Рирентристика

      До переезда остается совсем немного времени. Эрен бы с удовольствием схватил свои вещи и перебрался в квартиру к Леви в тот же день, когда тот внес предложение о сожительстве. Однако оказался нужен очень конкретный день, когда у Леви будет свободное время, у Ханджи будет свободное время (а переезд будет на ее машине), и Эрен должен закончить все дела: перетереть с родителями изменение места проживания, собрать подписи в обходном листе, чтобы доказать, что он не спиздил никакое казенное имущество, не имеет долгов и так далее. Не военная общага, а охраняемый стратегический объект какой-то. Ни один из пунктов вычеркнуть нельзя, как и нельзя перестать ходить на пары, назначение которых Эрен не совсем понимает.       Например, теория по стрельбе — это что, вообще? Нет, Эрен осознает, что в данной дисциплине важно знать разные тонкости, но лично он не способен усваивать их без ствола в руках. В большой аудитории, где голос лектора эхом отлетает от стен, Жан явно того же мнения, потому что в его конспекте уже давно преобладают какие-то странные рисунки вместо вменяемого текста. Плюс они оба могут полагаться на товарищей за партами впереди — Армин и Микаса упорно продолжают конспектировать за лектором и списывать формулы с доски. Так и стоит картина перед глазами, как Эрен вскидывает руку и говорит противнику: «Так, подожди, мне надо рассчитать, как выстрелить тебе в ногу». А тот смотрит в условный пример и отвечает: «Так тут другая буква, получается, не выстрелишь ты мне в ногу».       Фыркнув своей же собственной мысли, Эрен окончательно плюет на происходящее и достает телефон. В нем тоже ничего особо интересного нет, но это хоть какая-то альтернатива всей этой нудистике. Судя по времени публикации постов, многие его одногруппники тоже залипают в свои гаджеты. Эрен меланхолично листает ленту, ставит лайки и уже почти блокирует экран, когда замечает новую публикацию салона Леви. Палец прокручивает вверх. Эрен старается сделать глоток воздуха как можно тише и едва не давится им. О, Петра чертовка просто! Она точно знает, как вести инстаграм и завлекать подписчиков. Она собрала всех мастеров на одной фотографии, и, еб твою… они выглядят, как порно звезды. Трое тату-мастеров, включая самого Леви, обладают подтянутыми фигурами и шикарными рисунками под кожей. У Эрда в двух местах проколота нижняя губа и в проколы ввинчены острые пики. Гюнтер подмигивает черным, залитым краской глазом. Оруо, мастер пирсинга, явно специально не снял черные резиновые перчатки, оттеняя свою светлую кожу с исключительно «колючими» наколками. Но их Эрен, конечно же, рассматривает мельком, его куда больше интересует собственный мужик. Леви выглядит безучастным, смотрит в сторону, сложив руки на груди. Его спокойный взгляд пробирает до мурашек, а округлые мышцы на мощных руках будоражат фантазию. Ну а сама Петра на фотке в окружении четырех мужчин слишком похожа на персонажа забавной картинки с подтекстом о групповом сексе. Эрен снова фыркает, делает себе скриншот весьма удачной фотографии и хочет обрезать его по краям, когда замечает самый верхний комментарий. Вчитаться получается как-то само собой, посыл неприятно пачкает сознание чем-то вязким и тянет читать дальше. Dolche_93 божжжжжее… я бы облизала Леви simo4ka Леви как всегда невероятно горяч, дайте больше его фото! vishi я бы так отсосала Леви что он бы похудел       С каждым новым комментарием Эрен краснеет все больше и больше. Он словно подглядывает в замочную скважину двери, которая даже не крепится к стене. Ее можно обойти с другой стороны и оказаться в болоте сексуальных фантазий подписчиц салона. Боже, эти девчонки куда более пошлые, чем сам Леви, а за ним не так просто угнаться! xoxo12 боже у мастера Леви такие руки horgy все мы так течем что леви ходит по воде       Кхм. Эрен откладывает телефон экраном вниз и пытается осознать происходящее. Аккерман, безусловно, красивый мужик, и внимание к нему — это не что-то сверхъестественное, но чтобы вот так… У Эрена от мыслительной деятельности глаза сейчас просто вывалятся из орбит. Чтобы хоть как-то себя отвлечь, он решает исследовать уже знакомые аккаунты. Не знает точно, зачем, но что-то ведет его туда. У всех мастеров так или иначе есть фотки со своими работами, их Йегер рассматривал уже бесчисленное количество раз, поэтому пропускает.       