто это? — спросил он Пита, протягивая ему чашку с жаренным мороженым, покрытым сверху малиной и идеальной пирамидкой взбитых сливок. Пит тихонько вздохнул и улыбнулся. — Мой отец, — произнес он. Он почувствовал, как положение Вегаса рядом с ним изменилось, и инстинктивно выставил ногу, блокируя Вегаса плечом от шага вперед. Свободная рука Вегаса ринулась вниз, намертво цепляясь за талию Пита. Осторожно глянув в сторону, Пит заметил, что взгляд Вегаса стал жестким и пугающе сфокусированным. В одно мгновение с его лица исчезли все эмоции, кроме кипящей ярости. — Понял. Я много слышал о вас, — произнес Вегас самым ядовито-дружелюбным тоном, какой Пит когда-либо слышал от него. Его отец не отреагировал. Пит знал мысли отца: тот факт, что Пит не принимал побои с улыбкой, превращал его в слабака. Но с точки зрения Пита, он не поступал неверно и не реагировал на намеки такого рода. Кроме того, он всегда был плох в оценке опасности. Когда Пит был младше, это доставляло им с отцом изрядное количество проблем. — Ты разве не с девушками встречался? — спросил отец Пита, игнорируя Вегаса. — Да, но… — Пит пожал плечами. — Случилось вот так. — Да, он выглядит именно так, — сказал отец, равнодушно посмотрев на открытую рубашку Вегаса с леопардовым принтом. Внезапно Пит почувствовал, что больше всего на свете ему необходимо защитить Вегаса от колкостей отца. Ему было безгранично плевать, что думал отец о нем самом: смеялся ли над его работой, над личностью, над сексуальной ориентацией, — но он не мог вынести и секунды, глядя на такое же общение отца с Вегасом. — Вегас, ты не мог бы сходить за байком? — Пит забрал у него баночку с мороженым. — Тогда нам не придется бежать за ним позже. Магазин едва ли был в сотне метров дальше по дороге, а Пит должен был закончить этот разговор. По выражению лица Вегаса Пит ясно мог прочитать, что тот думал об идее оставить их наедине с отцом, но Пит подарил ему самый умоляющий взгляд, и Вегас уступил. — Я сейчас вернусь, — сказал он, не сводя глаз с отца Пита. Оба некоторое время посмотрели, как Вегас уходит по дороге, и обратили взгляды друг на друга. Пит ощущал сквозь картонные стенки баночек, как мороженое таяло у него в руках из-за скользких от пота и слишком теплых ладоней. Обычно он проходил через встречи с отцом с легким болезненным спазмом внизу живота, который исчезал через несколько часов. Он давно отложил воспоминания, запер их и не позволял себе на них смотреть. Но теперь Пит был взбешен, зол и расстроен, потому что даже спустя все эти годы его отец каким-то образом выбрал сегодняшнюю ночь для появления, чтобы испортить нечто хорошее. Еще больше злость одолевала из-за того, что Пит, вероятно, покраснел, и он сжал челюсти в попытке улыбнуться. Самое худшее: отец ухмылялся. Ублюдок знал, что после тех десяти лет, когда Пит притворялся незаинтересованным на их встречах, он, наконец, снова добрался до него, победил его. — Так это твоя иная роль, а? — протянул отец после долгого молчания. — Да. Вегас — мой начальник, — ответил Пит кратко. — Впрочем, нам нужно идти. — Да уж, ты никогда не отличался сообразительностью. Трахаться с боссом — это, по всей видимости, все, на что ты способен для продвижения по карьерной лестнице. Полагаю, ты считаешь, что зарабатывать деньги, лежа на спине проще, чем бокс… Пит понятия не имел, как Вегас вернулся с байком так быстро, но слова отца закончились пораженным бульканьем, когда Вегас грубо отпихнул того с дороги и притянул Пита к себе за плечи. — Скажешь еще хоть одно слово, и я вырву тебе зубы один за одним, а после заставлю сожрать, — сказал Вегас, и даже отец Пита словно бы понял по льду в голосе, что это была не шутка. Либо он был слишком озадачен для должной реакции после того, как получил подобного рода угрозы в публичном месте. Вегас выглядел готовым осуществить свой замысел сию же