Шанс на счастливую жизнь

      Люди, которых ни разу не одолевали мысли о смерти, наверное, являются баловнями судьбы.       Ни разу не задумывающиеся о суициде люди, скорее всего, прожили хорошую жизнь без трудностей в жизни, с хорошими родителями, учёбой, работой. Такие счастливчики даже в самый ужасный период жизни не задумывались о том, чтоб покончить с собой, разорвав вечный круговорот событий.

«В обмен на твои страдания, я подарю тебе ещё один шанс на счастливую жизнь»

      Если тем, кто переместил меня сюда, был Бог, то он самый ужасный эгоист, которого я когда-либо знала.

***

      До чего же странные ощущения, когда ты мёртв, а вместе с тем жив. Более нелепо и вместе с тем шокировано, чем сейчас, девушка себя прежде никогда не чувствовала.       Невозможно было предположить, что после того, как она умрёт, наступит не кромешный мрак загробной жизни, разом с упокоением её несчастной души, а гомон незнакомых людей.       Ни гомон, ни посторонний предмет во рту не давали собраться с мыслями.        Буквально секунду назад она потеряла сознание от удушения, а сейчас же никакого давления на шее не ощущалось. От того девушка невольно запаниковала. Если её и успели бы вытащить из петли, разве не должно было быть так, что она должна была еле шевелить шеей, как минимум. Да какой там, она чётко чувствовала хруст позвонков, не было сомнений, — она сломала шею, и должна была отправиться в мир иной в тот же миг, как в глазах потемнело.       — Широ?       Только сейчас она заметила, что к ней кто-то обращался.       Имя, произнесённое человеком напротив, было, отнюдь, незнакомым. Девушка напротив имела средней длинны волосы, цвета шоколада, заплетённые в косу, янтарного цвета глаза за круглыми очками, что имели острые уголки в верхних внешних уголках оправы. Лицо имело мягкие черты, отражающие беспокойство брюнетки. Бровки встали домиком, показывая кроме беспокойства ещё и жалость, но «Широ» было плевать. Она — не Широ.       — Тебя это всё ещё беспокоит? — спросила полушепотом брюнетка.       — Мг.       Другого ответа получше найти было невозможно.        После этого, отмахнувшись от сидящей напротив, девушка встала, и убежала в уборную. Ощущение стороннего предмета, который оказался, уже размокшим клочком бумаги, выводило из себя и наводил на мысль, что он там не просто так.

***

      Пока девушка искала уборную, то поняла, что различия в ощущениях её пятью минутами назад и сейчас просто колоссальны.        Она, будучи сиротой, никогда не питалась нормально, из-за чего и страдала болями в желудке и тошнотой до скончания дней. А усталость от нескольких подработок вылилась в хронические головные боли и мигрень. На данный момент, она чувствовала себя лёгонькой пушинкой — только дунь, и улетит.        По сравнению с ощущениями перед смертью, небольшая пульсация в висках не ощущается девушкой и вовсе. Та даже успела подумать, что это предсмертные галлюцинации.       Дойдя до уборной и закрывшись в кабинке, девушка наконец выплюнула так надоевший ей листок бумаги, испытывая при этом отвращение. Тело это явно ей не принадлежало — больно уж низкое и здоровое, так что и слюна, очевидно, не принадлежала ей самой. От осознания становилось дурно, а пульсирующая от щипков рука давала понять, что не сон и не галлюцинации.       Развернув бумажку, что была размером в пол ладони, там была размашистая надпись, написанная каллиграфическим почерком:

«В обмен на твои страдания, я подарю тебя ещё один шанс на счастливую жизнь»

