Воздаяние

      В последнее время любимым занятием Чжао Юнланя стало приходить на крышу самого высокого здания Лончэна, чтобы покурить. Да да, именно покурить. Каждый раз он говорил это сам себе, усаживаясь на самом краю на бортике, свешивая ноги. Смотреть вниз в кружащую голову пропасть было захватывающе, от этого внутри словно что-то обрывалось, екало и стекало холодком вниз по позвоночнику, сворачивалось комом внизу живота. Но больше ему нравилось небо. То прозрачное, усеянное крупными сияющими звездами, то тревожное и затянутое облаками, сквозь которые просматривался тревожный почти зловещий глаз луны.       Он мог сидеть так часами, выкуривая одну сигарету за другой, молча, занятый мыслями, которые теснились в его голове, порой раздражая, а порой заставляя тихо усмехаться, затягиваясь раз за разом. И каждый раз он снова и снова в конце концов задав себе один и тот же вопрос - и что я вообще здесь делаю? Вставал и отправлялся домой. Чтобы снова вернуться.       Действительно, и что он там делает, если впервые за всю его жизнь похоже всё полностью наладилось? И ведь он сам принял это решение. Оставить работу шефа ССО, передав свои полномочия Го Чан Чэну, наплевав на все возражения вышестоящего начальства по этому поводу. Когда он кого слушал? Всегда поступает по своему. Теперь Чжа Юнлань все больше дает консультации на дому, переехав в квартиру попросторнее, в которой вполне могли уживаться два человека даже несмотря на то, насколько они разные.       Шэнь Вэй и в быту и в характере был полной противоположностью Чжао. Взглядами, поведением в самых различных ситуациях. Он вздыхал, приходя домой, обводя взглядом царящий вокруг беспорядок и безропотно шел убираться, готовить. Теперь Чжао хорошо ел, и боли в желудке практически сошли на нет. И даже кровать по ночам не была теперь одинокой и пустой. Но ...       Всегда даже в самой распрекрасной ситуации найдется какое-то "но". Иногда совершенно банальное.       Чжао было ... скучно.       Даже самому себе признаваться в этом Юнланю совершенно не хотелось и он стоически каждый раз отыскивал себе все новые и новые оправдания, почему частенько поздними вечерами уходит из дома и бродит по Лончэну. Словно отыскивая приключения на собственную задницу. Но после того, как портал в Дисин закрылся окончательно, город стал тихим и спокойным, словно стоячее болото, совершенно безопасным. Даже грабители, казалось, притихли, бросив это беспокойное дело. А ведь раньше почти вся его жизнь проходила в напряжении тела и ума. Чжао уже был готов взмолиться Небесам, лишь бы хоть что-нибудь случилось наконец, что позволило бы ему встряхнуться и вспомнить те прежние ощущения.       Недаром говорят - бойся своих желаний, они иногда сбываются. Бросив вниз очередной окурок и проследив взглядом за его полетом, Чжао собрался уже было подняться, чтобы вернуться домой. Однако уже в следующий момент сердце его почти взорвалось, чуть не выпрыгнув из груди, заставив Чжао дернуться. Каким чудом он удержался, не отправившись в незапланированный полет, одним богам известно. Вцепившись побелевшими от напряжения пальцами в бортик, Чжао воззрился на темную фигуру, высившуюся прямо рядом с ним буквально в паре шагов, обратив лицо к ночному городу.       -- Шэнь В...       Уже только начав говорить, он уже понимал, что внезапный сосед рядом с ним не имеет к Посланнику в Черном ни малейшего отношения. Для этого хватило одного лишь поворота головы и вполне узнаваемой усмешки, скривишей привычно губы.       -- Е Цзунь, чтоб тебя! Тебя не учили, что нельзя так подкрадываться к людям? Я чуть сердце не выплюнул из-за тебя!       