Гарем Мальчиков – Зайчиков

"Король – это будущее поколение."

--------------------------------------

– Переделать!—гневный возглас, который слышит почти весь офис уже на протяжении пяти лет. Относительно недавно вступившие в коллектив работники нервно дёргаются, в то время как сухонький мужичок с суровым видом спешно проходит мимо них и останавливается рядом с худощавой, невысокого роста девушкой. Та, в этот момент сидевшая за компьютером, неспешно поднимается и предстаёт перед разъярённым начальником. – Кристина, тебе глаза для красоты даны? Чем ты руководствовалась, когда составляла эту презентацию?–не сбавляя тона, мужчина бросил перед ней предмет грядущего конфликта. Глянцевые листовки выскользнули из небрежно надорванной, некогда запечатанной папки, веером расходясь по столу. Мазнув по ним взглядом, шатенка еле заметно скривила губы. Раздражает. – Константин Иванович, Вам не пришлось по вкусу новое оформление или же заголовок?–холодом, сквозившим в её голосе, можно было заморозить пустыню. Девушка искренне не понимала в чём её оплошность, ведь выполняла свою работу качественно. Видимо, слишком качественно. – Я имею в виду твою своевольность. Что за отсебятина пошла? За такое по голове тут не гладят, важен профессионализм и умение завлечь как можно больше потребителей. В любом случае, жду завтра на своем столе исправленную работу,–и, с громким цоканьем лакированных туфель, направился к двери. Дружный вздох облегчения и один обречённый прокатились по помещению. Работа по специальности медленно, но верно превратилась из подростковой мечты в то, за что она держалась чисто из принципа. Казалось бы, фэшн-дизайнер – звучит многообещающе, престижно. Только лишь на словах. Как творческий и в целом беспристрастный человек, Кристина старалась создавать красочные проекты, чересчур не приукрашивая информацию и не утаивая всей правды. Это выходило боком, ведь таким людям в сфере бизнеса не место, а работать с подобным мировоззрением себе дороже. Начальник всегда требовал вписывать в текст вещи, далёкие от действительности, даже если это при дальнейшем выявлении имело ряд негативных последствий, в первую очередь для компании. Дурить народ было у него в крови, что крайне нервировало работницу, в связи с чем она устраивала подобные маленькие бунты. Конечно, многие скажут, мол: "Какая тебе разница, будут ли знать истинную суть люди, приобретающие твою продукцию. Просто выполняй свою работу и не выделывайся.". Так-то оно так, однако...гадко на душе. Но, вот парадокс – место и профессия были прибыльны, потому уходить оттуда крайне невыгодно. По крайней мере, сейчас. В будущем она обязательно сменит работу. – Обещания, обещания... С тяжким вздохом опустилась на своё рабочее место и, проглотив совесть, принялась переделывать ранее кинутый начальником на стол документ. Под вечер, когда с возложенными обязанностями было покончено, девушка собралась и покинула стены офиса. Ей нравится этим заниматься, нравится открывать для себя всё новые и новые двери, таящие за собой неизведанные направления в моде. Всю сознательную жизнь она стремилась к этому, хоть реальность оказалась несколько сурова. Квартира встретила прохладой, лёгким ароматом хвои, источаемый ароматизатором и одиночеством, ведь в свои двадцать шесть с хвостиком лет, так и не получилось найти вторую половинку. Либо с ней что-то не так, либо с потенциальными партнёрами. Хотя её это и не сильно расстраивало, так как почти все мысли, а, соответственно, и время, были забиты работой. Домашнего питомца не заводила по той же причине – присмотреть будет попросту некому в её отсутствие. Островком спокойствия являлась японская мультипликация и многочисленные комиксы, герои которых были безгранично свободны и вольны в своих мечтах, достигали поставленных целей, вставая вновь и вновь с колен и ни за что не унывали, невольно восхищая зрелую девушку, ограниченную навязанными обществом рамками. Она лелеяла надежду почувствовать такое хоть раз в жизни и вздохнуть полной грудью, откинув все заботы. Поставив вещи по местам и перекусив наспех сделанным сэндвичем, поспешила наполнить ванну. От сильной струи из-под крана, вода покрылась рябью, делая её сгорбленное отражение ещё унылее. Тёмно-карие, почти чёрные глаза, будто небрежные кляксы, поставленные на бледное полотно, вместо которого выступало осунувшееся лицо. Тонкие, потрескавшиеся от нервного покусывания губы, слегка отросшие на медных волосах корни и по два прокола в ушах. Одиноко расположившаяся под нижней губой малюсенькая родинка. Картина вырисовывалась вполне симпатичной, хоть общая усталость и некоторая хандра немного портили впечатление. После трудного дня понежиться в горячей воде было просто жизненно необходимо. – Хорошо-то как..—невольно вырвалось после того, как тело полностью погрузилась в желанную негу. Так расслабиться получалось не всегда, ведь бывали дни, когда я приползала без задних ног и валилась спать.– Э-эх, тяжела моя жизнь...может отпуск себе выбить?—а что, заслужила. Исполню наконец свою давнюю мечту и наконец узнаю – так ли ярко сияют огни любимого города, как показывают на плоском экране. Вот завтра точно подойду к начальнику и пусть попробует проигнорировать мой запрос. А он это сделает, чисто из вредности. О работе можно не беспокоиться, так как в ближайшее время никаких значимых событий не предвидится, и, следовательно, график чист.

↫◈↬

Что ж, начальник, конечно, был не совсем доволен – а когда он вообще чем-то доволен? – но ничем возразить не смог, потому что я уже переделала вчерашний проект. У меня ни разу не было отпуска за эти три года, что я тут горбачусь, а в мешках под глазами можно было спрятать человека. – Вот же зловредный колобок.. Однако выбила свой счастливый билет, собрала вещички и направилась в аэропорт, заранее предвкушая грандиозное мини-приключение среди японцев. Сгрузила багаж и заняла своё место. Не у окна, конечно, но ничего, на обратном пути обязательно займу желанное сидение. Первый час полёта прошёл относительно спокойно, никто не орал, детей поблизости не наблюдалось, тишь да гладь. Чтобы не впасть в скуку, начала делать наброски одежды. Различные стили, динамика, симпатичные образы. Водить карандашом по слегка шероховатой бумаге успокаивало. За этим увлекательным процессом даже не заметила, как веки прикрылись, тело обмякло, а расслабленное сознание погрузилось в сон. До первого грубого толчка в плечо, чьего-то визга и оглушительного писка прямо над ухом. Тупая боль в виске и чувство стремительно теряемой высоты уже на периферии.