Знакомые аккорды

Побрацкий доковылял до пешеходного перехода, после чего бросил взгляд на возвышающийся над улицей светофор. На нём горел красный свет. Студент быстренько осмотрелся по сторонам и, не заметив на дороге машин, зашагал вперёд, немного пританцовывая в такт музыке. Душнов осуждающе покачал головой. Вот ничему этого человека жизнь не учит. Да и смерть тоже, судя по тому, что даже после испытанного инфаркта он продолжал так халатно относиться к правилам дорожного движения. Эх, как же жаль, что Побрацкий не очень-то дорожил тем, что имел. Той вещью, которую Душнов так хотел бы себе вернуть – жизнью! Однако в этот раз никаких неожиданностей не произошло, и Дмитрий смог без проблем перебраться на другую сторону улицы. Дойдя до двери магазина, студент снял наушники, небрежно скомкал их и сложил в карман куртки, после чего зашёл в помещение. Тут же в него внезапно впился недовольный хищный взгляд продавщицы, которая сидела за кассой у входа. Побрацкий уставился в пол и, неловко прокашлявшись, быстрее зашагал вглубь магазина, огибая других посетителей. Олегсей в недоумении смотрел то на студента, то на продавщицу. – У неё что, денёк сегодня выдался не очень? – задумчиво пробормотал призрак, стараясь не отставать от Побрацкого. – Нет. Просто однажды мы завалились с пацанами после пьянки в этот магазин во время её смены. Помнит, химера, что мы тут наворотили, – ответил студент очень тихо, чтобы никто из окружающих его не услышал. – А, ясно, – сказал Душнов и после небольшой паузы добавил: – Слушай, ты бы завязывал с алкогольными напитками и гулянками. Они ни к чему хорошему тебя не приведут. – Ну вот почему ты так сильно любишь мне нотации читать? – буркнул Дмитрий. – Ты мне что, мама? – Просто... беспокоюсь, – вздохнул Олегсей, бросив взгляд на свой призрачный хвостик. Вскоре Побрацкий добрался до полки, на которой аккуратными рядами были уложены пачки с лапшой быстрого приготовления. Студент чуть нагнулся, чтобы получше рассмотреть ценники. И тут же его глаза широко распахнулись от удивления. – Сорок рублей за Доширак?! – возмущённо воскликнул он. – Он что, сделан из золота? Почему цены опять так взлетели?! – Молодой человек, можно быть немного потише? – раздался недовольный голос продавщицы из другого конца магазина. – Вы тут вообще-то не одни! – Извините, – тихо пробормотал в ответ Дмитрий, проклиная про себя эту тётку всеми возможными способами. Побрацкий очень долго смотрел на ценники, с горечью осознавая, что весь его приблизительный список покупок в голове безвозвратно рухнул. Придётся опять всё пересчитывать с учётом подскочивших цен. Дмитрий сделал для себя мысленную пометку, что как только вернётся в общежитие, тут же поспрашивает деньги у всех своих должников. Дружба дружбой, но питаться же ему чем-то надо. А то оставили ему пятьсот рублей, и выживай как хочешь. Побрацкий тяжело вздохнул, беря с полки три пачки лапши быстрого приготовления. Будто в нерешительности задумчиво уставился на одну из них, после чего открыл сумку и не глядя запустил туда руку, решив заранее достать купюру. Нащупал что-то, потянул... и тут из сумки Дмитрия внезапно вывалился целый ворох листьев и веточек и разлетелся по всему полу. Студент ошарашенно уставился вниз. – Это что ещё такое? – вновь послышался злобный голос продавщицы. – Вас что, в детстве не учили не мусорить в общественных местах? – Да я сам не понимаю, откуда это взялось в моей сумке! – пробормотал Побрацкий. – А меня и не интересует, откуда в вашей сумке появился весь этот хлам! Насвинячили – будьте добры убрать за собой! – отчеканила в ответ женщина. Дмитрий тихо выругался и, наклонившись, стал поспешно собирать с пола все листья, попутно бросив на Олегсея испепеляющий взгляд. Тот виновато потупился. – Твоя работа? – раздражённо процедил Побрацкий. – Извини, – проговорил призрак. – Просто... когда мы шли по парку, меня потянуло собрать небольшой осенний букетик. А оставлять его я не хотел. И... подумал, что ты не захочешь его нести, так что решил по-тихому сложить тебе в сумку. Надеялся, что потом... – А предупредить меня было нельзя? – злобно прорычал Дмитрий, не давая Душнову договорить. – Теперь эта тётка мне помимо пьянки ещё и листья будет припоминать всю жизнь. – Но я... – Завали свой рот! – буркнул студент, слегка ударив