Город: Библиотека и Демон

Подворотни двадцать второго района, Warp-Платформа.

      Платформа станции Warp-поездов. Место из которого можно в считанные секунды попасть в любую часть города. Как и все, что принадлежало крылу двадцать третьего района это место было оформлено в Sci-Fi стиле. Всё было выполнено из темных металлических пластин, а освещение щедро заливало всю платформу светом неоновых трубок, расположенных по стыкам вдоль стен, потолка и даже пола.       С минуты на минуту из темноты тоннеля в синем мерцания, замедляясь выехал поезд. Огромный, свыше десяти метров в высоту, состав прибыл на платформу, тут же раскрывая свои двери и выпуская людей. Всего десять секунд назад он был на другом конце города, а теперь в считанные мгновения пересёк десятки тысяч километров, доставив пассажиров. — Сестра, ты же видела сообщение от корпорации T, да? — взволнованно спросил малорослый темноволосый коротко стриженый паренёк лет двадцати на вид. Он был одет в белую рубашку с красным галстуком, выглядывающими из-под серой жилетки. На плечи было накинуто светло-серое пальто, а из-под брюк в тон жилетки выглядывали коричневые ботинки. Вооружен корректировщик, а с оружием в открытую ходили только они, был цепной пилой, почти с него длиной, однако это была заслуга длинной рукояти в половину оружия, да и сам малец не сильно переступил отметку в полтора метра. — Что?.. Они что-то сообщали?.. — вяло откликнулась высокая девушка с каштановыми волосами, стянутыми в хвост, схватившаяся за голову и страдающая от похмелья. Она была одета в белую рубашку с закатанными до локтей рукавами и черным галстуком, серые брюки с подтяжками, очеркивающими объёмную грудь, а также темные ботинки. Вооружена корректировщика была одноручным цепным пилотопором. — Ой блин, меня сейчас вырвет… — Вчера вечером она устроила грандиозную пьянку вместе со своими друзьями из Подворотен, — строго выдала маленькая девушка с волосами цвета меди, заплетёнными в два хвостика и тянувшихся до поясницы, обвинительно ткнув пальцев в своего оператора. Последний член маленького офиса носила бежевую рубашку с черным галстуком, клетчатого коричневого жилета и серо-коричневых брюк с черными ботинками. На носу девушка носила миниатюрные очки для чтения, а вооружена была одноручным цепным пиломечом. — Говорят, они заняли целый паб и тусили там всю ночь! — Ахх… И сколько же ты выпила на этот раз? — флегматично спросил парень, уже догадываясь, что вчера и так не такие уж большие финансы их офиса резко сократились. Это была не первая пьянка его сестры и одновременно начальницы. По крайне мере в этот раз ему не пришлось снова убирать за ней, да и побочного ущерба не было. — Эй, Рэйн, дай мне сначала опохмелиться, а потом уже читай мне лекции, хорошо? — подняв руку с пилой в примирительном жесте, попросила оператор, второй продолжая держаться за голову. Похмелье было частым гостем этой голубоглазой головушки, поэтому корректировщица могла достаточно трезво мыслить и четко говорить, однако превозмочь мигрень и подкатывающие приступы тошноты было куда более серьёзной задачкой. — Потерпи без нравоучений часок-другой.       И всё бы ничего, но в этот момент паренёк заметил как из заднего кармана брюк оператора задорно торчал уголок длинной бумажки. Это был простой чек, выписываемый после оплаты и Рейн быстро догадался, откуда он, после чего одним движением выхватил, развернул и после прочтения в который раз в своей жизни пожалел, что работал на эту пьяницу. — А это как понимать, сестра? На чеке написано, что твоя пьянка была за наш счёт, — возмущенно отреагировал корректировщик. Одно дело, если бы девушка напилась за свой счёт, но судя по чеку та надралась до состояния-нестояния в чьей-то компании, оплатив весь общий счёт из весьма скудного бюджета их офиса. А ведь они и так были вынуждены научится сами ухаживать за своим оружием, чтобы не тратиться на услуги мастерских, закупая только комплектующие. — Благодарим Вас за использование услуг корпорации W. Следующим отправляется поезд номер UW-212. Пассажиры, пожалуйста, проверьте свои билеты и убедитесь, что вы находитесь в правильном вагоне, — прервал разговор приятный женский голос диктора, оповещая пассажиров о скорой посадке. — И помните: Внимание. Внимательность. Всё будет хорошо. — Похоже, пришла наша очередь, — неуверенно подметила малорослая девушка. Как и все корректировщики, данный офис в основном работал в своём районе и не нуждался в частых поездках. Тем более на подобном транспорте, билет на который стоил немало. — Сколько бы я на них ни ездила, мне всегда становится дурно, — пожаловалась оператор, первой проходя сквозь контрольный пункт.       С точки зрения оператора простая формальность, билеты они купили на входе и там же их пропустили, поэтому единственный логичный повод проверять билеты перед посадкой — это, чтобы никто не потерялся. — Только давай без того, что было в прошлый раз, Ольга, — насторожился Рейн, проходя следом. В прошлый раз, когда для задания им потребовалось воспользоваться транспортом, их оператор напилась накануне, а потом её укачало и та заблевала весь салон. В итоге стоимость запроса едва покрыла стоимость химчистки. И ему пришлось чистить свой пиджак. А ведь тогда он только его купил. — Вот уж не думала, что мы получим такой запрос. Кто ж знал, что его нам даст сама корпорация R, — заходя последней, взволнованно подметила корректировщица, стремясь перевести тему. Не то, чтобы она не была согласна с Рейном, но его нравоучения обычно затягивались надолго. И слушать их — это точно не то, чем девушка хотела бы заняться прямо перед поездкой. — Вам не кажется, что, если корпорация R просит кого-то другого сделать за неё работу, ничем хорошим это не кончится? — не разделял энтузиазма напарницы Рейн. Но поучать их оператора закончил, чего девушка и добивалась. — Возможно, они просто используют никому не известные офисы вроде нашего в качестве приманки, тем самым прощупывая почву, прежде чем самим приступить к делу.       