Моя месть будет горячей

— В смысле, могу подойти через десять минут? А как же «Пацаны»? Последняя серия сезона — ты не можешь так со мной поступить! — Никит, я быстро. Никита с сомнением смотрел, как его сосед по комнате выуживает из шкафа куртку и накидывает ее прямо на майку. На мгновение задумавшись, он взял флакон с любимым парфюмом и пшикнул на шею спереди и сзади. — Андрюх, а Минчик — это ведь та самая шантажистка, да? Андрей кивнул, высматривая на столе пропуск от общежития. — И чего это ты к ней собрался на ночь глядя? Да еще духами обливаешься, как на свидание? — подозрительно спросил Никита, спрыгивая с кровати. — Она должна была переписать реферат, а теперь говорит, что у нее комп вырубился. Хочу убедиться, что не врет. Андрей намеренно проигнорировал последнюю фразу приятеля, зная, что его опять понесет не туда. История с Минчик волновала его едва ли не больше, чем самого Андрея — он был уверен, что она так пытается его склеить. А Андрей старался всячески гнать от себя эту мысль, потому что в его планы не входили шашни со студенткой. Да еще такой, как Минчик. И все-таки глупо было отрицать, что она ему нравится. — Да конечно, пиздит она! — закатил глаза Никита. — Это почти как позвать парня установить винду на мак, если ты понимаешь, о чем я. И ты тоже хорош — побежал по первому зову. Где твое мужское достоинство? — Никит, схлопнись, — улыбнувшись, посоветовал Андрей. — У тебя слишком богатое воображение. — Ну-ну, если не вернешься через полчаса, я досматриваю без тебя, — заявил Никита, падая на кровать. — А ты пока подумай, что будешь делать, если эта твоя Минчик встретит тебя в пеньюаре. Все пять минут, что он шел от своей общаги к общаге Минчик, Андрей изо всех сил старался выкинуть слова Никиты из головы и не представлять свою студентку в непотребном виде. Получалось из рук вон плохо. Настолько плохо, что, когда Олеся открыла ему дверь в самых обычных джинсах и майке на тонких бретелях, он почти испытал разочарование. — Где пациент? — сразу спросил он, намереваясь как можно скорее разобраться с ее компом и свалить восвояси. Олеся ткнула в сторону своего письменного стола, где безжизненно валялся ее отключенный от зарядки ноут. Андрей сразу же стал заниматься им, а Олеся смотрела на его спину, думая о том, как странно видеть информатика в спортивках, простой белой майке и припорошенной снегом куртке с капюшоном. Как будто бы другой человек, совсем непохожий на того, что так бесил ее в универе. Она вдыхала его цитрусовый парфюм и никак не могла поверить, что позвонила ему. И мало того, он сам к ней пришел, чтобы разобраться с ее компом. Неужели он настолько одержим своей работой? Или дело все-таки в другом? Может, он тоже чувствовал это напряжение, которое… — Минчик, вы сейчас дырку у меня в спине просмотрите, — проворчал Андрей. — Не стойте над душой, я уже говорил, что этого не люблю. Олеся смутилась и присела на край кровати. А потом вдруг спросила: — А что вы любите? — Мандарины, — фыркнул Андрей, щелкая по клавишам. Олеся вспомнила, что у нее в холодильнике как раз была парочка. Наспех почистив один, она разделила его и протянула половинку информатику. — Вообще, я не к этому, но спасибо. Олеся колупала свою половинку мандарина, снимая с нее белые шкурочки, скорее для того, чтобы отвлечься, чем с какой-то целью. Было во всем происходящем что-то ужасно неловкое. Ожидая, пока комп запустится, Андрей снял с себя куртку и повесил ее на спинку стула, а Олеся залипла, разглядывая его плечи. Посмотреть было на что — помимо кубиков у препода обнаружились весьма рельефные руки. — Надо же, вы действительно его написали, — удивленно сказал Андрей, пролистывая реферат. — С вашего позволения, я ознакомлюсь с ним завтра. Скину себе на почту, вы не против? Олеся на автомате кивнула, положив мандарин на край стола. Она думала о том, что совсем не хочет, чтобы он уходил, но не могла придумать повода, чтобы он остался. В конце концов, между ними нет ничего, кроме несданного зачета и напряжения, которое она, кажется, сама себе придумала. Ей вот кусок в горло не лез, а информатик уже вовсю трескал остатки мандарина! Андрей открыл браузер, пробежался глазами по вкладкам, ища почту, и закашлялся, едва не подавившись мандарином, который жевал. Олеся спрыгнула с кровати и замерла, не зная, стоит похлопать его по спине или лучше предложить воды. Прежде чем она успела что-то сказать, глаза ее зацепились за экран, и она поняла, что Андрей Леонидович вовсе не подавился, как она изначально подумала. Надо же быть такой тупицей! Среди вкладок с электронными библиотеками, почтой и поисковиком в глаза сразу бросалась вкладка страницы порносайта, озаглавленная как «18+ Препод жестко принимает зачет». Первой реакцией было захлопнуть крышку ноута, но это было глупо — Андрей уже все увидел. Очень хотелось если не провалиться сквозь пол, то хотя бы выбежать из комнаты, но это было еще тупее. Оставалось делать вид, что ничего особенного не произошло. — Значит, любите пожестче? Андрей встал