И мы лежим раскаленные в темноте

Вечер подходил к концу, а Вики все расхаживала по своим покоям, не находя себе место. Весь день она всецело посвятила дальнейшему плану. Игра, что затеял Маль должна продолжаться, а с учетом новых обстоятельств должна была представлять собой непомерное зрелище. Она смогла бы обмануть кого захочет, но саму себя ей не провести. Имея в руках информацию, которой можно будет в дальнейшем воспользоваться, увеличивало ее с Дино шансы на побег, но Вики не тешила себя победой. Судьба на то она судьба, что заводит бессмертных в ту ветвь событий, что суждено пройти. Только из-за этого понимания, она трезво оценивала ситуацию, не теряя надежду. Новоявленный муж не зря говорил, что у него существуют рычаги давления в лице нескольких близких ей людей. Вероятно, кто-то из них уже мертв, также как и бедняжка Мими, но Вики была важна любая информация о них, и она решила сделать все возможное, чтобы встретиться с друзьями. Заглянув в шкаф, она надела первое попавшееся платье в пол и выглянула в коридор. Охраны не было, после свадьбы замок будто перестал жить, хотя совсем недавно Мальбонте отправился на общее собрание. Ее шаги разразились топотом в гнетущей тиши, что простилалась вслед за ней. Петляя по коридорам замка в надежде найти хоть кого-нибудь, она опустила руки, видимо Маль нарочно приказал всем присутствовать на сборе, дабы не предоставить развлечение своей скучающей жене. Не сказать, что она очень на это обиделась. Просто в последнее время Вики чувствовала, что ей не хватает живого общения, даже Саферий старался меньше с ней контактировать, вызывая искреннее удивление. Не могла же она и в правду его так напугать своей манерой поведения? Что сказать о муженьке, который то и делает, что старается присоединить все миры и править в них до скончания веков, наверняка в последствии искореняя две расы, соединяя их в одну, несомненно улучшенную. Бросив это гиблое дело, Вики повернулась было обратно, как услышала скрип двери. Звук исходил из самой крайней комнаты, где была слегка приоткрыта створка двери. Тусклый свет, лившийся из нее, то становился ярче, то угасал. На первый взгляд можно было решить, что это помещение для разнообразных экспериментов с амулетами либо эликсирами, как был в небесной школе, что заведовал Фенцио. Но подойдя ближе, она услышала тихий разговор и, засунув нос не в свои дела, из любопытства или по глупости, все же подсмотрела, кто разговаривал. — Мы не можем оставить этот закон, ты ведь понимаешь, чем это обернется для ангелов в дальнейшем? — тихо произнес первый бессмертный, заслоняя своей спиной обзор на второго. — Ну конечно же я понимаю! Я не настолько туп, чтобы вестись на эту высокопарную чепуху по порабощению мира. Зачем он нам, если будут лишь подобные ему, нас либо перебьют после того, как мы население ему заделаем, либо сделают из нас рабов — хуже этих непризнанных. — шипел ему в ответ собеседник и, наклонившись слегка в сторону, чтобы взять со стола глифт, опрокинул его себе в рот. — Ох, жуткое пойло, зря эти демоны не производят у себя наш ангельский эликсир, намного же приятнее! — Ты бы меньше прилегал к алкоголю, больше бы пользы от тебя было. — терпение первого собеседника уже подходило к концу. Понимая, что Вики необходимо уже уходить, чтобы ее не застали на подслушивании, она замерла, когда ее имя было упомянуто в разговоре. — Что будем делать с Викторией? Ты видел, как она вела себя на общем ужине? Как загнанная лань, я ни на миг ему не поверил, он явно под пытками заставил ее вступить в этот брак. — Под пытками или нет, но она наша Королева, к ней нужно найти подход, чтобы быть уверенным, что она сможет нам понадобиться. Сейчас я не уверен на все сто, что она даже захочет нас