Тысяча и одна осень

Глава 10. "Шэнь Цяо? Нет, я не помню тебя" Шэнь Цяо проснулся рано. Первым делом он посмотрел, как дела обстоят у Янь Уши. За ночь намело много желтых листьев и глава Янь спал, припорошенный ими, будто под одеялом. Даос очень хотел проверить состояние его демонического ядра, но боялся прикоснуться. Он протянул было руку, чтобы дотронуться, но она нерешительно зависла в воздухе. Янь Уши внезапно открыл глаза и набросился на него, принявшись душить. — Хотел убить меня, пока я сплю? Отвечай, как там тебя? Он схватил Шэнь Цяо за горло слишком крепко и у даоса помутилось в глазах, он с мольбой посмотрел на Янь Уши и сдавленно пробормотал: — Глава Янь, это же я, А-Цяо! Будто по команде, Янь Уши отпустил его. Этого времени Шэнь Цяо хватило, чтобы отползти в сторону на безопасное расстояние, он все еще держался за шею, на которой горели руки главы Янь. Янь Уши перевел на него блуждающий взгляд. — Хочу есть, — наконец сказал он. — Я сейчас схожу к реке, чтобы наловить рыбы, — осипшим голосом сказал Шэнь Цяо, — глава Янь, посиди здесь, пожалуйста, только не вставай и никуда не уходи, ты еще очень слаб, я сейчас вернусь. — Если ты приведешь сюда врагов, я тебя убью, — сказал Янь Уши. Даос не знал, что на это ответить, просто встал и ушел. Он думал, что обрел возлюбленного, а перед ним сейчас будто совсем чужой человек, грубый и даже агрессивный. Шэнь Цяо был очень расстроен и подавлен из-за этого. Но, с другой стороны, самое главное, что глава Янь остался жив, а память со временем может и восстановиться. На скорую руку, даос наловил рыбы, сколько успел, чтобы поскорее вернуться обратно. Теперь он боялся подходить к Янь Уши слишком близко, чтобы тот снова не накинулся на него. Глава Янь продолжал лежать, наполовину засыпанный желтыми листьями и молча, но внимательно наблюдал за каждым движением Шэнь Цяо, будто опасаясь подвоха. Даос разжег костер и, пожарив рыбу, протянул ему самый большой кусок. Янь Уши недоверчиво посмотрел на него. — Откуси первый, — сказал он. — Глава Янь, неужели ты думаешь, что я приправил эту рыбу ядом? Если бы я хотел убить тебя, разве не сделал бы это сразу же, пока ты был без сознания? — Шэнь Цяо откусил рыбу и прожевал, Янь Уши вырвал у него из рук оставшийся кусок и с жадностью набросился на него. — А помнишь, как ты ловил рыбу и чистил её моим мечом? Глава Янь посмотрел на него: — Нет. Загремел гром, поднялся ветер, приближалась непогода. — Лао Янь, сейчас пойдёт дождь, давай переместимся в пещеру? — сказал Шэнь Цяо. — Не хочу, — ответил Янь Уши, доедая рыбу. — Глава Янь, мы не можем тут сидеть под дождём и ветром, будет мокро и грязно, ты заболеешь. С трудом он убедил Янь Уши переместиться в пещеру. — Давай, я помогу тебе подняться. Если ты слаб, чтобы идти, я понесу тебя на руках. — Не надо! — оттолкнул его Янь Уши, но когда встал, ноги подкосились и он едва не упал. Шэнь Цяо вовремя поддержал его, уверяя, что не собирается причинять никакого вреда. Собрав сухую траву и листья, даос сделал внутри пещеры две постели (свою разместил на значительное расстояние от Янь Уши) и разжег огонь. Пещера была освещена ярко-красными бликами костра. — Хочу спать, — сказал Янь Уши и почти сразу же заснул. Сейчас он только спал и ел, но в его состоянии это было не удивительно, ведь глава Янь потерял очень много сил. Шэнь Цяо зарылся в траву и вздохнул, слушая, как потрескивают ветки в огне, как идёт дождь. Звуки дождя навевали ещё большую грусть и одиночество. Сам не помня как, даос погрузился в сон. Когда Шэнь Цяо проснулся, огонь уже почти погас и он подбросил новых веток. Вновь