      Девушка сначала впала в ступор, а после не могла сдержать смешка. Хотелось истерически расхохотаться и смыть себя в унитаз, и наконец, оказаться в аду. В отличие от дрянной жизни, даже сама преисподняя покажется кусочком рая.       Какая ещё счастливая жизнь? Кто бы ни был её благодетель, но он явно не давал ей никакого шанса на счастливую жизнь в прошлом. Ужасные условия проживания в однокомнатной квартире с нелюбящим отцом и больной матерью, отвратительное отношение со стороны воспитателей детского дома. Потом колледж, и несколько работ, ни одна из которых не была выбрана по специальности. Вечный голод и холод, убитое в хлам здоровье и сожранные, подчистую, нервы. Она решилась сунуть голову в петлю, чтоб прервать этот порочный круг состоящий из несчастий и невезений, а по итогу она получила новую жизнь, полную неизвестностей. Шаг влево, шаг в право — и она прославиться среди близкого круга общения сошедшей с ума как минимум. Может ли быть так, что после какой-то совершённой ею ошибкой она лишиться работы или что-то в этом духе? Разумеется, что так и будет, если она будет вести себя как вела себя всегда до этого, а не как «Широ». И для этого ей придётся стать «Широ».       Так она размышляла, опустив голову под кран, решив, что простое умывание не остудит её пыл и не утихомирит мысли.       Нужно узнать, что такая, эта Широ, её привычки, круг общения, предпочтения в еде и другие мелочи. А потом, постепенно это менять. Да, что бы не попасться с поличным, нужно делать всё осторожно. Как хирург, работающий со скальпелем, менять характер и повадки «Широ», чтоб жить с комфортом. Только так она сможет получить свой шанс на счастливую жизнь.

***

      Много времени заняло разглядывание собственного отражения в зеркале.       Эта Широ была на редкость миленькой девочкой. Та была подросток, с такими же как и у подружки, мягкими чертами лица, раскосыми, кошачьими глазами голубого цвета и белыми длинными волосами. Из-за того, что Широ — так теперь девушка будет себя называть — окунула голову под воду, волосы завились тяжёлыми и нежными волнами в хвосте и более мелкими кудряшками на чёлке и боковых, коротких прядях. Слева, на челюсти, была маленькая, еле заметная родинка. Ресницы были не очень длинными, но пушистыми, с парочкой беленьких ресничек, которые не были заметны, если не приглядываться. Низенькая, худенькая, с узловатыми, длинными пальчиками на красивых ручках. И впрямь милашка. Такие как Широ, обычно создают впечатление крошек, что пьют латте с кучей сиропов и сахара, носят розовые платьишки с цветочками, и мечтают о принцах на розовых единорогах. Но, к своему счастью, девушка никогда не была предвзятой к внешности людей, и не судила книгу по обложке, — всё-таки, она проходила практику, когда ещё училась на следователя, и знала, что судить человека по внешности является грубой ошибкой, как для следователя, так и обычного гражданского. Если же судить по словам брюнетки, то девочку что-то терзает, не давая уже некоторое время покоя, поэтому, пока что, можно быть чуть менее осторожной с поведением, говоря, мол, всё это от горя. Это не повод терять бдительность, но если причина горя довольно серьёзная, то изменения в поведение и впрямь можно списать на произошедший инцидент, и тогда девушка останется в плюсе. Остаётся только надеяться на волю случая, и разобраться с остальными проблемами. Но это Широ будет делать, по мере их поступления.

