Дестабилизация

      – То есть ты уже почти год спишь с аль-Хайтамом по обоюдному согласию, вас это полностью устраивало, а теперь ты вдруг понял, что начал испытывать к нему романтические чувства после ситуации с Академией, и не знаешь, стоит ли о них говорить? Я всё верно услышал? – с огромным скептицизмом спрашивает Тигнари, до невозможного высоко вскидывая брови.       – Было бы странно чего-то не услышать с твоими ушами, – шутит Сайно, пожимая плечами.       – Было бы странно нести чушь с твоим интеллектом, но у тебя это получается, – отбивает Тигнари, прядя ушами, и прижимает их к голове, явно сильно устав от шума города. – Я не могу, Сайно, почему у тебя всё никак у людей? Это был риторический вопрос, не вздумай шутить ещё раз.       Родившийся ответ приходится тут же проглотить, и Сайно только вздыхает, отпихивая в сторону крупный камень, который едва не пнул.       После спасения Архонта и ухода нескольких мудрецов в отставку у Сайно появилось кошмарное количество работы, из-за которой практически не остаётся времени на себя и друзей. Поэтому выкраивать возможность встречи приходится прямо на работе, пока идёшь из пункта А в пункт Б. В этот же раз Сайно попросил Тигнари поделиться книгами о растениях, чтобы их можно было скопировать и отправить в пустыню для обучения людей. А потом вызвался проводить до границы города, чтобы ещё немного поболтать и спросить совета.       Не к подчинённым же за ним идти. Те, конечно, не посмеются, возможно, даже скажут что-то дельное и полезное, но Сайно совершенно не хочет создавать слухи, которые будут переворачивать Академию с ног на голову ближайшие полгода. Было бы у него и аль-Хайтама положение пониже, возможно, шумихи бы и вовсе не было.       – Ладно, хорошо, – выдыхает Тигнари, прикладывая ладонь к лицу. – Я даже немного понимаю твою… запутанную ситуацию с аль-Хайтамом, но почему я? Просто если ты хочешь действительно какой-то рабочий и правильный совет от знающего человека, то это не ко мне, сам понимаешь.       – Понимаю, – без заминки соглашается Сайно, коротко кивая. – Но мне не нужен идеальный совет от того, кто разбирается в отношениях, мне нужно конкретно твоё мнение, и как бы ты поступил на моём месте.       – А я думал, что ты взрослый человек, а советуешься с друзьями как подросток, – задорно хмыкает Тигнари, в шутку закатывая глаза, и Сайно ненадолго улыбается ему. – Но дело всё же серьёзное. Тогда задам несколько вопросов. Не может ли быть так, что ты ещё раньше начал менять своё отношение к аль-Хайтаму?       Сайно всерьёз задумывается над его словами и опускает взгляд в землю, касаясь пальцами подбородка. Раньше ему и в голову не приходила идея, что отношения с аль-Хайтамом могут перейти на какой-то иной уровень, нежели секса без каких-либо обязательств. Они просто договорились, что им проще спать друг с другом, чем кого-то искать и заводить с ними отношения.       Пользоваться услугами работников публичного дома Сайно считал ниже своего достоинства, и аль-Хайтам, кажется, разделял его мнение. И, опять же, не исключалась возможность слухов, которые обязательно рано или поздно поползли бы.       В общем, как ни странно, договориться с аль-Хайтамом было проще, чем что-либо. И Сайно не рассматривал его в романтическом плане, хотя и не отрицал, что аль-Хайтам соответсвует большинству его стандартов.       Да и до ситуацией с Академией… они неожиданно начали обсуждать книги и жизнь в Сумеру перед сном. И эти беседы нравились Сайно не меньше, чем предшествующий им секс. Или ещё Сайно.       – Не уверен, – уклончиво отвечает Сайно, поведя плечом. – Я всегда неплохо к нему относился, ведь… ты понимаешь.       – Теперь-то прекрасно понимаю, – уж больно наигранно возмущается Тигнари, и Сайно понимает, что в его словах нет ни грамма настоящей злости.       Вообще, если бы Тигнари был на самом деле зол, что его куда-то втянули, то Сайно уже давно бы слушал полную гнева и яда тираду. Потому что очень опасно доводить острого на язык Тигнари и посвящать в такие подробности, каких он бы знать никогда не хотел.       Не побьёт, так морально уничтожит, чтобы больше никогда в жизни не хотелось лезть к нему с чем-то неприятным.       – Мы, кстати, почти пришли к границе, – подмечает Тигнари, обращая внимание на изменившееся окружение. Оно стало более спокойным и тихим. – Так что я постараюсь быть краток. Скажи ему, вот и всё. Не надо ничего придумывать или утаивать, потому что никому лучше от этого не станет. Ваши отношения изменятся, и не факт, что продолжатся, но всё хотя бы будет честно. Аль-Хайтам, кажется, не из тех, кто любит сложности.       Слова Тигнари звучат до боли просто и разумно. До этого Сайно всё же сильно волновал вопрос, что его отношения с аль-Хайтамом сильно поменяются, а им ещё работать вместе в Академии. Они, конечно, умеют не смешивать работу и личные дела, но в случае, если чувства не будут взаимными, то не хотелось бы устраивать напряжённые переглядывания в коридорах.       Сайно очень хочется стукнуть себя из прошлого, который решил, что просто спать с аль-Хайтамом проще, чем что-либо. Да, очень просто, конечно, всего лишь влюбился, подумаешь.       – Ты прав, – вздыхает Сайно, вскидывая голову к небу. Малая мластительница Кусали, дай ему сил. – Спасибо, Тигнари.       – Да не за что, – пожимает он плечами. – Ты ведь так и думал, просто хотел услышать подтверждение своему мнению?       – Неверно, – неопределённо отвечает Сайно и выуживает из подпространства небольшой мешочек. – Передашь Коллеи? Это смесь из орехов.       – Я бы тебе предложил отнести их сам, но понимаю, что ты сейчас весь по уши в делах, – с улыбкой хмыкает Тигнари и забирает мешочек в своё подпространство. – Ты только не перерабатывай и не затягивай разговор с аль-Хайтамом. Иначе я заставлю Академию отправить тебя в Гандхарву на восстановление.       – Я запомнил, – искренне смеётся Сайно, протягивая руки для прощальных объятий.       Шутки шутками, но Тигнари и правда ведь может это сделать…       – Ты тоже береги себя, – напоследок говорит Сайно и уходит обратно в город.       Завтра у аль-Хайтама по настоянию малой властительницы Кусанали выходной, а у Сайно свободный вечер, и лучше времени для разговора у них, наверное, не будет.