Очень тонкие стены

Едва ли прошёл час с тех пор, как Баки вернулся со своей рабочей смены в автомастерской, но Стиву отчего-то казалось, что друг донимает его уже целую вечность. В конце-то концов, завтра Стиву предстоял долгий рабочий день, он мог бы уснуть, надев беруши – это помогало Стиву не свихнуться те последние несколько месяцев, что он провел в гребаной комнате игр Кристиана Грея. – Давай просто...– Баки, кряхтя, придвинул к себе подушку и устало откинулся на диване.– Посмотрим телик? Или поиграем в приставку? Ну же, Стиви, мне так скучно! Стив закатил глаза, игнорируя раздражающие попытки друга его отвлечь. Стоны за стеной становились громче с каждой минутой. Баки, казалось бы, их не замечал, или по-крайней мере он делал вид, что его совсем не заботят трахающиеся в паре метров от них соседи Стива. Хотя, стоило полагать, работа в автомастерской Старка должна была хорошенько иссушать мозг и жизненные силы человека достаточно для того, чтобы механик вроде Баки переставал замечать вокруг себя все, что не было автомобильным двигателем: он даже закинул ноги на дизайнерский кофейный столик Стива. Гребаный кофейный столик. Это о чем-то, да говорило. Их отношения сильно изменились после того, как Стив покинул отчий дом и загорелся целью отстроить свою жизнь самостоятельно, где-то вдалеке от Бруклина. Но в итоге он, найдя неплохую работу иллюстратором в местном издательстве, решил осесть в обыкновенном браунстоуне* в районе Ред-Хук. По крайней мере, у него были собственные финансы для оплаты счетов за электричество и для, пусть и нерегулярного, пополнения холодильника продуктами. Последнюю нужду Стив удовлетворял особенно охотно, потому что ел он много, что не было удивительным, учитывая, как сильно он вытянулся за те пару лет, что прошли с его поступления в колледж. Стив привёл себя в довольно впечатляющую форму за пару лет регулярных тренировок, и очень гордился таким результатом. Чем Стив не мог гордиться, так это нехваткой смелости и сильной неохотой решать вопрос с неугомонными сексуальными маньяками из соседней квартиры – он больше не был маленьким, трясущимся мальчиком, прячущимся за спиной Баки, но где-то по пути своего взросления Стив растерял всю свою наглость, поэтому не решался постучать в соседскую дверь и попросить жильцов держать свои причиндалы в штанах. Баки, наверное, помог бы Стиву, если бы тот попросил. Зачастую Баки делал все, о чем его просил Стив, но завал на работе и это раздражающее мельтешение конечностей Баки перед глазами лишило Стива последних сил. Он просто хотел в кои-то веки нормально выспаться. А все проблемы могли подождать до завтра. Да, отличный план. – Я не хочу смотреть телик,– пробормотал Стив, раздраженно щипая себя за переносицу. Он отбросил листы с зарисовками на кофейный столик, заставив Баки (наконец-то, черт возьми) убрать оттуда свои ноги. Стив встал с дивана и побрел в сторону ванной. – Чувак, ты лишаешь меня возможности провести время со своим лучшим другом в мой единственный выходной!– Баки пошёл вслед за ним, и, привалившись плечом к дверному косяку, он лениво обвёл ванную Стива взглядом.– Ну же, как в старые добрые! Стив на секунду замер, держа зубную щетку во рту и старательно избегая встретиться взглядом с отражением Баки в замыленном зеркале своей ванной: тусклый свет настенной лампы освещал его лицо и оголенные ключицы, выглядывающие из под ворота его футболки; длинные волосы выбивались из пучка и спадали небрежными прядями на лицо, трехдневная щетина оттачивала его скулы, делая взрослее и мужественнее – что уж говорить, Баки был красив. Они почти не виделись в течении всего месяца, и это был первый раз, когда Баки навестил Стива после его переезда в новую квартиру. Должно быть, Стив вёл себя, как придурок. Ему было свойственно вести себя, как придурку, когда он сильно уставал, но Баки не был его головной болью, в отличае от невозможных соседей или горящих сроков на работе. Стиву не стоило быть такой задницей. – Можем посмотреть ютуб. Если честно, меня сильно рубит, поэтому я бы предпочел лечь в кровать. Баки лишь пожал плечами. – Конечно, почему бы и нет,– он коротко улыбнулся Стиву, прежде чем оттолкнулся от косяка и начал