На перекрёстке миров

Прозрачный день спешно растворялся в лиловом сумраке вечера. На осенний лес опускалась ночь. Багряные листья шумно шелестели, с хрустом падая на влажную землю. Запах жухлой травы и землистый аромат сухих листьев окутывали лес. Стремительно темнело. Вдалеке виднелись дрожащие маленькие огоньки деревни охотников, и кроме этого маленького поселения вокруг не было ни души. Костёр ярко полыхал, с треском пожирая сухие поленья, горячими языками выплёскивая искрящийся пепел. Солдаты Разведкорпуса расселись на спальных мешках, ближе к огню, согревая промёрзшие руки. Ночью точно будут заморозки, как и вчера. Сейчас каждый старался основательно прогреться, чтобы, проснувшись утром среди инея и промёрзшей листвы, не окоченеть окончательно. Никому не было особо понятно, в чём суть этой странной тренировки. Выжить осенью в лесу? Бред. Но сверху приказали провести такое мероприятие, и пришлось выполнять. Разведчики целый день провели сооружая укрытия, бегая по пересечённой местности, разыскивали ручьи и орехи и искренне не понимали, чем это должно помочь в борьбе против титанов. Если кто-то из них случайно потеряется в лесу во время вылазки, то отсутствие еды будет самой маленькой проблемой. Для военной полиции и гарнизона такие тренировки ещё могли быть актуальными, но что делать солдатам Разведкорпуса с этими «невероятными» умениями, было решительно непонятно. Леви, однако, подгонял так, словно от этой тренировки зависела их жизнь, и теперь, к вечеру, когда капитан объявил привал, все, наконец, смогли расслабиться. Усталость наваливалась с новой силой, когда стало темнеть, но до времени отбоя оставалась ещё пара часов и нужно было как-то скоротать это время. — А знаете, раньше был такой праздник, Хэллоуин, — начал Армин, тут же обратив на себя внимание остальных. Ему порядком поднадоело сидение молчком, и даже учитывая недобрый взгляд капитана, которому лишние разговоры никогда не нравились, решил разбавить вечер хоть каким-то рассказом. — Чего-о-о, — перебил его Конни, — впервые слышу, не было такого! Но его пыл тут же остудил подзатыльник от Эрена. — Ты слова «раньше» не знаешь? — Больно вообще-то... — обиженно заявил Спрингер, потирая ушибленное место. — Ты сначала дослушай, а потом возражай. — Арлерт, праздники твои тут ни к чему, — угрюмо произнёс Леви, которому весь день приходилось приглядывать за отрядом, чтобы те не отлынивали и при этом не убились. Всё же, несмотря на их отличные боевые навыки, с такими условиями они встречались редко и приходилось водить их по лесу, как слепых котят. Конни испугался птицы, раскрыв местоположение отряда своими воплями, Эрен постоянно ругался с Жаном так, что их пришлось разбить на разные группы, Армин едва не провалился в овраг, который никто из отряда не заметил, и только Саша и Микаса превосходно справлялись с тяготами лесной жизни. Саше явно помогала её охотничья сноровка, Микаса же всегда проявляла себя идеальным солдатом. Хотя бы за этих двоих не приходилось переживать. Хорошо, что с остальной частью отряда разбирается Ханджи. Оставалось только надеяться, что её часть команды не такие оболтусы. — А я бы послушала! — включилась Саша. Ей тоже было скучно вот так вот просиживать здесь целый вечер. Она привыкла к разговорам с девчонками до отбоя, а молчание создавало лишнее напряжение. — Я прогуляюсь, — тут же подорвался Жан, всё ещё злясь на Эрена за что-то, что уже никто не мог вспомнить. — Нападут волки, спасать не пойдём, — грозно заверил Леви, недовольно поглядывая на самовольного парня. Было в Жане что-то от командира. Был бы нрав поспокойнее. — Как скажете, — нехотя согласился он, но с места поднялся и отправился куда-то вглубь леса, шурша опавшей листвой. — Что за праздник? — послышался женский голос. После долгого молчания, Микаса всё же решила встрять в разговор. Она бросила едва заметный взгляд на Леви, увидев лишь привычное раздражение. Микаса как никто другой знала, что он не такой вредный, каким хочет казаться, и теперь пыталась смягчить обстановку. Даже