рукой по своей сумке, в которой всё это время находилась тетрадка Олегсея. Призрак вздрогнул от боли и бросил на Побрацкого обиженный взгляд. Подобрав с пола весь «хлам», студент подошёл к двери магазина, открыл её и выкинул на улицу драгоценный букетик Душнова. Призрак попытался ухватить хотя бы несколько листочков, но даже опомниться не успел, как их тут же подхватил ветер и унёс вдаль, а изящные веточки и гроздочка рябины были раздавлены проезжающим мимо велосипедистом. – Но... я так старался его собрать, – раздосадовано пробормотал Олегсей, после чего присел на край ступеньки продуктового магазина и, тяжело вздохнув, уставился на останки своих трудов. Побрацкий тем временем вернулся в помещение, громко захлопнув за собой дверь. Вечно Душнов норовил что-то учудить. Вот чего его сегодня потянуло собирать листья и палки? Вроде умный человек, а иногда как взбредёт какая-нибудь чушь в голову... Студент неторопливо ходил между рядами продуктового магазина, высматривая, что можно было ещё купить, кроме лапши быстрого приготовления. Ценники кусались так, что Дмитрию хотелось плакать от безысходности. Но что поделать, придётся как-то укладываться в пятьсот рублей. В этот момент взгляд студента вдруг зацепился за стеллаж, на котором были аккуратно выставлены различные газировки, соки... и энергетические напитки. Дмитрий не спеша подобрался к нему, настороженно глядя по сторонам. А ведь пока Олегсей горюет по своему букету, можно было по-быстрому купить пару энергетиков и спрятать в сумку, чтобы потом не выслушивать его занудные речи о том, что из-за них Дмитрий может испытать второй инфаркт. Эта мысль оказалась слишком заманчивой. Ещё раз убедившись, что Душнова нет рядом, студент взглядом отыскал энергетик своей любимой марки и взял его с полки. Затем обернулся и уже хотел проследовать к кассе... как вдруг позади него из ниоткуда появился Олегсей. Он укоризненно смотрел на Побрацкого, скрестив руки на груди. Дмитрий моментально спрятал энергетик за спину, будто это могло чем-то помочь в этой ситуации. – Дима, мы уже это проходили, – вздохнул призрак. – Пожалуйста, положи его на место. Я не хочу спасать тебя от смерти... уже в который раз. – Да что ж ты ко мне привязался! – недовольно сказал студент. – Уже энергетик спокойно попить не могу. Я же не скончаюсь от одной банки, в конце концов! Так что в этот раз ты мне не помешаешь им насладиться. Дмитрий уже сделал шаг в сторону, как тут Олегсей схватил энергетик и потянул его на себя, пытаясь вырвать у Побрацкого из рук. – Я делаю это для твоего же блага! – пробормотал призрак, силясь изо всех сил. – Отцепись, придурок! – вскрикнул Дмитрий, рывком попытавшись отобрать у Душнова энергетик. И у него это получилось. Ведь Олегсей был намного слабее студента, да и то, что он был призраком, ему не особо помогло. Его руки вдруг разжались, Побрацкий на мгновение потерял равновесие... и в ту же секунду всем телом грохнулся на стеллаж, попутно хорошенько приложившись головой об одну из полок. Студент громко выругался, стиснув зубы от боли. Тут же с полок с жутким шумом посыпались банки и коробки. Олегсей с ужасом в глазах попытался ухватить их на лету, но ему удалось уберечь от падения только три товара. Многие из упаковок повредились при ударе о пол и всё содержимое вылилось наружу, испачкав все окружающие стеллажи и штаны Побрацкого. Послышались испуганные возгласы посетителей. Дмитрий испуганно вскочил на ноги и, увидев, что он натворил, попытался по-быстрому удрать, однако продавщица тут же выбежала из-за кассы и преградила ему дорогу. – А ну стоять! – пророкотала она. – Вы же в курсе, что вам придётся заплатить за все повреждённые товары? – Женщина, ну помилуйте! – пробормотал Побрацкий, стараясь сделать голос как можно жалобнее. – Я всего лишь бедный студент! У меня в кармане всего пятьсот рублей на продукты... Больше ничего не осталось! – Мне всё равно! – вскрикнула продавщица. – Либо вы сейчас же платите и выметаетесь из этого магазина, или мне придётся привлечь к делу полицию! Побрацкий отчаянно вздохнул и нехотя выудил из сумки купюру. С блюстителями закона ему связываться не очень-то хотелось. – Вот и хорошо, – довольно сказала продавщица, завидев в руках студента пятьсот рублей. – А теперь пройдемте-ка, оценим нанесённый вами ущерб...

