Очень Странная Вакансия

Сережа сильно изменился за месяцы их общения. Из недоступного и отстраненно вежливого он сделался вредным, капризным, упрямым, ехидным и ребячливым. Вроде, объективно не самые лучшие качества, но в Сереже они Олегу нравились: превратили холодную статуэтку на вершине башни в живого молодого мужика с обычными человеческими недостатками. С незнакомцами и перед публикой Сережа по-прежнему робел, однако в компании Олега полностью расслаблялся. В один прекрасный весенний день – не прошло и года – он расслабился настолько, что пригласил Олега на корпоратив на природе. – Корпоратив? – переспросил Олег. – На природе? Раньше у Сережи от этих слов начинался нервный тик, даже когда они не фигурировали в одном контексте. Нет, он устраивал сотрудникам встречи в неформальной обстановке и на спонсирование этих встреч не скупился, но сам там ни разу не появлялся. Что касается природы, за ней Сережа предпочитал наблюдать исключительно при посредничестве «Нэшнл Джиографик». Он в элементарном зоопарке ни разу не был. – Ну да. На майские обещают хорошую погоду. Возьмем палатки, съездим в лес с ночевкой. Говорят, это весело. Олега терзали смутные сомнения, но… Почему бы и нет? Сотрудники «Вместе» восприняли новость с изумлением – видно было, что участие босса стало для них натуральным шоком, – и энтузиазмом. Правда, по результатам голосования решили все-таки сделать мероприятие однодневным: некоторые опасались ночных холодов, некоторые в принципе с подозрением относились к ночевкам на свежем воздухе, некоторым некуда было сплавить на сутки детей и домашних животных. Накануне знаменательного события Олег вернулся из деловой поездки в Колпино и обнаружил Сережу сидящим среди офиса в гигантской куче походного снаряжения. Создалось впечатление, что он решил не заморачиваться и велел Марго заказать весь ассортимент дорогого специализированного магазина. Олег бросил взгляд на стенной экран, на который была выведена картинка «Турист в разрезе», и поковырял носком туфли краешек завалов. – Кошки? – спросил он. – Сереж, ты на Эверест собрался? – Нет, там и без меня трупов хватает, – пробормотал Сережа, вертя в руках жумар и явно не понимая, что это за фигня. – Я не собираюсь брать с собой все. Видишь, сортирую. А лишнее… Не знаю. В «Радугу» отдам. Тоже вариант. Хотя Олег искренне надеялся, что городские зимы не выдадут такие показатели, что детям понадобятся высотные комбинезоны и ледорубы. Сережа выглядел слегка раздраженным, поэтому Олег не стал мешать, только через час принес кусок творожного пирога, который тот механически сжевал, складывая башенку из коробок с ИРП. Гора все уменьшалась и уменьшалась, и постепенно необходимость нанимать грузовую колонну отпала. А после того, как Олег все же подключился к сортировке и убрал еще несколько предметов, без которых в однодневном походе можно было обойтись, забрезжила робкая надежда, что Сережу не расплющит тяжестью собственной поклажи. Успешное окончание сборов они отпраздновали сырниками и фотографией лисы, тырящей туристический рюкзак. Олег собрался поздно вечером и очень быстро. В последний момент он прихватил палатку и спальник-одеяло: вдруг Сережа захочет вздремнуть после обеда с большим комфортом, чем может обеспечить расстеленный на траве туристический коврик. *** Место оказалось вполне облагороженным – с беседками и мангалами. Ну да, было бы странно, если б Сережа решил со всем штатом сброситься в тайгу с вертолета. Тем не менее под боком располагались довольно густые лесные заросли и живописное слегка заболоченное озерцо с маленьким песчаным пляжем. – Я пойду