Жизнь

На следующий день Дегэйр проснулся абсолютнейшим образом разбитый и потерянный... Ну точнее не проснулся, а подскочил от очередного кошмара. Спал он в эту ночь очень плохо, настолько, что можно было считать, что он вообще не спал. Кажется так он себя чувствовал, когда оказался за границами герцогства. Но надо поправить смявшуюся одежду, умыться и улыбнувшись отправиться на дежурство, до которого оставалось ещё 2 часа. Прекрасно... хотя бы он не опоздает. Дегэйр взглянул на себе в небольшое зеркало, которое он зачем-то прихватил с собой ещё в герцогстве. Боже мой... на кого же он похож? Такое чувство будто он либо собрался тотчас отойти на тот свет, либо восстал из мёртвых. Лицо было ещё бледнее обычного, что в принципе казалось невозможным из-за и так крайней бледности юноши, глаза слегка опухли и по какой-то странной причине стали казаться в два раза больше, русые волосы были взъерошены и никак не хотели укладываться ровно, боль как железными обручами сдавливала голову, на лбу выступали капли холодного пота, но от них можно легко избавиться. Но самое плохое во всём его состоянии это руки. Дегэйр и ранее знал, что он очень нервный и впечатлительные человек, но вид трясущихся рук и призрака в зеркале не внушал надежды на спасение от вопросов. Легче было вообще не выходить из дома, чем сделать вид, что всё в порядке. - Чёрт с ним! - воскликнул Дегэйр откинув расчёску после очередной попытки уложить волосы, которая к счастью увенчалась успехом, - Будь что будет! Я же тоже человек и у меня тоже могут быть проблемы! Я не обязан всегда и всем улыбаться! Стоп!... Нет... Нет... Если кто-то поймёт, что что-то не так, то это конец! Может всё просто списать на обычную усталость? Я же всегда выгляжу так будто... - юноша задумался, у него не получалось подобрать достойного сравнения, - Плохо короче говоря я обычно выгляжу... Может все просто спишут всё на усталость? В конце концов даже я уже не вспомню, когда последний раз брал выходной, - вслух сказал Дегэйр и замолчал, но же через несколько секунд нервно рассмеялся, - Да ладно! Можно подумать это твоя единственная проблема в жизни! Чёрт с ним! Буду решать проблемы по мере их поступления. И потом... Я же Дегэйр, я могу справиться со всем! Годами я мог рассчитывать только на себя и на свои силы и я справлялся, так неужели сейчас я сдамся?! С горем пополам одевшись, надвинув шляпу на глаза и скрывая дрожь в руках, Дегэйр отправился на дежурство. Русоволосый молился, чтобы ему удалось незаметно проскользнуть на свой пост, а потом также незаметно исчезнуть. Кажется это был единственный раз в жизни, когда он был не рад появлению друзей. - А вот и наш великан! - завидев юношу издалека, воскликнул Портос. - А почему вы собственно говоря окрестили таким прозвищем Дегэйра? - спросил Арамис. - А много вы знаете людей шесть с половиной футов ростом? - усмехаясь спросил Дегэйр подходя к товарищам, - К тому же, - добавил он, - Я уже давно свыкся с подобной репутацией и не обижаюсь. Настроения разговаривать не было абсолютно, но погружаться в свои мысли было ещё страшнее. - Друг мой, а вы случайно не ввязались в дуэль, когда мы разошлись? - спросил Д'Артаньян пристально глядя на русоволосого. - Нет, а с чего вы взяли? - спросил Дегэйр, мысленно собирая всё своё умение врать, переводить стрелки и менять тему разговора. - На мой взгляд мертвецы выглядят лучше. - Дорогой Д'Артаньян, похоже манерам вас совсем не учили, - усмехаясь сказал Дегэйр, - Я не так давно проснулся так что мне простительно выглядеть не слишком хорошо. Кто бы знал каких титанических усилий стоило юноше скрыть крупную дрожь в руках и совершенно не меняться в лице. "Чёртовы нервозность и впечатлительность!" - выругался про себя юноша. Чем он вообще думал, когда решил стать солдатом? С его расшатанными нервами ему только и можно, что сидеть в замке и никуда не выходить. К чёрту! Это не те вопросы, которые он должен себе задавать. Может ли он простить свою мать? Имеет ли он вообще право называть её мамой? Может ей просто что-то нужно от него и она вдруг вспомнила о своём бастарде? Может на самом деле ей абсолютна безразлична его судьба? Хотя почему "может"? Она бросила его, а значит ей было плевать на своего ребёнка! Неужели какое-то письмо заставит его простить её?! Она даже не захотела поговорить с ним лично, а отправила вместе со своим дорогим братцем это глупое письмо! Он тоже хорош! Боялся, что его раскроют... И из-за этого нужно было унижать и издеваться над мальчиком?! Дегэйр был страшно зол... зол и напуган... Боже мой неужели так трудно разобраться со своими чувствами? Неужели когда все твои мысли спутаны, а эмоции ты вообще не понимаешь это вызывает такую панику? Боже только этого не хватало, руки начал трястись ещё сильнее и скрывать это ещё