***

Приблизительно десять минут спустя Дмитрий наконец-то расплатился за все испорченные товары и вышел из магазина, проклиная про себя всё на свете. За ним медленно плёлся Олегсей, виновато уставившись вниз. Голова у студента раскалывалась от острой боли. Приложив руку к макушке, он обнаружил, что у него там выросла здоровенная шишка. Ну зашибись! Настроение было безнадёжно испорчено. Из продуктов ему удалось купить только одну жалкую пачку лапши быстрого приготовления, в кармане осталось всего десять рублей, а штаны были насквозь пропитаны липким яблочным соком. Несколько мгновений студент и призрак в полной тишине брели по дороге к пешеходному переходу, не смея даже взглянуть друг на друга. Но вскоре Олегсей тяжело вздохнул и тихо пробормотал: – Дима, извини... Я не думал, что всё выйдет... так. Я просто... хотел как лучше. – Как лучше?! – переспросил Побрацкий, горько усмехнувшись. – Да ты чуть не угробил меня о стеллаж магазина! Вот так ты хотел «как лучше»?! – Я... хотел уберечь тебя от инфаркта! – сказал Душнов чуть громче. – Я же не знал, что всё обернётся именно так! – Думать надо было лучше! – рявкнул Побрацкий. – Сначала мне горло ручкой проткнул, потом чуть череп не проломил! Мне кажется, что ты меня не уберечь от чего-то пытаешься, а убить! – Я не желаю тебе смерти! Да и вообще, если бы ты не захотел опять купить этот чёртов энергетик, то всего этого бы не произошло! – А если бы ты, полудурок, не попытался у меня его забрать, то я бы не остался сейчас без еды и с десятью рублями в кармане! Я чем теперь питаться должен?! Святым духом?! Руки Дмитрия дрожали от неконтролируемой ярости, в глазах пылала искренняя злоба. – И зачем я вообще только взял тебя с собой? – процедил студент, гневно смотря Олегсею в глаза. – Пожалел тебя, дурак! Вечно ты мне всё портишь своим присутствием! Так бы и оставался вечно гнить в вонючей общажной комнате, пялясь в грёбаное окошко! В тот же миг Побрацкий, яростно зарычав, выхватил из сумки тетрадку, размахнулся и изо всех сил ударил ею о фонарный столб. Олегсей душераздирающе вскрикнул и согнулся пополам от неописуемой боли. Всё его тело мелко задрожало, зубы стиснулись, а в глазах, полных ненависти, появились слёзы бесконечной обиды и горечи. – С... сволочь! – запнувшись, тихо проговорил Душнов, отвернувшись от Дмитрия и обхватив себя руками, чтобы хоть как-то смягчить боль, разливающуюся по всему его телу. Побрацкий стоял посреди улицы, тяжело дыша, и переводил свой гневный взгляд то на тетрадку, то на призрака, корчащегося от боли рядом с ним. А затем, не проронив ни слова, он развернулся и медленно зашагал вперёд, в сторону своего общежития. И, как бы Олегсею этого не хотелось, ему пришлось отправиться за ним. Студент и призрак вновь добрались до того самого парка, но теперь их настроение было отнюдь не радужным. Уже ничего не приносило им радость: ни хорошая погода, ни окружающий уютный пейзаж, ни улыбки прохожих. Всё это казалось... таким пустым и бессмысленным. Дмитрий твёрдо ступал по парковой дорожке, усыпанной листьями, всё ещё немного дрожа от напряжения и