Ты достойна лучшего!

      Миранда прошла вглубь номера, показывая Андреа на кресло. Сама же она решила пойти переодеться, взять аптечку и халат, а ещё позвонить Найджелу. Что-то ей подсказывало, что Андреа хочет рассказать то, что она уже знает. Но девушке надо во что-то переодеться и принять душ.       — Андреа, располагайтесь. Я сейчас вернусь, — она повернулась на каблуках и пошла в комнату.       Сняв пальто и ботинки, Андреа села в кресло. Она осмотрела номер. Он был огромен. Большая гостиная с двумя небольшими диванами коричневого цвета, журнальным столиком из стекла, двумя большими креслами в тон диванов, в углу стоял мини бар. В номере можно было также заметить три больших напольных вазона. Два возле двери, что выходила на террасу, и один возле стены, где стояли небольшие тумбочки, на которых располагались настольные лампы. На полу был постелен бежевый персидский ковер, на стенах, что были покрыты золотистыми обоями, висели очень дорогие картины. В некоторых она узнала работы Рембрандта и да Винчи. Сама комната была очень уютной, но мысли о предстоящем разговоре не давали полностью рассмотреть номер.       Она нервничала, переживала правильно ли поступает. А что, если Миранда, услышав на кого Энди работает, выгонит её, не дослушав до конца. А что, если об этом узнает Жаклин, головы ей не сносить. Но где-то в глубине души помимо страха она чувствовала какую-то надежду и чувство, что поступает правильно.       Миранда быстро переоделась, она надела брюки клёш черного цвета от Армани и свитер цвета зелёной листвы, который открывал одно плечо. Женщина взяла телефон и начала набирать Найджела.

***

      Они прилетели в Париж на два дня раньше, чтобы встретиться с Демаршелье и ещё с несколькими дизайнерами, моделями, фотографами, и многими другими, которых нашла и взрастила Миранда, и которые поклялись, что последуют за ней, если она когда-нибудь решит уйти из «Подиума».       Эта жаба Ирвинг решил, что журналу будет лучше без неё, захотел устроить переворот, но она этого не допустит, не отдаст журнал в руки этого выскочки. Журнал пойдёт в убыток, что плохо скажется на его известности. Ей пришлось пожертвовать мечтой единственного друга, который всегда был рядом. Найджел так радовался, когда ему предложили стать партнёром в компании Холта, но она рассказала ему, почему вынуждена пожертвовать его мечтой и объяснила, что ей придётся пойти на это. Найджел с ней согласился. Она пообещала ему, что, как только они вернутся домой и урегулируют все вопросы, она поднимет ему зарплату в два раза, а также даст ему кабинет больше, чем есть у него сейчас. Найджел сказал, что не против этого, но он хочет помочь ей, не в угоду себе.