минуту вне зависимости от того, произнесет ли отец Пита еще слово, но Пит подтолкнул его в бок плечом, направляя к байку. Он не хотел тратить вечер на подкуп полиции и выслеживание свидетелей. Уж точно не из-за отца, который этого не заслуживал. Вегас позволил отконвоировать себя, но все равно оглянулся на отца Пита еще раз. — Молись, чтобы не встретиться со мной, когда Пита не будет рядом, — произнес он. Они подошли к байку. Мороженое в руках Пита наполовину растаяло к этому времени, став похожим на комки вместо рулетов. В любом случае, аппетит пропал. Пит уставился на угощение, принесенное Вегасом; его затылок покалывало, а по венам бегали мурашки. — Прости, я больше не хочу есть, — сказал он Вегасу. Вегас молча забрал стаканчики из его рук и выбросил в мусорный бак. — Прости меня, — автоматически, но искренне повторил Пит. Он и правда просто хотел поесть с Вегасом мороженое, словно они были обычными людьми двадцати с чем-то лет на свидании. Быть с Вегасом сегодня было так приятно! Он должен был догадаться, что все не может быть так легко. Хватка Вегаса на его плечах ни капли не ослабла. — Поехали домой, — позвал он. — А как же концерт? — Ты хочешь туда пойти? — спросил Вегас. Пит выдавил улыбку. — Мы можем пойти. Вегас мгновение смотрел на него, а потом покачал головой. — Мы едем домой. Залезай на байк. Пит так и сделал, чувствуя себя смущенным, но благодарным. — Держись за меня, — сказал Вегас, словно это был первый раз Пита на байке. Пит знал, что Вегас произнес это не из-за тревоги по поводу опасного вождения.

-------------

Пит снял ботинки и пиджак перед тем, как сел на диван. — Извини, что испортил вечер, — сказал он. — Вечер испортил твой отец, — резко ответил Вегас, бросив пиджак на спинку кресла перед тем, как приземлиться на диван около Пита. — Да, но он всегда такой. Это не неожиданность. Я должен был справиться… Обычно у меня с ним не возникает проблем. — Пит нахмурил брови. — Мне не понравилось, как он обращался с тобой. Вообще. — Он потряс головой, как мокрый пес, запустил руки в волосы, потянул слишком сильно и уронил их обратно на колени. — Мне нужно было сказать что-нибудь. С ним всегда так… Я просто беру и пытаюсь убежать, как будто мне пять лет. Вегас сгреб его руки, и только тогда Пит осознал, что сжал их в кулаки, оставляя кровавые полумесяцы на внутренней стороне ладоней. Когда он разжал пальцы, Вегас взял его за затылок и притянул ближе к своей груди. Он выглядел обеспокоенным, и было так странно, что он, казалось, не замечал, как жалок был Пит, или ему было все равно. — Я всегда думал, что твой отец мертв, — признался Вегас. — Как ты сбежал? — Я не был в том же положении, что ты. Никакого семейного бизнеса, никто меня не разыскивал. Мой отец никогда не был частью чего-то большого. В шестнадцать я понял, что он ничего не сможет сделать, если я просто уйду; я резко подрос, был лучшим боксером. Так что я просто ушел. Оглядываясь назад, Пит часто хотел, чтобы история была более драматичной с финальным противостоянием, где он бы избил отца, отдавая ему долг. Но, вспоминая тот момент, он думал только о непреодолимом желании бежать без оглядки, уходить, пока ноги не откажут. Почти как сегодня. — Некоторое время я переезжал с места на место, подрабатывая вышибалой в подпольных клубах, а потом наткнулся на Арма. И он порекомендовал меня Кхуну Корну. — Твой отец должен больше бояться тебя. Он знает, что у тебя есть друзья, которые могут заставить его исчезнуть, верно? — прошипел Вегас. — Не думаю, что он верит, будто я понравлюсь кому-то настолько, что он впряжется за меня таким образом. Тем более он постоянно повторяет, как я глуп, но он и сам не блещет умом. Ты же видел, каким он был рядом с тобой, даже зная, что ты тоже из мафии, раз являешься моим боссом. Он любит называть меня преступником, — сказал Пит. — И если я глупый, то это