Опасения мальца были не напрасны. Иногда суть запроса, передаваемого Офисам лишь казалась лёгкой, а на деле корректировщиков использовали как живые щиты или пушечное мясо. Разумеется, зачастую не сообщая тем об их незавидной участи. И для подобной работёнки подбирали именно, что мелкие малоизвестные офисы, как их, состоящий из всего троих корректировщиков. — Напомните, кто заказчик этого запроса? — ехидно спросила оператор, ради подобного даже превозмогая, временно, похмелье, дабы придать себе более убедительный вид. Для ещё большего эффекта Ольга даже вытащила подписанный запрос и протянула тот Рейну. — Сама капитан Команды Кроликов? — сомневаясь в увиденном, спросил корректировщик. Одно дело какой клерк, но когда заказчиком капитан одной из боевых команд — это уже совсем другой уровень власти. И совершенно другой уровень доверия. Не то, чтобы опасности не было, но обычно высокие шишки делали предложение лично как раз, чтобы выказать доверие. — Хе-хе-хе… Возможно, вы думаете, что я просто беспечная пьяница, но даже под мухой я просчитываю каждый свой шаг наперёд, смекаете? — склонившись к напарникам и доверительно положив тем руки на плечи, усмехнувшись, сказала оператор. И всё бы хорошо, но та не учла, что после вчерашней пьянки её дыхание способно свалить неподготовленного человека с ног. Её подчиненные были привычными, но всё равно, спиртное амбре разом разрушило желаемый эффект. — Мьо — моя старая знакомая, и вчера мы с ней пропустили по стаканчику! Она предложила мне лёгкую работёнку. Всё, что нужно сделать — взять её в долю. — Ей можно доверять? — приподняв бровь, спросил Рейн. Пусть это и вкладывалось в его картину мира: важная шишка захотела долю за запрос, поэтому предложила его своим знакомым, в которых уверенна, но это все ещё могло быть ловушкой. Просто потому что его начальницу уже обманывали и тогда та тоже была во всём уверенна. — Она вспыльчивая, но, узнав её получше, понимаешь, что в глубине души она очень даже ничего, — пожав плечами, ответила Ольга. — А, вот почему ты так гордишься своей вчерашней пьянкой, — обвинительно подметил Рейн. — Если то, о чём ты говоришь, окажется ерундой на постном масле, клянусь Богом, я буду проклинать тебя всю свою оставшуюся жизнь.       Даже если их дело удастся и им выплатят всю обещанную сумму, то где-то половину Ольга пропьёт в течении следующей недели, отмечая успех. Поэтому даже если их начальница нашла им прибыльную работёнку, вместо десятка мелких запросов, каждый из которых и так не самый прибыльный, так ещё и оператор норовит пробухать предоплату, тот не переставал возмущаться и отчитывать свою сестру. — Вчера у меня было отличное настроение, поэтому я устроила для крольчихи настоящий пир за счёт нашего офиса~, — легкомысленно ответила Ольга. Внимание всем пассажирам. Начинается посадка на WARP-поезд UW-212. — Паренёк уже собирался вновь вернуться к отчитыванию оператора, но в этот момент вновь раздался голос диктора и маленькому офису из трёх человек пришлось прерваться, дабы занять свои места.       Внутреннее пространство поезда мало чем отличалось по стилистике от платформы. Все тот же металл и неон, но появились полноценные лампы с мягким белым освещением, а также ряды синих кожаных кресел для пассажиров. — Как приятно наконец оправится отпуск, — облегчённо разлившись в кресле сказала молодая девушка слева от трио, пока те искали свои места и пытались пристегнуться. — Мы впервые едем на WARP-поезде, всё точно будет в порядке? — взволнованно спросил мужской. — Дорогой, ты такой нервный. Каждый день услугами корпорации W пользуются тысячи людей по всему Городу, — с игривым укором в голосе успокоила собеседника девушка. — Если ты так сильно волнуешься, можешь взять меня за руки и закрыть глаза. — Я слышал было несколько несчастных случаев когда эта корпорация только открылась… — продолжил беспокоится мужчина, но тут девушка хихикнула и голос мужчины смолк. Не удержавшись Ольга оглянулась и узрела как девушка склонилась к мужчине. Тут и проком быть ну нужно, чтобы понять происходящее. Треклятые романтики явно не беспокоились о том, чтобы хоть как-то скрывать свои отношения. — Хорошо. Я прильну к тебе и схвачу тебя крепко-крепко. — Рэйн… — позеленев, взмолилась оператор. Может дело было в вибрации поезда, собирающегося отправляться в скором времени, а может она увидела слишком ванильную чушь, но корректировщице определённо было не очень. Головная боль-то уже почти прошла, а вот тошнота казалось лишь прибавила в силе. — Если я всё-таки блевану, ты позаботишься о беспорядке? — Ну уж нет, — взъярился корректировщик, севший справа от оператора, пока их последний сокомандник села позади и теперь восхищенно оглядывала окружение. — Даже не думай! — Внимание всем пассажирам, — голос диктора в поезде был куда тише. Такое чувство, что его источник находился в каком-то удаленном или скорее защищенном месте. По крайне мере оператор точно не поняла откуда доносился женский голос. — Пожалуйста, пристегните ремни. Поезд отправляется через десять минут. Пожалуйста, не открывайте двери, пока поезд находится в движении.       