на её взгляд капитан сейчас был излишне серьёзен и мог позволить её друзьям хоть немного расслабиться. Леви лишь шумно выдохнул. — Ладно, Арлерт, рассказывай, — капитан сдался, откидываясь на поваленное дерево. Всё же немного отдыха не помешает. Да и истории о былых временах приятно волновали его, хоть он и не заявлял об этом в открытую. — Спасибо, капитан, — сказал парень, благодарно кивая. — Раньше люди верили, что в году был такой день, когда духи умерших возвращаются в мир живых, и, чтобы защититься от злых сил, люди надевали костюмы, изображающие нечисть, вырезали фонари из тыквы и проводили всяческие обряды. Как раз где-то в это время года. — Пф-ф-ф, ну точно ерунда. Давайте фонариков навырезаем, вокруг стен поставим. Может титанов отпугнёт? — Конни, перестань чепуху городить, — встрял Эрен. Шутки сейчас совсем не веселили. — Самое интересное, — продолжил Арлерт. — Что дети в этот день ходили по домам и выпрашивали еду. — А давайте тоже в деревню наведаемся? Еды попросим? Меня от орехов уже пучит! Следующий подзатыльник Конни получил уже от Саши. Девушка недовольно смотрела на него. Ей это совсем не понравилось. Она как никто другой знала, насколько тяжёлой бывает жизнь, когда за едой нужно бегать часами, и никто не давал гарантии на то, что тебе удастся пообедать в ближайшие пару дней. И это в хорошие времена! Осенью же дичи становилось всё меньше. — У охотников попрошайничать решил, наглости через край! — Да что вы все как с цепи сорвались, я же шучу… — говорил Конни, недовольно поглядывая на остальных в поисках поддержки. Но уставший отряд не был настроен вставать на его защиту. — Очень смешно. Вернёмся в корпус, будешь отвечать за чистку овощей всю неделю, — выдохнул Леви, откидываясь на упавший ствол дерева. Завтра предстояло проделать такой же длинный путь до замка, а глупые предложения Спрингера только раздражали. Конни же лишь разочарованно надул щёки, усаживаясь обратно на своё место. Он-то всего лишь хотел разрядить обстановку. — Так точно, капитан, — буркнул он, скрещивая руки на груди. — Может это и чепуха, но кажется, им было весело. Собирались вместе, рассказывали страшные истории... — добавил Армин, оглядывая своих товарищей. — А давайте тоже страшные истории расскажем! — встрял Эрен, который был бы не прочь потягаться в придумывали страшилок. — Тебе будней не хватает, Йегер? — Леви склонил голову набок, и теперь, привычно сложив руки на груди, слегка прикрыв глаза от усталости, поглядывал на неприлично энергичного парня. Но и это было поправимо. Он уж проследит за тем, чтобы завтра тот вымотался настолько, чтобы до следующего утра не подниматься с постели. — Капитан, это же совсем другое! Будет весело! Вздохнув в сотый раз за день, Леви кивнул. — Делайте, что хотите. Ребята тут же оживились. Мысль о каком-то празднике, пусть и таком странном была гораздо приятнее того, чем они весь день занимались, и все тут же начали обсуждать, что можно придумать такого, чтобы звучало жутко. — А я знаю! — тут же начала Саша. — Вот, слушайте… Девушка начала рассказывать страшилку, на ходу придумывая разные детали. Холодный пронизывающий ветер добавлял атмосферы к рассказу, но горячий огонь костра не давал замёрзнуть. Все замерли в ожидании. Саша оказалась неожиданно хорошей рассказчицей. И вот, наступила кульминация таинственной истории. — Дверь погреба медленно отворилась… — говорила девушка, растягивая «е» в слове «медленно». Разведчики заёрзали на своих местах в ожидании концовки. — …а там пусто! Саша выкрикнула последние слова, почти подрагивая от ужаса. Все остальные, потупившись, глядели на неё, моргая. Что страшного в этой истории? — А где должно быть страшно? — выразил Конни немой вопрос остальных. — Ну как же! Погреб без еды! Мой самый страшный кошмар! Капитан только усмехнулся этому высказыванию, никак не комментируя. — Ясно. Кто о чём, а Саша, как всегда, о еде… — протянул Эрен. — Страшилки не твоя сильная сторона, — добавила Микаса, слегка потрепав подругу по голове. — Тогда сами и