погуляю, – сказал Сережа, сбросив рюкзак и оглядевшись. Олег решил, что ему нужно в туалет (Сережа утянул с собой несколько банок газировки и всю пешую часть пути прикладывался к ним, жалуясь на жару), и просто рассеянно кивнул: как раз в этот момент выяснилось, что не только он притащил палатку, но только он знает, как их ставить. Вскоре на опушке вырос скромный палаточный городок. Работа кипела. Мужчины засыпали в мангалы покупные – для экономии времени – угли, попутно споря о том, насколько плотно нанизывать мясо и стоит ли обрызгивать его водой, пока женщины резали овощи и раскладывали на пластиковых тарелочках ветчину, сыр и прочие закуски. Олег нагрузил миску всем понемногу и завертел головой, намереваясь спасти Сережу, который, как выяснилось, сперва не мог уснуть от предвкушения, а потом едва не проспал и оттого не позавтракал, от голодной смерти. Сережи не было. Более того, кто-то видел, как он уходил в лес, но никто не заметил, чтобы он возвращался. В красках рисуя в воображении, как пикник, не успев толком начаться, плавно превращается в поисковую экспедицию, Олег накрыл еду салфеткой, выбрал ближайшую тропинку – и почти сразу же наткнулся на Сережу. Гора с плеч. Тот по-турецки сидел на моховом ковре и ковырял землю палочкой. – Что ты делаешь? Потерял что-то? – Наоборот, нашел, – Сережа потыкал палочкой нечто, в чем Олег с недоумением опознал трупик крота. – Надо похоронить. – Но зачем? Оставь, это же лес, его муравьи съедят. – Ну… Мы в «Радуге» всегда всех хоронили. Птичек, мышек, повариху теть Любу… – Что??? – вытаращился Олег. – Ладно, – неохотно добавил Сережа, не отрываясь от своего занятия. – Теть Любу мы хоронили только иногда и в воображении, когда она курицу недоваривала. Снова встревать в процесс погребения Олег не решился. Он терпеливо дождался окончания церемонии, после чего отвел Сережу обратно и успел вмешаться, когда тот радостно нацелился на содержимое миски немытыми руками. Можно сказать, корпоратив начался удачно. *** После того, как все наелись и немного повалялись на солнышке, психолог Жанночка и тимбилдинг-тренер Миша взялись за организацию полезного досуга. Сережа пролепетал, что сплочение коллектива, формирование навыков решения общих задач в команде и психологический отдых – это, несомненно, крайне важно, но вот ему лично что-то очень жарко и он сбегает искупнется, а потом обязательно присоединится к одной из команд. С этими словами он резво потрусил к озеру, а Олег, нахмурившись, поспешил следом. Воздух в самом деле успел прогреться почти по-летнему, но май все-таки не июль. Сережа то ли не соврал, то ли настроился избежать тимбилдинга любой ценой – он быстро разделся до трусов, врезался в воду, подняв каскад брызг, взвизгнул, окунулся с головой и выполз плескаться на мелководье. Воды здесь было чуть выше колена, Олег поболтал в ней рукой и счел холодноватой, но не смертельно. В озере Сережа сидел долго, развлекая себя детскими забавами: ползал на руках по дну, молотил ногами, копал ямки и каналы. В конце концов Олег не выдержал, еще воспаления легких не хватало. – Вылезай, – позвал он, – ты сейчас в русалку превратишься. Сережа выскочил на песок с готовностью, будто только и ждал повода. Он в самом деле смахивал на русалку – иссиня-белый, с тиной в волосах, потемневших от воды и облепивших лицо. Видеть Сережу раздетым Олегу раньше не приходилось. Без одежды он выглядел крепче и объемнее, чем в ней: мощные шея и плечи, мышцы не сказать чтобы рельефные, но не в минусе. На груди и животе светлые волосы росли только вокруг сосков и пониже пупка. Сережа выбил зубами звонкую дробь, и Олега дернуло