Это была стандартная процедура — пусть поезд и достигал своей цели за десять секунд независимо от расстояния, но подготовка занимала значительно больше времени. — Слушайте, я всегда задавалась вопросом, какой вообще смысл в этих ремнях? — не удержалась Ольга, пребывая весьма не в духе от черного ремня, обхватившего ноги. Корректировщики, независимо от их ранга, вообще плохо переносили любые вещи, ограничивающие их мобильность. И ремень, цепко стягивающий бедра и талию были именно такой вещью. — Это, наверное, правило этикета. Кто знает, быть может, такая мера безопасности лучше, чем вообще ничего, — флегматично заметил Рейн. Ремни нервировали и его тоже, но корректировщик просто не подавал виду. Он уже смирился с алкоголизмом своей старшей сестры, какие-то ремни мелочь на этом фоне.       А забытая своими напарниками девчушка в это время восхищенно оглядывала окружение. Она впервые была в одной из вотчин крыльев, а тут ещё и сразу собственность корпорации W, любящей демонстрировать свою продвинутость и владение высокими технологиями во всём. — Ой-ой, — вновь подала голос только было успокоившаяся девушка слева от Ольги. А ведь она понадеялась, что эта парочка успокоилась. Похоже сегодня Рейну все же придётся убирать за ней. — Ты вцепился в меня, как ребенок. — Ну, лучше уж так… — неуверенно отозвался парень. — Стоит поезду отправиться, как мы будем на месте всего через десять секунд! — вновь попыталась успокоить того девушка, но парень явно не собирался отпускать ту. — Но ты такой милый, когда пугаешься, так что я оставлю тебя в покое~. — Почему мы должны сидеть рядом с этими противными влюблёнными голубками? — риторически спросила Ольга, которой уже было плохо от слышимой ванили. И «немного» завидно — ремесло корректировщика не располагало к заведению постоянного спутника. Как и её характер. В последнем, конечно, оператор никогда и никому не признается. — Разбуди меня, когда мы прибудем, я пока вздремну. — В лучшем случае ты поспишь минут десять, — подметила медноволосая девушка, наконец-то отлипнув от созерцания окружения. К счастью, её напарники были слишком заняты перебранкой и не заметили это, сидя впереди. — Пофиг~ — легкомысленно отозвалась Ольга, развалившись в кресле. Даже если это лишь десять минут — это целых десять минут без похмелья и чувства вуайеризма от ненамеренного подслушивания парочки голубков. На этой мысли сознание оператора и погасло…       При следующем приходе сознания Ольга первым делом отметила, что похмелье почти отступило. Да и воркования не слышно. Вторым, что по собственным ощущениям они проспала больше десяти минут, что странно. И последнее — её кто-то тормошит. — Сестра! Сестра! Проснись! — взволновано кричал Рейн, треся оператора. — Что, чёрт побери, случилось? — разом отогнала остатки сонливости Ольга, нервно оглядывая округу. Вроде всё в порядке, ничего не изменилось, но её брат был осторожным, а не параноиком, так что по мелочам бы не нервничал. — Что-то пошло не так. Мы уже час как отправились, а поезд так и не прибыл на место, — отозвалась Мика из-за спины оператора.       И её слова не на шутку всполошили главу офиса. И заставила ту вспоминать все ей известные нецензурные обороты. У старой опытной тридцатитрёхлетней корректировщицы было таких много. — Что происходит, Мэрри?.. Ты сказала, что мы будем там всего через десять секунд, — взволнованно спросил паренёк в стороне от корректировщиков. Какого сейчас должно быть неподготовленным людям Ольга даже думать не хотела. — Странно… Такие задержки — это нечто сверхъестественное… — теперь беспокойство было и в голосе уже не воркующей девушки.       Впрочем, даже волнуясь, оператор не собиралась ничего предпринимать. Всё вокруг было собственностью крыла и даже на нервах тем не стоило ничего трогать. В конце-концов, скорее всего это просто задержка из-за неполадок. Такое уже было в жизни оператора, пусть и не с поездами корпорации W. Всё будет в порядке…

Шесть треклятых часов спустя.

      Нах*р это. За последний час в разуме оператора начала мелькать именно эта мысль. За последние шесть часов ничего не поменялось. Интуиция корректировщиков уже орала благим матом и вскоре те собирались к ней прислушаться. Пока что впрочем инстинкт самосохранения, шепчущий о том, что с ними могут сделать агенты крыла W, все ещё перевешивал. Пока ещё перевешивал, но терпение было уже на исходе. — Чёрт возьми, ну что это за непруха? — воскликнула Ольга, вымещая скопившееся раздражение. Опыт говорил корректировщице ничего не делать. Чутьё же молило о действиях. — За последние десять лет у корпорации W не было ни одного несчастного случая, — пытался успокоить то ли себя, то ли окружающий Рейн. Впрочем в свои слова тот не особо верил, так что эффект в обоих вариантах был так себе. — Такими темпами мы тут застрянем навечно, — раздраженно, утратив всякое восхищение к окружающей ту собственностью крыла, выдала последний член маленького офиса. — Если что-то пошло не так, я выломаю эту дверь, — предложила Ольга, основываясь на своём опыте. У той уже бывали случаи застревания внутри техники. Вышибить дверь или срезать пилами часть корпуса и выбраться наружу — верный способ. А возможные штрафы? Ольге было уже насрать. — С ума сошла! — Воскликнула медноволосая девушка. — В предупреждениях говорилось, что если мы попытаемся открыть двери, пока поезд находится в движении, то нас засосёт в открытый космос. — А что ещё делать, Мики? — хмуро отозвалась Ольга. Но все же села на место. — Поезд, кажется, всё ещё движется… — вяло отозвалась Мика, обратив внимание, что вибрации, появившиеся при начале движения ещё не прекратились.       Да и сама Ольга своим обострённым аугментациями вестибулярным аппаратом чувствовала что они ещё движутся. Пожалуй, пока что она подождёт. Ещё немного. Ещё совсем немного…

Восемь еб*чих часов с начала инцидента.

— Нафиг эти ремни безопасности, — вскинулась Ольга и потянула за спину, за прицепленным к поясу сложенным пилотопором. Она уже пыталась открыть ремни руками и у той не вышло, значит выход был один. — Эй, доставайте снарягу!

Тридцать бл*дских часов с начала инцидента.