рассказывайте! — надулась девушка, отворачиваясь от ничего не смыслящей в ужасах компании. — Моя очередь! — вступил Йегер, потирая руки. Разведчики весь вечер обменивались страшными историями, меняясь ролями, добавляя всё новые детали к чужим историям и пытаясь придумать что-то жуткое. Получалось так себе, но было весело. Все громко хохотали, вставляя комментарии невпопад, и истории выходили совсем не страшными. Однако даже таким разговором все были довольны. Мысли не задерживались надолго, о плохом и тяжёлом почти не думалось, и это казалось лучшим отдыхом. Наконец, пришла очередь Армина рассказывать свою историю. Солдаты внимательно слушали складный рассказ парня. Арлерт вложил в эту страшилку все свои умения и выходило жутко. Саша и Конни переглядывались, ощущая, как мурашки бегут по спине от жутких подробностей. Напряжение нарастало. История набирала обороты, и к середине действительно стало страшно. Армин умел собирать слова в стройные предложения, передающие нужную атмосферу, и лес, подёрнутый туманом, шум птичьих крыльев, звуки пробегающих по лесу животных заставляли вздрагивать и оглядываться. Армин был доволен тем, что смог произвести на ребят такое впечатление, намереваясь напугать их в самом конце. И вот история уже близилась к своему логическому и жуткому завершению: — И вдруг из самой чащи тёмного леса вышел… — Я вернулся, — послышался громкий голос за спиной. Все дружно вскрикнули. Конни повалился назад, испугавшись резкого звука. Саша вжалась в парня, надеясь, что в случае чего первым съедят его. Эрен кричал, не в состоянии успокоиться, Армин застыл на месте, чувствуя, как капельки холодного пота стекают по спине, и Лишь Микаса и Леви, сидящие напротив, выглядели совершенно спокойно. — С возвращением, Кирштейн, — проговорил капитан, довольно кивая. Парень притащил с собой охапку сухих веток и палок, скидывая их рядом с костром. — Вы с ума посходили? — озадаченно спросил он, разглядывая напуганных товарищей. Саша и Конни уже поднялись, делая вид, что ничего не произошло, но картинка была более чем странной. Жан, возвращаясь к костру слышал, как Армин рассказывал страшные истории, и уже был готов поделиться одной, что слышал в своём родном городе будучи совсем маленьким. Тогда она казалась довольно жуткой, но по сравнению с ужасами, которыми ему пришлось пережить лично, это было всего лишь детским лепетом. Парень подбросил в догорающий костёр ветки, вызвав ворох искр, брызгами расплескавшихся в холодном осеннем воздухе, тут же растворяющихся в темноте. — У меня тоже есть, что рассказать, — сказал Жан, подсаживаюсь ближе к костру на свой мешок. Все приготовились слушать. Даже Эрен, до этого злобно поглядывающий на вернувшегося «врага» заинтересовался. — Когда я был совсем ребёнком мне рассказывали историю об одном охотнике. Он вышел в лес в неудачное время, заблудился в темноте и, пытаясь выбраться, набрёл на стаю волков. Те загрызли его перепуганную лошадь и стащили его с седла. Охотник так неудачно упал, что тут же свернул себе шею. Голову отгрызли и утащили волки. Только спустя пару дней его случайно нашли другие люди. Его так и похоронили без головы, и теперь ночами его дух бродит по лесу в её поисках, но безуспешно. Однако, если кто-то неудачливый встретится на его пути, тот отрубит ему голову. Повисла тяжёлая тишина. За весь вечер, эта история оказалась единственной, заставившей всех вслушиваться. Стало жутко. Шорохи леса уже не казались такими безобидными. Да и голодные волки в лесах не редкость. Заметив настроения своего отряда Леви скомандовал: — Хватит с вас на сегодня. Отбой. Все послушно забрались в мешки. Конни помешал угли, заставляя пламя разгореться посильнее. Должно хватить до утра. Микаса придвинулась ближе к капитану. — Капитан Леви, — шепнула она, — как-то жутко здесь… Аккерман редко признавала, что что-то могло её напугать, но эта история действительно пробудила в ней какое-то непривычное чувство беспокойства. Да и ночевать на улице было неприятно. Сыро, холодно, ветрено. Несмотря на яркое пламя костра, вокруг уже стояла непроглядная темнота, запутанная в ветках густого леса. — Не узнаю своего сильнейшего солдата, — так же тихо добавил он, но позволил ей придвинуться ближе. Вытащив руку из мешка, капитан взял её ладонь в свою, крепко сжав, большим пальцем поглаживая нежную кожу. Вскоре всё стихло. Лишь мерное дыхание солдат да треск костра нарушали лесную тишину.