выслушать. Королева наверняка в еще худшем положении, чем мы. — ангел отошел в сторону к полке шкафа и достал какой-то пергамент, он озарился ярким свечением, и Вики поняла, что они разговаривали в одном из архивов. Дослушать разговор ей помешали шаги, уверенно приближающиеся к коридору, где на данный момент она, затаясь, подслушивала чужие заговоры. Вики аккуратно начала сдавать назад и, развернувшись, вышла из-за угла, сбивая с ног Дино. — Эй, я тебя обыскался, где ты пропадала? — Мне стало скучно, и я решила прогуляться перед сном. — Ты уверена, что все хорошо? Я просто слонялся на протяжении часа в твоих поисках. Не то чтобы я жаловался, но меня охватило беспокойство, мало ли кто тебе встретился на пути. — Не смеши меня так, я же их Королева. Если со мной что-то произойдет, они будут мертвы, не думаю, что кто-то хочет так рисковать. — Весомый аргумент, ничего не скажешь. — Дино, ухмыльнувшись, почесал свой затылок. — Давай, я провожу тебя до комнаты, чтобы ты не заблудилась вновь. Время уже такое, как раз для сна. — Дино, я весь день сижу в четырех стенах, не думаешь же ты, что мне это хоть каким-то образом симпатизирует. Ангел засмеялся уже громче от такого уместного замечания подруги. — Я обещаю, что завтра мы прогуляемся с тобой вне замка. Ты, наверное, уже забыла, как это летать и чувствовать свободу. — улыбка спала с лица ангела, как только он понял, что сейчас сказал. Вики, заметив, его заминку поспешила успокоить: — Посмотри на меня, Дино, — ангел поднял глаза, — для меня важно, что ты здесь со мной и заставляешь не терять надежду. То, что ты сказал, абсолютная правда, но я надеюсь, что ты скрасишь мою жизнь, раз Мальбонте позволил тебе это сделать. Я просто хочу, чтобы мы были не обрамлены текущей ситуацией, и попытались найти свет даже в самые темные времена. Ты со мной? — Спрашиваешь еще, — сказал ангел и притянул ее за плечи в свои объятия, — я всегда буду на твоей стороне, Вики и всегда рядом, в твоем сердце. Разорвав объятия, они не спеша двинулись в сторону спального крыла, где были ее покои. Подходя к комнате, ангел слегка тронул ее за руку, тем самым остановив ее ненадолго и произнес: — Если что-то понадобится, то я буду поблизости, мне выделили соседнюю комнату, так что не стесняйся ко мне заходить, мы должны пользоваться случаем, пока нам разрешают общаться. Вики, кивнув в знак согласия, слегка отошла к двери и, на прощание окинув его странным взглядом, произнесла: — Доброй ночи, Дино. Надеюсь, наши планы воплотятся в жизнь. Я хотела бы почувствовать себя хоть капельку свободной. — и на этом она зашла в свою комнату, вслед услышав: — Сладких снов, ангелок. Переступив порог спальни, она направилась принять душ, чтобы освежиться перед сном. У неё не было сил на долгие процедуры, поэтому Вики ограничивается лишь горячим душем, на выходе укутавшись в один из двух больших махровых халатов, что висят на тёмной стене. В голове крутился разговор двух неизвестных ей ангелов и их явное назревающее сопротивление против правителя, насколько это вообще возможно. Вики с каждым разом начинало казаться, что его могущество настолько велико, что не существует бессмертного на белом свете, что смог бы противостоять его силе. Все попытки ополчения в тылу врага вызывали в ней смех. Они разве не узрели всё его могущество, что он вобрал в себя от самого темнейшего существа во всем мирах? Все это походило на ребячество и только. Никто видимо не понимал реальной картины происходящего, Мальбонте нельзя было победить, остановить, да, но не убить. Выходя из душа, она наткнулась взглядом на мужское тело, что лежало спиной вверх на кровати. Ошибки быть не может, это пришел он выполнять свой супружеский долг. Но подойдя ближе к своей стороне