— Ну охереть теперь! Им действительно насрать на то, что здесь застряли триста невинных душ? — воскликнула на весь вагон Ольга, усевшись в первое попавшееся свободное кресло. Таких стало много, так как народ активно кучковался в панике, да и не все места были заняты изначально. — Чёртова дверь, даже вмятинки не остаётся.       За последние двадцать два часа та успела попробовать зубьями пилы стены, освещение, двери и даже сами кресла. Оператор не знала из чего и каким образом были изготовлены все эти вещи, но в столкновении её пила, между прочим весьма дорогой инструмент весьма известной мастерской, проиграла даже синтетической кожи кресел. Да даже ремни не поддавались и корректировщикам пришлось аккуратно выползать из-под них, что вообще-то весьма сложно при её комплекции.       Двери впрочем открылись, но только ведущие в другие вагоны, а не наружу. И там было всё так же. Неизвестным фактором оставались двери ведущие в вагон первого класса, но те также отказались открываться. Кажется богатеи не собирались рисковать своими шкурами и даже пытаться выяснить происходящее. Ну им-то чего — поди до сих пор спят в камерах гибернации. — Атмосфера становится жутковатой, — подметил Рейн, оглядывая окружение. Большинство людей в их вагоне не были корректировщиками, потому не умели сохранять самообладание и только старания какой-то странной женщины с каштановыми волосами, назвавшейся Еленой, помогли удержать всех от всеобщей паники. — Все пассажиры очень сильно напряжены. — Самое смешное — то, что я не чувствую ни голода, ни жажды, хотя мы часов тридцать ничего не ели, — морально вымотавшись, заметила Мика.       Да и сама Ольга давно обратила внимание. И черт с ним, с голодом — похмелье тоже не спешило уходить. Единственное, что радовало — мигрень и тошнота все же прекратились. — Похоже, мы и вправду тут застряли, — хмуро вывел Рейн, сев рядом с сестрой. Он также успел перепробывать всё окружение на прочность. — И способа покинуть поезд нет. Что ж, мы можем только ждать и надеяться.       На это Оператор лишь раздражённо дернула головой в несогласии. Но мыслей о том, что делать почти не было. Почти, так как что-то вертелось в глубине её нетрезвой головы, но той нужно было успокоится дабы пригласить эту мысль поближе… Пригласить? — Ребят, как насчет авантюры? — изобразив намёк на улыбку, спросила оператор, выудив из кармана брюк конверт, врученной той Мью уже почти два дня назад. Сроки заключенного запроса уже были точно сорваны, но зато конверт был у неё. И Ольга надеялась, что тот сработает так как сказала её подруга. — Давайте воспользуемся вот этим.       Ольге было уже плевать на награду и запрос, однако Мью говорила, что при подписании приглашения появляется дверь, через которую можно войти в библиотеку. И этим можно было воспользоваться. — Приглашение?.. — недоверчиво спросила Мика, открыв черный конверт и вчитываясь в написанное. — Не думаю, что нам это поможет. — Возьми мою ручку, — с хмурой решимостью выдал Рейн, вытащив онную и протягивая Ольге. Оператор частенько забывала взять пиджак, так что корректировщик уже привык носить при себе несколько запасных ручей и других полезных вещей, вроде энкефалиновых батарей для их оружия. — Я готов на всё, лишь бы выбраться из этого поезда…

Библиотека руин, этаж общих работ, кабинет Анжелы. Акума.

— Похоже, даже Сингулярность может дать сбой, — спокойно прокомментировала увиденное Анжела, когда видение приглашения закончилось, а я не стал как всегда комментировать наших будущих гостей. В основном потому что на самих гостей мне было в данный момент глубоко плевать и я осознавал количество и качество тех проблем, которые нам обеспечило очередное красное приглашение. Мало нам было ассоциации, теперь мы ещё и на крыло нарвались. — Поезд должен был прибыть в пункт назначения всего за 10 секунд, верно? — Никогда не пользовался поездами двадцать третьего крыла, — честно отвечаю, так как туман в голове явно намекает, что этого не было, а не я не помню. Насколько я помню, меня вообще там видеть не желают после одного инцидента с контрабандой и одним отрядом зачистки корпов. Нах*ра вообще отряды зачистки делают на платформах? — Но это явно не норма. И большой скандал для крыла. И большие проблемы для нас. — Что ты имеешь ввиду? — удивлённо спросила Анжела. До сих пор не понимаю, как на лице, на котором совершенно ничего не меняется, умудряюсь замечать различия в эмоциях.       Нет, директор, конечно, умеет выражать эмоции, как лицом, так и голосом. Но умеет и делает — две разные вещи. И я замечаю изменения в эмоциях даже когда ни в голосе ни в мимике тех нет. Ну да и плевать — умею и ладно. Мне только помогает, а Анжелу по большей части не раздражает.       А ещё туман в черепушке и те воспоминания, что восстановились подсказывают, что я всегда так мог и это норма. И вообще, может я неосознанно улавливаю изменения в мельчайшей мимике глаз. В городе и не такое возможно. — Крыло W, конечно, разберётся в чём проблема, однако если им не удастся скрыть инцидент, то им нужно будет найти на кого свалить вину, — поясняю попутно разбирая книги для приёма. Оператор явно у них тёртый, судя по движениям возможно пятёрка. Для неё мои лохмотья что простая ткань, значит накинем плащ Вальтера. А вот двуручник его для меня бесполезен — слишком тяжелый, так что ограничимся шестопёром. — И поверь, логику для этого использовать не будут, так что неожиданно появившаяся дверь куда вошли трое корректировщиков станет прекрасным поводом обвинить во всём библиотеку. — Приглашение никак не должно было повлиять на работу поезда, — уверенно ответила Анжела. С прямо-таки железной уверенностью. Знакома с сингулярностью двадцать третьего крыла? Интересная информация. — Но ты прав. Люди любят перекладывать свою вину на других.       