обратно в реальность. – Пожарься на песочке, я схожу за полотенцем, – предложил он, притворившись, что вовсе не пялился только что. – А то коллеги тебя увидят – испугаются, решат, что ты утоп и явился по их душеньки. Сережа хрипло рассмеялся, зачем-то прикрываясь руками, хотя белье не просвечивало. Кроме запасных шорт и быстро согретого над горячими углями полотенца, Олег принес радостные вести: все забросили тимбилдинг и теперь играют в волейбол. Предложение пожариться на песочке Сережа воспринял чересчур буквально – он в самом что ни на есть прямом смысле закопался и походил уже не на русалку, а на марвеловского Песочного человека. Пришлось окунаться снова. Олег накинул на него полотенце и выбрал зеленые стебельки из волос, стараясь действовать с бесстрастностью барбера. – Айда в волейбол, – позвал он. – Заодно согреешься. Несмотря на полотенце и жаркое солнце, Сережа трясся, как соседская чихуашка Джоконда. – Да-да, иди, – пробормотал Сережа. – Я буду через минуту. Мне… вода в ухо попала. Когда Олег, прежде чем скрыться за деревьями, оглянулся, он в самом деле скакал по песку на одной ноге, наклонив голову вбок и хлопая себя по уху. И только уединившись в палатке, чтобы натянуть плавки, Олег сообразил: Сереже просто надо было переодеться. После детдома сохранить такую стыдливость, надо же… Или стыдливость стала следствием? Сам Олег после нескольких лет службы не стеснялся ни себя, ни других, ни черта лысого. Разумеется – вот как сейчас – он соблюдал социальные нормы, но, к примеру, соблазну на спор пробежаться по Петровской набережной голышом не поддался только и исключительно из нежелания заиметь проблемы с законом, хотя Игорь (автор идеи) клялся и божился отмазать его от спецприемника. Сережа, бодро отыграв минут пять, согрелся, сдулся и ушел на коврик, отговорившись ушибленным пальцем. Показывать пострадавшее место он наотрез отказался, чем подтвердил подозрения о том, что травма воображаемая и просто предлог полентяйничать. В самый разгар партии у Олега появилось неприятное ощущение, что за ним наблюдают в прицел. Едва ли на площадке для пикников засели снайперы, а значит… Улучив момент, Олег бросил взгляд через плечо. Сережа таращился на него еще добрую секунду, а все потому, что смотрел порядком ниже головы. И вовсе, кстати, не на спину, хотя татушка с волком должна была привлечь больше внимания, чем простые черные слипы. Интересный поворот. Да, их отношения за неполный год потеплели градусов на пятьдесят, но чтобы прямо вот так… А может, сказал себе Олег, ты все неправильно понял, Сережа ведь, помимо прочего, художник, пусть и не профессиональный. Наверное, наблюдение за людьми, активно двигающимися в купальных костюмах, – замечательный способ прокачать пластическую анатомию… Пластическая анатомия. Надо же, нахватался. Олег решил выждать, а для затравки взял короткий таймаут и отправил Сереже фото лисички, шпионящей из кустов за собакой. Хотел за волком, но нужная фотография навскидку не попалась. Смотреть на реакцию он не стал, хотя очень хотелось. День шел своим чередом. Утомившись, все сидели в телефонах и планшетах, дремали, загорали на солнышке и постоянно что-то жевали. Сережа, скорчившись на коврике в сложносочиненной позе, чиркал карандашом в скетчбуке и не хотел показывать что. Судя по склоненной голове, рисовал он не природу с натуры. Костер решили развести до темноты, чтобы не выдвигаться в обратный путь среди ночи. Сережа тоже отправился за сушняком, а Олег побрел за ним – просто на случай если второй дохлый крот попадется. Кротов они больше не обнаружили, зато вскоре Олег заметил, что Сережа