***

      Услышав сонный голос друга, Миранда посмотрела на наручные часы, они показывали десять часов вечера. Не мудрено, что он уже отдыхал, но ей придётся потревожить его сон.       — Найджел, мне нужна твоя помощь. Мне нужны вещи четвёртого размера. Брюки чёрные, желательно от Шанель, гольф от Армани, ботильоны тридцать восьмого размера, комплект нижнего белья Ла-Перла размера С. Сейчас, Найджел.       — Хорошо Миранда, я что-нибудь придумаю. Что-то случилось? У тебя встревоженный голос, для кого эти вещи? — Найджел уже не понимал, что происходит, но, услышав лёгкое волнение в голосе подруги, решил выяснить, что происходит.       — Потом Найджел, всё потом. Принеси эти вещи ко мне в номер, — Миранда положила трубку. Зайдя в ванную, она нашла аптечку, взяла отельный халат и быстро направилась в гостиную. Когда она зашла, то увидела, что Андреа снова сидит, опустив голову, и заламывает пальцы. Она подошла к ней.       — Ваша комната слева, вот халат. Идите, примите душ, потом мы обработаем ваши раны.       Девушка подняла голову и проговорила весьма неуверенным голосом:       — Я сама могу их обработать, Миранда, вам не обязательно это делать.       Энди было не по себе, она не привыкла, чтобы раны на теле кто-то видел, а уж тем более обрабатывал их. Но спорить у девушки не было ни желания, ни сил.       Миранда тяжело вздохнула, присела на диван, который был ближе всего к Андреа.       — Идите, приведите себя в порядок, я не люблю повторять дважды, потом посмотрим, что можно сделать с вот этим всем, — она помахала рукой в сторону тела девушки.       Энди только кивнула головой, взяла халат из рук Миранды и пошла в ту комнату, в которую её направила женщина.       Редактор решила немного выпить, голова шла кругом. Столько всего, что нужно успеть, а тут эта глупая девчонка, которую Миранда теперь боится оставить одну. Что, чёрт возьми, с ней происходит?! Она налила себе в стакан виски и сделала маленький глоток, жидкость отдала немного горьким шоколадом и горячим обжигающим потоком спустилась в желудок. Женщина прикрыла глаза и одной рукой потёрла виски, голова начала болеть от мыслей, в том числе и о девушке, которая сейчас принимает душ.       Андреа вышла из душа, посмотрела на своё отражение, на синяки, раны, царапины, мешки под глазами. Воспоминания о том, что с ней делала Жаклин, снова появились перед глазами, она набрала в лёгкие побольше воздуха и резко выдохнула. Накинув халат, она вышла из комнаты, подошла и села в кресло рядом с Мирандой. Увидев стакан с алкоголем, Энди слегка побледнела. Миранда, увидев её реакцию, сразу отнесла стакан к бару. Вернувшись на место, она открыла аптечку.       — Пересядьте на диван ко мне.       Энди послушно села рядом. Миранда надела свои очки, смочила ватный диск в перекиси и начала обрабатывать царапины на шее. Она мягко убрала волосы девушки назад, чтобы не мешали.       — Ну вот, теперь можете начать рассказывать, что с вами случилось и кто это сделал?       Миранда подняла глаза и посмотрела на Андреа, чтобы убедиться, что девушка готова ей всё рассказать. Опустив обратно глаза, женщина продолжила обрабатывать раны дальше.       — Миранда, сейчас это не столь важно, важнее другое. Жаклин Фоллет и Ирвинг хотят уволить вас с поста главного редактора «Подиума». Жаклин хочет занять ваше место. Я знаю это… потому что я… я… работаю на неё. Вот уже два года. Мы встречались с вами на балу в Нью-Йорке.       Андреа снова начала дрожать всем телом и стала отодвигаться от Миранды. Опустив голову, она зажмурила глаза.       — Ну, эту информацию я уже знаю. Поэтому и прилетела на два дня раньше, Андреа. А то, что вы работаете на Жаклин — эта информация очень интересная. Почему вы мне это рассказываете? — Миранда убрала волосы Андреа с лица, положила руку на щёку, заставив поднять голову.       Глаза девушки горели страхом, но в них также горел огонь ненависти и мужества. Андреа, смотря в глаза Миранды, которые сейчас смотрели на неё так по-доброму, прошептала:       — Я ненавижу её. Это, она показала рукой на своё тело, сделала она. Делает это на протяжении двух лет.       Из глаз хлынули слёзы. Редактор не смогла вынести эти слёзы, почему-то они ранили её сердце. Она прижала Андреа к себе и начала гладить её по голове.       — Тише, тише. Не плачьте, всё будет хорошо. Вот увидите, Андреа. Она больше вас не тронет, — голос старшей женщины был как сталь.       Энди, услышав интонацию, поверила ей.       — Миранда, вы не понимаете, она угрожает мне, говорит, что позвонит своей знакомой Донателле, а та, в свою очередь, своему мужу на фирму, в которой работает мой отец. Если… если его уволят, им придётся вернуться в Огайо. Жаклин угрожала ещё тем, что полностью разрушит мою карьеру, и я никогда не смогу устроиться журналистом или ещё кем-то в Париже. Я так устала от этого всего, так устала, Миранда.       Девушка прижималась к Миранде всё сильнее и сильнее, редактор чувствовала, как по её шее катятся слёзы этого ангела. Она лишь прижала Андреа ближе, позволяя ей выплакаться. Внутри с новой силой обрушился вулкан ярости. Единственной мыслью в голове Миранды было: стереть с лица земли эту выскочку. Старшая женщина знала, как поступить, но согласится ли на это Андреа. В любом случае сейчас девушке надо успокоиться.       — Андреа, вы хотели бы жить в Нью-Йорке? — решив спросить об этом, редактор понимала, что не хочет отпускать эту девушку. Откуда столь сильные эмоции, она не понимала. И, если будет необходимо, Миранда сделает всё, что от неё зависит, но защитит девушку.       — Д-да, там живёт мой лучший друг, он много раз звал меня к себе. Но я слишком боюсь, Жаклин и там меня достанет, выполнит обещанное, превратит мою жизнь в ад.       — Послушайте. Донателла — моя старая подруга, я завтра утром поговорю с ней, с вашей семьёй ничего не случится, я обещаю вам. Вы сможете работать на меня.       Миранда знала, что первое время в Нью-Йорке Андреа нужно на что-то жить, но глубоко в сердце она призналась себе, что просто хочет видеть девушку чаще, даже если только в рабочее время.       — А так можно? Я могу работать на вас. Всё, что угодно Миранда, только помогите мне избавиться от неё, — Энди не могла скрыть надежду в голосе и такую переполняющую радость в сердце. Она не понимала, что творит, но немного отстранившись от Миранды, поцеловала её в щеку.       Редактор опешила от такого, но ничего не сказала, только лёгкий румянец окрасил бледную кожу лица. Прочистив горло, Миранда проговорила:       — Завтра по электронной почте вы отправите Жаклин письмо об увольнении. Потом по прилёту в Нью-Йорк, вы отправите свои документы в отдел кадров Элиас-Кларк, и я возьму вас к себе на работу. Поработаете год у меня, потом все двери в издательства Нью-Йорка будут вам открыты. Но всю неделю парижской моды вы проведёте со мной. Временно станете исполнять роль моей ассистентки.       — Хорошо, Миранда, конечно, я согласна. Спасибо вам большое. Правда, спасибо.       — Оооо, перестаньте, Андреа. Вы уверены, что готовы начать всё с чистого листа?       — Да.       Андреа улыбнулась впервые за долгое время искренней улыбкой, и сердце редактора начало биться в ускоренном ритме. Эта улыбка ярче солнца, — пронеслось в голове у Миранды.