кровати, она не увидела ничего кроме мило посапывающего правителя, что раскинулся в расслабленной позе в одних лишь пижамных штанах, которые в последствии с трением покрывала частично сползли с тазобедренных костей и приоткрыли вид на полушария его ягодиц. Вики, жадно разглядывая своего мужа, присела на края кровати, чем потревожила сон Мальбонте. — Как же ты громко думаешь, Уокер, и также сладко жаждешь прикоснуться ко мне. — хмыкнул Маль, поворачивая свою голову, чтобы посмотреть мне в глаза, говоря об этом. — Я ни о чем не думала, между прочим, просто хотела тихо лечь, чтобы не разбудить тебя. — То есть, тот факт, что ты «сладко жаждешь прикоснуться ко мне», ты не отрицаешь? — смешок сорвался с слегка приоткрытых губ. Заметив едва уловимый румянец на лице у Вики, он улыбнулся хитрой улыбкой. — Ты можешь продолжить пялиться или дотронуться, как к диковинной зверушке, мне сейчас настолько все равно, что готов стерпеть даже твое непрекращающееся нытье. Вики, фыркнув на его замечание, решила удивить супруга, из раза в раз принимая его условия игры, лишь бы увидеть своих друзей. Момент был идеальным для действий, Маль лежал без сил и сам признался в том, что ему все равно, чтобы она ему не сделала. Взбираясь полностью на кровать, он позволил ей подтянуться, непозволительно близко и внимательно наблюдая за действиями ангела. Она, осторожно перекинув одну ногу через него, удобно устроившись ниже его ягодиц, подняла руки и провела ими по его спине. Вики, начала решительнее сжимать и слегка надавливать руками между лопаток, принося небывалые волны удовольствия. — Расслабься, ты ужасно напряжен. Твои мышцы, как натянутая струна, будто сейчас порвутся под моими прикосновениями. Мальбонте тихонько сглатывает. Он все еще очень напряжен. Особенно там, ниже живота, где в одно мгновенье образуется внушительный бугорок в области паха, отчего он сильнее утыкается в матрас, дабы не обернуться под воздействием желания и не взять ее в этот же миг грубо, так, как он желал. Он правда пытался расслабиться, но Вики своими маленькими пальчиками каждый раз находила какие-то волшебные точки на спине нефилима, от которых ему хотелось завыть от удовольствия. Через некоторое время она стала надавливать достаточно ощутимо на выступающие шейные позвонки. Воздействие на которые были сладкой пыткой на грани экстаза. И вот когда ее костяшки в очередной раз оказались в болезненном месте, настойчиво разминая одеревеневшие мышцы, Мальбонте слышит собственный гортанный стон. Это было внезапно и отрезвляюще, так, что руки Вики в одно мгновенье прекращают массировать его спину. Мальбонте замирает. — Слезь, — где-то снизу властно звучит слегка хриплый голос Маля, повиноваться которому кажется сейчас самым правильным на свете. Вики двигается медленно. Она ложится на спину, невольно сползая ниже с подушки, прижимая колени друг к другу и нервно поправляя ткань халата. Перед глазами открывается вид на Мальбонте, хищно возвышающегося над ней. Бордовая кровь в его глазах закипает, неистово бьётся о стенки радужек и постепенно темнеет. Раньше Уокер назвала бы эту картину устрашающей, но сейчас… Ангел неосознанно прикусывает губу, наблюдая, как длинные ладони тянутся к её обнажённым ногам. С каждым движением его туго натянутые мышцы плавно и играючи перекатываются, делая линии вен ещё более отчётливыми. — Что ты делаешь? — вырывается у Вики. Она едва узнаёт собственный голос, который, кажется, несколько ниже, чем обычно, и тише, чем она ожидала. Чтобы чувствовать себя хоть немного увереннее, Вики приподнимается на локтях, растерянно рассматривая открывшуюся картину. Его взгляд на мгновенье отрывается от щиколоток, и снова становится сосредоточенным. — А зачем мне неудовлетворенная жена? — уголок