шагать вглубь квартиры. Это было нормально для них – засыпать вдвоём на одной кровати. Привычно, спокойно, безопасно. Ощущение крепкого и теплого тела под своими руками, горячее дыхание на щеке, опаляющее кожу – все это создавало вокруг Стива непроницаемый кокон, в котором он всегда находил покой. Это ощущение было неотъемлимой частью их дружбы уже долгие годы. Баки поерзал, удобнее устраиваясь и подпирая подбородком макушку Стива. Стив был больше его, теперь – после лет, проведённых в тренажерном зале,– поэтому, должно быть, со стороны выглядел нелепо, свернувшись на груди у Баки, как задремавший котёнок. Ему было плевать. На экране планшета люди пробовали какое-то отвратительное блюдо из кучи сырых яиц, поэтому Стив посчитал, что если прикроет глаза на минутку, ничего важного не пропустит. Баки размеренно дышал, его грудная клетка спокойно вздымалась под щекой Стива. И когда Стив уже начал засыпать, раздался громкий стон. Очень, очень громкий, протяжный женский стон. – Да ладно вам!– раздраженно простонал Баки, откидывая голову на подушке и смотря на стену за собой так, словно она могла ответить на его вопрос.– Какого хрена именно сейчас? Пошевелившись и подняв голову, Стив понял, что Баки тоже начал засыпать: планшет валялся в стороне с выключенным экраном, а друг лежал в своей самой расслабленной позе, в которой обычно засыпал, обняв Стива обеими руками. – О, это надолго,– хмыкнул Стив, кладя голову обратно на грудь Баки и закрывая глаза.– Просто постарайся уснуть. Баки в последний раз раздраженно застонал, но, опустив руку на спину Стива, замолчал и начал дышать глубже, успокаиваясь. "Наверное", подумал Стив, перед тем как провалиться в сон, "стоило постелить Баки на диване". Они давно не спали вот так, вместе, и наверняка это было неловко сейчас, учитывая, что комнату заполняли едва заглушаемые толщиной стен откровенные звуки секса. Стив привык к этому, но Баки, хоть и не имел чуткого сна, мог проворочаться полночи. Спустя какое-то время Стива снова разбудил стон. Голова болела от того, как резко он просыпался, каждый раз урывками хватаясь за сон и вновь пробуждаясь, вскакивая и пытаясь разобрать разбудивший его шум. Баки не спал. Стив поднял голову, в темноте находя лицо Баки взглядом. Он не спал. Он... он смотрел на Стива ясными глазами. – Который час?– пробормотал Стив, потирая глаза. Баки не ответил. Он медленно моргнул, а потом произнёс одними губами: "не знаю". Стив поднялся на локтях, а затем перекатился на бок, чтобы дотянуться до часов. 2:52. Черт. – Я постелю тебе в гостинной,– устало выдохнул Стив, вставая с кровати. Баки вдруг обхватил его плечо рукой, не давая подняться. Стив недоуменно взглянул на друга, но Баки лишь лениво покачал головой, поэтому Стив просто вернулся на свое место – обратно в объятия Баки. С тем условием, что спать ему оставалось чуть меньше пяти часов, Стив не собирался тратить лишнее время на споры. Баки тяжело выдохнул и что-то пробурчал себе под нос. Стив расслабился в его объятиях, по привычке вдыхая запах друга, и пожелал никогда больше не подниматься с кровати. Утром ему предстояло предоставить черновые варианты своих иллюстраций заказчику – строгой русской женщине с недружелюбным взглядом и коварной улыбкой, которая придиралась к мелочам и неуклонно просила Стива переделывать любой начатый им вариант проекта. Стив сглотнул, отгоняя тревожные мысли – сейчас ему нужно было уснуть. Но стоны, которые, казалось бы, не прекращали доносится на протяжении всей ночи, зазвучали ещё громче. – Боже, я почти уверен, что они свингеры. Нормальные люди просто не могут трахаться сутки напролёт.– недовольно пробурчал Стив. Баки был удивительно молчалив. Он не ответил Стиву, вместо этого запустив пальцы в его волосы и начав лениво массировать скальп. Стив замурлыкал, чувствуя, как все его тело вновь наполняет ленивая истома. – Да с такими соседями не нужна порнуха, Стиви.– хмыкнул вдруг Баки, принимаясь сильнее давить на череп Стива и оттягивать его волосы. Его голос звучал глубоко и хрипло.