***

Микаса проснулась от странного звука. Лес всегда был наполнен разными шумами, но этот ярко выделялся на их фоне. Приподнявшись, она заметила, что уже никто не спит. Все опасливо оглядывались по сторонам. Теперь Микаса поняла, почему этот звук заставил всех подняться. Повисла глухая, тугая тишина. Не было слышно никаких привычных звуков. Не шуршала листва под лапами животных. Ночные птицы не хлопали крыльями. Не было даже малейшего намёка на холодный ветер. Жидкий туман растекался по месту их привала. Костёр не трещал, угли не тлели. Лишь жуткий холод пронизывал всё её тело. Микаса поёжилась, бросая непонимающий взгляд на капитана, так же удивлённо смотрящего на неё в ответ. Внезапно тишину нарушило далёкое ржание лошади. Все переглянулись. Лошадей у них с собой не было, и в такой поздний час, в такой дали от какой-либо дороги не могло быть путешественников. В сознании тут же всплыла история Жана. Страх неприятно заворошился в теле. Микасе стало не по себе. Титаны, люди, эти ужасы были для неё понятны. Но какие-то россказни о духах вселяли неподдельный страх. Было совсем не понятно как бороться с чем-то таким. — Вы тоже слышите лошадь? — поинтересовался Конни едва различимым шёпотом. Остальные слегка кивнули. Жан сглотнул, поглядывая в сторону звука. — Заблудилась, наверное, — несмело предположила Саша. — Деревня охотников совсем недалеко. — Поднимайтесь, — скомандовал Леви. Чем бы это ни было, нужно было позаботиться о своей безопасности. Солдаты быстро повылезали из своих мешков, продрогшие, сонные, с толикой страха в глазах. Но не следовать приказу было нельзя. Они быстро закрепили УПМ и плащи на себе. Ржание лошади приближалось. Туман будто бы заглушал все существующие звуки и даже перешептывания казались глухими, далёкими, словно сказанными в воде. Отряд напрягся в ожидании, готовясь в любую секунду ринуться в бой с чем бы то ни было. Но прошла минута, две, пять. Тишина давила на барабанные перепонки. Казалось, будто слух и вовсе пропал. Разведчики вновь переглянулись. Что делать дальше? Не стоять же вот так весь остаток ночи? Леви упрямо глядел в серую дымку тумана, пытаясь понять, приближается ли к ним хоть что-нибудь, но безуспешно. Ничего не происходило. — Мы, наверное, переутомились, — нарушил тишину Эрен, и остальные тут же облегчённо выдохнули. Наверное, так и было. Напряжение прошлого дня и страшилки на ночь точно сыграли свою роль. Можно было спокойно лечь обратно и забыть это, будто бы ничего и не случилось. Внезапно ржание лошади градом обрушилось на лес вокруг. Оно звучало отовсюду сразу и отряд завертел головами, пытаясь отыскать источник жуткого звука. Кровь застыла в жилах от этого ужасно громкого ржания, неизвестно откуда взявшейся лошади. Вдруг из дымки, совсем недалеко от их привала выскочил огромный чёрный зверь. — Вот она! — выкрикнул Эрен, уже достав свой клинок. Если прикажут, он быстро покончит с этим. — Приготовиться, — скомандовал капитан, и все последовали примеру Йегера, поспешно обнажив свои лезвия. Эрен, не дожидаясь специального сигнала, рванул вперёд, надеясь быстро расправиться с жутким животным. В нём явно было что-то дьявольское, хоть парень и не мог на ходу сообразить что. Метнувшись навстречу лошади он внезапно осознал, что было не так. Через её тело едва проглядывали ветви деревьев. Лошадь была полупрозрачной. Но момент выпущенных тросов заставил Эрена продолжить свой стремительный полёт и ему не осталось ничего, кроме того, чтобы просто выставить свой клинок, рассекая тело зверя. Но клинок спокойно проскользнул сквозь лошадь, словно её здесь и не было. Вдруг на лошади появился всадник. Окровавленная