У Эрда много фоток с женой и похожей на ангела дочерью. Есть фотографии из дома, с совместных поездок, даже из салона. Крошка Александра фломастером разукрашивает черно-белый орнамент на руке Леви.        У Гюнтера тоже много фотографий с супругой и тремя детьми: девочкой и мальчиками разных возрастов. Самые забавные фотографии — с Хэллоуинов разных годов. Родительница семейства явно мастерица в создании костюмов и атмосферы.       Инста Оруо забита фотографиями проколов разных частей тела, а если на фото не прокол — там Петра. Он, похоже, фотографирует ее в любой удобный и не очень момент. Много, где девушка в движении с яркой улыбкой. Эрен, помнится, удивился, когда узнал, что эти двое вместе. Но, когда увидел отношение Бозарда, понял, что у Петры не было и шанса не поддаться — он буквально носит ее на руках и сдувает пылинки. Немудрено, что и в ее профиле есть фотографии ее парня, да и других ребят тоже.       Ну а… В профиле Леви есть только его работы. Потрясающие рисунки на бумаге и коже разных людей.       — Эй, ты идешь? — привлекает внимание Жан, уже собирающий свои вещи в рюкзак.       — А, да… — «просыпается» Эрен и блокирует телефон.       Так, ну… Это же нормально? Нормально. Леви — красивый мужчина, заслуживающий внимания. Эрен и до публикации этой фотки знал, что есть девушки, которые записываются принципиально только к нему и флиртуют с ним. Комментарии сейчас, наверное, просто выступили концентрацией этого знания. Нужно просто забыть об этом. Все-таки это именно Эрен на выходных переезжает к нему в квартиру, они в отношениях.       — Я начинаю нервничать, — делится Армин.       — Да брось, Леви же сказал, что это не больно, — успокаивает его Эрен по пути к салону, хотя друг невольно описывает его собственное состояние.       — У него самого он не проколот же.       — Был, — отзывается Эрен. — Сказал, что разонравилось быстро, и он вытащил… Слушай, как бы ты отнесся, если бы под фоткой Энни писали сальности?       — Ты это к чему? — настораживается Армин.       — Ты еврей? — огрызается Эрен. — Не отвечай вопросом на вопрос.       — Ну… — задумывается он. — Мне довольно сложно представить себе такую ситуацию. Я думаю, она сама бы удалила какое-то неприглядное высказывание о ней.       — Давай представим, что не удалила, — просит Эрен.       — Наверное, я спросил бы у нее, кто это пишет, и захотел поговорить бы с этим человеком. Что-то случилось?       — Да Петра фотку мастеров выложила… — выдыхает Йегер. — Под ней до хрена комментов, где Леви уже практически трахают текстом.       — Ну ты тоже не сравнивай, — пытается урезонить Армин. — Леви — довольно популярная личность в своих кругах. Я думаю, многие известные люди сталкиваются с таким. К тому же не забывай про главное правило интернета: никогда не читать комментарии. Вспомни, как в нашем университетском канале выложенное фото яиц на Пасху привело к обсуждению ног деканши, — напоминает он. — Ты, кстати, сегодня ночуешь у Леви или в общаге?       — В общаге, — отвечает Эрен. — Он уезжает в Сину на два дня вместе с Бумером, а там уже я к нему переезжаю.       Вместе они доходят до салона, который за это время очень полюбился Эрену. В нем всегда сохраняется приятная дружелюбная атмосфера, как говорится, всегда есть чай и печеньки. Суровые татуированные мужики на деле очень приятные люди с изысканным чувством юмора. Леви словно тесты на совместимость с ними проводил, прежде чем нанимать на работу, и создал с ними подобие семьи, где все любят и уважают друг друга. И это даже при том, что Аккерман довольно строгий начальник, держащий своих сотрудников в ежовых рукавицах.       — Привет, мальчики! — звонко приветствует их Петра с высоты. Она стоит на стуле, натирая специальным спреем рамки и полочки.       — Привет, — отзывается Эрен, и Армин с ним. — Леви освободился?       — Нет пока, подождите немного. Не заходи только, у него ширма стоит.       — Что за ширма? — не понимает Эрен.       — Которую они выставляют, когда делают интимные татушки, — весело объясняет Петра, сходу выливая галлон бензина в до этого такой крошечный огонечек ревности.       