Жизнь

Через два дня Дегэйр как ни в чём не бывало подскочил с кровати и быстро одевшись вышел из дома. Он как будто забыл о ранах, о том, что возможно сейчас они снова открылись, ему было это было совершеннейшим образом безразлично. Быстрым шагом юноша направился к г-ну де Гроссо. - Надеюсь вы не сказали им про яд? - спросил юноша, едва заметил, что у лекаря никого нет. - Я обещал вам, Ваше Сиятельство, и естественно ничего не сказал. - Прошу вас, не называйте меня так, я уже давно не имею никаких прав на такое обращение к себе. И да... Когда я был без сознания со мной случился припадок, и тому есть свидетель, вопросы которого мне совершенно ни к чему. Есть ли у меня возможность назвать другую причину подобного припадка... по мимо яда? Де Гроссо задумался, пристально гладя на юношу, который наклонив голову в сторону, стоял перед ним. - Сомневаюсь, но вы можете сказать, что это было из-за кошмара... Я ведь не ошибаюсь, говоря, что причиной припадка стал именно кошмар? - Не ошибаетесь... Вы как всегда правы. - Постарайтесь больше не попадать в подобные ситуации. Я просил вас избегать ранений, но вместо этого вы снова лезете на рожон. - В данном случае не я стал зачинщиком стычки, на меня напал целый отряд, причём без всякой причины. - Что... Неужели она здесь?... Только она может желать вашей смерти... - Да она здесь. В Париже. - Вы понимаете, что это значит? - Отлично понимаю, но очень сомневаюсь, что она ещё раз решится на подобное нападение, так как в отчаянно попытке убить меня, выдала себя. К тому же теперь я не один. - Хорошо... Вот держите, - сказал де Гроссо и протянул юноше небольшой мешочек с порошком, - С его помощью вы сможете определить, есть ли в напитке яд. - Благодарю вас. - Насчёт противоядия, мне осталось раскрыть всего один ингредиент, приготовить лекарство и вы будете спасены. - Де Гроссо вы побиваете все рекорды по количеству хороших новостей! Дегэйр был счастлив и абсолютнейшим образом не скрывал этого. - К сожалению я не могу сделать много для вас... - начал было юноша, но лекарь перебил его. - Я поклялся вашим родителям всеми святыми и своей жизнью, что буду помогать вам по мере моих сил, так что служить вам мой долг. Дегэйр в порыве чувств обнял старика, попрощавшись, вышел из дома и отправился на дежурство. После произошедшего он чувствовал себя будто заново родившимся, непривычная лёгкость наполняла грудь и было очень трудно идти размеренно и спокойно, а не бежать навстречу ветру. Друзья с которыми в этот день у него было назначено дежурство были крайне удивлены. - Вы уверены, что ваши раны не мешают вам и уже достаточно затянулись? - с недоверием спросил Арамис, взглянув на Дэгейра. - Во-первых, я в этом уверен и они совершенно не мешают мне, во-вторых, долг, который в данный момент я могу исполнять, превыше всего, а в-третьих, у меня слишком хорошее настроение, чтобы весь день пролежать в комнате. Сказано всё это было его обычным спокойным голосом и только последний аргумент, казалось слегка развеселил Дегэйра, и его тон немного изменился. Что правда, то правда, настроение у Дегэйра было прекрасное, возможно избежав смерти, от которой его разделял только один шаг, юноша стал больше ценить жизнь... Хотя можно ли ценить больше то, что в последние несколько месяцев и так стало для него бесценно? Единственное, что беспокоила его и то где-то на задворках сознания, так это то, что вероятнее всего от вопросов Атоса он не отвертится и нужно будет как-то выпутываться... - А может нет? - подумал Дегэйр, - Почему бы не рассказать? Я полностью доверяю ему и уверен он сможет понять меня, так почему бы и нет? И ведь он сам что-то скрывает о своём прошлом так почему бы... Нет! Никогда! Что я должен сказать? Что виноват в гибели сводной сестры? Что сам нахожусь каждый божий день между жизнью и смертью? Что самым позорным образом сбежал от своей судьбы, оставив своих людей, земли и мать на волю случая? Боже мой, теперь я сам понимаю какой это позор! Нет... Никто не должен узнать об этом... Эти немного мрачные мысли были спрятаны где-то в сундуке на краю его сознания, который вымещали чересчур хорошее настроение, разговоры с друзьями и вполне хорошая погода. Дегэйр сдерживал весь тот поток эмоций, который накрыл его с головой, но больше по привычке, и глаза его блестели от счастья. После дежурства друзья зашли в таверну. Вот тут Дегэйр разошёлся по полной... Естественно первую бутылку бургундского он ещё проверил на содержание яда, а вот остальные две ушли практически незаметно для него самого. В этот день друзья думали, что они уже ничему не будут удивлены, когда увидели, что Дегэйр заказал себе бургундского, ведь раньше их товарищ вообще не пил. Но после первой бутылки, находясь ещё в более менее трезвом состоянии, юноша начал играть и ни проиграл ни одной монеты, зато выиграл несколько пистолей. Но дальше хуже, он выпил ещё две бутылки вина и вызвал на дуэль какого-то несчастного гвардейца, который естественно проиграл. Вот только рана на плече не позволяла так плохо относиться с собой и начала кровоточить, но Дегэйр, который что странно всё ещё толком не опьянел (тут помогла семейная стойкость к алкоголю), совершенно не обращал на неё никакого внимания. - Вы как-то сегодня странно себя ведёте, - сказал Д'Артаньян, высказав общую мысль. - Потому что я стал больше ценить жизнь, - не следя за ходом своих мысли, ответил Дегэйр, - И клянусь честью только благодаря вам, друзья мои, и тому случаю, когда Д'Артаньян налетел на меня на улице. Поверьте, с вашим появлением, моя жизнь стала намного лучше. - А если не секрет, чем же ваша прежняя жизнь была так плоха? - спросил Портос. - Неважно, главное, что сейчас она намного лучше. Дальше спросить юношу было нельзя, так как он благополучнейшим образом заснул, тем самым спася Париж от разрушения и себя от полнейшего раскрытия тайны. Но когда все собрались расходиться, и Дегэйр вышел на улицу, то немного протрезвел, а блеск в глазах потихоньку угасал. И вот теперь, когда юноша слегка протрезвел на него накатила сентиментальность. Он свернул на пристань и стал разглядывать горизонт и вспоминать, что же он натворил в таверне. В голову вдруг резко ударила боль и вспоминания от разговора касающегося его странного поведения. - Вот чёрт, - прошептал Дегэйр и со всей силы швырнул ближайший камень в воду. - Ладно, завтра скажу, что ничего не помню, - пробормотал юноша, так как за время своего одиночества привык рассуждать вслух. Вдруг он услышал за спиной шорох. - Так и не избавились от привычки гулять в одиночку?