досады. Олегсей же плёлся следом, отстранённо глядя куда-то в пространство. Призраку было очень жаль, что из-за него Побрацкий поранился, но эти его слова про «вечно гнить в комнате» слишком болезненно отдались в душе. Ведь Дмитрий даже понятия не имел, какого это – беспомощно сидеть и смотреть, как жизнь пролетает мимо, без малейшей возможности принять в ней хоть какое-то участие. И насколько было грустно наблюдать, как за окном веселятся люди, что-то бурно обсуждают, а ты даже не можешь покинуть чёртовой комнаты. Душнов вздрогнул, ощущая, как на глаза снова наворачиваются слёзы. Он поспешно зажмурился, пытаясь их скрыть, хотя Побрацкий итак его не видел, так как шёл впереди. Не хватало ещё тратить на него своих слёз. Тут студент раздражённо что-то вякнул себе под нос, стал судорожно копаться в своей сумке и вскоре достал из неё небольшую зажигалку и полупустую пачку сигарет. После плюхнулся на ближайшую скамейку, закинул ногу на ногу и, прерывисто вздохнув, закурил. Олегсей лишь бросил на него презрительный взгляд и вновь отвернулся. Опять Побрацкий наступал на одни и те же грабли. Но в этот раз он решил ничего ему не говорить. Пусть и дальше портит своё здоровье, какая уже разница. Не его проблемы. Душнов взлетел на дерево, возвышающееся над скамейкой, присел на одну из его веток, обхватив руками свой призрачный хвостик, и уставился вдаль, на живописные московские дома и улицы. Наступила хмурая тишина, нарушаемая лишь тихим шуршанием листвы и шагами прохожих. Сигарета медленно тлела в руке Дмитрия, высоко в воздух поднимался столб едкого дыма, окутывая всё буйство красок вокруг в серый цвет. Время будто бы стало ощущаться совсем по-другому. Так медленно, так тяжко. И каждый вдох новой порции табачного дыма, казалось, длился вечность. Но тут совсем неподалёку послышалась какая-то возня. Шуршание ткани, какой-то приглушённый стук. А после... тихое звучание гитарной струны. Затем другой, третьей. Олегсей, точно очнувшись, приподнял голову и, сощурившись, стал осматриваться по сторонам в поисках источника звука. И вдруг увидел на скамейке неподалёку девочку с акустической гитарой в руках. Рядом с ней лежал набитый учебниками рюкзак и открытый чехол от её инструмента. Похоже, еще школьница. Она старательно подкручивала колки на грифе, настраивая гитару. Спустя пару мгновений девочка зажала струны пальцами и мягко ударила по ним рукой, проверяя, как звучит её инструмент. Удовлетворённо кивнула, убедившись, что гитара звучит как надо. А затем поставила первый аккорд, глубоко вдохнула, набираясь уверенности, и начала тихо играть вступление. Олегсей неожиданно для себя стал тихо напевать мотив мелодии себе под нос. Было в нём что-то очень знакомое. Аккорды сами собой стали вырисовываться в памяти. Но... что это всё-таки была за песня? И тут из уст девочки полились слова, тут же всколыхнувшие давние воспоминания Олегсея. Так вот что это было! Призрак быстро спустился с дерева и подлетел поближе к школьнице. Он отчётливо помнил эту песню! Когда-то Душнов учил её и исполнял под свою гитару. Призрак застыл посреди парковой