О, и ни малейшей веры в честность крыльев. Такое чувство, что она сказала о собственной непричастности лишь для того, чтобы не давать мне даже намёка на подобные мысли. Хотя да, бывшая «главная сефира», то есть, как мне объяснила Алиса, помощник управляющего. Так что примеров подобного поведения крыльев у неё уж точно достаточно. — Даже если они не станут этого делать, то всё равно полезут сюда, дабы выяснить, куда пропали пассажиры, — флегматично отмечаю, попутно жестами показав Алисе готовится ко встречи с владельцами пиломечей. То есть с гостями, чьё оружие имеет акцентированное режущее или рубящее действие. У нас уже было достаточно книг разных корректировщиков, дабы выбирать разные в зависимости от манеры боя и вооружения гостей. — Не говоря уже о задержке, слух о пропаже даже трёх пассажиров дорого обойдётся для репутации крыла. — Как бы то ни было, думаю, в скором времени я встречусь со старой знакомой, — спокойно заметила Анжела, этим вогнав меня в ступор.       То есть, кто такие корректировщики она толком не знала, но что ли была знакома с кем-то из троицы? Да вряд ли. Парочка голубков? Да они собственно сюда не собираются и вряд ли придут. Так кого это ждёт директор?       Хотя, если мыслить логически, то управляющий большая шишка, значит Анжела могла присутствовать на встрече, а скорее всего и организовывать эту самую встречу, с другой такой же важной шишкой. Взаимосвязь-то, конечно, не очень, но другие варианты ещё бредовей. — Крыло R сотрудничало с корпорацией Лоботомия? — предполагаю наиболее логичную вещь из появившихся в голове вариантов.       Корпорация R. Наёмная армия. Корректировщики могут быть сильнее, могут быть дисциплинированней, их может быть больше, но солдаты этой корпорации имеют численность, выучку и снаряжение недоступные корректировщикам одновременно. В закрытых масках с противогазами и полностью унифицированной формой они прут на противника безликим легионом, игнорируя потери с собственной стороны.       Казалось бы, с таким подходом корпы должны быстро израсходовать свои лимиты и резервы, однако нет. Главе ведомо, где те берут столько рекрутов и снаряжения, но проблем с ресурсами, включая людские, они не испытывают.       Всё это напоминает мне об одной нечестивой шлюхе и её методах. Её песики, конечно, не такие крепкие, но манеры схожие. Надеюсь, что источники солдат у них все же разные, иначе у нас огромные проблемы. — Верно, — подтвердила Анжела. А потом выдала такое, что мне стало дурно. — Между крыльями был заключен контракт на поставку энергии в обмен на защиту. — В таком случае нам действительно стоит ждать явление солдат восемнадцатого… — задумчиво выдаю, пытаясь подцепить какую-то мысль. Что-то не то у меня ассоциируется с кроликами, да и вообще со всей корпорацией R. То ли с ними что-то не так, то ли с моими отношениями с ними. Мысль оформляться не желала. Зато мигрень ещё как, так что пока оставим. Но запомню — мне что-то известно о восемнадцатом крыле.       Сборы перед приёмом были краткими. Руби как и всегда предпочла всему книгу Марса. Ей определённо доставляло удовольствие подавлять противника огромным мечом, да и этот двуручный тесак был куда шустрей, чем казался. Алиса же взяла книгу какого-то семёрки, вооруженного парой из длинного и короткого меча, которого мы приняли недавно. Ничего особенного, но его зеленый плащ было на удивление сложно разрезать.       Не утруждаю себя запоминать имена каждого убитого в библиотеке, только личных жмуриков или из красных приглашений. Скорее всего я так и не услышал имени, прежде чем тот испустил дух. — Ухх~ Вот это я понимаю, телепортация! — восхищенно выдала Ольга, первая вошедшая в двери библиотеки. При этом она ещё и довольно потянулась, притягивая взгляд к ремням очеркивающим грудь. Либо кому-то сильно повезло, хотя тут как посмотреть, либо у кого-то под рубашкой броник скрытого ношения. Точно помню, есть модели, маскирующиеся под развитую мускулатуру или грудь. — Гораздо быстрее и лучше, чем у идиотской сингулярности крыла W. — А мы точно можем действовать так беспечно? Ты сказала, что получила приглашение от корпорации R. Разве приглашение не было адресовано не нам? — проявил разумную осторожность Рейн, входя следом.       Впрочем, напрасную. Приглашения достигают своих гостей самыми разными путями и большинство корректировщиков и мелких офисов сейчас приходят к нам по сторонним запросам с передачей приглашения. Хотя как-то один офис решил уточнить и с шоком для себя узнал, что в посланном запросе изначально приглашения не было, но всё равно сюда сунулись. А потом его оператор отоварил меня арматурой из кустарного арбалета. Его смерть была очень мучительной. — Мики, заткни его ненадолго, — взмолилась Оператор, схватившись за голову. Похмелье не радость. И кажется перемещение через двери библиотеки плохо сказывается на пропитых мозгах. Стоит запомнить. — Если он скажет ещё одно слово, меня точно вырвет.       Нда, блаженны неведающие того, что закусывать надо, коли пьёшь. И пить достаточно воды. И даже закусь подходит не любая. Распитие спиртного вообще целое искусство, которому не обучено большинство. И тем кто решил пренебречь сим искусство похмелье становится карой самого организма. Презренные те, кто пьют не ведая сего. — Вообще, Рэйн прав, — не согласилась Мика, входящая последней и с подозрением глядела за тем, как дверь сама захлопнулась вслед за ними. — Может быть, нам следовало быть более осторожными. — Конечно, конечно~ Вы все против меня, — недовольно пробурчала Ольга. — А ведь только благодаря мне мы смогли сбежать из этого проклятого поезда.       Хороший лидер. Трусливый пёсик бы уже накричал на подчинённых, но у этой женщины выстроены крайне доверительные отношения со своими подчиненными. При этом совершенно не мешающие тем слаженно работать. И ведь образ жизни легкомысленной пьяницы совсем не помешал той достичь высот. Манера движений и повадки не врут — она где-то на уровне Вальтера.       