слишком сильно приглядывается к лесной подстилке, будто не ветки и бревнышки ищет, а зубочистки. Он не стал ничего спрашивать, но Сережа быстро раскололся сам. – Почему здесь нет земляники и черники? – спросил он. – Разве они не во всех лесах растут? – Они здесь есть, Сереж. Но ягоды будут ближе к концу июля, сейчас еще очень рано. Вид у Сережи сделался такой вселенски разочарованный, что Олегу захотелось немедленно помчаться в ближайший супермаркет, купить тепличных ягод и посыпать ими лес, чтобы Сережа смог насладиться сбором. Впрочем, если ему непременно хочется съесть что-нибудь с земли… – Смотри, вон заячья капуста. Она вкусная, кисленькая. Сережа сжевал несколько листочков и вроде бы утешился. *** Как известно, костер без гитары что пиво без воблы. Выяснилось, что с разной долей мастерства играть умеют почти все, поэтому завершился корпоратив грандиозным концертом. Когда гитара попала наконец к Олегу, он задумался, рассеянно перебирая струны, чтобы эфир не пустовал. «Звезда по имени Солнце», «Выхода нет», «Родина», «Группа крови» – все сыграли и спели, а кое-что не по одному разу. Сережа сидел по другую сторону костра. Пламя уже не тянулось так сильно к небу, поэтому он был виден довольно четко сквозь прозрачные язычки огня и дрожащий воздух. Лицо заострилось от теней, в широко распахнутых глазах нет-нет да вспыхивали странные оранжевые огоньки. Олегу иррационально сделалось жутковато, захотелось спеть какую-нибудь страшилку вроде «Лесника» от «КиШ», но пальцы начали выбивать совсем другие аккорды. У ночного огня, под огромной луной Темный лес укрывал нас зеленой листвой… Сережа таращился в упор, и это было странно. Он довольно давно перестал отводить взгляд или норовить при разговоре вовсе отвернуться в другую сторону, но привычки долго смотреть в лицо у него не было, зрительный контакт он не полюбил, хотя признавал его важность на совещаниях и собеседованиях. Может, просто смотрит сквозь? Сквозь пламя и сквозь Олега, эдакий вариант взгляда на тысячу ярдов после непривычно насыщенного дня. Я тебя целовал у ночного огня, Я тебе подарил Половинку себя. Сережа ушел в палатку до окончания последнего куплета. Олег на вдохе услышал адресованное соседям «Пойду вздремну». Он хотел допеть и топать следом, но подумал, что это будет выглядеть неуместно. Он-то, конечно, исполняет обязанности телохранителя, но все же в соответствующих ситуациях, а не «Мы с Тамарой ходим парой». В итоге Олег старательно высидел до момента, когда в стремительно густеющих сумерках было решено собираться домой. И тут возникла неожиданная проблема: не удалось добудиться Сережу. Не в том смысле, что он не просыпался, а в том, что отбрыкивался, цеплялся за мешок и водолазку Олега, позаимствованную из рюкзака на роль подушки, и жалобно бормотал: «Еще две минуточки». По давнему опыту с выцарапыванием Сережи из офиса на обед Олег знал, что до машины его теперь разве что тащить в импровизированных носилках из палок и пледа. Долго раздумывать он не стал. В конце концов, первоначально Сережин замысел был именно таков… – Сергей Викторович изъявил желание остаться на ночь, – сообщил Олег, вынырнув из палатки с мордой кирпичом, будто все в радиусе десятка метров не слышали, как «Сергей Викторович» пять секунд назад сердито мычал и заплетающимся языком тянул: «Ну Олеееег, даааай поспать, Маргооо, кинь в него подуууушку!» – Навыки выживания в дикой природе имеются, утром доставлю домой в целости и сохранности, – на всякий случай добавил он, хотя, судя по лицам, никто не спешил обвинять его в намерении угробить начальство таким экзотическим способом. В итоге