– Что же он с ней делает, ха? Стив покраснел, носом уткнувшись в грудь Баки и неразборчиво бормоча тихие ругательства. Теперь он не мог избавиться от образа Баки, лениво ласкающего себя под звуки чужих стонов, доносящихся из-за стены. Желая сбросить с себя внезапное наитие, Стив, приподняв подбородок, бросил безразличным тоном: – Не знаю, это... звучит фальшиво.– Он слегка пожал плечами.– Когда я слышу, как кто-то так сильно надрывает глотку, я думаю о женщинах, пытающихся быстрее довести мужчину до оргазма чтобы наконец-то лечь спать. Баки хрипло рассмеялся. От этого звука в животе Стива вспорхнули бабочки. – Ты слишком строг к обычному, человеческому сексу, Стиви. Я уверен, что она получает удовольствие, раз они трахаются так часто. А парень, наверное, все время думает только о том, чтобы не спустить раньше времени. Баки вновь засмеялся, а Стив просто... Он почувствовал, как его член медленно набухает в штанах. Он представил Баки, трахающего девушку и пытающегося не кончить глубоко внутри неё, дрожащего от подступающей волны наслаждения. Прикусив губу, Стив представил, как Баки кончает, глотая собственные стоны и содрагаясь от удовольствия глубоко внутри её тела. Стив чуть сдвинулся в сторону, чтобы его очевидно заинтересованный в этих фантазиях член не выдал его перед Баки. Баки вдруг особенно грубо оттянул волосы Стива, случайно запутавшись в них пальцами, и Стив не смог сдержать задушенного стона, вжимаясь лбом в горячую грудь друга. Баки неожиданно замер, задержав дыхание, из-за чего Стиву пришлось поднять голову и вновь найти лицо друга глазами – тот смотрел куда-то в макушку Стива, брови его были задумчиво сведены к переносице. – А что, если...– Баки встретился взглядом со Стивом, и его губы тронула маленькая ухмылка.– Мы ведь тоже можем устроить небольшое шоу, а? Щеки Стива вспыхнули, а сам он инстинктивно отпрянул, боясь собственной реакции на эти слова. Неужели Баки заметил?... Баки вскинул руки, трясясь от смеха. – Я не в этом смысле, Стиви,– сказал он с улыбкой, приподнимаясь на локтях и понижая голос.– Ну, немного притворимся трахающимися, всего то – зато эта парочка поймет высоту децибелов, пропускаемую этими стенами, и впредь будет вести себя потише. Стив облегченно расправил напряженные плечи. Его член, наконец-то, начал успокаиваться в штанах, а с тем условием, что Стив нормально не спал с позапрошлого месяца, он полагал, что сможет пережить эту маленькую шутку. Тем более, Баки мог быть насмешливым и несерьезным говнюком даже во время... э-эм, имитации секса – в этом Стив был почти уверен. – Ладно, давай попробуем,– Стив придвинулся ближе, неловко сцепив руки в замок у себя на коленях.– Просто будем... стонать и прыгать на кровати? Баки кивнул, расплываясь в хитрой улыбке. – Не прыгать – трясти кровать, Стиви. Просто импровизируй, во время секса так все, обычно, и происходит. Говнюк. Стив пробурчал недовольное "я знаю, как происходит", взбивая подушку и ложась рядом с Баки на спину, но щеки вновь вспыхнули предательским румянцем, когда Стив осознал, что вскоре услышит стоны своего друга. В собственной постели. Его член снова дернулся в штанах, и Стив уже был готов начать проклинать всю эту затею. Баки на секунду замер, прислушиваясь к шуму за стенкой, а затем, глянув на Стива, коротко кивнул. Стив, вытерев потные ладони о свои колени, прокашлялся. Он открыл рот, готовясь сказать что-то... сексуальное?– когда рука Баки нашла его, нежно сжав запястье, и он прошептал Стиву одними губами: "я попробую". Баки приподнялся и встал на колени перед Стивом, опустив ладони на свои бедра и чуть качнувшись вперёд, проверяя, насколько скрипуча кровать Стива. С заговорчищеской улыбкой он кивнул Стиву, подсказывая, что тот должен сделать, и начал удобнее устраиваться у ног друга, согнутых в коленях. – Доверься мне,– бросил Баки, обхватывая его колени и разводя в стороны.– Просто подстраивайся. Стив задохнулся, когда Баки – почти! – притерся к его паху, одарив друга веселой улыбкой, и, упираясь руками по обе стороны от бедер Стива, несильно толкнулся вперед. – Старайся не двигаться вместе с толчками, просто оставайся на месте,– прошептал он, неотрывно наблюдая за тем, как движутся его бедра, на пробу несильно толкаясь в пах Стива. Стив думал, что умрёт – от стыда и неистового возбуждения,– но Баки, храни Господь его душу, не почувствовал стояк друга.