со стула и обернулся к ней. Он напряженно ждал ее реакции, зная, что у него есть буквально пара секунд, чтобы натянуть на лицо улыбку и притвориться, что это шутка. Притвориться, что ему не хочется прямо сейчас сделать с ней что-то из разряда восемнадцать плюс. — А что, если так? — хрипло выдохнула Олеся, не веря, что действительно это сказала. Ее сердце ухнуло вниз, когда Андрей сделал два шага, резко сокращая расстояние между ними. — Тогда вам сказочно повезло, Минчик, — прошептал он, проводя пальцами по ее шее. — Потому что я тоже. Он крепко сжал пальцами ее подбородок, заставляя Олесю запрокинуть голову назад, а потом впился губами в нежную кожу под ухом, оставляя смачный засос. А потом еще и еще. Он спускался ниже к ключицам, то целуя, то прикусывая тонкую кожу, второй рукой оглаживая Олесины ягодицы, которые притягивали его взгляд с самого начала семестра. Олеся часто-часто дышала, улетая от его ласк. Она вжималась своими бедрами в его, чувствуя, что у него стоит, даже через одежду. Обхватив руками лицо Андрея, она потянула его к себе для поцелуя влажного и пошлого, как ее вчерашние фантазии. Тогда она и представить не могла, что все то, что она видела в порно-ролике, вполне может воплотиться в жизни. Андрей целовал ее напористо и властно, обхватив пальцами шею. Его губы хранили вкус мандарина, а цитрусовый запах парфюма кружил голову, запуская сердце Олеси в бешеный галоп. Она цеплялась за его плечи, почти уверенная, что упадет, если он ее отпустит. Когда он чуть отстранился, губы его влажно блестели, а зрачки были расширены, словно под запрещенными веществами. — Раздевайся, — хрипло попросил он, проводя большим пальцем по ее нижней губе. — Хочу увидеть тебя без одежды. — Ловко мы перешли на «ты» — хмыкнула Олеся, срывая с себя топ. — Твоя очередь. Андрей стянул с себя майку, а потом невыносимо медленно потянул молнию на ее джинсах, не отрывая глаз от ее нахального лица. Подцепив пальцами пояс ее джинсов, он спустил их до щиколоток, помогая Олесе от них избавиться. И завис, жадно глядя на треугольничек красных кружевных трусиков, что оказался у него прямо перед глазами. Олеся потянулась было к ним, но он остановил ее. — Оставь, — сказал Андрей, убирая ее руки. Олеся с горящими от возбуждения глазами смотрела, как он ведет пальцами от ее колена вверх по бедру, а потом проскальзывает ладонью между ног. Он невыносимо медленно гладил ее сквозь тоненькую ткань, заставляя дрожать от нетерпения. — Ты уже такая влажная… — А ты все еще в штанах. Андрей выпрямился и уже собирался было спустить штаны, но Олеся перехватила инициативу и сама стянула их вниз вместе с трусами. Встав перед Андреем на колени, она была приятно удивлена — выдающимися у него оказались не только пресс и руки. Обхватив его крепко стоящий член пальцами, она облизнула губы, глядя на Андрея снизу вверх. Он сдавленно застонал, когда полные губы Олеси обхватили головку, а потом заскользили по его члену, все глубже вбирая его в рот. Удовольствие разошлось по телу, как электрический разряд, а Олеся и не думала останавливаться, продолжая сосать, глядя ему прямо в глаза. Почему-то именно этот контакт глаза в глаза заводил больше всего. Андрей запустил пальцы в волосы Олеси, чуть надавливая ей на затылок, определяя границы дозволенного. Она была явно не против и брала так глубоко, как он хотел, заставляя его кусать пересохшие губы, чтобы сдержаться и не кончить раньше времени. — Иди сюда, — не выдержал он. Андрей потянул Олесю наверх, тут же жадно целуя влажные от слюны губы. Его руки скользили по ее телу, изучая каждый изгиб, обводя пальцами каждый миллиметр шелковистой кожи. Олеся плавилась от того, как он ее трогал, как смотрел, как целовал. В голове не было ни единой мысли, только желание, которое огнем растекалось по телу. Не разрывая поцелуя, они дошли до стола, а потом Андрей резко развернул ее спиной к себе. Щелкнув застежкой ее лифчика, он стянул его вниз и мягко сжал грудь Олеси в ладонях. Она шумно выдохнула, когда он легко сжал ее соски, чуть оттягивая, одновременно с этим потираясь бедрами о ее ягодицы. Горячее дыхание обжигало шею, а одна рука проскользнула ей между ног, лаская клитор. Можно было кончить только от этого, но Олесе хотелось большего, и она пошло прогнулась в пояснице, широко расставив ноги. Андрей вошел одним резким, мощным движением и сразу стал размашисто двигаться, крепко сжимая ее бедра. Острое наслаждение пронзало тело с каждым его движением, поднимая их все выше. Комната наполнилась запахом их тел, влажными шлепками, прерывистым дыханием Олеси и пошлостями, которые Андрей хрипло шептал ей на ухо. Это было горячо, жестко и чертовски хорошо. Уже позже, когда они обессилевшие лежали в обнимку на узкой кровати, Андрей вдруг улыбнулся. — Минчик… — Мы только что переспали, а ты упорно зовешь меня по фамилии? — возмутилась девушка, несильно ткнув его локтем бок. — Душнила. — Привычка, — смутился Андрей. — Короче, я что подумал, ты ведь была права. — Ты о чем? — Искра все-таки была.