...
17 октября 2022 г., 20:22
Мужчина стоял напротив в опасной близости, протягивая свою волшебную сферу, от которой Сара совершенно не ведает чего ожидать. Если девушка откажется, и во что превратиться этот, пока что пустой шар, в котором не видется ни единого намёка на его дальнейшее перевоплощение? Ей совершенно не хотелось опасности, потому что она находилась на грани обморока.
Он не был вызван усталостью от многочасовой ходьбы по трудной ловушке, для которой приходилось напрягать все извилины своего мозга. Что-то поедало изнутри, и сие не было злостью на бесчестность игры, ведущей коварным Королём. Сие было не чрезмерным волнением за украденного младшего брата, чья судьба висела на волоске и судьёй являлась непосредственно Сара.
В первые часа два она не ощущала этой боли в виде отбивающегося в виски бешено быстрого ритма и жгучего огня, мучительно медленно распространяясь по венам, таким образом настырно доказывая своё внезапно открытое существование. Эта пытка началась приблизительно в тот момент, когда девушка вместе с Хогглом с божьей помощью спаслись от чистильщиков, что надвигались на них с умопомрачительной скоростью.
Да, она имела все основания для того, чтобы обвинить в этом правителя. Она была более, чем уверена: причиняемая боль его рук дело. В конце концов, кто обманом заставил её на время забыть цель своего необычного путешествия, через карлика предоставив отравленный персик, подаривший незабываемый бал? Мираж ли это был, или реальность, Сара до сих пор металась в догадках. По крайней мере, ладони Его Величества на талии были настоящими.
— Просто бойся меня, лю... – запнулся на полуслове правитель, увидев, что девушка осела на пол. — Сара, что с тобой? – обеспокоенно спросил он, растворив сферу в воздухе и расположившись напротив на корточках, протянув руку к её щеке.
— Всё... хорошо – выдавила девушка, отодвинув от лица вражескую ладонь.
— Если это в твоём понимании "хорошо", любопытно узнать, что в твоём понятии "плохо"?
Джарет ловко подхватил девушку, которая поначалу сопротивлялась, обессилено размахивая руками, но не получала никакого результата. В конце концов, смириться пришлось.
***
Мужчина положил Сару на кровать, укрыв пуховым, тяжёлым одеялом и подоткнув под голову мягкую подушку. — Что со мной... Ваше... Величество? – не открывая глаз, спросила девушка, нахмурив брови, когда по лбу потекла первая капля пота. — То, чего я опасался, – коротко отрезал Джарет, перебирая в ящике комода какие-то баночки и склянки с разноцветным содержимым. — Где... я? — В Андерграунде, очевидно же, – огрызнулся правитель, внимательно разглядывая на солнечном свету колбу. — Имею... в виду... в чей... — Старайся много не разговаривать. Недальновидно тратить силы на пустую болтовню. Все ответы получишь потом, когда боле менее пойдёшь на поправку. А теперь пей! – приказал Король, приподняв макушку больной и подставив к губам склянку. Сара послушно выпила зелье, и в этот момент никакие беспокойства по поводу того, что там мог быть яд, её не волновали. Что угодно, хоть лекарство, хоть смерть, лишь бы избавится от этого кошмара. — Теперь спи. — А где будете спать... вы? Ведь это... ваша... спальня? Кому ещё... ночевать у... вас... в замке? — Сказал же спать! – перешёл уже на крик Джарет, вылетев из комнаты чёрной птицей, взмахнув при повороте полами мантии, как всеобъятными крыльями, непроизвольно внушающими власть.***
Впервые за всю свою жизнь мужчине стало совестно за свой поступок. Зря он сорвал злость на девушку. Она не была виновата в том, что в ней пробудилась магия и теперь она пожирает её по кускам, так как Сара, естественно, не могла ещё контролировать её. Зря он затащил её в Лабиринт. Зря он связался с ней. Отдал бы ей брата и дело с концом. Теперь же она при смерти, а он безумно в неё влюблён и не готов терять своё счастье в лице Сары. Как же манили его её чёрные, как воронье оперенье, волосы. Как же прекрасны её вечно смеющиеся глаза и эта ослепительная улыбка... эта чёртова улыбка, которая убивает в нём всю харизматичную надменность и холодность! Вокруг плачущего малыша весело и задорно пляшут гоблины, безуспешно стараясь утешить его. Что-же делать ему с этим маленьким грузом на плечах? Отдать родителям, и стереть им память о дочери, так как она уже никогда не сможет вернуться к ним? Или оставить капризулю тут, дабы не ставить Сару под удар новыми переживаниями? В любом случае, и в том и том, память стирать семье девушки придётся. Дьявол, как много задач, что нужно решить как можно раньше! — Заткнулись все! – рявкнул мужчина, откинувшись на спинку трона, потирая виски, пребывая в глубоких думах. Существа тут же замолкли, как по щелчку пальцев, со страхом в глазах уставившись на предводителя. Крик подействовал даже на кроху Тобиаса, посмотревшим на Короля наоборот заинтересованно. — Позвать Хиггла? – начал рассуждать вслух Джарет. — Хоггл, Ваше Темнейшество! – пискнул, поправив, тот гоблин, что был хорошим другом карлика. — Я