– Постараюсь лишний раз не прикасаться к тебе. Хорошо, а теперь... обхвати изголовье руками. Стив, слыша только дикую пульсацию собственной крови в ушах, послушно обхватил изголовье, распахнув губы и стараясь не издавать никаких звуков до того, как они начнут делать это... чем бы "это" ни было. Баки обхватил колени Стива руками, и толкнулся вперёд, проезжаясь бедрами в сантиметре от ширинки Стива, но напрямую его не касаясь. Это было похоже на начало пытки – Стив мог только гадать, как тяжело ему будет терпеть это дальше. По инерции толчок тряхнул Стива к изголовью, и то с грохотом ударилось о стену позади кровати. Баки вскинул кулак в негромком "йес!", а затем вернул руку на бедро Стива и сигнально его сжал. Стив не знал, почему согласился участвовать в этом дурацком, ребяческом эксперименте. Им было не по двенадцать, и все это было не столько смешно, сколько неловко – по крайней мере для Стива, который вновь был в одном шаге от настолько внушительного стояка, что тот грозил бы вскоре прорваться сквозь его спортивки и скорее прижаться к телу Баки. Но он все же, как обычно вдохновленный азартом Баки, переберая пальцами и удобнее обхватывая деревянное изголовье, прикрыл глаза и застонал – так, как делал это во время мастурбации, когда не боялся быть услышанным, пойманным и пристыженным: негромко, но пылко и отчаянно. Баки, резко выдохнув, вновь впился пальцами в его бедро, а затем, не дожидаясь от Стива повторного стона, толкнулся вперед. Через пару секунд им удалось добиться ровного темпа, при котором кровать и изголовье скрипели наиболее громко и раздражающе. Наиболее пошло. Стив вновь застонал: – Да, вот так, не останавливайся!– жарко выдохнул он, а потом, вспоминая, что нужно быть громче, сам толкнул спинку кровати, ударяя ею о стену, и протяжно застонал.– Баки, это слишком... нгх– Я скоро кончу! Баки, скрипнув зубами, неожиданно зарычал, включаясь в игру. – Я знаю, детка – только посмотри на себя. Весь раскрытый и готовый для меня. Хочешь мой член, а? Хочешь получить его глубже? И Стив, чувствуя, как его член, пульсируя, натягивает ширинку и пачкает трусы сочащейся из головки влагой, совершил страшную ошибку. Он кивнул. Твою мать. Стив понял свою ошибку, только когда Баки замер, а все звуки в комнате, включая стоны за стеной, стихли. Боясь открыть глаза, Стив вслушивался в единственный различимый им звук – звук их сбившегося, горячего дыхания. Наконец, найдя в себе достаточно смелости, Стив распахнул глаза и с ужасом уставился на друга, ожидая его реакции. Баки смотрел на него затуманенно, абсолютно стеклянным взглядом – но сквозь мутную поволоку пробивалось что-то ещё. Стив даже представить не мог, что, должно быть, испытывает Баки, увидев как позорно под ним возбудился его собственный лучший друг. Но Стив мог надеяться, что эта непонятная эмоция во взгляде Баки – обычное удивление, или же растерянность, а не отвращение и испуг. Стив, затаив дыхание, готовился к худшему. А потом, не сводя со Стива пристального, непроницаемого взгляда, Баки, качнувшись назад, резко толкнулся в его пах. Они одновременно шумно втянули воздух, и Стив, приподнявшись на локтях, неверяще посмотрел на друга. – Баки...– Стив не знал, что сказать. Он не мог мыслить трезво, чувствуя чужое возбуждение между своих разведенных ног. Он опустил взгляд на то место, где соединялись их тела, и облизал губы. – Что ты... Баки прервал его, толкнувшись снова, проезжаясь твердым членом, стянутым слоями одежды, по возбужденному члену Стива, и громко застонал. Стив задрожал от этого звука, вновь опускаясь на кровать и шире разводя ноги. – Прошу!– Вновь начал Стив, задыхаясь. Он не заметил момент, когда перешел на тихий шёпот, полный мольбы и жажды.