Еб. Твою. Мать.       Когда Эрен садится на удобный диван, в его голове идет парад всевозможных подробностей работы его любимого человека. У Леви постоянно вибрирует телефон. Клиенты и клиентки постоянно присылают ему просто сообщения и фотографии заживающих на коже работ. Приходящие к нему люди все как один так или иначе оголяют свое тело. А сам Леви как будто нарочно все время одевается так, чтобы большая часть его тела была обнажена. Да как и остальные, в целом! У них майка — это униформа, что ли?! И Эрен же знал обо всем этом и раньше, его это не волновало! Так почему вдруг начало?!       — Петра, а у тебя же язык проколот? — спрашивает Армин.       — Ага, — с улыбкой соглашается она и демонстрирует аккуратную штангу, зажав ее зубами.       — Долго привыкала?       — Да вообще нет, и недели не пройдет, как она тебе родной станет. Правда, поначалу будет много слюны, — оборачивается она с широкой улыбкой. — Мозг ее будет как инородное тело расценивать. Но и это тоже пройдет.       А Эрен изнутри прикусывает губы и пытается тушить пожар в собственной голове. Он искренне не понимает, с чего это вообще так внезапно началось? Может, и нет ничего такого страшного в этих комментариях. Да и наверняка уже более адекватные следующие высказывания перекрыли эти порнушные комплименты. Чтобы удостовериться в этом, он снова лезет в телефон. kozik боже как Леви хорош #валитьитрахать taiti секс в чистом виде clik_pack на последнем сексе с Леви я чуть не кончила, прости господи… roger_dodger вы бьете тату ради тату, я бью тату, чтобы меня трогал Леви, мы разные sovunya я одна когда слышу «мастер Леви» думаю про БДСМ, а не про тату?))       Это чтение никак ситуации не помогает. Не весна же, вроде, откуда столько мартовских кошек? Воображение четко рисует в сознании образ Леви в роли шейха в окружении сотен наложниц. Можно немного успокоить себя тем, что Леви гей, но вот же они! Вон они, комментарии и от геев! grizli я, конечно, не женщина, но перед Леви бы на колени встал filbill_ простите у меня встал danny спасибо, подрочил.       Там есть, конечно, просто комментарии, есть благодарности мастерам, просто восхищения татуировками, милые истории о том, как один из четверки специально задерживался на работе, чтобы угодить клиенту. Но Эрен упорно цепляется глазами за все самое пикантное, адресованное именно его мужчине.       — Большое спасибо, — слышится немного приглушенный голос, когда открывается дверь в кабинет. Из него выходит миловидная юная девушка с длинными густыми волосами и явным румянцем на круглых щеках.       — Пожалуйста, — отвечает ей Леви, одергивающий майку на себе, и подходит к Петре.       Его поведенческие особенности Эрен замечал давно и определенно полюбил его в том числе за них, но огонь в разуме вдруг выворачивает их наизнанку. Леви безумно галантный мужчина. Это кажется бредом при том, что выражается он зачастую крайне вульгарно и весьма прост в общении с окружающими его людьми, но он всегда проявляет простую мужскую вежливость. Как и сейчас. Петра уже с готовностью тянет к нему руки, точно зная, зачем он шагает к ней, а он помогает ей слезть со стула, придерживая за талию. Почему бы ему не подать ей руку? Зачем он… Ой, все, нахер. У Эрена голова лопнет, если он продолжит накручивать себя почем зря.       — Привет, — обращается Леви к Армину и Эрену. — Заходите. Пока, Бекки.       — Пока, Леви, — отзывается девушка, ожидая у стойки для оплаты. — Еще раз спасибо.       В кабинете Леви творческий беспорядок, который он начинает прибирать — в том числе ставит ширму на место к стене. Чертова ширма! Он скручивает и выбрасывает использованные пленки, колпачки с краской, приводит в порядок оборудование.       — Что бил? — пытается звучать буднично Эрен.       Вместо ответа Леви показывает рисунок, детали в котором похожи на кладбище, но очень размыто. А по девушке так и не скажешь, что подобная тематика ее интересует. Но что тут удивительного, это же рисунок самого Аккермана. Неужели, правда, есть те, кому плевать, что именно это за рисунок, лишь бы он к ним прикоснулся?! И Эрен, так-то, покривит душой, если попытается сказать, что сам не был таким же. Да и картины Леви все как одна хороши…       — Красиво, — восхищается Армин. — А где?       — На бедре, — отвечает Леви, указывая на часть ноги под ягодицей.       — Так, вроде, не особо интимное место… — зачем-то вслух рассуждает Эрен.       — Что? — не понимает Леви сначала, откуда такие размышления. — А… Так она в джинсах пришла, такую длинную штанину хер закатаешь. Предложил ей либо выбирать другое место, либо раздеваться. Она выбрала второе, но стеснялась, как девственница на порно кастинге. Я себя насильником уже начал чувствовать. Пришлось ширму ставить и укрывать ее своей майкой, чтобы приливающая к ее щекам кровь ей голову не разнесла. Армин, готов?       — Надеюсь, что да, — взволнованно отвечает Армин.       — Садись.       Леви выкладывает на стол орудия пыток. Точнее, конечно, инструменты, просто Арлерт на них смотрит как на весьма опасные предметы и нервничает. На железном столике на специальной клеенке оказываются зажим для пирсинга, запакованная игла, маленький мерный стаканчик, бумажные салфетки и очень тонкий фломастер, судя по всему. Он наливает какую-то жидкость в стаканчик и подает его Армину, велев содержимым прополоскать рот и выплюнуть обратно. На время Эрен успокаивается со своими одержимыми мыслями, потому что наблюдать за действиями мастера крайне увлекательно. Через пять минут Леви надевает перчатки и мягко приказывает Армину вытащить язык.       — Не мычи, — говорит Леви. — Я пока ничего не делаю.       Он ставит на языке маленькую черную точку и подает зеркало, чтобы «клиент» мог ознакомиться с местом прокола.       — Я думал, будет немного подальше, — признается Армин.       — Дальше крупные артерии, кровь будет сложно остановить, — объясняет Леви.       — А, ну тогда и тут хорошо.       Кивнув, Леви наматывает на зажим обычную канцелярскую резинку, а Армин смотрит на Эрена с взволнованной улыбкой и выкручивает свои пальцы.       — Расслабься, Армин, это совсем не так больно, как ты себе это выдумываешь. А еще очень быстро, — успокаивает Аккерман. — Думай о том, как потом будешь кайфовать от осознания того, что у тебя во рту секрет.       Он внушает ему спокойствие очень профессионально. В обычной жизни Леви частенько раздражается, вздыхает, закатывает глаза, матерится. Но не с клиентами. В своем кабинете он грамотный психолог. Сложно сомневаться в том, что вышедшая отсюда Бекки чувствовала себя в безопасности, когда мастер, распознав ее сильнейшее смущение, сначала огородил ее от случайных глаз ширмой, а потом и вовсе укрыл своей майкой… А вот она в стрингах была или в обычных трусах? Почему потребовалось ее укрывать?       Леви открывает зажим и вставляет между краями свои пальцы, чтобы проверить, насколько плотно будет держаться. Результат его устраивает, и он надевает на Армина некое подобие слюнявчика. Это взвинчивает Арлерта еще сильнее, отчего он начинает ерзать на своем месте.       — Спокойно, — строже приказывает Леви. — Не двигайся и не убирай язык. Расслабь его.       — Угу, — отвечает Армин с высунутым языком и закрывает глаза, чтобы не видеть катетер в руке мастера.       Леви зажимает язык щипцами со специальными отверстиями. И все проходит действительно очень быстро. Армин едва успевает зажмуриться, когда игла ловко вонзается снизу вверх. Леви вставляет штангу в иглу, позволяя ей просто упасть. Придерживая украшение и язык рукой, он закручивает шарик внизу и отпускает.       — Как видишь, не так это жутко, — говорит Леви и подает зеркало.       — Мой бог, это было так быстро! — восхищается Армин. — Блин, сережка длинная такая!       — Покажи, — просит Эрен, чтобы рассмотреть новое украшение друга.       — Это потому что язык опухнет, — произносит Леви на выдохе, становясь самим собой. — Снимать серьгу нельзя шесть недель, иначе прокол просто зарастет. В первые два дня припухать будет сильно, будет ощущение, что ты сейчас язык проглотишь, это нормально. Есть только мягкую пищу. Эти шесть недель утром, вечером, а также после еды рот будешь полоскать раствором трехпроцентной перекиси водорода, один к одному с водой. Месяц не курить, не бухать, избегать горячее и холодное. Через шесть недель можно надеть другую штангу. Ко мне придешь, подберем, не покупай в левых местах. Если прокол покраснеет, будет болеть, будут выделения какие-то или не будет спадать отек, сразу снимай серьгу и приходи ко мне. Все ясно?       — Да, спасибо, — улыбается Армин.       — Ты уходишь сейчас? — обращается Леви к Эрену наконец-то и мягко касается его губ, притягивая к себе.       — Могу остаться, — улыбается Эрен, укладывая руки на плечи.       — У меня следующий сеанс через час, можем поужинать вместе, — воркует Аккерман, ласково рассматривая любимое лицо напротив.       — Хорошо, — мурчит Эрен в ответ. — Армин, ты не против, если вернешься один?       — Да нет, конечно. Буду ждать тебя в общаге. Леви, спасибо еще раз!       — На здоровье, — отзывается Леви.       Час вместе сегодня, два дня разлуки, и Леви приедет к нему на машине Ханджи, чтобы они перевезли вещи Эрена в его квартиру. Ласковые касания, тембр голоса, нежные взгляды — все это успокаивает. Все придумки и опасения машут рукой и уходят из головы, отдавая руль в руки спокойствия и гармонии. Один час перед двумя сутками вдали друг от друга Эрен решает не тратить на обсуждение сальных комментариев. Тем более, что сам Леви вряд ли уже их видел, потому что работал все время с момента публикации злосчастной невероятно сексуальной фотки.       — Ну, как ты? — спрашивает Эрен в общаге.       — Номально, — немного нечетко отвечает Армин. — Явык припухать нащал.       — Понятно, — смеется Эрен и падает на кровать.       — Поговоил ф Леви?       — Прости, тебя так тяжело воспринимать серьезно, — признается Эрен смехом в ответ. — Нет, не поговорил. Не вижу большого смысла. В конце концов, не он же пишет такое, а ему пишут. Ну красивый у меня мужик, что тут поделаешь.       — Ыад, што ты к этому пишел.       — Бля-я-ять, — снова ржет Эрен.       — Ой, остань! — обижается Армин.       — Ну не сердись, это просто реально смешно звучит. Энни показал уже?       — Ага, — подтверждает он и показывает их переписку.

[Фото] Проколол

Мой герой. Когда можно целоваться?       Ожидаемо в ответ Армин отправляет смущенный смайлик и предполагает, что через месяц.       — Давай я у Леви спрошу, — предлагает Эрен со смешком и разблокировывает телефон ровно на том же месте, где и заблокировал его. На тех самых комментариях. Он не собирается читать больше. Не собирался, по крайней мере. Но взгляд цепляется за последнее сообщение. torry_san Леви — лучший мастер, которого я встречала. Согласна с комментами про БДСМ: D С ним на сеансе чувствуешь себя сабом, готов подучиться всему, что он скажет… Клянусь, если бы он сказал мне снять белье, я бы даже не переспросила: DDDD gigi я вам скажу, у меня так и было! он сказал снять лифчик, и я сняла тут же! torry_san Когда приказывает такой мужик, сложно не подчиниться) И как, ему понравилось?) gigi очень понравилось, если вы понимаете о чем я ;)       — Да твою мать… — выдыхает только что успокоившийся Эрен.       Он почти против своей воли делает скриншот. Два человечка, один из которых в колпачке «Ревность», а второй — «Идиотизм», берут под стражу «Адекватность», закрывают в клетке и действуют вместо него.

[Фото] Эм.?

      Эрен шумно дышит, облизывает губы, прикусывает их изнутри, у него чешутся кулаки. Ревность подбивает прямо сейчас вскочить с кровати и вернуться в салон, чтобы потребовать ответа, ведь Леви сейчас работает и ответит не скоро.

А еще Армин спрашивает, когда ему можно сосаться.

      — Ты фево? — спрашивает Армин.       Ревность завладевает речевым аппаратом и мешает говорить, поэтому Эрен просто протягивает телефон с комментариями другу, а он вчитывается в текст. Какая у него, однако, удобная работа. Зачем ему просить, чтобы девушка сняла лифчик?!       — Эен, — зовет Армин и протягивает телефон обратно с открытым профилем девушки под ником gigi.       На последних фотографиях стоит маркировка салона Леви, а сама девушка на них прикрывает груди руками, демонстрируя татуировку с резными черепами между ними. Это определенно «почерк» Аккермана. Наверное, сложно набивать татуировку в таком месте, если не снять лифчик. Адекватность вырывается из заточения, дает Ревности подзатыльник и вынужденно вызывает Стыд. Без языка хоть сейчас. С языком лучше через месяц. [Фото] Эм..? И? Ты сейчас удивляешься тому, что я бью в том числе интимные тату? Или в чем ты меня обвиняешь?