шея с рваной кожей резко заканчивалась. Головы не было. От страха глаза Эрена распахнулись так широко, что казалось, вот-вот выпадут из орбит. Ужас охватил всё его тело. Призрачный клинок, внезапно оказавшийся в руке всадника пролетел в миллиметре от шеи парня. Эрен едва успел проскочить мимо, ведомый натяжением тросов УПМ. — Что это, чёрт возьми, такое?.. Разведчики замерли в ужасе. Да, они часто сражались, ставя на кон свою жизнь, но титаны были им понятны. Пускай эти монстры были кровожадными и опасными, но человечество знало их слабое место. Их можно было победить, Нужно было лишь понимать как. Но что делать с этим всадником? Ни одно живое существо не было способно жить без головы. Как убить то, что уже мертво? — Тц, отступаем! — рявкнул Леви, наблюдая за тем, как Эрен, развернувшись на тросах несётся назад к отряду, молясь, чтобы это существо до него не добралось. Разведчики рванули вперёд, подгоняемые страхом смерти. — Жан, что там ещё в твоей идиотской истории говорилось? Рассказывай всё, что помнишь! — выкрикнул капитан, пытаясь продумать в голове план отступления. В принципе, тросы тянули вперёд гораздо быстрее, чем могла бежать лошадь, и если они не будут отвлекаться, то смогут оторваться довольно быстро. Но что они будут делать, если эта нежить отправится в деревни? — Я всё, что знаю рассказал! — паниковал Жан. Детская страшилка слишком внезапно оказалась реальной. От страха тряслось всё тело. Он снова вспомнил тот день, когда впервые увидел титана. Тогда он точно так же почувствовал, как кровь стынет в жилах, как воздух не желает покидать лёгкие и как отключается сознание. Капитан цыкнул, усиленно стараясь придумать хоть что-нибудь. Ржание погасло где-то позади, и в голову начали приходить более-менее рациональные мысли. Если лезвие Эрена прошло насквозь, ничего не задев, так может миру живых призрачный клинок того существа тоже не мог навредить? Но проверять не хотелось. Леви слишком дорожил своими солдатами, чтобы пустить их в бой, исход которого совершенно не понятен. Внезапно лошадь выскочила прямо перед ними. С грозным цоканьем мощных копыт она понеслась прямо на Микасу. — Аккерман, уворачивайся! — Леви пытался скомандовать, но призрак появился так неожиданно, что девушка по инерции продолжала лететь вперёд, огромными от ужаса глазами наблюдая за тем, как стремительно приближался к ней клинок. Даже то огромное количество газа, которое она выпустила из баллонов, не позволило ей достаточно быстро затормозить. Капитан рванул в сторону, попутно приказывая остальным не терять бдительности и продолжать лететь вперёд. За долю секунды он выскочил наперерез призраку, ощущая, как вязкая субстанция головы лошади тягуче, словно мёд, проходит сквозь его тело. Леви поморщился от этого чувства, Хватая девушку, вместе с ней вылетая в сторону. Тросы перепутались, и оба кубарем покатились по земле. Всадник снова исчез. — В порядке? — едва переведя дыхание спросил капитан, всё ещё крепко прижимая к себе Микасу. — Да, — выдохнула та, открывая зажмуренные глаза. К счастью, ни обломки веток, ни листва, ни земля не попали за веко. — У вас кровь! — шепнула она, проводя пальцем по его левой щеке. Красный след пятном растянулся по бледной коже. Всё же клинок этого демона коснулся его щеки. Рану жгло, и Леви понял, что несмотря на призрачность этого существа, оно несёт реальную опасность. Поднимаясь с земли, отряхнувшись, он помог подняться и девушке, убирая из её волос листья. — Что будем делать, капитан? — подлетел Конни. За ним вернулись и все остальные. — Не знаю, — честно признался тот. — Нужно как можно быстрее убраться из этого места, и ни в коем случае не вступать с ним в контакт без крайней необходимости. Все согласно кивнули, крепче сжимая клинки. Бороться с неизведанным им ещё никогда не приходилось. Даже с их подготовкой, было страшно представить, чем это могло кончиться. Ржание снова послышалось откуда-то из-за плотных рядов деревьев. Всадник то появлялся из неоткуда, то исчезал в неизвестности. Передышек