***

      Первый просчёт произошёл ещё тогда, как она закрыла за собой кабинку в уборной, не заметив звонка на урок. Точнее, вместо привычного звонка, была незнакомая мелодия, которую девушка даже не заметила за собственными размышлениями. Поэтому, стоя на пороге кабинета, которые еле разыскала, она боялась, что её ещё не пришедший в действие план, дал трещину.       И тогда-то она узнала один из фактов о «Широ» — топографический кретинизм и ужасная память.       Сидя за партой, и достав нужную тетрадь, она начала её тщательно изучать. «Мегуи Маширо» так гласили иероглифы на обложке тетради, которые она, к собственному счастью, понимала. Уровень английского у неё был скудный, и тут у Широ проблем никаких не возникнет, ведь ей английский, так же как и у прошлой «Широ», находится на уровне «English the capital of great Britain». Посему она выдохнула с облегчением, открыв на нужной странице учебник.       Она и ранее догадывалась, что находится в какой-то школе или ВУЗе, но теперь лишь убедилась в своих предположениях. Будучи ещё на первых годах обучения в колледже она была втянута в суматоху с обсуждением аниме-новинки под названием «Моя Геройская Академия». Тогда девушка ещё питала призрачные надежды с кем-то подружиться, и решила, что сделать это на почве общих интересов куда проще, чем обсасывать тему учёбы. Но, по итогу, и одного сезона она не досмотрела, как забросила это дело в длинный ящик, сосредоточившись на учёбе, лишь бы не слететь со стипендии. А теперь, крикливый и раздражающий персонаж из дурацкого мультика мелькал возле доски, объясняя что-то, во что девушка не врубается от слова совсем. Мало того, что она пришла на середине занятия, так и в английском она не «тук-тук», поэтому решением было просто сцарапать всё с доски в тетрадь, имитируя усердный труд.       Её парта находилась на втором ряду от окна, на предпоследнем месте в ряду, а вид на доску слегка закрывал одноклассник впереди. Но, так же как и доску, он закрывал Широ от взгляда учителя, поэтому девушка большую часть времени филонила, развалившись на парте, отперевшись на согнутую в локте руку, размышляя обо всём, что знает и помнит об этом месте и прошлом обладателе тела, в которое вселилась. Но как бы она не напрягала мозг, ничего выловить из памяти не выходило. Кажется, в том обрывке, что она успела посмотреть, показывали один лишь «А» класс и некоторых учителей, даже антагонисты не успели появиться. Что уж говорить о персонаже их «Н» класса, которого, возможно, даже в массовке не было. Поэтому, девушка решила отложить воспоминания о происходящем в аниме на потом, поскольку сейчас это было занятием бесполезным. Если память не подводит, то период поступления главного героя пришёлся на весну и период цветения сакур, — сейчас же была солнечная осень с опадающими, рыжими листьями с деревьев и, пока ещё не пожелтевшей травой.       Вскинув взгляд на часы и примерив, через во сколько приблизительно должны кончаться уроки, девушка поняла, что совсем скоро настанет час выдвигаться по домам. И тут-то её охватила паника. Как она найдёт свой дом, если оказалась в теле этой девчонки под конец учебного дня. Девушка проглотила ругательство, судорожно размышляя, что ей делать.