Пожалуй даже талантливей. Как минимум потому, что она нас заметила. Старается не подавать виду, однако чаще положенного косится на шкаф, за которым прячется воробушек. Но меня не запалила — все же не имея специальной аугментики заметить сложного того, кто опытом не обделён. — Приветствую вас, дорогие гости, — вышла к гостям Анжела. Как и ожидалось, корректировщики ту не ждали и сразу напряглись, пусть и не став врубать свои пилы раньше времени. Оператор же даже не пыталась сделать вид, что не заметила директора. Но очень задумчиво косилась на соседний шкаф. — И я тебя рада видеть, лапонька~ — панибратски легкомысленно ответила Ольга, прежде чем воробушек полностью представилась. Не то, чтобы перебила, просто директор делает небольшую паузу между приветствие и представлением, в которую Ольга ненамеренно вклинилась. И, кхих, лапонька? А она мне уже нравится!       Лёгкость в речи, но во взгляде чувствуется готовность в любой момент как отразить чужой натиск, так и самой ринуться в бой. При этом эти намерения не мешают той наслаждаться жизнью, пусть и явно перебарщивая с алкоголем. Хороший подчинённый бы вышел. Жаль Анжела уж точно не позволит вербовать себе людей из числа гостей. Очень жаль. — Я прошу прощения, все мы в некотором замешательстве, — извинился за сестру Рейн, не сводя взгляд с директора. Потом ещё чуть тише добавил. — А у неё к тому же похмелье…       В отличии от его начальницы, враждебность мальца чувствуется кристально ясно. Словно загнанная в угол крыса того и гляди бросится на директора. Но все же держит себя в руках и оружием не бряцает. Даже пытается сгладить острые углы при общении. Пожалуй месяцок погонять и толк будет…       Хмм… Кажется из меня поползли мои синдикатские привычки. Это хорошо, значит в моей черепушке понемногу всё налаживается, но кажется мне, что я уже избавился от подобных замашек… А нет, я пытался, но бросил через месяц. Тогда всё в порядке, продолжаем оценивать всех в округ с точки зрения подчинённых и, собственно, рекрутировать. Кроме покровителей — они бестолковы. И Анжелы — не в том положении, да и не хочется. — Я понимаю, — флегматично отреагировала директор. Кажется даже с толикой смирения, но без возможности видеть лицо я не могу читать эмоции. — У меня есть опыт взаимодействия с пьяницами.       Хмм, вот вроде и стандартное всепонимающая вежливость директора, но прям чувствуется шпилька. Маленькая, но чувствуется. Возможно мне стоит меньше подкалывать окружающих при директоре или её пригляде? Да ну, опять всякий бред в голову лезет. — Ты-то хоть знаешь, что за чертовщина там творилась? — несколько обиженно спросила Ольга, явно пытаясь сменить тему. А то судя по взгляду её подчинённых, оператору бы прям сейчас могли устроить очередную головомойку. Заслуженную, конечно, но весьма не своевременную. — Боюсь, я знаю лишь то, что вы — гости, приглашённые в библиотеку, — спокойно ответила Анжела, пока что сохраняя свою показную вежливость. Но чую ещё немного и та приобретёт нотки, взбесившие одного беловолосого семёрку из цвая. — Хех, а она не так груба, как мне Мью рассказывала, — усмехнувшись, легкомысленно пробормотала Ольга. Вот только учитывая, что её услышал даже я, стоящий дальше всех, то и директор тоже, благо на слух та не жалуется. Ну и наглость, конечно, обсуждать человека, стоя в паре метров перед ним. — Походу крольчиха соврала, сказав, что с ней невозможно общаться. — Она её знает? — осторожно спросила Мика, ни сводя глаз с директора. Но немного успокоилась. Видимо тот факт, что неизвестная девушка перед корректировщицей не полная незнакомка, о которой не ведомо ничего, все же примирял девушку с действительностью. — Мы c Мью знакомы, — коротко отозвалась директор. При этом явно недовольная тем, как сейчас её обсуждали. — Могу я узнать, откуда вам известно обо мне? — Ну, видишь ли, мы должны раскопать что-нибудь о связи между корпорацией L и Библиотекой, — беспечно выложила все карты не стол Ольга. Мда уж, гостей от крыльев нам точно не хватало. Сначала ассоциация, теперь корпы, дальше что, руке подворотен лапку отдавим? Анжеле дорого обойдутся подобные гости — это не было в условиях сделки, так что я уж точно не остановлюсь на простой кухне. — Именно об этом нас и попросила Мьо. — Понятно, вот как вы узнали обо мне, — задумчиво ответила Анжела, кажется вспоминая о той самой крольчихе. Учитывая, что Мью отправила на убой ту, кто искренне звал крольчиху подругой — не нравится мне эта с*ка, ой как не нравится. — Хотите анекдот~? — продолжила Ольга, которую похоже потянуло на шутки. Что же, приобщимся же к современному юмору корректировщиков, а то прошлые гости не любили анекдоты травить. — Мы говорим с машиной, а не человеком.       А нет, она просто легкомысленная дура. Ну либо не особо придаёт значения этим словам и возможной реакции. В любом случае, я помолюсь за её душу прежде чем снести голову.       Кстати, если Ольга знает о Анжеле от Мью, то наверняка и знает, что та не опасна сама по себе. Видимо, поэтому она и спокойна и настолько фамильярна: просто изначально знает, что ничего ей не будет. Что же все иногда ошибаются. Думаю, нужно будет рассказать ей о том, кто именно здесь директор, а то сама Анжела сегодня решила не представляться полностью. — Прошу, не зли её, — хлопнув себя по лицу, чуть не задев очечки, одёрнула начальницу Мика. Маленькая девчушка оказывается более сообразительней, чем её начальница. Не то, чтобы это меняло их исход, но пожалуй её бы тоже хотел я видеть подчинённой… Уфуф, да успокойся уже, старый головорез. Ты не можешь просто вербовать себе людей направо и налево как раньше. — Мы просто возьмем книги, перечисленные в приглашении, и уйдем, хорошо? — Разумеется, после того, как пройдете назначенное вам испытание вы сможете получить любые книги, которые захотите, — степенно отреагировала Анжела. Но манера чувствуется — она уже не в духе. — Давай начистоту, лапочка, — продолжила расспрашивать Ольга под недовольные взгляды своих товарищей. Да и Анжела уже по-моему устала от этого панибратства. Пожалуй мне стоит немного ограничить себя в ближайшее время. Не стоит дуть на тлеющий фитиль. — Ты ведь знаешь, как связаны библиотека и корпорация L, верно? Мьо сказала, что одно твоё наличие в библиотеке будет неопровержимым доказательством того, что между корпорацией и библиотекой есть связь. — Уверена, вы сможете найти ответ в книгах, которые ищете, — холодно ответила Анжела. И прежде чем Рейн, да и Мика, вероятно собирались в очередной раз извинится, закончила разговор. — Желаю вам найти здесь вашу книгу.       