разгоревшееся пламя взвилось в воздух, освещая красным заревом мрачную пещеру. Он увидел, что Янь Уши уже не спит, а смотрит на него. — Глава Янь? — Меня зовут Се Лин, — ответил Янь Уши. — Се Лин! — с радостью воскликнул Шэнь Цяо, будто увидел старого доброго друга. Это конечно же значило, что у Янь Уши снова началось расщепление "я". Из всех живших в нем личностей, Се Лин был самой сносной, самой мягкой и он больше всех нравился Шэнь Цяо, его было проще выносить. Обычно, личность Се Лина без сожаления подавлялась его хозяином Янь Уши. — Се Лин, ты меня помнишь? Я — Шэнь Цяо! — Шэнь Цяо? — он наморщил лоб, пытаясь вспомнить. — Нет, я не помню тебя. Но ты такой красивый, гэгэ (в данном случае, обращение к возлюбленному). — Да, ты меня раньше так называл. — Я не помню, прости, — ответил Се Лин. — Ничего. — Почему ты здесь, ты — знакомый Янь Уши? — Я его... — Шэнь Цяо никак не мог произнести этого вслух, — я его... возлюбленный. — Возлюбленный? — на лице Се Лина отразилось изумление. — Хочешь сказать, что ты влюблен в Янь Уши? — Да, я люблю его. Тебе я могу сказать об этом, но ему я ни за что не признаюсь, — ответил Шэнь Цяо. — Хм, — Се Лин задумался. — Я помню, как однажды Янь Уши отдал Сан Цзинсину какого-то парня, это, случайно, был не ты? Шэнь Цяо было очень неприятно вспоминать об этом, но и правду отрицать он не мог. — Да, это был я... — Янь Уши обменял тебя на свой меч Тайхуа, значивший для него не больше, чем старый хлам, который давно пора выбросить. Знаешь, для чего он это сделал? Чтобы показать тебе, что ты значишь для него ещё меньше, чем этот старый хлам, унизить тебя, растоптать. Он прекрасно знал, что испорченный пороком и жестокостью, Сан Цзинсин сделает с тобой. Сан Цзинсин сначала бы изнасиловал тебя с присущими ему извращениями, потом отрубил бы руку за то, что ты убил его ученика, и выставил бы на всеобщий позор, изувеченного и уничтоженного. Янь Уши прекрасно знал об этом, но все равно отдал тебя ему. И, не смотря на это, ты заявляешь, что любишь Янь Уши? После этих слов, Шэнь Цяо стало настолько больно, что в глазах заблестели слёзы. — Я очень сожалел об этом, — продолжал Се Лин, — и хотел спасти тебя, вернуться за тобой, но я был так слаб, что Янь Уши подавил меня. — Я верю, что люди со временем могут меняться, — тихо проговорил Шэнь Цяо, но поверил ли он сам в то, что сказал? — Знаешь, Янь Уши тогда, может, и не поступил бы так, если бы ты не назвал его своим другом. — Быть может, глава Янь хотел меня видеть кем-то другим, поэтому слово "друг" прозвучало для него оскорбительно? — Шэнь Цяо слишком долго общался с Янь Уши, чтобы не заразиться от него хотя бы малой долей сарказма. — Он не мог понять, как ты так легко доверяешься людям после того, сколько раз они тебя предавали. Янь Уши хотел показать тебе, насколько ты наивен и что человек, которого ты называешь своим другом, может с лёгкостью предать тебя. — Да, я по-прежнему очень наивен, — тихо проговорил Шэнь Цяо и отвернулся, уткнув лицо в колени, он беззвучно плакал. Се Лин неслышно подошёл и присел рядом с ним, приподняв его лицо, по которому текли слёзы, за подбородок. Его губы прижались к тёплым губам Шэнь Цяо, язык проскользнул в рот. Несколько раз они соприкоснулись языками, но даос мягко отстранил его. — Лучше не надо... — Если бы ты любил меня, а не Янь Уши, я бы никогда с тобой так не поступил, никогда бы тебя не обидел... — Я знаю, — с благодарностью посмотрел на него Шэнь Цяо, — спасибо. — Почему ты не любишь меня? — Ты — часть его, я и тебя люблю, — ответил даос. Се Лин крепко прижал его к себе, поглаживая по волосам.