они остались вдвоем в почти настоящем лесу. Что и говорить, тут было куда приятнее, чем в пустыне. Правда – совсем как в пустыне – к ночи сильно упала температура. Олег застегнул вход в палатку, надел свитер и отвоевал у Сережи треть одеяла, а сверху еще натянул на них обоих два пледа, пожертвованных добросердечными работницами бухгалтерии. Уснул он мгновенно, кажется, раньше, чем опустил голову на согнутую руку. *** Они с Вадиком ночуют недалеко от Пальмиры. Холодина зверская. Они жмутся друг к другу спинами, но хочется просто перевернуться и облапить Вадика руками и ногами, тупо потому что так будет теплее. Вадик сдается первым – наваливается на Олега и оплетает его конечностями, которых явно намного больше четырех. – Эй! – возмущенно шипит Олег, – ты что творишь? Вадик гогочет и стискивает его крепче. Блядь, это что, щупальца? – Надоело быть Драконом, хочу быть Ктулху! Олег, прифигевший от такого заявления… Просыпается. *** В палатке было душновато, а по Олегу кто-то ползал, прицельно пихая кулаками и коленями в болевые точки в полном соответствии с атласом, составленным трудолюбивыми китайскими медиками. Ну, то есть, Олег, конечно, этот атлас только видел мельком в «Википедии», просто запомнил, что точек этих, согласно ему, был воз и маленькая тележка. – Сереж, угомонись, а? Иди спать. – Где мы? – спросил Сережа страшным шепотом. – И где все? – Все дома дрыхнут. А мы в палатке. Не дрыхнем. Потому что ты тыгыдыкаешь по мне, как лисокот. Сережа замолчал, но Олег проснулся окончательно и почувствовал, что попахивает истерикой. Спихнув с себя Сережу, он открыл палатку, и тот немедленно вывалился наружу. Олег, отчаянно зевая, выполз следом. – Ничего себе, сколько звезд! – внезапно отвлекся Сережа, запрокинув голову. – В городе даже из башни столько не видно. – Ну мегаполис же. Световое загрязнение. Сережа сел в траву. – У меня аж голова закружилась, – пожаловался он. – В палатке дышать нечем, а тут слишком… просторно. Что, все правда уехали? – Правда, – Олег сел рядом. – А ты не помнишь? Мы пели под гитару, ты ушел и лег спать. Разбудить тебя я не смог, пришлось обустраивать ночлег. Но ты же сам хотел заночевать, верно? – Ты красиво пел, – невпопад сказал Сережа. – Очень. – Настолько красиво, что ты песню не дослушал? – подколол Олег, хотя в животе стало горячо от комплимента. – Н-нет, просто вдруг так спать захотелось, что думал, вот-вот в костер свалюсь. Олег заметил запинку, но великодушно поддакнул: – Ну еще бы после такого насыщенного дня. Сережа зевнул в кулак. – Давай на звезды посмотрим? – предложил он. – А палатка пока проветрится. Олег принес плед, и они растянулись навзничь плечом к плечу. – С ума сойти, какое огромное небо. А это Млечный Путь, да? Потрясающе! Ты созвездия знаешь? – Конечно. Ну вот, смотри, – Олег ткнул пальцем в небо. – Вон то маленький крольчонок. Видишь пушистый хвостик? А вон там – два льва. Убивают друг друга. Ради мяса. – Эй! – возмутился Сережа после короткого недоуменного молчания. – Ты что, вторую часть «Короля Льва» цитируешь? Олег расхохотался. Громкий звук показался чужеродным в ночной тишине. – Скорее пересказываю, – признался он. – Подзабыл с детства, хотя кассету тогда до дыр засматривал. А созвездия… Ну, мы с родителями ходили смотреть на звезды, но распознать я могу только Большую и Малую Медведицы. Так они лежали, пытаясь связать названия знакомых созвездий с рисунком звезд – что было бесполезно, потому что древние явно не жаловались на воображение, – пока Олег не почувствовал, как Сережа дрожит. – Пойдем в палатку, – он сел. – Ты сегодня только и делаешь, что закаляешься, как