Здрасти пожалуйста. Хотел приключений на собственную жопу? Получите, распишитесь. Даже больше чем хотелось бы. Они с Шэнь Вэем оба предполагали, что если уж выжили они, то Е Цзунь возможно мог выжить. И вот доказательство, стоит себе спокойно рядом, смотрит сверху вниз, весело блестит глазами, не испытывая ни малейших угрызений совести.       Чуть наклонившись вперед, белобрысое несчастье смерило взглядом бездонный провал в каком-то шаге перед ним и покачало головой.       -- Да, лететь туда было бы весьма неприятно. Интересно, от чего бы ты умер? Еще в полете от страха или все же от удара о землю? Оба варианта представляются мне довольно интересными.       -- Хрен дождешься! -- тут же огрызнулся Чжао, все же кое-как наконец приводя дыхание в порядок, получая в ответ лишь тихий смешок.       Какое-то время на крыше было тихо, лишь свистел ветер, заставляя Чжао ежиться под его порывами. Но хотя здравый смысл явно подсказывал, что нужно бы уносить ноги, он продолжал сидеть, искоса изучая виновника стольких бед, только что воскресшего из небытия словно немым ответом на его мольбы небесам. Не этого он просил, совсем не этого!       -- Ты кажется решил сменить имидж? Или в модельный бизнес подался?       В любой опасной ситуации внутри Чжао будто что-то включалось, заставляя болтать глупости. А чего б и не поболтать? Е Цзунь действительно выглядел иначе. Совсем по-человечески. Узкие черные джинсы и черная же толстовка, черные высокие ботинки со шнуровкой. Он будто хотел слиться с темнотой. Даже волосы его, ранее белые как снег, теперь были темными и собраны в маленький хвостик, чуть завиваясь на концах длинной челки, словно занавес падающей на глаза. И лишь капюшон, надвинутый на самый лоб, оставался неизменным.       Голос у Е Цзуня тоже не изменился, такой же слегка вкрадчивый, с чуть ехидными нотками. Резанул знакомо Чжао по ушам, заставив невольно поморщиться.       -- А что прикажешь делать? По милости тебя и моего братца путь на Дисин оказался для меня закрыт. Ну захотели вы здесь остаться, дело ваше. Какого черта вы меня за собой сюда перетянули? Оставили бы там, и вам никаких хлопот, и мне хорошо. А раз перетянули, берите на себя ответственность, родственнички.       От такой наглости Чжао цокнул языком, пошатнувшись и чуть снова не спланировав вниз, от греха подальше решив все же спрыгнуть с бортика на крышу, отряхивая джинсы и спокойно поинтересовавшись, приподняв брови:       -- А может тебе еще весь Хайсин приподнести на блюдечке с голубой каемочкой?       -- Было бы неплохо, но для начала я бы не отказался хотя бы заиметь ночлег. А то как-то знаешь ли надоело по чужим квартирам ночевать, выбрасывая их хозяев из окошка.       Темные блестящие глаза явно следили за реакцией Чжао, который чуть не подавился от этой новости, закашлявшись и застучав кулаком по груди. Впрочем если бы люди начали умирать в городе каждую ночь, об этом уже давно бы трубили в новостях. Верить словам блондина ... бывшего блондина, можно было далеко не всегда и Чжао об этом прекрасно помнил, выпрямляясь и смеривая того прищуренным взглядом.       -- Ночлег? И всего то? Как-то мелковато это для бывшего Принца Преисподней. Я ж знаю, тебе палец дай, так ты его мигом оттяпаешь. По самый локоток. Колись, Е Цзунь, что на самом деле задумал?       Ко всему Чжао был готов, к самым диким предположениям и требованиям, но не к тому, что случилось дальше. Е Цзунь просто исчез. Точно также, как исчезал всегда раньше. Исчез, оставив Чжао просто таращиться на то место, где только что возвышалась знакомая темная фигура. И все, что ему оставалось лишь развести руками в немом вопросе, который четко читался у него на лице "а что это собственно только что вообще было?"