больше не было. Отряду приходилось лавировать между деревьями на ужасно неудобной, низкой высоте. Если бы они сражались в лесу гигантских деревьев, всё было бы иначе. — Как избавиться от этой хрени? — кричал Эрен, пытаясь не заполучить больше веток в итак изрядно поцарапанное лицо. Остальные выглядели не лучше. — Да не знаю я! — Жан больше не мог выдерживать нападок от товарищей. Знание истории не давало ему никаких догадок о том, как можно правиться с этой нечистью. Внезапно, призрак сменил направление. На долю секунды тот отвлёкся от солдат и, видимо, завидев вдалеке огоньки деревни галопом поскакал вперёд. В глазах Леви зародился неподдельный ужас. Существо, несущее в себе опасность, понеслось к деревне. — В атаку! — скомандовал Леви, набрасываясь на приведение. Резать, резать, и снова резать… Пока хватает сил, пока он не победит. И пускай по хорошему счёту на тех людей, что живут в этих тёплых домах, под защитой разведки и стен не зная бед, мужчина не мог допустить такой страшной гибели. Из задача — защитить человечество, и не важно от кого. — Чёрт! — ругнулся капитан, когда всадник снова подрезал ему путь, заставляя Леви кубарем покатиться по земле. — Режьте по всему, до чего сможете дотянуться, у него должно быть хоть какое-то уязвимое место! — приказал мужчина, меняя поломанное лезвие. Вытерев рукавом рассечённую губу, он начал подниматься. К нему тут же подскочила Микаса, помогая встать. — Я справился бы сам, — недовольно ответил Леви, готовясь к прыжку. — Знаю, произнесла Микаса, готовясь рвануть в бой по первому зову. Леви метнулся в воздух, и следом за ним прыгнула и Аккерман. Солдаты тут же набросились на призрака, но ничего не выходило. Казалось, лезвия совсем не причиняли ему никакого дискомфорта, проходя сквозь массу почти никак не задевая призрака. Лишь странная рябь проходила по месту пореза, но стоило лезвиям покинуть тело, рябь тут же исчезала. Зато солдатам досталось: измотанные от ужаса и порезов, они сражались, как могли, выматывались до потери пульса — пот катился градом, дыхание больно жгло лёгкие, мышцы переставали слушаться, но никто не был готов позволить этому демону прямиком из преисподней добраться до деревни. Призрак будто бы не замечал солдат, упорно продолжая скакать вперёд. И чем больше солдаты старались нанести ему вред, тем отчётливее вырисовывалось его тело. Прозрачность исчезала, и мерзкая, искусанная волками шея без головы заиграла новыми красками. Конни стошнило налету. Он даже не потрудился вытереться, продолжая биться с противником. Вдруг, существо будто озверело. Призрак заставил лошадь встать на дыбы, и Жан, не успевший отскочить от животного получил копытом в челюсть, тут же отключаясь. Саша постаралась прибежать ему на помощь, но Леви не позволил разбредаться. О Жане они позаботятся позже. Если осталось о чём заботиться. — Он словно питается нашим страхом, — выразил Армин единственную мысль, до этого момента стараясь особо не встревать в рассуждения команды, страшась неизвестности и того, что его просто высмеют. Однако теперь всё и так стало ясно. Страх охватывал всех, и даже самая бредовая идея теперь могла стать спасительной. — Нужно постараться скрыть его. — Что за чушь ты несёшь, Арлерт, — спросил Леви, едва успевая отбить удар клинка. Армин пригнулся, отползая от места битвы. В этом бою он был коне бесполезен. — Капитан, давайте попробуем! — воскликнула Саша, но по её дрожащему голосу и неуверенным ощущениям было ясно, что пробовать тут совершенно нечего. Она в такой же панике, как и все они. И даже сам Леви чувствовал неподдельный страх с примесью адреналина, заставляющего кровь бурлить в жилах и действовать. — Его надо задержать, покуда хватит сил! — кричал капитан. — Не отступать! Разведчики послушно ринулись в бой, стараясь, насколько это возможно, запрятать свой страх и отвращение поглубже внутрь. Но ничего не происходило. Вонь от призрачного всадника разносилась по лесу, отравляя всё живое. Жуткий гогот лошади и безмолвие призрака действовали на нервы, но солдаты