Мечтать не вредно. Феникс

Винчестер порой ревновал слишком сильно: напрягался, из ушей почти валил пар, а руки сжимались в кулаки так сильно, что костяшки белели. Да, он был старше Т/и. Да, его очень бесило то, что «зеленые» и наглые смели подходить к его девушке, приставая с предложением обратить на них внимание. Да, его солнышко Т/с/и посылала каждого, обвивая рукой локоть своего мужчины. Но ничто из этого не могло ослабить то ярое ощущение, которое зарождалось внутри охотника каждый раз, когда кто-то хотя бы мимолетно касался т/ц/в. Очень часто все заканчивалось словесными перепалками или потасовками — но это уже в крайнем случае наглости, ведь тех, кто не давал заднюю от гневного вида Дина было на порядок меньше. Т/и, разумеется, была для него чем-то вроде пустырника. Ей стоило посмотреть на него своими любящим глазами, и ярость спадала. Осторожные касания её рук могли с лёгкостью успокоить буйный нрав Винчестера. *** Т/ф удалось вытянуть своего любимого из круглосуточной охоты и опасностей. Она затащила его в бильярдный клуб, весело прыгая только при одном виде киев и мела. Дин улыбался, обнимая ее за шею и бормоча что-то о ребячливости. Девушка присела на стул около барной стойки и заказала им по бутылке пива. Винчестер написал Сэму, чтобы не звонил — если, разве что, на кону не стоит его жизнь, и убрал телефон, настраиваясь на спокойный вечер с любимой девушкой. Они весело шутили, подкалывали друг друга и говорили, говорили, говорили… Так спокойно, так хорошо им не было уже давно. Дина напрячься заставили недвусмысленные реплики тройки студентов по поводу фигуры т/ц/г. Винчестер честно пытался слушать громко болтающую девушку, но больше не мог терпеть пахабных комментариев. — Что ты там сказал? — вскинул голову Дин после очередной реплики, устремляя злой взор на паренька. — Милый, — закатила глаза Т/ф, дергая охотника за рукав. — Не беспокойся, милая, сейчас разберусь, — подарил ей улыбку мужчина, поднимаясь с места. — Да, милая, — засмеялся один из парней. — Уходи от своего дедули. — Слушай ты, — не выдержала девушка и зашагала к бильярдному столу придурков. — Сыграем. Выигрываю я, получаешь по носу, берешь слова назад и извиняешься. Дин удивленно приподнял бровь, но улыбнулся, сверху вниз глядя на Т/и. Он всегда знал, что его девушку нельзя назвать «тихоней», но иногда она особенно удивляла его своей бойкостью. — А давай сыграем, — фыркнул парень и подал ей кий. Девушка наклонилась над столом, а Винчестеру снова захотелось сломать пару челюстей, носители которых устнемляли свои глаза туда, куда им нельзя. Дин знал, что у Т/ф всегда немного трясутся руки во время первого выстрела и первого удара. Просто трясутся и все, даже если не страшно. Охотник наклонился над т/ц/г, прижимаясь пахом к ее попе, своеобразно закрывая от чужих взглядов. Т/и мысленно усмехнулась, но мужчина еще и положил грубоватые руки на ее ладони, слегка сжимая, вселяя уверенность. — Все, я забью, убери руки, если не хочешь поиметь меня сейчас, — хмыкает охотница, а Дин возвращается на свое место, победно улыбаясь. Проиграет его малышка или выиграет, Винчестеру все равно. Он и без этого может сломать носы парочке мудаков или целовать свою девушку при всез столько, сколько захочет.