знаю, что Хоггл! – заорал правитель на тут же сжавшегося поданного. — Он стал другом Сары, значит, должен же что-то о ней знать, верно? – продолжил дискуссировать с самим собой вновь спокойным голосом Джарет, совершенно развалившись в кресле, закинув нога на ногу. — Вы же д-д-думаете о том, куда деть ребёнка, в-в-верно? – заикаясь, спросил другой гоблин. — Верно, мистер очевидность, – привычно съязвил Джарет, скрестив у подбородка пальцы в ожидании совета. — Так с-с-спросите у неё по этому поводу сами, как только она в-в-выздоровеет. — Не люблю я воплощать в реальность ответы, лежащие на поверхности, так как это слишком легко и не занятно совершенно, но мне придётся с тобой, в коем это веке, согласиться, – Король поднялся с сидения, медленным шагом продвигаясь к выходу. — В конце концов, на кону лежит её жизнь, которая совершенно не является моей очередной игрушкой. Покинув гоблинов, закрыв за собою громоздкие, расписные деревянными вырезками двери, он глубоко вздохнул, обратив сожалеющий взгляд наверх, куда простиралась под крышу витиеватая лестница. Постояв несколько секунд, мужчина направился в свои покои, где находилась возлюбленная в состоянии последнего издыхания. — Забавлялся столькими девицами, а каким-то волшебным образом влюбила в себя меня именно ты... – нарушая тишину почти что пустынного дворца, разглагольствовал правитель, оставляя за спиной всё больше ступенек. — Чем же ты так отличаешься от всех них, сокровище? Чем?!***
Распахнув, пробудившись, веки, девушка столкнулась с практически кромешной, ночной темнотой, разбавляемой лишь светом луны, льющимся ручьём сквозь стёкла окна. На собственное удивление, она чувствовала себя намного лучше. Не то, чтобы могла прямо сейчас встать и плясать, прыгая на кровати, как какой-нибудь чудик из банды рыжих, с которой ей пришлось столкнутся, но голова уже не болела так сильно и по телу распространялась некая воздушность. Она приподнялась на локтях, глядя вперёд себя, пытаясь окончательно прийти в себя после глубокого сна, но тут же вскрикнула от охватившего испуга, когда заметила в углу очертания знакомой фигуры, сложившей на груди руки и смотрящей на неё, склонив набок голову. Лица видно не было, но она точно знала, кто это. Больше некому тут быть в человеческом обличье. — Что мне делать с твоим братом? – даже не поздоровавшись, спросил мужчина. — А он... всё ещё тут? Ты ещё не превратил его в гоблина? — Это глупо, драгоценность. Ты прошла Лабиринт, и ты выиграла, пусть и не без моей помощи. А я выполняю свои обещания, – Джарет вышел на слабый, но всё же свет, который позволил лицезреть абсолютное безразличие. Однако, глаза... они выдавали его с головою. В них была искра безграничной любви. — Я могу его вернуть матери с отцом. Сие не доставит мне никого труда. Но ты, Сара... ты обречена остаться со мной. — Почему?! Почему ты не можешь отпустить и меня?! Это несправедливо! – гневно хлопнув по постели ладонью, произнесла девушка. — Интересно, с чем ты сравниваешь, – в одно мгновение очутившись напротив оппонентки, ответил Король. Сару постигло чувство дежавю. Несколько часов назад он также находился от неё в умопомрачительной близости, спрашивая тот же самой вопрос, отмотав на часах время. Сердце начало стучаться быстрее а взор непроизвольно прошёлся по его аристократично тонким губам, которые она не задумываясь страстно поцеловала, сию секунду испытав опьяняющую взаимность. — А теперь прекрати лгать, и признай, что хочешь остаться, – прервав через минуту жадный поцелуй, самодовольно сказал Джарет, с ухмылкой наблюдая сменяющуюся на юном лике злость с нотками предательской одержимости правителем. — Сначала озвучь свою причину. — В тебе очнулась магия, золотце. И она неимоверна сильна, приравниваемая к силе моих волшебных сил. Пока ты не установишь с ней тесный контакт, тебе придётся мириться с неудобствами в виде внезапных болей, которые придётся запивать лекарствами, пока ты не научишься управлять своим даром. Я вовремя спас тебя, и хочу добавить последнее, самое важное: когда узды крепко будут держаться в твоих ладонях, только тогда ты сможешь покидать Андерграунд. Но навестив свой мир, когда наездница ещё из тебя никудышная, ты умрёшь сразу. — И... и сколько обучаться мне? – с искренним, неподдельным ужасом полюбопытствовала она. — Долгие годы, драгоценность. Долгие. — Давай начнём завтра же? — А тебе так не терпится от меня избавится? – саркастично спросил мужчина, вызвав тёплую улыбку Сары. — Да и к тому же, пока тебе прописан строгий постельный режим. При ходьбе характерны головокружения, а я бы не желал увидеть тебя где-нибудь валяющуюся в обмороке. — Хорошо, мой повелитель, – хихикнув, бросила девушка. — Ложись снова спать, моя Королева. Ложись и знай, что до утра я не отступлю от тебя и шага, – ответил Джарет, залезая под одеяло прямо в одежде и, легонько толкнув Сару обратно, что поддалась беспрекословно, обнял её, прижав к себе, как продрогшую на холодной улице зверушку.