губ вздрагивает, будто пытается скрыть улыбку, которой всё равно пропитан его голос. Его пальцы так восхитительно скользят по тонким косточкам женской стопы, что Вики на грани от того, чтобы бесконтрольно застонать. — Значит, только это тебя и волнует, да? — вздыхает она, прикрывая веки вновь и отдаваясь приятным ощущениям. Уокер была уверена, что с его губ слетит смешок или фырканье, но, вопреки этому, нефилим чуть замедляет движение длинных пальцев по щиколотке, плавно поднимая ладони выше, теперь уже разминая мышцы икр. — Не только это. Маль взглядом прослеживает путь от коленей Вики до кромки махрового халата, который прикрывает примерно до середины бедра. Он медленно тянется вверх, поддерживая при этом зрительный контакт и следя за её реакцией. Кожа под пальцами горит, ему до невозможного хочется проверить, насколько она отзывчива на прикосновения. Что-то ему подсказывает, что ангелок весьма чувственна, когда ее не принуждают, и эта мысль никак не хочет выходить из головы. Он пристально впивается взглядом с ее глазами, не переставая сантиметр за сантиметром двигаться вверх, уже практически задевая ткань халата. Мальбонте готов получить тысячу пощёчин и парочку ударов в пах, если это будет значить, что он сможет прикоснуться к ней. Даже грёбаный Шепфа не знает, что сделала с ним эта девчонка, но Маль постепенно теряет покой. Решив пойти ва-банк, Мальбонте, отнимая правую руку от кожи Вики, наклоняется ниже, практически стирая расстояние между ними, опираясь ладонью о кровать. В груди что-то ёкает, когда Уокер переводит взгляд на его губы. По грудной клетке разливается странное щекотное чувство, словно там жужжат пару сотен пчёл, и этот звук перебивает собственное дыхание и волнующе отдаётся в уши. Всё вокруг отходит на второй план, а в фокусе остаётся только она и её приоткрытые губы, буквально молящие, чтобы к ним наконец прикоснулись. Мальбонте так и делает и, не теряя времени, стремительно обрушивается на её рот. Каждый раз словно впервые. Её стон прямо в губы, руки разбивает дрожь, а ниже пояса всё пылает. Маль невольно закатывает глаза от удовольствия, когда руки Виктории оказываются в его волосах. Она тянет, сжимает темные пряди и направляет ладонью его затылок ближе к себе. Обоими правит страсть и безрассудство. Когда Маль перекидывает через Вики одну ногу, чтобы оказаться поверх, он невольно задевает её бёдра своим пахом, тихо шипя девушке в губы. Нефилим на мгновенье отстраняется, утопая в туманных радужках. Он не видел в своей жизни ничего более соблазнительного. Взъерошенная, возбуждённая, с припухшими от поцелуев губами Виктория выглядит как лучшее воплощение всех его сексуальных фантазий. Губы сами по себе тянутся ниже, очерчивая линию шеи девушки, ненадолго останавливаются на бешено бьющейся артерии и спускаются к выступающим из-под халата ключицам. Вкус кожи Уокер будоражит, заставляет втягивать носом её аромат снова и снова. Ощущения накрывают с головой. Она не понимает, что творит, но внутренний голос настойчиво твердит, что происходящее — правильно. И так оно и есть. Каждое движение, каждое прикосновение и поцелуй Маля чувствуются настолько восхитительно, что останавливаться не хочется, даже испытывая сильнейшую усталость. Пока его руки невесомо скользят близко к промежности девушки, сама Виктория наконец смелеет, опускает ладони сначала на плечи мужа, а следом и на торс. Он выглядит чертовски сексуально, словно высеченная из камня статуя, с рельефным твёрдым телом. Когда его длинные пальцы максимально приближаются к краю халата и ныряют под плотную ткань, по коже ангела проносится вторая волна мурашек. Вместе с волнением появляется и что-то ещё, терпкое, захватывающее дыхание и заставляющее ноги вздрагивать от