знали, что та деревня впереди не сможет ничего противопоставить этому чудовищу. Разведка — последняя надежда деревни. Звук разорванной струны раздался в глуши. Всадник перерезал трос Саши, и девушка сильно ударилась о землю, падая с высоты. Леви лишь бросил на неё один взгляд и видя, что та приподнимается на локтях, перестал обращать внимание. — Конни, пригляди за ней, — скомандовал капитан. Они остались вчетвером. — Я превращусь в титана и раздавлю его как букашку! — выкрикнул Эрен, но Леви тут же осадил его ледяным взглядом, уворачиваясь от клинков, стараясь отбиваться и наносить удары самому. Туман и не думал рассеиваться, но стало заметно светлее. Вот уже несколько часов они пытаются избавиться от призрака, но всё тщетно. — Не смей. Никто не должен знать, — ответил Леви, строго глядя на парня. Даже Микаса ничего не возражала, хоть и часто вставала на сторону брата. Вчетвером, вместе с дрожащим от страха Армином, они кружили вокруг призрака, пытаясь задержать его. Изрезанные, вымотанные, готовые повалиться от усталости, они боролись, не жалея себя. И даже если погибнут здесь — они хотя бы попытаются спасти деревню. Силуэты деревьев приобретали более чёткие очертания. Туман серел, бледнел, растягивался по лесным холмам, путался в ветвях деревьев. В какой-то момент всадник вылетел на широкий тракт, на невероятной скорости несясь вперёд. Газ разведки был почти на нуле. Они старались использовать минимальное количество для манёвров, но время текло, оно не принимало их сторону, и газа становилось всё меньше. Хватило бы ещё от силы на десять минут. Капитан махнул рукой, приказывая собраться вместе на небольшую передышку. Разведчики отскочили в стороны. — Эрен, Армин, перекачайте газ в наши с Микасой баллоны и ждите здесь. Если подам сигнал, подтянетесь на тросах, ясно? — сказал Леви, поглядывая то на одного, то на другого. Эрен был явно разочарован тем, что оказался бесполезен, Арлерт же тут же передал свой баллон Микасе. Та быстро опустошила его, заполняя пустоту шипением газа. Леви сделал то же самое с баллоном Эрена. — Должно хватить ещё ненадолго. Переглянувшись с Микасой, Леви кивнул, обозначая необходимость вернуться на поле сражения. Пока они сидели здесь, всадник успел проделать большой путь, пришлось поднажать, чтобы нагнать его. Небо серело. Предрассветный час позволял внимательнее рассмотреть мерзкое существо, но ни Леви ни Микасе делать этого не хотелось. Нужно было лишь задержать его. И, пускай это дело казалось совершенно бесполезным, Леви упрямо сёк бесплотное тело лезвиями, пытаясь его затормозить. Дорога резко уходила вверх за холм, и где-то вдалеке серело предрассветное небо. Возможно, если им удастся задержать призрака, то люди в домах проснутся и успеют спастись? Но как его затормозить? Всё это время они только и делали, что неслись за ним вперёд, стараясь сделать хоть что-нибудь, но никакого результата их потуги не приносили. Леви чувствовал, как подходят к концу запасы газа и понимал, что Микаса сейчас находится в таком же положении. Оба переглянулись осознавая, что деревню им не спасти. Всадник мчался вверх по холму, стремясь вперед. Аккерман уже порядком вымоталась, за все те часы бесполезного сражения, и чувствовала, что ничего не сможет предпринять. Она понимала, что здесь её сила оказалась совершенно бесполезной. Единственное, что ей оставалось делать — это надеяться на то, что они сами останутся в порядке, и что призрак не решит переключить своё внимание на них. Первые проблески солнца начали появляться из-за холма. Всадник без головы мчался вдаль, подбираясь к самой высокой точке. Как только тот перемахнёт за него, вряд ли у оставшихся разведчиков получится сделать хоть что-то. Солнечный луч пронзил жидкое утреннее небо, поблёскивая в серебряных облаках. Небо окрашивалось в рассветные, тёплые цвета. Усталые солдаты из последних сил плелись в сторону деревни, надеясь хоть чем-то помочь. Всадник резво вскочил на холм, выскакивая из тьмы, но свет, словно мечом, тут же пронзил его. Лошадь