Тысяча и одна осень

Глава 148. "Глава Янь, подожди..." — Вы совсем что ли идиоты?! — начал кричать глава секты. — Это не демон! И это не Небожитель! Это обычный человек из плоти и крови! Да, пусть он достиг определенного совершенства в боевых техниках, но ведь вы превосходите его численностью! Да я вас всех линчую! Я нарежу вашу никчемную плоть на три тысячи кусков и скормлю собакам! Черные драконы стояли, опустив глаза и не смея их поднять. — Для чего этот достопочтенный потратил столько времени, обучая вас? Для того, чтобы вы обратились в позорное бегство, увидев какого-то Янь Уши?! Если вы ещё раз так опозоритесь, никому из вас не удастся избежать своего наказания и уйти от линчи! Глава секты выпустил пар и замолчал. Ему вторила гробовая тишина, воцарившаяся среди людей. — Господин, позволь сказать этому никчемному слуге... — рискнул подать голос один из Черных драконов. Глава злобно посмотрел на него, но уже, не так сурово, ответил: — Говори. Выждав небольшую паузу, человек заговорил: — Зачем нам раньше времени уничтожать этих людей, когда они могут нам помочь? Глава секты непонимающе уставился на него и мужчина продолжил: — Зачем убивать их, когда можно дождаться, пока они отыщут манускрипт, и только тогда их убить? Они окажут нам бесценную услугу и помогут найти предмет. А уж потом мы, конечно, разделаемся с ними и завладеем манускриптом. Глава секты задумался. — А ведь и правда! — наконец воскликнул он. — Какие мудрые мысли иногда приходят в твою голову! Они сделают за нас всю работу, а уж потом нам не составит труда расправиться с ними. И запомните: если вы повторите то, что сегодня, первого, кто призовет отряд к бегству, я линчую на глазах у товарищей, устроив показательную казнь. — Да, господин, — в страхе опустили головы Черные драконы. — Я знаю, что не должен мешать взрослым, когда идёт битва. Подставлять их и делать так, чтобы они за меня переживали... — оправдывался Шиу. — Поэтому, в минуту опасности я где-нибудь спрячусь, чтобы вы не волновались, и даже муха не сможет меня найти. — Случилось так, как случилось, что уже об этом говорить, — ответил монах. Янь Уши намеренно игнорировал Шэнь Цяо и даже не смотрел в его сторону. Они продолжали продвигаться по дороге. — Удивительно, что эти бездари прекратили нас преследовать и даже не вызвали подкрепление. Неужели так испугались этого достопочтенного? — говорил Янь Уши как бы сам себе. — Эй, монах, ты хотя бы знаешь, куда мы идём и где искать этот твой манускрипт? — Нам нужно найти один заброшенный храм, полагаю, что манускрипт может находиться там. — В любом случае, этим заниматься мы будем явно не сегодня. Уже вечереет, на улице глубокая осень и я не собираюсь ночевать под кустом. Нужно найти постоялый двор, где можно помыться, нормально поесть и выпить, заснув на теплом ложе. Все согласились, что это было разумное решение. Кроме того, с ними шел ребенок. Но где найти постоялый двор в такой глуши? Начал накрапывать мелкий дождь. Шэнь Цяо поплотнее закутал Шиу в плащ, чтобы ребенок сильно не промок. Даоса очень волновал тот факт, что Янь Уши по-прежнему игнорировал его. Неужели глава Янь так сильно обиделся? Шэнь Цяо предпринимал тщетные попытки завязать разговор, но Янь Уши отвечал сквозь зубы и холодно, будто бы разговор с этим даосом был ему неприятен. Шэнь Цяо очень расстроился. — Пока ещё не стемнело, нам нужно достичь ближайшей деревни, — заметил монах. — Это понятно и без твоих замечаний, — бесцеремонно ответил Янь Уши, шагая вперёд. У Шиу заболели ноги от такой быстрой ходьбы и пришлось остановиться, чтобы передохнуть. Тем временем, Янь Уши услышал шорох в кустах и пошел проверить никто ли не прячется там, подкарауливая их. Шэнь Цяо отправился вслед за ним. Прочесав кусты, Янь Уши пришел к выводу, что, скорее всего, это был дикий зверь, потому что человеку вряд ли удалось бы скрыться от его взора. Заметив, что за ним следует Шэнь Цяо, Янь Уши с пренебрежением хотел пройти мимо, но даос попытался остановить его, ухватив за локоть. — Глава Янь, подожди... — Что такое? — с неудовольствием спросил Янь Уши, но все же остановился. Шэнь Цяо не знал, что сказать, поэтому просто приник к нему, неуверенно обняв руками за талию и уткнувшись лицом в плечо. Он застыл в таком положении, боясь даже пошевелиться или вздохнуть. В любой другой раз Янь Уши растаял бы от такого проявления чувств, которыми Шэнь Цяо не часто баловал его, но в данный момент он был слишком зол и обижен. Сейчас этот даос дрожит в его объятиях, а наутро он проснется в пустой постели, узнав, что А-Цяо просто взял и ушел, куда ему вздумается, даже и слова не сказав. Обдумывая все это, Янь Уши начал злиться ещё больше. Он с силой оттолкнул от себя даоса и помчался прочь, будто пронесшийся мимо ураган. Шэнь Цяо стало очень обидно и больно. На его глазах выступили слезы. Янь Уши был слишком важным человеком в его жизни. С ним был связан его первый поцелуй, первая близость, первая любовь. Он не мог представить себя с кем-то другим, кроме него. Шэнь Цяо никогда не думал, что его спутником станет мужчина, но случилось так, как случилось. Шэнь Цяо сильно влюбился в этого человека и теперь очень страдал. Быть может, Янь Уши разлюбил его и больше не хочет быть вместе? Эта мысль испугала. Вытерев слезы, даос вышел из кустов. Ему плохо удавалось скрывать свои чувства и выглядел он совсем поникшим. — Учитель... — не выдержал Шиу. — Надо идти, пока окончательно не стемнело, — спас ситуацию монах. Ему было решительно все равно, что творилось между этими людьми, будь они хоть обрезанные рукава. Все, что его интересовало — поскорее найти манускрипт.