Как избавиться от чувств?

Эта жрица оглядывает Саске, как уцененную вещь в ломбарде, раздражая мгновенно. Будто бы Хокаге действительно спрашивает о желаниях подчиненных, и Учиха сам напросился на дурацкую миссию. - Наруто-кун красивее, - постановляет Шион, однако Узумаки не слышит. Джинчурики занят яростным обсуждением плана с Шикамару, и Саске точно предполагает, кому адресовано данное заявление. Непозволительно близко шиноби склоняется к девушке и с наслаждением выдыхает в исказившееся неверием лицо: - Я в курсе. Мелочное удовлетворение пропадает втуне, стоит Шион броситься плакаться Узумаки. Жрица приникает к джинчурики, как лист к стеблю, обнимая за руку и снизу вверх заглядывая в глаза. У наблюдающего в стороне Учиха горло пережимает от ярости. Тупой усуратонкачи совсем не смущается столь наглой близости. ~~~ - Ты сегодня не в духе, тэме, - рапортует Наруто, словно Саске не в курсе, что хамить заказчице дурной тон. Не простившая давний комментарий по поводу грубого тела Сакура делится на привале историей про смущающее предложение Шион продолжить род и тупость Узумаки. Задание по сопровождению на смотрины мужа однозначно спланированный фарс. Девушка капризно отвергает каждого, не забывая расписать не устроивший ее недостаток. Учиха искренне не понимает, зачем стране Демонов нужна еще одна невыносимая жрица. - Да, ладно, - на возмущения напарницы пожимает плечами Наруто, проверяя остроту оружия и не замечая направленных на него лавандовых глаз. - Ей же с ним жить, пусть придирается. Отказывая последнему претенденту, Шион запинается, отвлекаясь на перевязывающего хитай-ате Узумаки. Саске откровенно напрягает, как своенравная девица смотрит на джинчурики. - Прекрати беситься, иначе нам не заплатят, - просит Шикамару, пытаясь отвлечь внимание Учиха на себя. - Тот же Наруто ведет себя сдержанно, а ты скоро испепелишь заказчицу взглядом. Если бы такое и вправду было возможно, Саске бы не отказался. ~~~ Шион обещает Узумаки баснословную сумму за должность личного телохранителя, пуская в ход намеренно оголенное декольте. Примерная объяснительная Шестому, где они потеряли джинчурики Девятихвостого на смехотворно-простом задании, формируется в уме Нара за секунды. Не догадаться, на что намекает жрица, способен лишь идиот. - Всего на месяц, - легко врет девушка. - Когда меняются сезоны, мне всегда страшно спать одной. Ошарашенно Харуно захлебывается воздухом, пока Нара флегматично изучает облака. Стоит признать, что даже их близкая подруга Ино так отчаянно не флиртует. С широкой улыбкой Наруто отклоняет щедрое предложение, и, пожалуй, только это спасает жрицу от Цукиёми. ~~~ Киба говорит, что одинокая юность - признак начинающегося безумия, и тащит друга на двойное свидание. Узумаки не знает приглашенных куноичи, а по-идиотски шутящего друга определенно знать не хочет. Разбившись на парочки, они сидят за столиком в Ичираку, но любимая еда не вселяет в джинчурики благодушный настрой, как и кокетничающая с ним девушка. Наруто ищет повод слинять домой, и тот появляется в лице заходящего в раменную Учиха. Бесшумной тенью Саске проскальзывает к барной стойке, занимая высокий стул и угрожающе разламывая палочки до озвучивания заказа. Предоставленный самому себе джинчурики пропускает пару дат в графике уборки, откладывая помывку полов на вечер и успешно вспоминая про нее при виде вернувшегося с длительной миссии Учиха. Узумаки тоскливо надеется смотать на гору Мьёбоку раньше, чем сосед успеет доесть. Цепляющий его за ворот куртки на выходе Саске осуществить план побега не дает. ~~~ Наруто умудряется разбить две статуэтки, бахнуть кружку и снести на пол рамку с фотографией их команды за пять минут ускоренного протирания пыли. Клоны Узумаки поднимают гам, как вороны, и Саске использует Кусанаги раньше, чем здравый смысл. Копии развеиваются с громким хлопком, однако Наруто улыбается так, что глаза превращаются в щелки, и Саске убирает катану в ножны, склоняя голову набок и улыбаясь в ответ. Ужин они готовят вместе под жестким контролем Учиха, и только поэтому кухня остается цела. Под шум включенного телевизора парни молча едят в гостиной ароматный карри, и Саске готов признать, что вкуснее получалось исключительно у мамы. Не отрываясь от экрана, Узумаки жадно уплетает за обе щеки, за пару мгновений приканчивая свою порцию. Уходя за добавкой во время рекламной паузы, Наруто захватывает с собой пустую тарелку друга. Тепло, кипятком разливающееся в груди, убеждает себя Учиха, обычная сытость. ~~~ - Клан Яманако изучил тела и твои воспоминания, - сообщает Шестой, передавая ученику отдельно лежащий на заваленном документами столе свиток, - тебе стоит бережнее относиться к человеку, которого ты видел. Прочитанный отчет не вызывает и капли доверия. Достаточно того, что в составе комиссии числится Ино. "Восприимчивы влюбленные," - несусветная чушь. - Это писали подростки или шиноби? - злится Саске. Возле входа в резиденцию ждут Наруто с Сакурой, чтобы впервые за долгое время перекусить в Ичираку полным составом команды номер семь. Снимая плащ Хокаге, Какаси устало разминает затекшую шею. Дела деревни изматывают, как и не разобравшиеся в своих чувствах дети. - Подумай о том, чье лицо увидел бы Наруто, окажись он на твоем месте, Саске, - просит Хатаке, хлопая потерянного ученика по плечу. - Я скажу ребятам, что дал тебе важное задание, поэтому ты не сможешь к нам присоединиться, - говорит на прощание сенсей, закрывая дверь с другой стороны кабинета. Чертов свиток печёт пальцы даже после того, как Учиха предает его огню. ~~~ Ближе к рассвету шиноби, подобно вору, проникает в спящий дом. На столе ждут кособокие онигири, сделанные Узумаки и накрытые пищевой пленкой. Проигнорировав заботу друга, Саске спешно направляется в спальню. Жар чакры Наруто проходит сквозь стены, и от него не спасают ни холодный душ, ни открытое настежь окно. Не включая свет, Учиха возвращается на кухню. На вкус онигири предсказуемо так себе, но остановиться невозможно. Импровизированный перекус не утоляет голод, просыпающийся внутри. Стараясь не думать о мотивации своих поступков, Саске делает идеально разрезанный на два ровных треугольника сэндвич и оставляет его на той же до скрипа вымытой тарелке.