дорожки, слушая столь чистое пение девушки. Такое красивое, задушевное! Олегсей даже не сразу заметил, как начал шевелить губами, беззвучно ей подпевая. А затем гитаристка затянула припев: «Люди больше не услышат наши юные смешные голоса, теперь их слышат только небеса!» Тут призрак медленно подлетел к скамейке, присел рядышком с девочкой... и тоже запел. Тихо, плавно и чисто, словно уже когда-то исполнял с ней эту песню. Их голоса красиво слились воедино и эхом разносились по парку. Но Олегсея, к сожалению, уже никто не слышал. И никогда больше не услышит. А они всё пели и пели... Но, к сожалению, у всего есть конец. И вскоре гитаристка доиграла последние аккорды. Душнов замер, затаив дыхание и глядя на неё с искренней благодарностью в глазах. Взор его застилали слёзы. Но только в этот раз не горечи, а ностальгии... и счастья. В тот же миг призрак медленно зааплодировал. И вдруг позади него раздались ещё хлопки в ладоши. Душнов обернулся и тут с удивлением увидел, что это был Дмитрий Побрацкий. – Браво! – воскликнул студент, привстав со скамейки и громко присвистнув. – На бис! Задумавшись на секунду, он запустил руку в карман куртки и выудил из него те самые последние десять рублей. После подошёл к скамейке и положил монету в открытый чехол гитаристки. – Прости, но это всё, что я могу тебе дать, – пробормотал студент и показал большой палец вверх. – Очень классно поёшь! – Большое спасибо! – с благодарностью сказала она и на её лице засияла широкая улыбка. В этот момент Дмитрий перевёл взгляд на Душнова и, пожав плечами, слегка кивнул головой в сторону тропинки, как бы зовя его за собой, после чего помахал гитаристке рукой и зашагал вперёд. Призрак, перед тем как уйти, обернулся к ней и на прощание тихо произнёс: «Это тебе спасибо» – Олежа, я и не знал, что ты так красиво умеешь петь, – как бы невзначай произнёс Побрацкий, когда они отошли на приличное расстояние. – Спасибо. Просто... очень любил много петь в прошлом. Когда был... жив, – пробормотал призрак, летя рядом с ним. Дмитрий неловко почесал затылок и тяжело вздохнул. – Ты это... извини за то, что ударил... и за всё, что я тебе там наговорил. Я как-то, не подумав, брякнул... сгоряча. – Да ничего страшного, – сказал призрак, слегка пожав плечами. – И вообще... тебе не нужно извиняться. Это ведь я оставил тебя без денег и с шишкой на голове... – Ой, я и не такие ранения переживал, – усмехнувшись, махнул рукой Побрацкий. – Подумаешь, какая-то шишка. А насчёт денег... ну, придумаем что-нибудь. Выкручивался как-то раньше, выкручусь и сейчас. Олегсей и Дмитрий неловко замолчали на пару мгновений, отведя свои взгляды в разные стороны. А затем студент протянул призраку свою руку. – Ну так что... мир? – спросил Побрацкий, слегка улыбаясь. – Мир! – сказал Олегсей, энергично кивнув головой, и попытался пожать его руку в ответ. Вышло у него не очень хорошо, так как его призрачная кисть просто-напросто прошла сквозь Побрацкого. Но они были довольны и этим. У обоих тут же стало легче на душе, а на лицах появились светлые улыбки. День для них вновь заиграл яркими красками.