***

      — Широ, ты в порядке?       Я шла рука об руку с шатенкой, что оказалась чуть выше меня, по росту, рука об руку, в то время, как она смотрела на меня до чёртиков обеспокоенно.       — Да, пойдёт…       Голос надорвался под конец, дрогнув, а шатенка посмотрела на подругу таким опечаленным взглядом, что про себя Широ задумалась об становление актрисой. Это надо же, так хорошо показать печаль, которой не испытываешь на самом деле.       Какое-то время девушки молчали, пока не пришли к довольно большому зданию с выгравированным «1-Н» над входом. Девушка удержалась от облегчённого вздоха, поняв, что встреча с новоявленными родителями отменяется на неопределённый срок, пока она живёт в общежитии. Таким образом, девушка попала в «свою» комнату, оставшись один на один с рисунками на стенах. Обстановка в комнате была слегка мрачноватой, да и пахло не очень свежо, поэтому, первым делом, она отодвинула шторы и открыла для проветривания окно, принявшись рыться в чужом белье.       У Широ оказалось куча блокнотов и тетрадок с разными записями и зарисовками, но они редко касались реальной жизни девушки, вместо того, заметки были написаны под впечатлением просмотренных аниме или прочитанных фанфиков и книг, преимущественно — фанфиков.       Но под конец поисков, в самой большой тетради, Широ начала выплёскивать свои эмоции на бумагу. Поэтому, всё-таки девушка для себя кое-что зачерпнула: Мегуи Маширо была определённо влюблена, причём по уши и бесповоротно. Этот кто-то, укравший трепетное сердечко Широ-чан, вечно мелькал в заметках и зарисовках своим лицом и именем — он имел золотистые глаза и волосы, с молнией на чёлке, простодушный характер, яркую улыбку и отказался отвечать взаимностью на чувства девушки из-за того, что в приоритете у него было обучение. Судя по записям, девчонка по уши погрязла в густом сиропе чувств к этому парнише, — читая описания характера и поведения Каминари Денки в глазах Маширо, у неё начал скрипеть сахар на зубах — так что достаточно неожиданный рассказ больно ударил по её чувствам.       Помимо заметок в тетрадях и блокнотов, девушка нашла в телефоне кучу сообщений и голосовых, и поняла, — насколько сильно отказ по ней ударил. Пришлось долго выслушивать голосовые с плачущей Широ, бьющейся в истерике, с заикающимся голосом и кучей запинок на то чтоб отдышаться. У девочки была самая настоящая истерика, и обычно холодная до чужого горя, девушка почувствовала боль в груди. Ей было искренне жаль Широ, которая, похоже, впервые так серьёзно и крепко кого-то полюбила.       Голосовые она, как правило, отправляла своему брату, который через сообщения успокаивал её, пусть и не очень удачно. Хотя, может всё таки удачно, ведь под конец девушка перестала биться в истерике, и даже перешла но более тихий и спокойный тембр голоса, изредка всхлипывая со словами «но мне так обидно».       В тетрадях же, само событие, описывалось достаточно красочно, в склеенной из нескольких тетрадей книжке. Она была заполнена на половину, и к концу записей рисунков становилось всё меньше, а жалоб больше. Похоже, сама того не замечая Широ превратила свою "книжку", для заметок и всяких глупостей, в личный дневник, зарыв его в шкаф с кучей тетрадей. «Самое идиотское признание в истории было в моём исполнении…» «Хочу забыть всё как страшный сон» «Почему Лизе ответили на признание, а меня в упор не замечают?» «Неужели ему так противно от моего присутствия, что он даже не хочет смотреть в мою сторону?» «Он так неожиданно извинился, когда мы сидели в кафе, я даже испугалась. Как мы шли молча, то было так спокойно на душе, будто бы мы на свидании, а потом он резко сказал, что не может ответить на мои чувства… Я думала разревусь на месте.» «У Асуры и у Шенни-чи свои отношения, я лишь обуза для них.» «Почему никто не может уделить мне хотя бы минуту своего свободного времени?..» «Я чувствую себя такой одинокой, ощущение, что если умру, то никто не заметит»       От того, что ей отказали в чувствах, в то время как у самых близких людей в душе цветёт весна, блондинка и закрылась в скорлупе, отстранившись ото всех. По сути, никто и впрямь не заметил, то она мертва.       Ведь настоящей Широ в этом мире больше нет.

