Рабство лжеца

Злоумышленник проснулся от луча света, что так настырно светил прямо в глаза. Немного поворочавшись в постели, он привстал и с трудом открыл глаза. Где то на другом конце кровати лежал Гавриил, которого интрудер удобно закрывал от света. Свет был искусственный, т.к. окна лжеангел наотрез отказывался заводить в своей комнате. Пройдя чуть дальше по комнате, злоумышленник выключил лампу и одевшись, осторожно вышел из комнаты, дабы не разбудить сатану. Пройдя чуть дальше выгу услышал истошный, нечеловеческий вопль. Осторожно спустясь по лестнице и заглянув через стену в комнату, он увидел как точно такой же, только более нормальный Гавриил убивает альтернативов. "Но ведь Гавриил сейчас вообще в другой комнате, и не стал бы он просто так наводить суету с утра пораньше.." мысли шестерки прервал истинный Гавриил: стукнув одного из его коллег головой об экран телевизора, он обернулся на выгу. Его взгляд был очень добрым, и казалось, что он вот вот расплачется, как будто он совсем не хочет причинять никому боль, но в тоже время он пронзал шестерку насквозь. Этот взгляд был абсолютно чужим, не похожим на его друга. Да злоумышленник уже и сам понял кто это: Гавриил много раз как бы невзначай напоминал что это не его образ, а одного из ангелов. И сейчас истинный обладатель прекрасного тела и внешности, пусть немного отличался от сатаны, теперь прямо перед ним, и, очевидно, хочет его убить. Истинный Гавриил надвигался прямо на выгу. Подойдя достаточно близко, он решил использовать более гуманный вариант, и мягким, но строгим голосом спросил, где его начальство. Интрудер уже понял к чему все идет, и ни в какую не выдавал лжеангела. Он знал, что ничего особенного сделать не сможет, но хотя бы выиграть немного времени для сатаны он мог. Пока терпение истинного Гавриила иссякало, злоумышленник усиленно его забалтывал. Наконец терпение ангела лопнуло(надо же), и он бросился на интрудера с окровавленной алебардой. Оружие замерло прямо перед лицом попрощавшегося с жизнью интрудера. Сзади стоял Гавриил, в своей более демонической форме: лицо было сильно искажено, конечности слегка увеличились в плане длины, и сам он был больше похож на скромника. Он остановил орудие смерти ангела, дабы оно не навредило подданному. Архангел слегка растерялся от такого внезапного появления самого сатаны, и немного ослабил хватку, из за чего Гавриил кинул алебарду со всей силы в пол, от чего та раскололась на две половинки. Истинному Гавриилу было больше нечем сражаться, и ему оставалось только в срочном порядке свалить отсюда нахуй, и он прикрывшись крыльями начал медленно двигатся к выходу. Растерянный до этого момента выгу шустро куда то исчез. Через мучительные минуты наконец ангел добрался до выхода, но все пошло не по плану: он уперся в тяжелую дверь спиной, и упав на пол от безысходности, накрылся крыльями и зажмурив глаза ждал своей участи.