***

Через какое-то время студент и призрак наконец-то вернулись в двенадцатое общежитие. Дмитрий отпер дверь своей комнаты и вошёл внутрь, попутно снимая с плеча сумку. Аккуратно поставив её на пол, он вытащил оттуда пачку лапши быстрого приготовления, тетрадку Олегсея, и свой мобильник, после чего сложил всё это на стол. Студент уже было расстегнул куртку, намереваясь сейчас же плюхнуться на кровать, чтобы позалипать в телефоне и отдохнуть после прогулки, но тут заметил, что Душнов опять присел на подоконник. Побрацкий задумался, бросив взгляд на книжную полку над своей кроватью, на которой стояло несколько томиков. А затем вновь застегнул куртку и громко произнёс: – Олежа, прости, я кое-что забыл. Так что не теряй, скоро вернусь! Олегсей ошарашенно обернулся, ничего не успев ему ответить. Раздался хлопок дверью и звуки возни ключом в замочной скважине. Вскоре Душнов увидел своего соседа из окна. Куда это он вдруг так сорвался? Забыл о встрече с кем-то? Или оставил что-то в парке? Сколько бы призрак не думал, он так и не смог ответить себе на этот вопрос. Что ж, спросит Побрацкого, когда тот вернётся. Тут Олегсей с удивлением заметил, что на небе появились тучи. Ну и вовремя же Дмитрия угораздило выйти обратно на улицу. Оставалось только надеяться, что не пойдёт дождь. Однако уже через десять минут на улице разыгрался настоящий ливень. Капли со звонким стуком ударилась о стекло и медленно стекали вниз. Листья громко зашелестели от подувшего сильного ветра, люди, идущие по улице, стали открывать свои зонтики. Душнов глубоко вздохнул. Ну вот, опять настроение немного попортилось. Такая погода всегда навевала Олегсею небольшую тоску и усталость. Особенно, когда ему было нечем заняться. Но тут вновь послышался хлопок двери и в комнату ввалился Дмитрий. Он насквозь промок, с него ручьями стекала вода. И, что самое странное, его куртка была не на нём, а в его руках. Душнов тут же подскочил к студенту. – Совсем спятил? – произнёс он обеспокоенно. – Дима, ты чего куртку снял? На улице же холодно, и ливень идёт! Простудишься же! В этот момент Побрацкий отряхнулся, точно мокрый пёс. Капли полетели во все стороны. – Да какой там «простудишься»? У меня же им...имутет ого-го! Прямо как у слона! – воскликнул студент, немного дрожа от холода. – Иммунитет, Дима, – поправил того призрак, снял с кровати одеяло и кинул его Побрацкому. – Быстро снимай с себя мокрые вещи и укутывайся! А ещё... куда ты всё-таки ходил? И почему куртка не на тебе, а в руках? – Да вот, принёс тебе кое-что, – ответил студент, аккуратно разворачивая скомканную куртку. И тут Олегсей остолбенел. Из мокрой ткани выглядывало несколько толстеньких книжных томиков. – Дима, так ты... – произнёс Душнов дрожащим голосом, не веря своим глазам. – Ага, сгонял в ближайшую библиотеку, чтобы ты тут больше не помирал от скуки, – сказал Побрацкий, усмехнувшись. – Еле донёс, ёлки-палки! Кто ж знал, что погода так внезапно испортится! – Боже мой... Большое тебе спасибо! – воскликнул призрак, аккуратно вынимая книжки из куртки и бережно выкладывая их на стол. В глазах Олегсея горели счастливые огоньки, когда он рассматривал их обложки. Душнов приоткрыл одну из книжек, чтобы получше изучить... и вдруг обнаружил на странице несколько разноцветных листочков. – Да, кстати говоря, это ещё один небольшой презент для тебя, – сказал Побрацкий, стянув с себя кофту. – Успел собрать, когда дождь ещё не начался. Это тебе вместо твоего букета. Конечно, тут не много, но... собрал сколько смог. – Дима, это... так приятно! Правда, от всей души!.. – начал было Олегсей, и тут сквозь него пролетела мокрая кофта студента. — Да-да, не за что, ботаник, – сказал Побрацкий, снимая с себя штаны. После этого он быстренько переоделся и, укутавшись в одеяло, приземлился на свою кровать, попутно прихватив со стола телефон. Олегсей с благодарностью ему улыбнулся, тихо усмехнувшись. Дмитрий всё также оставался самим собой. Хотя... может быть, сегодня в нём всё-таки что-то изменилось? Кто знает. Душнов взял один из толстых томиков, которые принёс ему Побрацкий, лёг на свою кровать, открыл его на первой странице и с головой погрузился в чтение. За окном всё также барабанили капли дождя, громко завывал ветер. Но в общажной комнате Дмитрия и Олегсея царил уют, покой и умиротворение...