Мой котик

Этот день для Чимина не был таким уж особенным, а если честно настроения не было от слова совсем. Причина же расстройства крылась в том, что накануне он разругался с Юнги в пух и прах. Да и не из-за чего-то серьёзного, повод был глупым. Чимин просто сказал ему что праздновать планирует с Тэ и Куки, и получил в итоге почти истерику, от обычно спокойного и часто меланхоличного парня. При встрече с друзьями Минни вяло улыбнулся и в шоке уставился на Тэхёна когда тот громко и величало провозгласил. — Дорогой мистер Пак, сегодня мы с вами отправимся в стрип гей-клуб. — Не думаю что это хорошая идея… Пробормотал Чимин, пожав плечами. Но его конечно никто слушать не стал. Друзья схватили его под рученьки беленькие и с добродушными объяснениями отправились на окраину города: — Это закрытый вип клуб. Не бойся никто нас не спалит, тем более мы не в Сеуле, а в Пусане. Добирались парни на машине Чонгука, и всё это время Чим вертел в руках телефон, всё время проверяя сообщения и пропущенные. Но ни того, ни другого не было. Его парень, что всегда относился к нему трепетно, в этот знаменательный день решил игнорить сие событие, разбивая младшему сердце. Они с Мином сорились редко, всё-таки их отношения начались более восьми лет назад и вдвоём они сильнее напоминали супружескую пару, что знали друг друга наизусть, а не вечно ссорящуюся легкомысленную парочку. Чимин вздыхает тяжело, потом и вовсе закидывается таблетками от головной боли, следуя в небольшое здание, которое не светится яркими огнями как принято в голливудских фильмах, скорее это смахивает на склад. Вот только стоило им войти как виду показались стены обтянутые бархатом, кожаные диваны, шесты, а до слуха донеслась манящая музыка. Обоняние задели ароматные масла, приятно оседающие в лёгких. Стоило Чимину переступить порог как Тэ, схватив его за локоть пропихнул парня в отдельную кабинку, протараторив торжественно, с плохо скрываемым восторгом. — У нас для тебя сюрприз, наслаждайся. Если что стены здесь звуконепроницаемые и камер нигде не напихано, расслабься! Пак совсем не понял зачем друг говорит ему обо всём этом. Какая бы ссора не разделила его с Юнги, изменять он не будет в любом случае. Однако выйти Чимин уже не смог, дверь заперли прямо перед лицом, а следом по комнате разнеслась трепетная музыка, абсолютно незнакомая ему. Выдохнув тяжело парень сел на черный диванчик, попытавшись расслабиться. Вот только по спине пробежал трепетный холодок, когда зазвучал голос поверх звуковой дорожки. Это абсолютно точно был Юнги. Как в принципе и стриптизёр что вышел из скрытой дверки в стене, сверкая: обнажённой кожей, черными бикини с кошачьим хвостиком, ошейником того же цвета и пушистыми ушками. На щеках сурового репера красовались самые настоящие приклеенные кошачьи усики, всё это дополнял нарисованный черный носик. Его котик умилительно краснел и явно засомневался когда рука легла на шест. По лицу же Пака растеклась счастливая улыбка, у него даже скулы свело от такого подарка. Однако говорить он не стал, дабы не портить атмосферу. Лишь его брови взметнулись верх, бросая своему парню вызов. Понимая что так просто обойтись без эротических танцев не получится, Юнги цокнул языком, следом выругался шёпотом и приступил к соблазнению. Юн никогда не был особо пластичным, и эротичным, особенно в отношениях. На сцене, перед камерой да, на нём угли можно было жарить, но вот с Чимином такого не наблюдалось, ибо младший видел любимого хёна насквозь. Это и сейчас мешало выпустить зверя, отчего Мин был не страшной пантерой, а милым котиком. Тем что точит коготки об когтеточку, еле еле прогибаясь в спине. Демонстрируя грациозность доски. Конечно, именинник не выдержал и засмеялся, внутри умирая от умиления и счастья. Юнги от такой наглости тут же остановился, замерев, а потом резко слетев с пьедестала, фыркая чисто по кошачьи и матерясь без умолку: — Какого хрена я вообще согласился на эту дурацкую затею Чонгука! Это же такой стрём. Ну, чего ты ржёшь?! Рыкнул он на заходящегося в хохоте Чимина, сердито сев на диван с противоположной стороны, складывая руки обиженно и сверкая убивающим взглядом. Понимая что перегибает палку, Чим умолк, уже совсем не обижаясь на любимого. Прекрасно понимая на что пошёл его суровый репер ради него. Чувствуя осадок вины младший тихонько подошёл к хёну, попытавшись взять его за руку, но так и не сумел это сделать. Юнги руку отобрал, а на тихий вопрос Минни: — Сильно обиделся? — Да, черт возьми! Ответил грубо, отворачиваясь, совсем не реагируя на комплимент полушёпотом: — Мне правда-правда понравилось, мой котик… Тогда-то, при взгляде на сердитую спину, Чимин и понимает, что облажался. Правда в ту же секунду мозг парня озаряет странная затея. Следуя своей задумке Пак встаёт, сдёргивая со своего парня ушки, одевая их себе на голову и говоря: — Обернись… Извиняться буду! Мин слыша такое, оборачивается тут