После Эвермора

      Их переписка всегда была похожа на заглушение душевной боли. Если Вороны опять оставляли непоправимый след на их сокомаднике, Жан мог написать и поделиться с близким человеком, зная, что она его не отталкнет, а лишь подбодрит, рассказывая очередную нелепую историю, сменяя тему разговора. Когда у Рене возникали проблемы с Лисами, девушка могла пожаловаться на их неосторожное поведение, ведь по ее словам несла за старшекурников ответственность, а после добавляя истории из детства, которые ей вспоминались при определённых обстоятельствах. Моро из-за всех сил пытался вставить слова поддержки, хотя сам считал, что в этом он не силён, поэтому вычитывал о дружбе и подбадривание друзей в трудный момент из телефона, но чаще всего брал пример с Уокер.

***

26 июля 13:39

Жан Доброго дня, надеюсь не отвелекаю

Рене

Доброго:) Всё в порядке, как себя чувствуешь? Уже добрался до Калифорнии?

Жан Да, но, я не уверен, я чувствую, что меня не должно здесь быть, часть каждого из Воронов захоронена рядом с Королем, и я просто не рассчитываю что-то менять

Рене

Я понимаю, знай, я не заставляю, да и никто не заставляет тебя меняться или изменять своим идеалом, будь собой, не пытайся подстроиться под новых сокомандников, помни, у тебя есть я, ты можешь высказаться и поделиться переживаниями

Жан Спасибо, я это очень ценю, правда. Я тебе напишу, когда обустроюсь

***

На улице было ужасно душно и жарко, вроде солнце только выходило из-за горизонта, но уже мучительно опаляло непривыкшую бледную кожу парня. За счет этого, легкий загар ложился алыми пятнами неравномерно, спасло Моро проезжавшее мимо такси, хотя у аэропорта их было много. Выйдя из машины, брюнет обратил внимание на здание общежития, которое за ближайшие пару лет должно стать его домом? По крайней мере так отзывались все: репортёры, не дававшие и капли личного пространства, что было очевидно; личный психолог, назначенный руководством Эвермора; и единственная, кому из этого скудного списка доверял сам Моро – Рене. Конечно, он сам так не думал, хотя с другой стороны, Жан брал в сравнение только Гнездо, ведь другого опыта у него не было и могло и не быть. В общем можно выделить – общежитие «Троянцев» и близко не было похоже на «Воронье», дело было даже не в том, что оно не было под землей, не придется дышать кондиционерным воздухом, думать о поверхности и перед сном рисовать в голове картины заката и рассвета по воспоминаниям, нет. Атмосфера спокойствия, предвкушения, легкая трожь, и страх, эти состояния сменяли друг друга каждый краткий промежуток времени. И что-то так и не давало успокоиться, этот учебный год Жан Моро точно запомнит надолго.