заметалась в агонии, тело призрака без головы вспыхнуло, как сухая ветка, брошенная в огонь, существо повалилось на землю, полыхая, катаясь из стороны в сторону, в попытках сбросить с себя пламя. Призрак пытался отползти в тень, но безуспешно. Солнце стремительно поднималось, отвоёвывая лес у темноты. Дикое ржание и вопли лошади разносились по лесу жуками вскриками, заставляя кровь застыть в жилах. Леви и Микаса широко распахнутыми глазами созерцали то, как их непобедимый и ужасный враг полыхает, рассыпая по холодному, утреннему воздуху тысячи искрящихся пепельных хлопьев, тут же исчезающих, уносимые лёгким дуновением ветра. Лесные звуки начали возвращаться. Послышалось пение утренней птицы, шуршание промёрзшей листвы. Всадник без головы растворился в огненной агонии. За ним последовала и дьявольская лошадь. Уставшие, измотанные, Леви и Микаса осели на землю. Капитан тут же притянул девушку к себе, почти неосозанно приобнимая, словно чтобы убедиться, что с ней всё в порядке. Неужели всё закончилось? Эрен и Армин выбежали на тракт, собираясь догнать улетевших вперёд товарищей, но резко затормозили, увидев их сидящих на земле. — Где призрак?! — выкрикнул Йегер, подлетая к девушке. — Микаса, ты в порядке? Измученный вид обоих пугал, производил впечатление того, что что-то непоправимое произошло и Эрен едва нашёл в себе силы не потрепать девушку за плечо, вырывая её из капитанских рук. — Всё закончилось, — шепнула она, — Я в порядке. Микаса отстранилась от Леви, поднимаясь на ноги. Капитан последовал её примеру, отряхиваясь от листьев, прилипшей травы и, где возможно, влажной грязи. — Как закончилось? — непонимающе глядел Эрен, он же своими глазами видел непобедимость этого существа. — Идёмте за остальными, вернёмся к костру, и я всё расскажу, — скомандовал капитан, медленно подаваясь вперёд. Силы были на исходе и хотелось поскорее вернуться на место привала. Нужно было проделать этот длинный путь, чтобы забрать брошенные вещи и убрать за собой. Жан, Саша и Конни уже шли навстречу остальному отряду. Спрингер был уже в полном порядке и, казалось, устал меньше всех. На него опиралась Браус, слегка прихрамывая. Вывихнула лодыжку при падении, но ничего серьёзного. За пару недель пойдёт. На лице Кирштейна красовался огромный кровоподтёк, но кажется, ничего не было сломано. Видимо призрак довольно долго петлял по лесу, не следуя прямой линии, и несколько часов бесполезного сражения окупились всего лишь часом пути до места, где они оставили догорать костёр, валяться мешкам и припасам. Разведчики тут же завалились на жёсткую, промёрзшую землю, обессиленные, деморализованные, напуганные. Доставая свои небольшие сумки с бинтами и водой, они промывали порезы, оттирая лица от крови и грязи. — Что это было? — спросил всё же Конни, потирая виски. — Чертовщина какая-то, — сказал Жан. — Я был уверен, что это детские сказочки. Но эта ерундовина оказалась даже более жуткой, чем титаны. Леви оглядел свой отряд. Немного потрёпанные, напуганные, но живые. Капитан вкратце рассказал, что случилось после того, как Эрен с Армином опустошили вот баллоны с газом, и сам не мог поверить в то, что это закончилось, и что теперь им ничто не угрожает. — Люди верили, что нечисть не переносит солнечного света, — добавил Армин. — Не думал, что это действительно работает. Капитан грозно взглянул на парня. — И какого чёрта ты молчал, Арлерт? — тихо, но строго добавил тот. Армин не нашёлся, что сказать, потупив взгляд. Микаса, всё это время едва держащая глаза открытыми, коснулась ладони Леви своей, аккуратно сжимая. Капитан выдохнул. Они все сильно перепугались и устали. — Разведите костёр, — приказал тот. — Выбьемся из графика на пару часов, но перед тем, как выдвигаться обратно, нужно восстановить силы. Костёр был разведён, сухие поленья уютно потрескивали в огне, и, несмотря на яркость утреннего света, вокруг него было тепло и спокойно. Развалившись по своим местам, солдаты уснули, стараясь не думать о жуткой ночи, когда мёртвые возвращаются в мир живых.