Ни в чем. Извини. Там просто столько… порнушных комментов Я весь день в ахуе

Поэтому я не люблю, когда Петра нас постит. Не обращай внимания.       После шумного выдоха Эрен откладывает телефон в сторону. Ему действительно нужно было просто перестать читать эту дурость, вот и все. Более того, если бы Леви не был его парнем, возможно, он сам бы написал что-то подобное то ли для того, чтобы привлечь внимание, то ли чтобы покапать слюной на харизматичного мужчину хотя бы в комментах. Леви не отвечает на это, не читает это… Это всего лишь побочный эффект его работы. И опять же, это логично. Странно было бы, если бы люди писали, что он грубый, жестокий и к нему противно ходить.       Эрен считает свое решение больше не возвращаться в порно-чат верным. Ему приходится бросить все силы на то, чтобы не думать об этом больше. Они с Леви мирно переписываются перед сном, желают друг другу доброй ночи и направляются в следующий день.       Рано утром Леви уезжает в Сину в компании одного из своих мастеров на тату-фестиваль и до вечера не выходит на связь, занятый… Ну, чем-то занятый, Эрен слабо представляет себе, чем именно люди занимаются на таких мероприятиях. Да и он сам довольно занят сначала парами, а затем выполнением домашних заданий и обходом всех инстанций, чтобы успешно сдать свое место в общаге. Ожидалось, что это должно сопровождаться приятным волнением, но по факту на Эрена накатывает нервозность. Когда он рассказал родителям о том, что переезжает к Леви, они не пытались его отговорить, он вполне им понравился по рассказам и телефонным разговорам, но мама вкидывала что-то на тему того, что они пока знают друг друга не очень долго, присмотрелись бы, мол, еще друг к другу… Да ну нет, Леви вообще не выглядит тем, кто склонен ходить налево. Его женщины, так-то, не интересуют, если на то пошло. Но там же и мужчины писали… Да черт! Хватит думать про это!       В первый выходной Ханджи и Леви ждут его у машины Зое. От нее он уже слышал занимательный факт: Леви хотел себе машину ровно до тех пор, пока ее не приобрела Ханджи. Теперь он либо просит куда-то его отвезти, либо берет у нее тачку. Объясняется это очень просто. Автомобилем он пользуется крайне редко, а потому не видит смысла вкладываться в него. А Ханджи совсем и не против иногда одалживать машину.       Леви садится к ней на переднее пассажирское сиденье и подключает к магнитоле свой телефон через блютуз. Все его действия выглядят непреувеличенно привычными и обычными. Ханджи слова против не говорит, сразу начинает подпевать знакомой песне и даже пританцовывать в такт. Да и сам Аккерман никак не возражает против эксцентричного поведения подруги. Эрен почему-то уверен, что если бы он так дурачился за рулем, то получил бы строгое замечание. Ну приехали, еще к Зое он не ревновал!       — Ты пойдешь? — спрашивает ее Леви у магазина, но та только отрицательно качает головой, слишком увлеченная пением и танцем.       — Оставь телефо-о-он, — нараспев тянет она, а Аккерман без лишних раздумий передает ей гаджет ровно тогда, когда приходит какое-то сообщение.       Ханджи вместо того, чтобы смахнуть уведомление вверх, все так же пританцовывая, открывает его. Пароль ее пальцы вводят очень быстро, видно, что не в первый раз.       — Ой, какие сисечки!       — Четырехглазая, — недовольно говорит Леви. — Ну ты-то должна понимать, что нельзя в такие переписки лезть.       — Не поверишь, но у меня под одеждой все то же самое, что и у нее, — не боится она его гнева, просто показывает то, что увидела на экране.       А на экране действительно то самое, к тихой злости Эрена. Спасибо, что хоть в белье. Ну вот ты делаешь фото татухи на ребрах, зачем включать в кадр грудь?!       — Напиши ей, что нормально все, пусть дальше мажет, — просит Леви и увлекает Эрена с собой в магазин. — Пошли.       В большом супермаркете они складывают продукты в тележку. Здорово, что сегодня Аккерман не против выпивки, сейчас определенно стоит выпить, успокоить нервишки. И здорово, что Леви не позволит Эрену напиться, что развязало бы ему язык. Как-то будет неправильно устраивать ссору на пустом месте в день переезда.       — Тебе все скидывают фотки после нанесения? — как бы между прочим решает уточнить он.       — Большинство, — легко отвечает Леви. — Ты и сам мне скидывал.       — Я да, — соглашается Эрен и ляпает. Берет и ляпает. — Потому что хотел с тобой переспать.       