За словам Анжелы последовал щелчок пальцами и в следующую секунду мы все оказались на поле боя этажа общих работ. Корректировщики тут же поврубали свои пилы и пусть те пока были на холостом ходу, но двигло ревело весьма внушительно, особенно большая дура Рейна, явно куда более грубая, чем электромоторы у остальных. Мои библиотекари было тоже хотели наставить на гостей оружие, но я жестом приказал тем пока этого не делать. Стоило высказать пару ласковых, прежде чем начать драку. — Директор нынче опять не духе, — легкомысленно отвечаю, с насмешкой глядя на гостей. — И чем же таким вы её взбесили, коль сюда она вас выставила? — Директор? — удивился Рейн, но потом его лицо приобрело знакомые возмущенные нотки. — Старшая сестра, в какую передрягу ты нас опять завела. — Да ладно вам, этот парень наверное шутит, — легкомысленно отозвалась Ольга, но тихое гудение её пилотопора лучше слов показывала напряжение. Не стала бы оператор тратить по чём зря заряд. — Не может такого быть, чтобы та лапонька была главной. — И тем не менее — это так. Анжела является директором библиотеки и главным же библиотекарем, — пока мои девчата тихонько ржут над тем, как оператор нарекла воробушка, информирую гостей о том, чего решила не говорить воробушек. — Она же определяет тяжесть отмеренного вам испытания. — Очень извиняемся за неё, — тут среагировала Мика, вторая осознавшая глубину той кроличьей норы, куда их завела оператор. Первой была сама Ольга, но та лишь молча изготовилась к бою. — К сожалению, та пред кем вам стоило бы извинится уже отправила вас сюда, — флегматично отвечаю, обнажая клинок тати из ножен и принимая стойку. Свободной левой рукой обнажаю кодати обратным хватом, изготовившись тем отражать удары. — Так что ваше испытание уже находится пред вами. — По слухам здесь должны водится монстры с окраин, ты не настолько страшный, как думаешь, — отбросив панибратство и улыбнувшись, заметила Ольга, первой идя на сокращение дистанции. Остальные корректировщики вместе с моими библиотекарями, встали по сторонам от своих предводителей и приняв стойки тоже начали осторожно подходить друг к другу. — Ой, ты мне льстишь, лапочка, — беззаботно отзываюсь, улыбаясь прямо в лице оператору. Пятнадцать метров, десять, пять — с каждым шагом напряжение нарастает, но лёгкая улыбка все ещё украшает моё лицо. — Впрочем, попробуй повторить это минут через пять.       Дистанция три метра, пора! Заношу тати, готовясь к рубящему удару с левой стороны и прежде чем нанести удар, резко доворачиваю кистью и перенеся вес на правую ногу, перевожу ложный рубящий удар в колющий выпад. Оператор едва успевает среагировать, прежде чем острие едва не вонзается той под шею и над ключицами. Лишь за счёт опыта первый же удар не стал для корректировщицы роковым.       Успев отвести удар, Ольга, используя положение топора, бросается на меня, стремясь вспороть брюхо, но незаточенная обратная кромка кодати ловит зубья цепной пилы прежде, чем те достигают цели. Держать ревущую пилу непросто — икры летят, да и та постоянно норовит соскользнуть, но взмах тати наотмашь заставляет Ольгу разорвать дистанцию, краешком лезвие оцарапав щёку девушки.       Тут же оператор лезет за клинком в открывшуюся брешь. Отразить тати не успеваю, но кодати удобно использовать в клинковой защите и пила остаётся ни с чём, лишь слегка попортив цвайский плащ, прежде чем новый взмах клинка заставляет девушку разорвать дистанцию.       Пока мы с Ольгой исполняли первые движения кровавой сальсы, остальные тоже включились в мясорубку. Алиса с парой прямых мечей исполняла с Микой танец весьма схожий с моим, не позволяя другу ранить себя. Руби же схлестнулась с Рейном и пусть её тесак был длиннее, да и легче, но двуручная рукоять в сравнение с полноценным древком у пилы мальца не позволяла той достать парня. — Ух, меня всё ещё тошнит, — измученно пожаловалась Ольга в очередной раз разрывая дистанцию. Она была достаточно быстрой, чтобы уклонятся от клинка, но недостаточно, чтобы толком воспользоваться этим. — Чертова сингулярность корпорации W. — Закусывать стоило, — сойдясь в клинче, скрестив свои клинки с пилой, давлю всем весом, сближая наши лица. В бою, где обе стороны начинены аргументациями, трёп вполне уместен. Тем более, козырей у меня хватает, да и я больше заинтересован в том, чтобы вспомнить, как именно фехтовал в прошлом. — Да вы издеваетесь! — возмущенно отзывается Ольга, попутно отводя мои клинки в сторону, и пытаясь рубануть в бок. — Вот уж от противника я ещё нотаций не слушала!       Что же, у неё почти получилось, кимоно она мне успешно испоганила. Ещё на животе пара царапин, но мышцы кажется не задела, так что пох*р — заживёт и бой ещё не кончится.       Взамен сама оператор зажимает кровоточащее плечо. Рука не ведущая, да и рана пустяковая, но всё равно льёт неплохо, приятного мало и в прыти та потеряет. Уже сам разорвав дистанцию, убираю кодати в ножны, мне сейчас может понадобится двуручный хват, а на защиту можно и забить.       Развивая успех, иду в наступление. Даже одной рукой оператор фехтует просто превосходно, но сила уже не та. Размашистым ударом клинок лишь вновь рассекает воздух, а Ольга пытается сблизится для удара.       Приложив вторую, резко меняю положение меча и ловлю полотно пилы Ольги в новом клинче. У корректировщицы и раньше едва хватало силы, а сейчас пересилить её не составляет никакого труда. Отведя пилу Ольги в сторону, освобождаю левую руку и хватаю корректировщицу за запястье руки, держащей топор. Ха, попалась! — А стоило бы, лапочка, — с усмешкой сообщаю, прежде чем со всего маху вдарить рукояткой тати в лоб оператор, а следом тут же добавить ногой в живот. Корректировщица пытается освободится, даже хорошенько прописала мне в челюсть, но едва ли это было существенным.       