бы не заболеть с непривычки. Они улеглись на пионерском расстоянии друг от друга, но ближе к утру Олег снова проснулся от того, что Сережа на него чуть ли не залез. К счастью, никакие Ктулху на этот раз ему не снились. *** – Раздевайся, – велел Олег, когда они вернулись в офис и сбросили рюкзаки. – Э, – со слегка контуженным видом протянул Сережа. – Может, сначала позавтракаем? – Позавтракаем, – согласился Олег, старательно давя смех. – Завтрак, обед, ужин, цветы, конфеты – все, что захочешь. Но сперва нужно проверить, нет ли у нас гостей из леса. Сережа все с тем же обалделым видом огляделся, словно ожидал увидеть лося или медведя. – Я про клещей, Сереж, – сжалился Олег. – Они в мае самые опасные. А мы сутки в лесу просидели. – Но… я брызгался, – возразил Сережа. – Энцефалит, – припугнул Олег. – И одежда была закрытая… – Боррелиоз. – И… и… в траве, вроде, не валялся особо… – Анаплазмоз. – Ладно, – сдался Сережа. И слава богу, а то больше связанных с клещами болезней Олег не знал, пришлось бы выдумывать. – Ну можно хотя бы в душ сначала сходить? – Конечно. Посмотри заодно сам, куда дотянешься. Особенно в подмышках и в паху. Сережа покраснел неровными пятнами и сбежал в душ. Олег сам не понимал, что чувствует, его и жалко было, и подраконить хотелось, плюс, кажется, хотелось кое-чего другого и, возможно, даже взаимно: не зря они весь день в гляделки играли. Но торопить события не стоило. В конце концов, Сережа к нему едва ли не год привыкал, ожидать стремительного развития отношений не приходилось. Успеется. Сережа вышел, судорожно кутаясь в тот самый халат а-ля китайская принцесса, будто девственница из викторианского романа. – Впереди я посмотрел, – решительно сказал он и сдернул халат, одновременно поворачиваясь к Олегу спиной. Соблазн воскликнуть: «Ой, клещ! А нет, родинка» был велик, тем более что родинок на гладкой светлой спине было как звезд на вчерашнем небе, но Олег не стал его мучить: проверил полыхающие уши и шею под волосами, посмотрел под лопатками и вдоль хребта, мазнул взглядом по белым поджатым ягодицам и ляжкам. – Чисто, – вынес вердикт он. – Одевайся, еще кожу головы посмотреть надо. Сережин выдох облегчения услышали, наверное, даже клещи в лесу, оставшиеся без завтрака. Гадая, относится ли этот звук к отсутствию кровососов или разрешению прикрыться, Олег усадил Сережу на пуф и тщательно, по прядке, перебрал влажные волосы. Было приятно. Наверное, он за весь год до Сережи столько не дотрагивался, сколько за минувшие сутки. Жаль, Сережа явно такого же удовольствия не получает. Вряд ли вообще получает хоть какое-то. – Знаешь, – сказал Олег, не без сожаления завершив осмотр, – меня проверять не надо. Ко мне через пару часов Игорь в гости придет, попрошу его. – Игорь? – переспросил Сережа. – Тот мент, который у меня данные пользователей выпытывал? – Тот мент, который мне помогал тебя от детишек спасать, – поправил Олег. – Он мой старый друг. – Нет, я лучше сам, – проговорил Сережа с такими драматическими интонациями ревнивой жены, что Олег затрясся от беззвучного смеха и порадовался, что он все еще сидит спиной. – А то вдруг какой-нибудь клещ затихарился и вот-вот вцепится, а через пару часов поздно будет. – Разумный довод! – согласился Олег и в свою очередь отправился в душ. Самостоятельно осматривая стратегически важные места, чтобы не шокировать Сережу раньше времени, он невольно лыбился как идиот: пожалуй, есть надежда, что развитие отношений пусть и не будет стремительным, но займет куда меньше года. Хорошо все же, что он откликнулся тогда на вакансию, какой бы Очень Странной та ни была.

КОНЕЦ