– Хочу, чтобы ты кончил в меня, Бак. Прямо так, умоляю, кончи внутрь меня, а-ах! Хочу чувствовать тебя глубоко внутри себя, пожалуйста, Баки! Стив продолжил шептать, как в бреду: "Пожалуйста", "прошу тебя", "умоляю", как будто от члена Баки (Боже, который едва ли его касался под всеми этими слоями одежды) зависила его гребанная жизнь. Баки ускорился, толкаясь жестче, и рукой хватая Стива за подбородок. Он заставил Стива приподнять голову и поймать свой пьяный и голодный взгляд. Баки был похож на зверя, сходящего с ума от невозможности укусить. На его лбу проступил пот, а на лице застыло выражение внезапного удовольствия: Баки, не сводя со Стива жесткого взгляда, и продолжая держать его за подбородок, пальцами сжимая щеки, свел брови к переносице и прикусил свою нижнюю губу. – О, непременно, Стиви. Я так долго ждал момента, когда смогу выебать тебя,– он, со сбившимся дыханием и потом, стекающим со лба, неожиданно усмехнулся, несильно шлёпнув Стива по щеке.– Посмотри, что я делаю с тобой: течешь, как гребанная сучка, насаживаясь на мой член. Стив громко, отчаянно застонал, прикусив губу. Баки сорвался на бешеный ритм, вжимаясь в Стива и, нависнув над ним, шумно выдохнул ему на ухо: – Черт, Стив, какой же ты, блять, тугой! Не хочу знать, почему,– Стив застонал, когда Баки внезапно прикусил мочку его уха, опаляя кожу своим горячим дыханием.– Не хочу, потому что, если я лишаю тебя девственности, то я чертов счастливчик, Стиви. Уверен, что каждый второй, глядя на тебя, мечтает трахнуть твою крепкую задницу, но в итоге ты здесь – подо мной, такой доступный и послушный. И только для меня, Стиви. Ты подставился только для меня. Стив, задрожав, внезапно вскрикнул, рукой обхватывая Баки поперек спины, и кончил, резко вскинув бедра и плотнее прижавшись к другу. Кончая так сладко и долго, Стив забылся в моменте, в секундах, что он проливался в свои боксеры с бьющимся сердцем Баки напротив своего собственного – они были так чертовски близко, прижатые друг к другу. Это было невыносимо, а еще так сильно похоже на самый чудесный сон из когда-либо видимых Стивом. Баки, зарычав и толкнувшись в последний раз, последовал за Стивом, кончая с протяжным стоном и сотрясаясь от оргазма, нависнув над другом. Они могли поцеловаться в этот момент. Стив смотрел на губы Баки, чувственно распахнувшиеся в последнем выпущенном им стоне, и мечтал прикоснуться к ним, попробовать на вкус. Чего уж там – он мечтал об этом всегда. Баки рухнул на кровать рядом с ним, прикрыв глаза от усталости. За стеной было непривычно тихо, но Стив не мог думать об этом в тот момент, когда его лучший друг безмолвно лежал рядом с ним после разделенного ими удовольствия. Это было так... Стив просто не мог осмыслить случившееся. – Ты как?– раздался сонный голос Баки, и Стив неопределенно махнул рукой. Баки засмеялся, снижая градус напряжения, зарядившего воздух между ними, и несмело подтянулся ближе к Стиву.– Я не... перешёл черту? Стив посмотрел на него, удивляясь тому, как Баки был красив даже таким – растрепанным и тяжело дышащим после секса, едва различимым в густой темноте комнаты. Стив тяжело вздохнул и отвернулся. – Не знаю.– честно ответил он, притворяясь, что голос его не дрожит.– Если это как-либо изменит наши отношения, то я не знаю, как буду справляться с этим. А ты? Баки, очевидно, напрягли его слова. Он долго молчал, смотрел в потолок, почти не дыша, а потом резко выдохнул и покачал головой. – А хочешь ли ты, чтобы они изменились? Стив вздрогнул от неожиданности этого вопроса. Было так просто прикинуться дурачком, списать все на разыгравшиеся гормоны и тот азарт, что обычно приводил их двоих к последствиям похуже этого; но в том, что произошло между ними, было нечто более личное и... и значимое для Стива. Да и едва ли Стив был в силах когда-либо забыть о том, как выглядел Баки, когда кончал, после того как увидел это собственными глазами. Он больше не мог притворяться, что не хотел Баки с 14-ти лет, когда тот был нескладным и прыщавым, все время подшучивал над Стивом и совсем от него не отлипал. И он хотел его сейчас – спустя годы, наконец узнав, какого это – делить с Баки постель в том самом смысле. – Да.– на выдохе произнес Стив. В темноте он нашёл руку Баки своей собственной, и переплел их пальцы.– А ты? Баки не ответил – он притянул Стива к себе, пальцами левой руки зарываясь в его волосы, и прижался к его губам поцелуем, полным отчаянного желания.

×××

Чего Стив точно не ожидал, так это настойчивого стука в дверь своей квартиры, когда его часы показывали 6:40 утра. "Что ж", подумал Стив, целуя спящего Баки в уголок губ и лениво поднимаясь с кровати, "стоит признать – это было и правда громко".