же, замирая. Ведь его малыш, медленно расстегивает свою рубашку нежно голубого цвета с белыми облачками. Когда та соблазнительно расползается, открывая вид на подтянутый пресс с неяркими кубиками, Чимин подходит к шесту, легко закидывая на него ноги и изящно изгибаясь. Суровый репер перестаёт дышать уже от первых оборотов, сглатывая тяжело. Прекрасно понимая что в гребаные стринги его вставший член не вмещается, выглядывая сверху и ставя Чимику сразу сто баллов по шкале сексуальности. Сладкая булочка видя реакцию любимого улыбается плотоядно, скидывая рубашку совсем, следом сбрасывая и джинсы, оставаясь к кружевных трусиках цвета морской волны, что надел на самом деле ради старшего. В надежде быстрого примирения, зная наизусть все фетиши своего хёна. Минни облизывается, импровизированно трахая шест, свободной рукой от шеи проходясь по груди и животу, сжимая свой эрегированный член, большим пальцем оттягивая пульсирующую плоть от живота, до плотно впившейся в её ткани кружавчиков, бросая взгляд из при опущенных ресниц на Юнги. Рэпер еле сдерживает себя чтобы не броситься к обожаемому младшему, понимая, его мальчик сегодня в настроении шалить. Чувствуя что обида просто испарилась упав вместе с рубашкой с облаками к ногам любимого божества. Бубочка откровенно трахает шест, а потом бросает холодную железяку седлая привычные бёдра, шепча сладострастно: — Теперь… Моя очередь обижаться. Тебе нельзя… Касаться меня… Ты понял, котик? Возвращая ушки на место, получая соглашающийся кивок, Пак улыбается откровенно самой блядской улыбкой в истории мироздания. Проходясь маленькими ладошками по груди хёна, царапая ноготочком указательных пальцев уже стоящие соски. Языком пробираясь в ушную раковину, проникая поглубже и делая поступательные движения, внизу потираясь своим членом о тот что напротив, следом ставя засос за ушком старшего и спрашивая шёпотом: — Ты из-за сюрприза устроил скандал и драму вчера? Чтобы я не ожидал…да Юни? Юнги на соблазнительный шёпот может лишь кивать, распахивая губы в немом стоне. Изнывая от желания сжать сочные ягодицы своего парня, насадить на свой ствол и заставить молить о разрядке. Вот только сейчас он бессилен, поэтому Юнги плавится от ласк, следуя взглядом за встающим на ноги Паком. За тем как любимый мальчик вынимает свой аккуратный член с розовой головкой, как приставляет в его губам, пока кружевные трусики сползают к его ступням, исчезая лёгким движением под диваном. Мин открывает губы навстречу, трогая головку языком и понимая что на вкус она как их кокосовый гель для душа. Это приятный и привычный вкус, как и то, что булочка толкается прямо в горло, трахая чуточку безжалостно, увлекаясь и постанывая. Юн чувствует боль, однако терпит, ровно до тех пор пока Чимин не спускает прямо в глотку, обмякая, вцепляясь в длинные волосы своего хёна и шепча: — Ахххх… Юнги-я… Хочу тебя… Это становиться точкой невозврата и отменой запретов. Сглатывая Юнги легко теснит младшего к шесту, прижимая обнажённой спиной к холодной стали, фиксируя руки любимого над головой, заставляя обхватить трубу, легко поднимая шикарные сочные бёдра, проникая в своего мальчика мощным рывком. Замирая на пару секунд от горячего тепла расходящегося внутри живота. Чимин же дрожит всем существом от новой волны наслаждения, обхватывая ногами талию любимого мужчины, крепко держась за шест, насаживаясь и хныча недовольно на бездействия хёна длиной в пять секунд. Юн рычит от такого Минни, отчего срывается в грубый секс, доминируя всем началом. Толкаясь рвано и глубоко, меняя угол с каждым новым движением. Заставляя любимую булочку метаться в экстазе, скулить, стенать от лёгкой боли и нахлынувшего головокружения. Хотя голову ещё сильнее кружит от горы комплиментов, произнесенных низким чуть рычащим голосом рэпера: — Чимин… Мой мальчик!..Такой горячий… Самый красивый… Мой рисовый пирожок!..Внутри тебя так горячо… Мой сладкий… Такой взрослый… Сейчас я наполню тебя до краёв!!! Своё обещание Юнги воплощает в жизнь кончая бурно прямо внутрь Пака, чувствуя его сперму на своём животе. Прижимая дрожащего, ослабшего парня к себе, улыбаясь от рук мальчика что вцепляются в шею. Укладывая хрупкий стан на диванчик, ложась рядом и сразу обнимая именинника, произнося нежно в лоб любимке: — С днём рождения, мой мальчик! Чимин слыша поздравление поднимает голову верх, на звук голоса, целуя своего парня в подбородок, отвечая искренне: — Именно этого поздравления я и ждал целый день! Не пропадай больше так… Мой чёрный котик… Уже дразниться Чим, однако Юнги уже не злиться, обнимает только сильней. Зевая и бормоча: — Давай подремлем. Из-за нашей ссоры я всю ночь уснуть не мог… Без тебя! — И я… Шепчет Пак, устраивая довольную моську на руке подушке, носиком утыкаясь в любимую мощную после качалки грудь и проваливаясь в глубокий сон. На грани сна думая о том, что на свете нет более прекрасного котика чем его Мин Юнги!