труднее. О, можно просто скрестить руки на груди, а всем говорить, что их просто некуда деть. Отличная идея! В свою бытность маркизом де Фронсак Дегэйр научился сохранять спокойное выражение лица, и сейчас ему эта маска пригодится так как никогда прежде. Благодаря ей он мог слушать разговор, иногда вставлять свои реплики, копаться в собственных мыслях, сдерживать дрожь в руках, скрывать головную боль и ничем не выказывать того, что с ним не всё в порядке. Но видимо небо всё-таки услышало молитвы Дегэйра. Проходивший мимо капитан де Тревиль буквально выгнал юношу с поста отдыхать, хотя тот всеми силами доказывал то, что может исполнять свой долг. Но фраза: "А когда вы в последний раз брали выходной не напомните?" поставила в ступор даже такого смышлёного человека как Дегэйр. Он действительно ни разу за всё время службы не брал выходных, потому что дежурства спасали его от вечных одиночества и скуки. В общем как бы то ни было, но Дегэйр отправился на свою квартиру. - Славу богу, - прошептал юноша скидывая шляпу, плащ, сапоги и колет и падая в кресло, - Мне нужно подумать и со всем разобраться. Дегэйр вынул из ящика письменного стола письмо матери и перечитал его. Сколько мыслей, догадок, сомнений... Юноша подошёл к шкафу и достал скрипку. Платил он воистину по-королевски, поэтому хозяин никогда не был против игры одного из его постояльцев. К тому же играл Дегэйр просто восхитительно и стал местной звездой. Многие парижане приходили послушать игру юноши, но ведь Дегэйр не клоун и не иностранная диковинка, которую выставляют на всеобщее обозрение, и далеко не многим доводилось услышать эту музыку. Но нет, не сейчас, лучше он сыграет вечером, когда в трактире никто не услышит голоса его души. Скрипка была для него способом выражения его чувств, эмоций, когда-то в герцогстве она также была одним из способов спастись от всепоглощающей скуки. Дегэйр, сколько себя помнил, был готов пойти на всё, чтобы избежать скуки. Скука всегда заставляла его размышлять, копаться в собственных чувствах и воспоминаниях, а это было хуже смерти. Дегэйр подошёл к письменному столу и достал серебряный перстень с красным, как кровь камнем. Герцогиня рассказывала ему, что это кольцо лежало в корзинке, в которой подбросили Дегэйра. - Хотел бы я понять своё сердце, - прошептал юноша и сморгнув слёзы сказал, - Однако же она могла продать перстень, так почему этого не сделала? Но вот у её братца, насколько я знаю, очень много скелетов в шкафу и много тёмных тайн. Сколько же тайн ты хранишь, скольких секретов был свидетелем... - прошептал молодой человек и поцеловал камень. - Отныне и впредь ты будешь свидетелем всей моей жизни, - сказал Дегэйр и надел перстень на палец. Однако в столе лежало ещё одно письмо. - Это письмо от герцогини де Фронсак, которую несмотря ни на что я не могу назвать матерью, - прошептал Дегэйр, распечатывая письмо. "Здравствуйте Леонор де Фронсак. Недавно я узнала что мой единственный сын живёт в Париже, совершенно позабыв обо мне и о своём долге. Вы совсем позабыли о своей чести став простым солдатом в армии Его Величества. Я требую чтобы вы немедленно вернулись в замок в герцогстве, чтобы вы покорились своей судьбе. Если вы откажитесь ехать добровольно, я заставлю вас переменить своё решение. Я наблюдаю за вами ровно месяц и знаю о том, что не так давно у вас появились друзья. Вам следовало бы остерегаться привязанности ибо чувства всегда слабость, которую можно использовать против вас. К тому же нужен всегда бояться друзей, а не врагов, ведь предают друзья. Я требую, чтобы вы немедленно оставили службу. Ваш побег - поступок ребёнка, и вернувшись, возможно вы сможете снова заслужить моё уважение и прощение. Герцогиня Мария де Фронсак. - Что она хочет этим сказать?! - в гневе воскликнул Дегэйр, сжимая пальцы в кулак, - Неужели она решиться шантажировать меня жизнями моих друзей?! Я знал герцогиню как благородную и мудрую женщину, но видно за два года она превратилась в дьявола. Дегэйр в гневе бросил письмо на стол и сел в кресло перед камином, наблюдая за огнём. Но уже через две минуты вскочил, уселся за стол и написал ответ. - О, никогда и никто на этом свете не сможет шантажировать меня и угрожать тем кто мне дорог!!! - воскликнул он, запечатывая письмо. Положив письмо на видное место, Дегэйр уселся перед камином, раз за разом перечитывая письмо своей родной матери. На смену боли, грусти и гневу пришли безудержные интерес и любопытство. Так он просидел не смыкая глаз целую ночь, весь следующий день играл на скрипке, погружаясь в свои мысли и воспоминания. То медленная и спокойная, то похожая на бурю мелодия была отражением души, не находящей покоя... А вечером, как только стемнело, кто-то кинул маленький камешек в окно его комнаты... - Пора идти... - прошептал юноша.