***

      К своему удивлению, спустя несколько часов Широ оказалась на входе в общежитие «А» класса. Похоже подружки с именами на «Ш»: Шеннон и Широ, были частыми гостями в этом месте, потому никто не удивился их присутствию. Но взгляды были обращены на беловолосую. Они были какими-то недоумевающими, и редкими, — пока девушка стояла в пороге у входа в гостиную, на неё несколько раз бросали взгляды, — похоже, такое спокойное поведение не в характере девушки.       В тот момент, как она оглядывала всех присутствующих, сзади неё кто-то появился, схватив за плечи, и повёл к диванам, где расположились все присутствующие. Девушка невольно вздрогнула, но позволила усадить себя на одно из мест. Парнем, что сделал это, был высокий брюнет, с карими глазами и свисающей чёлкой, что популярна была в году восемнадцатом-девятнадцатом. Лицо было угловатым, но по юношески, а ладони на плечах были широкими, с такими же узловатыми пальцами, как и у Широ. Они не были похожи друг на друга от слова совсем, но интуиция подсказывала, что парень был тем самым Асурой, что приходился старшим братом Маширо.       — У меня что-то на лице?       Девушка зависла над ответом, но чтоб не показать этого, приподняла бровь, скрывая растерянность.       — Неа, такое же как у тебя. Даже скучно как-то.       Сбоку кто-то вздохнул с облегчением, и Широ очень хотелось повторить за этим кем-то. Отвечая на вопрос «брата», она рискнула нахамить, чтоб проверить его реакцию. Девушка ожидала увидеть удивление или раздражение на лице, а потом оправдаться дурным настроением, но по итогу она выиграла сектор приз, попав прямиком в яблочко. Маширо при жизни была ужасной язвой.       — Ну ладно, давайте играть! — говорил это красноволосый, клыкастый парень, воодушевлённо тряся коробкой «Монополии» и улыбаясь, показывая во всеведенье свои тридцать два острых зуба.       — Я пас, — моментально ответил блондин с колючими волосами и нахмуренными бровями, — Не желаю играть с дебилами, но с радостью понаблюдаю, как вы все пересрётесь.       — Я тоже пас, — моментально отозвалась Широ, подняв руку, словив на себе удивлённые взгляды присутствующих. Кажется, девчонка была за любой движ, а теперешняя хозяйка тела начала ломать образ буйной девицы своим присутствием в этом теле.       По итогу ещё пару человек отказалось, и игра началась. Девушка никогда не играла в эту игру, поскольку ей было не с кем этого делать, поэтому своим незнанием она могла привлечь ещё больше ненужного внимания. Но об отказе девушки в участии быстро забыли, поскольку все начали входить во вкус, играя всё ожесточённее и ожесточённее. По итогу это всё чуть не закончилось дракой, и лавочку прикрыли, как вдруг, один из участников предложил играть в правду или действие. Широ еле сдержалась, чтоб не посмеяться над банальностью идеи, да и, судя по реакции присутствующих, играют они в это не впервые. Так же, предложивший — низкий мальчик с шариками вместо волос, — выдвинул условие, что те, кто не играют, расходятся, а играющие остаются в комнате, чтоб не возникло путаницы.       Широ уже было хотела встать, чтоб не присутствовать во время всего этого мракобесия, но её остановил Асура, рывком усадив на диван.       Проглотив ругательства, девушка осталась на своём месте, источая недовольство и злобу.

***

      — И так, Каминари-кун, правда или действие?       Главный заводила на данный момент, Минеда Минору, хитренько потирая маленькими ручками, глядел на Каминари, вероятно, рассчитывая на что-то конкретное. Все присутствующие уселись в круг и, крутя по очереди бутылку из-под ситро, задавали друг-другу задания, что были до жути невинными: поцеловать кого-то в щёчку, прокукарекать стоя на столе, рассказать самый позорный момент в жизни и всё такое. До Широ очередь пока не дошла, поэтому она привалилась плечом на спинку рядом стоящего дивана и наблюдала за всем со скучающим лицом.       — Правда.       Минору стал ещё яростней потирать ладошками, при этом хихикая, и спросил:       — Слыхал, тебе признались на днях, — почувствовав на себе взгляд трёх пар глаз, одни из которых гетерохромные, девушка прикрыла веки, борясь с желанием закатать глаза, — и ты согласился.       И тут сопереживающие взгляды Асуры, Шенон и Тодороки устремились к Каминари, став недоумевающими. Мегуи не чувствовала неудобств или шока, но желание удивлённо присвистнуть у неё появилось, но она держалась.       — Скажи же, это правда? — продолжал Минеда, не обращая внимания на присутствующих, но определённо упиваясь их реакцией, — Если да, то что это за девушка?       Денки стушевался под взглядами одноклассников, а Шеннон бросала взгляды то на него, то на Широ.       — Да, — у девушки неожиданно гукнуло сердце, — она студентка по обмену, родом из России. «Почему?»       Мысли вертелись в голове как рой надоедливых жуков, который девушка никак не могла прогнать. «Кто она такая…»       Казалось бы, мысли были ей не подвластны. Извечно спокойное сердце забилось ходуном, а рациональные мысли спутались в тугой и болезненный клубок. «Почему не я?!»       Дыхание сбылось, а взгляд замылился. Ну и почему ей не начхать?       — Юля ты как.       Тут её прошиб озноб. Страх сковал внутренности а сердце, казалось остановилось. Необъятный ужас и ощущение, что её поймали во время преступления не хотел отпускать, сковав по рукам и ногам, в то время, как у неё подрагивали кончики пальцев.       Откуда?       Откуда этому парню известно её прежнее имя?!