Тати летит в сторону, а кодати одним слитым движением извлекается из ножен и находит себе пристанище под рёбрами оператора. Ольга хрипит и пытается вырваться, но поздно. Притянув к себе, с размаха бью лбом в нос и пока оператор не очухалась, провернув лезвие, вырываю кодати, чтобы тут же вспороть им живот.       Ярко алая кровь заливает моё кимоно, а тяжелый запах чужой свежей артериальной крови пропитал округу, но Ольга напоследок умудряется вырвать руку из хватки и лишь подставив правую руку мне удаётся защитить шею от бешено ревущего полотна пилотопора.       Зубья потрошат моё предплечье в месиво, прежде чем ударом ноги по кровоточащему нутру я успеваю откинуть от себя оператора, опрокину ту навзничь. На удивление, та пытается встать, несмотря на чудовищную боль. Что же, пора избавить её от боли. — Стоило бы слушать, чего говорят — может и прожила бы дольше, — флегматично заключаю, попутно хватая почти поднявшуюся корректировщицу за волосы и вбивая той нос в череп коленом.       По началу оператор ещё дёргается, стремясь освободиться, но когда разорванное предплечье достаточно регенерировало, клинок кодати обрывает её мучения, перерезая горло и корректировщица теряет силы к сопротивлению окончательно. Удивительная воля к жизни, обычно корректировщики куда менее волевые в плане перенесения ран. — Босс? — удивлённо спрашивает Мика, подскочив к телу оператора, пока я устало подбирал отброшенный ранее клинок и переводил дух. Алиса сейчас зажимала глубокую кровоточащую рану на животе и пыталась вытащить цепной меч, накрепко застрявший в её плече, не иначе как чудом не оторвав то. Пусть и жива, но явно не боец. — Тебе нельзя здесь спать… Пожалуйста, вставай,       Что же, ничего личного. Ещё пару мгновений на отдых, три шага вперёд и мелкая очкастая корректировщица лишь успела заметить, как тати возвысилось над ней, прежде чем голова упала с плеч. Семёрка, даже талантливая, уже мало что могла мне противопоставить, так ещё и сама девушка забыла о своём оружие. — Сколько раз я говорил тебе не быть такой неряшливой, сестра? — обречённо высказал Рейн, смотря на бездыханное тело сестры нечитаемым взглядом. Его напарница тоже удостоилась последних слов. — Мика… Ты вела себя так невозмутимо и уравновешенно… Это не круто — умереть так на моих глазах. — Пытаясь избежать из одной западни, вы тут же оказались в другой, — флегматично заключаю, смотря на то, как распадается на страницы труп Руби. Малец буквально насадил мою девчушку на свой цепную глефу и за счёт древка выпотрошил, словно рыбу. — Не вини ни себя, ни своих товарищей, такое иногда случается. — Возможно, — холодно отозвался Рейн, выдергивая пилу из тела Руби. — Но только я виноват в своей некомпетентности. Скоро я догоню их двоих… — Ну-ну, даже если перед тобой враг, которого тебе не суждено победить, встречать смерть стоит улыбкой, — усмехнувшись, беру тати двумя руками. Плевать на риск, сделаю это быстро. — Иначе вообще не стоило становится корректировщиком.       Быстрая сшибка всё решила. Рейн выставил свою оглушительно ревущую пилу вперёд в смертельном выпаде. С трудом, но отклонив полотна пилы в сторону, дабы вместо живота те рассекли лишь плащ и бок, одним ударом лишаю мальца его головы. Крылья, а ведь если бы мышцы на руке не зажили, сил бы мне точно не хватило. Все же пилы жуткое оружие. И эта троица умела ими пользоваться. — Однако же, весьма странно сие, — коли бой закончен, можно и порассуждать вслух, мешать мне всё равно некому, а единственная кто может подслушать скорее сама присоединится к беседе. — Поезд, что должен доставить людей за десять секунд не могут вскрыть в течении тридцати часов? Бессмысленный вздор! Корпы грызутся меж собой как бешенные собаки и коли подобное произошло бы, этим не преминули бы воспользоваться конкуренты в качестве точки давления. Однако, это произошло. И внутри оказались гости. Случайно ли? Мью рассказывала Ольге о том, что случится при подписании приглашения, не так ли, Анжела? — Верно, Мью сообщила офису моляров всю информацию, которую только успела собрать ассоциация о библиотеке, — подтвердила мои мысли директор. И да, я вновь стоял в её кабинете. Я уже перестал на это как-то реагировать. — Хочешь сказать, что они стали разменной монетой в войнах между корпорациями? — Скорее всего, Анжи, скорее всего, — с печалью в голосе заключаю. Никогда не любил связываться с крыльями. Вопрос даже не силе, сколько в проблемах. — Если Мью было известно, что место переноса не имеет значение, зачем тогда та выдала им билеты на поезд корпорации W? — Ольгу тоже это интересовало, — флегматично отреагировала Анжела. — В запросе Мью отметила, что сначала офис моляров должен был обследовать остатки гнезда корпорации L в двенадцатом районе. И только в случае, если те не нашли бы ничего, офис должен был отправится в Библиотеку. — Тогда зачем им было садится на поезд корпорации W. Билеты на него вообще-то весьма дорогие, чтобы пользоваться теми, ради того, чтобы посетить соседний район. Ольга и её люди вполне бы могли добраться до своей цели в течении дня воспользовавшись автотранспортом, — отметаю данную версию. Районы в городе образовывали спираль. И двадцать второй районе, в котором жил и работал этот офис, находился по соседству с двенадцатым. В тоже время восемнадцатый район, вотчина крыла R, располагался на востоке города. — Значит корпорации R зачем-то было нужно, чтобы офис Моляров воспользовался поездом, прежде чем попал в библиотеку. — Думаешь, корпорации R было известно о том, что случится? — удивлённо спросила директор. И подкинула очень толковую мысль. — Вполне возможно, — точнее даже вероятнее всего. Вряд ли бы сами корпы восемнадцатого устроили данный инцидент, однако они могли заранее знать, что тот случится и воспользоваться в своих целях. — Только в таком случае это значит, что нами воспользовались как разменной монетой для собственной выгоды. Ожидаемое, но печально. — Я это запомню, — мрачно отозвалась Анжела. Той явно не нравилась сама мысль, что крылья пытаются использовать её в своих планах. Маленькая наивная машина. Даже жаль её.