прикосновений. Мальбонте вновь захватывает губы Виктории в свой плен, осторожно приближаясь к сосредоточению её жара. — Ты такая влажная, — хрипло шепчет Маль, отрываясь от губ супруги. А ей это до одури нравится точно так же, как и его прикосновения. Уокер невольно изгибается под натиском ласк. Эти длинные, сильные пальцы словно были созданы для того, чтобы приносить ей удовольствие. Они гладят, надавливают, кружат вокруг каких-то невыносимо прекрасных точек, принося всему телу чувство невесомости. Вкупе с этим по коже плеч и шеи горячими ожогами скользят его губы. Он не пытается стащить с нее халат, что в какой-то степени устраивает Викторию, пускай и одна из его рук заходит несколько дальше положенного. Но, о, Шепфа, упаси от того, чтобы Маль убрал свою ладонь от её промежности. Это приносит невероятную смесь эмоций, каких Вики ранее не ощущала, но какие хочется вспоминать всегда, чувствовать снова и снова. И так туманное от сегодняшнего дня сознание становится ещё более расплывчатым, пока девушка проводит одной ладонью по шее и волосам Мальбонте, а второй проникает под подушку, удерживаясь за неё и выгибаясь вперёд. Тем самым вызывая непомерное удивление у своего мужа. — Давай, Уокер, — бормочет Маль между мелкими укусами, испещряя ими нежную кожу шеи, не переставая кружить пальцами по средоточению нервов, что сейчас он расшатывает в непоправимое для Вики состояние. — Кончи для меня. Чувств и ощущений становится так много, что Виктории кажется ещё пару секунд, и она просто взорвётся. Голос. Его хриплый, глубокий голос, словно адреналин по венам. По затылку катится волна мурашек, плавно спускаясь вниз. Её вздохи учащаются, а стоны становятся всё более громкими и бесконтрольными. Жар приливает к щекам ангела, когда в голове мелькает мысль о том, насколько хороша слышимость в замке Сатаны. Ведь где-то недалеко расположился в своих покоях Дино, который мог невольно стать свидетелем этой картины. Тем временем проворные пальцы снова ускоряют свой темп. Она пытается закусить губу, но тело не слушается. В один момент все её мышцы словно сжимаются, дух перехватывает. Перед глазами начинают плясать звёзды, а последующий стон оказывается просто невообразимо пошлым и громким. Вики сложно описать силу того удовольствия, которое накрывает её целиком, пока она выгибается в спине навстречу горячей мужской груди и таким мягким губам у шеи. Жар, холод, дрожь — всё перемешивается в один коктейль, вознося ее к раю. Она откидывается назад, жадно вдыхая воздух ртом. Глаза закрываются сами собой, будто это может продлить утихающие волны удовольствия. Усталость смешивается с удовлетворением, расслабляя слегка затёкшие мышцы. — Хорошая девочка, — звучит уже с сбоку, а следом её приоткрытый рот снова накрывают губы мужа в быстром, практически невесомом поцелуе. Пока, судя по звукам, он укладывается на свою сторону кровати, Вики изо всех сил пытается прийти в себя. Должна ли она… должна ли что-то сделать? Насколько это уместно сейчас? — Маль, я… — слабо начинает она, вся красная от неловкости поворачивая голову в его сторону. Со стороны Мальбонте, на которого она не находит сил поднять взгляд, слышится тихий смешок. — Успокойся, Виктория. Тебе нужно было расслабиться, а я, как заботливый муж, не мог оставить свою жену в таком состоянии, тем более от тебя мне достался шикарный массаж. Она не может видеть, всё ещё утопая в блаженстве, но отчётливо слышит улыбку в его голосе. Паршивец горд собой и не собирается скрывать этого. И почему-то так сильно хочется одновременно ударить его и поцеловать, аж зубы сводит. — Спи, Уокер. Завтра рано вставать. Ей ещё много чего хочется ответить и спросить, но сон уже протягивает к ней свои руки. Она разберётся во всём завтра.