из-за него. — Ты не такой. — Вегас поцарапал шею Пита, его ногти мягко поскребли кожу. — Хочешь, я его убью? — спросил он. Пит на миг задумался, прекрасно понимая, что Вегас не шутил. В его жизни были времена, когда он бы обнял колени Вегаса за такое предложение, но разочаровывающая реальность заключалась в том, что никакие деяния отца Пита не исчезли бы вместе с его смертью. — Нет. В данный момент это не стоит беспокойства. Я же не должен жить с ним и вижу его едва ли чаще раза в пару лет, — пробормотал он, устраиваясь удобней на коленях Вегаса. Отец был гражданским, а полиция всегда проверяла семью в первую очередь. Предпринимать что-то, чтобы это не превратилось в целый спектакль, было нереально. — Но спасибо тебе. — Я впервые убил в тринадцать. Тебе было четырнадцать, верно? — рука Вегаса блуждала по голове Пита. — Жаль, что мы не встретились раньше. Я мог бы убить твоего отца, и мы бы убежали вместе. Пит улыбнулся воображению, хотя это вряд ли было бы приятно — Вегас в качестве убийцы-ребенка и Пит, измученный к тому возрасту настолько, что не испугался бы, потому что видел вещи и похуже. Они были сломлены еще до того, как стали зрелыми людьми. — Нам пришлось бы украсть деньги из твоего дома. И Макао, — сказал Пит. — Очевидно, да. Мы могли бы сбежать на юг, может, в Хат Яй. У семьи никогда не было бизнеса там. — У меня к тому времени уже было несколько работ. Я мог бы зарабатывать деньги, — прошептал Пит. Он бросил учебу в двенадцать слишком занятый боксом и заработками, а его отец не считал посещение школы необходимостью для Пита. — Мы могли бы найти маленькую квартиру, и ты с Макао мог бы ходить в школу. Вегас издал звук. — Я мог бы готовить для тебя и встречать с работы. Они оба молчали мгновение. Маловероятно, что все сложилось бы таким образом. Трое детей не смогли бы ускользать от хватки семьи Тирапаньякул слишком долго. Но фантазия была приятной. — Хотел бы я сделать для тебя что-то на самом деле, — произнес Вегас с нескрываемым огорчением. — Ты заставил меня переосмыслить, как мой отец относился ко мне, но у меня ничего нет. — Неправда, — ответил Пит, поднимая голову с плеча Вегаса. — В прошлом у меня не было никого, к кому бежать. Я не мог беспокоить бабушку. Я знал, что она чувствовала себя виноватой из-за того, что не помогала мне. — Он слегка улыбнулся. — Теперь я слишком взрослый, чтобы полагаться на кого-то, но ты заступился за меня. — Может, это было слишком нежное слово для описания того, как Вегас угрожал его отцу тяжелыми телесными повреждениями, но смысл отражало — Вегас рассердился из-за него. — И ты не закончил свидание, как планировал… Мне правда очень жаль! — Хватит извиняться за своего отца! — сказал Вегас резко, но по тому, как смягчилось его лицо, Пит понял, что тому было лучше. Было странно осознавать, что Вегасу нравилось проявлять заботу о Пите, и он нервничал, когда не мог этого делать, хотя работа Пита в течение длительного времени заключалась в охране других, и он точно мог постоять за себя. Еще более странно было принимать заботу Вегаса и не думать, что при этом он пренебрегал обязанностями. — Давай сходим на другое свидание? — предложил Пит, прижимаясь к Вегасу и позволяя телу обмякнуть в его руках. — Было стыдно выбрасывать еду, которую ты мне купил. — Я полагал, что куплю тебе бриллианты, — сказал Вегас, и в его голос просочилось веселье. — Я же не могу слизывать бриллианты с твоих пальцев, да? Вегас поцеловал его, и Пит мог ощущать его улыбку. Сердцебиение Пита замедлилось. Вегас был жарким и надежным рядом с ним. Оглядываясь назад, Пит чувствовал себя глупо, что взбесился из-за присутствия отца, когда Вегас был рядом. Когда Пит был с Вегасом, его отец мог причинить ему не больше боли, чем Ган — достать Вегаса из могилы. — Хочешь подняться наверх? — спросил Пит. — Держу пари, я знаю, как запомнить эту дату.