Мечтать не вредно. Феникс

[au, где ты сестра Арсения и соулмейт Антона. у родственных душ прозвища друг друга на запястьях] – Ты чего такой весёлый, Арс? – спросил Шастун, доставая пачку сигарет из кармана. – Да меня Т/с/и развеселила. У нее, кажется, метка просветилась, – он покачивает головой и тихо смеётся, не замечая, как его друг тяжело сглатывает. Смешное и глуповатое – именно в этой ситуации – "коротышка" появилось на его руке сегодня утром. Именно так они, будучи маленькими дураками, дразнили младшую сестру Арсения, которая надувала губы, но не плакала, а лезла на них с кулаками. – И самое главное, она отказалась рассказывать, кто это, – наигранно возумущается Попов, пока Дима перебивает его: – Ты настолько вредный, что даже мы тебе ничего рассказывать не будем. Антон, серьёзно погрузившись в свои мысли, только запоздало смеется вместе в товарищами. *** Т/и открыла дверь, ожидая увидеть брата, но вместо него на пороге, чуть склонив голову, стоял Шастун. Девушка покраснела, натягивая рукава олимпийки ниже, но тут же взяла себя в руки и плюхнулась обратно на диван, бурча: – Арса нет, он в магазин ушел. Антон молчит, нервно поправляет волосы и сразу решается начать такой волнующий разговор. Его сердце всегда проделывало кульбиты при виде ее, а метки родственных душ только все подтвердили. – Что на твоём запястье? Попова округляет глаза, моргая быстро-быстро, а потом отводит взгляд в сторону и сминает пальцами ткань кофты, которая скрывает четкое "Шаст". – Ничего, – почти шепчет она, а потом поднимает голову и повторяет: – /gif/ Ничего. Арс всего лишь делает вид, что все знает. – Покажи руку. – Антон подходит ближе, но его внушительный рост внушает только теплое ощущение защищенности. – Не-а, – фыркает т/ц/г, – мало ли что, это личное, понял? Шастун вздыхает, собирая терпение в кучу. Как же сложно с этой маленькой занозой. Он опускает одну ладонь на спинку дивана, а вторую на сидение, ссутуливаясь и буквально прижимая ее к мягкой обивке. Нежные губы касаются мочки покрасневшего уха: – А если подумать еще раз? Т/и ярко краснеет и старательно прячет глаза, желая провалиться сквозь землю. Он еще никогда не был так близко к ней, а сейчас теплое дыхание касается ее губ. Одна ее часть в панике пытается спрятать свою метку, а вторая уже мечтает о поцелуе Шастуна. Первая, кажется, самая слабая, пока все-таки выигрывает, и девушка нервно бормочет: – Отстань, я тебе ничего не покажу, понял? – А это мы еще посмотрим, – после непродолжительной "борьбы", Антон осторожно, но крепко хватает т/ц/г за руку и сдергивает рукав выше, расплываясь в довольной улыбке. В его груди яркой вспышкой загорается приятное тепло. Его возлюбленная любит в ответ. Это самое волшебное ощущение в жизни. – Что за Шаст? – желая насладиться моментом, он хитро смотрит на девушку. – Я его знаю? – его губы мягко касаются тыльной стороны хрупкой ладони. – Да, дебил один, твой близкий знакомый, – зло выпаливает девушка, выдергивая руку. – Почему нельзя было дождаться, пока я сама тебе расскажу, а? В ней сражаются смущение и желание прижать его как можно ближе и не отпускать. Но он старше, куда опытнее в этом, чем она, поэтому девушка замирает, словно пытаясь продумать дальнейшие действия. Но ей нравистя лежать под ним и ощущать бияние его сердца всем своим существом.. значит, надо остаться? – Потому что я устал ждать тебя. Мое терпение закончилось, захотелось целовать тебя так долго, чтобы ты забыла собственное имя. Т/и не была бы собой, если бы отказалась от подкола. Она усмехнулась и сказала: – Тебе явно придётся постараться. – Ну-ну, – Антон хмыкает и резко тянет ее на себя, впиваясь в чужие губы своими. Он был чертовски прав, Попова не только имя, она уже ничего не помнит, проваливаясь в такие желанные и нужные эмоции и чувства. Крупная ладонь Шастуна гладит сначала ее запястье, потом талию, а затем уже бедра. Они тяжело дышат, пока парень страется срочно напомнить себе о том, что он старше на пару лет. Нельзя сразу пугать её своим напором. Т/и видит его задумчивость и сама тянет к себе, целуя со всей пылкостью юной любви. Раздаются хлопок двери, грохот, весёлые вопли их друзей. Дима и Сережа улюлюкают во весь голос, пока Т/и и Антон отпрыгивают друг от друга, а Арс кричит: – Сука, Шастун, сейчас я тебя догоню и пи...!