Вино и искренность

      — Розария, — протирая очередной бокал, окликнул девушку Дилюк.       — Что такое? — безразличным голосом отвечает та. Уже поздний вечер, и таверна, в которой она провела последний час, скоро закрывается.       — Ты случайно не знаешь, где живёт Венти? Он напился, и, кажется, своими силами ему никуда дойти не светит, — Дилюк уже давно привык к таким ситуациям, но проблема в том, что в прошлые разы он хотя бы знал, где живёт тот или иной, либо с ним были те, кто провожал его домой, но с Венти иная ситуация.       — Этот бард? Без понятия. Он появляется, когда хочет, и внезапно исчезает, когда хочет. Да и я не видела, чтобы он с кем-то тесно общался, — Розария допивает последний бокал вина и решает подойти к барду — источнику проблемы сегодняшнего вечера, — Венти? Ты слышишь меня? Таверна закрывается, тебе пора идти.       Но бард лишь бормочет что-то невнятное себе под нос, едва приподняв голову.       — Ну, тут уж я бессильна, — пожимает плечами девушка.       И тут дверь таверны открывается.       — Прошу прощения, но мы уже закрываемся, — говорит Дилюк и поднимает голову, увидя, — Люмин?       — Доброго времени суток, — отвечает Путешественница, — извиняюсь, но Венти не тут, случаем? Я везде его обыскала.       — О, ты вовремя, Люмин, — говорит Розария, — мы как раз думали, что делать с этим бардом. Он ужасно сильно напился. Ты знаешь, где он живёт?       — Ах, если честно, я и сама без понятия… — Люмин только что поняла, что даже не знает, где ночует Венти. Как так получилось?       — И что нам с ним тогда делать? О, и зачем ты его искала, Путешественница? — сама удивившись своему любопытству, спрашивает Розария.       — У меня было дело к Венти, но, видимо, придётся отложить его до завтра, — наглая ложь. Люмин просто хотелось встретиться с бардом, иных причин нет, — а, я придумала! — восклицает она, — я могу отнести его в свой чайник безмятежности, который мне подарила мадам Пин.       — Правда? Тебе не трудно? И кстати, я помню, как ты приглашала меня туда, буду честна, там очень красиво, — на лице Розарии виднеется небольшая улыбка.       — Согласен с ней, — вмешивается в разговор Дилюк, — мне было очень приятно, что ты тогда и меня пригласила.       — Спасибо вам, — немного смущаясь отвечает девушка.       Люмин подходит к Венти, смотря на него молчаливым взглядом. В её глазах виднеется тоска. Ну правда, смотреть на любимого человека в таком состоянии —далеко не самое приятное зрелище.       — Венти… — Люмин положила руку на плечо барда, — ладно, я забираю его, — Путешественница взваливает пьяного на спину.       — Спасибо тебе, правда, — говорит Дилюк.       — Не стоит благодарности, мне не трудно, — Люмин выходит из таверны, размещает чайник безмятежности и наконец-то оказывается в тихой комнате наедине с Венти, путь и находящимся в забытье.

***

      Путешественница кладёт барда на кровать и снимает с того обувь, как вдруг слышит тихое хныканье.       — Венти? Что такое? — она поднимает голову, видя, как бард закрыл руками глаза. Люмин садится рядом с ним, пытаясь понять, что случилось.       — Я же говорил тебе не умирать… — едва слышно произносит бард, — а ты не полушал меня, почему?       — Венти, всё хорошо, я рядом, —Люмин крепко обнимает его, пока тот продолжает шептать уже что-то нечленораздельное.       — Люмин? — внезапно произносит бард.       — Да, я. Это я, Венти. Я с тобой, — пока Люмин говорит это, бард обнимает её в ответ, прижимаясь к девушке всем своим телом.       — Мой дорогой друг, — вновь начинает тот, — он погиб… Погиб, пока сражался за песни, небо, птиц и людей, живших в стенах из ураганов. Я так и не смог отдать ему то перо, а ведь он так хотел повидать птиц… — Венти говорит это едва слышно, тихонько всхлипывая, — он любил играть на лире, жаждал писать самые лучшие стихи и песни...       Минута тишины, которую нарушают только тихие всхлипывания. Люмин не осмеливается что-либо сказать. Она лишь обнимает Венти, давая ему прижаться к ней так, будто если бард ослабит хватку, девушка навсегда покинет его.       Его единственная надежда на обретение счастья — Люмин, покинет его? От одной мысли об этом по коже идут мурашки, и хочется потерять способность здраво мыслить, лишь бы даже физически не смочь думать о таком и оставаться в этих крепких объятиях вечно и с пустой головой, освобождённой от каких-либо мыслей. Но что будет, когда Люмин найдёт брата? Об этом нельзя думать. Для Венти это табу.       В конце концов, алкоголь, конечно, сыграл свою роль, и Венти уснул. Одновременно такой большой и такой маленький, прочный и хрупкий.       Люмин укладывает Венти. Девушка хотела было уйти, но бард не отпускает её.       — Не уходи... — в очередной раз в полусне говорит тот.       — Хорошо, конечно, — недолго думая, отвечает девушка.       В Тейвате ночь. В чайнике безмятежности тоже. Венти сопит, прижавшись к груди Люмин и зарывшись в её объятия. Люмин не спит. Она тихонько перебирает волосы барда, обдумывая произошедшее. Но одно Путешественница знает точно, Венти совсем не такой, каким кажется, и ей предстоит ещё многое узнать о нём.