Леви отвечает серьезным взглядом, который лезет под кожу без скальпеля.       — Ты это к чему?       — Ни к чему, забей, — просит Эрен, глядя себе под ноги.       — Эрен, это моя работа.       — Да знаю я, говорю же — забей. Мне просто странно, что татушка на ребрах, а она скидывает грудь, — честно решает поделиться он, чтобы объясниться.       — Не факт, что она фоткала мне конкретно, она ее, может, по десяти чатам разослала, чтобы похвастаться, — выдыхает Леви. — Не ревнуй.       Его теплая рука приносит спокойствие. Эрен сжимает ее с улыбкой и возвращается к списку покупок. Он, правда, наверняка раздувает из мухи слона. Еще в самом начале на этапе переписки было понятно, что Леви крайне популярная персона в своей сфере, так чего же беситься постфактум? Ну пишут ему девушки, ну скидывают нюдсы…       Леви в своей милости разрешает разобрать сумки завтра, а сегодня просто насладиться вечером в его компании и его закадычной подруги. Ревность к ней уходит очень быстро, стоит просто прийти к элементарной мысли: вряд ли она ждала появления парня у своего друга, чтобы затащить его в койку. А еще в их касаниях полностью исключены любые намеки на страсть. Куда больше они похожи на брата с сестрой. Ханджи вообще почти весь вечер занята котом, который с удовольствием отвечает ей взаимностью и трется мордочкой о лицо, выпрашивая поцелуи в мокрый носик. Приятный вечер успокаивает Эрена, он расслабляется и выполняет роль кота для Леви, поэтому тоже получает нежные поцелуи в нос.       — Пойдем гулять завтра? — спрашивает Эрен перед сном. Пожалуй, день вне дома в компании любимого человека может помочь ему остудить свой пыл окончательно.       — Давай, — соглашается Леви. — У меня два сеанса с утра. Как буду заканчивать, напишу. Вещи разбери обязательно.       — Хорошо, — прижимается к нему Эрен.       Леви заранее освободил место для немногочисленных вещей Эрена. Большинство все-таки осталось дома, и он перетаскивал только то, что было у него в общежитии. Компьютерный стол в спальне Аккерман полностью отдал Эрену. Чуть позже обеда Леви пишет ему, что скоро освободится и он может подходить к салону. Оттуда они вместе выдвигаются в полюбившееся им двоим место в парке с удобно расположенными недалеко от широкой реки скамейками. Даже в прохладное время года вокруг много лавочек с разной вредной, но вкусной едой, а в самом центре располагается уютное кафе, где они могут согреться, если начнут замерзать у воды.       Первое время, впрочем, они гуляют вдоль реки, подцепляя палочкой пикантные кусочки мяса с овощами из конусообразных стаканчиков. Леви рассказывает ему, как прошел фестиваль, сколько денег пришлось спустить на разный стафф, потому что Эрд, как ребенок, хотел вообще все, что им там презентовали.       — Мне не нравится набивать тату публично, проще взять с собой Эрда, он весь в моих рисунках, — рассказывает Леви, глядя вперед. В это время в парке немного людей, за все время впервые им попадается девушка по пути. — Зато он сам тот еще артист, кайфует, когда на него смотрят. — Как только незнакомка равняется с ним плечом и проходит дальше, он вдруг оборачивается и смотрит вниз, не прерывая рассказа. — Так что это очень удобно. Но на следующий год, наверное, придется пересилить себя и выступить в роли шута. Обещают нехилые плюшки.       — Ты… — Эрен перестает его слушать ровно в тот момент, когда он оборачивается.       Для человека его возраста не секрет, что мужики склонны засматриваться на, так сказать, прекрасное. Он хорошо помнит, что едва не кинулся защищать честь Микасы, когда Жан вылупился на грудь новой медсестры, но та и сама справилась, отвесив своему парню нормальный такой подзатыльник. Признаться, смотреть там, и правда, было на что. Но Леви-то куда! Прямо при Эрене берет и смотрит вслед привлекательной, весьма привлекательной девушке и продолжает говорить будничным тоном.       — Ты чего? — все-таки заканчивает свой вопрос Эрен и тоже оборачивается на незнакомку, чтобы увидеть в ней хоть что-то, настойчиво привлекающее внимание. Но не видит ничего, кроме роскошной фигуры и бесконечных ног в чулках.       — Да пытался понять, знаю ее или нет, — спокойно отвечает Леви.       — По ее заднице?       — Что? — не понимает уже Леви, резко остановившись. В своем рассудке он куда лучше Эрена усмиряет страсти, потому быстро понимает, что тот имеет в виду, и выдыхает. — Да господи. У нас была клиентка, которую стошнило во время сеанса. Мы предположили, что она беременна, но та отрицала. Это было месяца три назад, я подумал, что если это она, живот уже было бы видно, и оглянулся посмотреть, есть ли у нее тату на икре.       — И как? — тушуется Эрен, изо всех сил пытаясь сделать вид, что не задавал никаких странных вопросов, чтобы не развивать тему.       — Эрен, нам нужно поговорить об этом?       — О чем? — все еще пытается звучать он буднично и строить из себя не-ревнивого идиота, в роли которого выступил.       — Ты прекрасно знаешь, о чем, — звучит Леви строго. — О твоей ревности. Тебя эта информация может шокировать, но те два факта — что я встречаюсь с тобой и у тебя есть член — как-то взаимосвязаны.       — Клиентов мужского пола у тебя тоже хватает, — почти не думая роняет Эрен и пытается сделать шаг вперед, продолжая прогулку.       Леви не позволяет, крепко ухватив его за рукав куртки. Конус из его руки шумно отправляется в урну, а шальная мысль о том, что для разговора Аккерману требуется две руки, отзывается в груди трепетным волнением. Но он всего лишь складывает их на груди.       — Я тебя слушаю, — чуть нахмурив брови, требовательно произносит Леви.       — Я не знаю, что сказать, — врет Эрен, ковыряясь шпажкой в своей порции.       — Что я сделал такого, чтобы дать тебе повод для ревности? — подсказывает он. — Ты хоть раз заставал меня за тем, что я общался с кем-то из клиентов, как с тобой? Ты видел, как я к кому-то подкатываю? Или я читал все комментарии? Мне самому не нравится политика Петры каким-то образом сексуализировать наши образы и работу, но я не могу опровергнуть тот факт, что клиентам нужно знать нас в лицо и видеть в нас не только тех, кто делает им больно, это элементарно вызывает доверие, а это важно в нашей сфере.       — Понимаю, — выдыхает Эрен согласие, но все же тоже выкидывает свою порцию, чтобы дать волю рукам. — Но мне не нравится, что о тебе такое пишут. Я могу логически прийти к тому, что ты не можешь бить тату через одежду, и совсем не против того, чем ты занимаешься, но представь хотя бы на секунду, чтобы все это писали про меня. Я знаю, что ты ничего не сделал, но ты… ты и не сделал ничего. Может, мне реально было бы спокойнее на душе, если бы ты… не знаю. Написал «спокойно, девочки, у меня есть парень». Они, вообще, знают, что он у тебя есть?       — Я должен начинать сеанс со слов «Леви, приятно познакомиться, кстати, у меня есть парень»? — парирует Аккерман.       — Да нет! — препирается Эрен. — Ты заходил в профили своих же ребят? По ним видно, что они в паре. Я не нашел ни одного такого комментария о Гюнтере, Эрде! Тебе будет комфортно, если какая-нибудь девушка… да черт бы с ними, с девушками! Если бы какой-то парень зашел ко мне на страницу и написал бы, что страстно хочет отсосать мне?!       — Нет, — серьезно отвечает Леви и выдыхает в сторону. — Хорошо, я тебя услышал. Ты прав, это ненормально. Наверное, я просто привык игнорировать это явление и не подумал о том, что тебе это может мешать, — он делает шаг вперед, к Эрену, чтобы взять его руки и уложить к себе на плечи, а самому обнять за талию. — И я могу не знать о таких вещах, если ты будешь молча беситься. Такие проблемы решаются ртом.       — Прости… — он уютно устраивает руки на его плечах. — Я хотел с тобой поговорить про это еще в день публикации, но подумал, что зря себя накручиваю, а сам при этом продолжил накручивать…       — Не стоит, — качает Аккерман головой. — Если тебя беспокоит что-то, говори об этом, и мы все решим. Я с тобой, — напоминает он, прижимаясь к его лбу. — Пойдем домой.       Огни небольшого города гаснут, подсвечивая лишь уличными фонарями. По небольшим дорожкам в окружении припорошенной снегом травы парка пара добирается до многоквартирного дома, где теперь живут вместе. Это Эрен осознает в полной мере, когда они поднимаются в лифте, а Леви греет его руки в своих ладонях. Напряжение, которое копилось в нем все эти дни, уходит, принося расслабление в тело.       Любимая кружка с логотипом Марвел стоит на сушилке в кухне, кот встречает как родного, выпрашивая внимание. Сам Леви подчеркивает факт проживания Эрена здесь отсутствием повышенного внимания к его персоне. Все же к гостю и постоянному жителю относятся по-разному. Не то чтобы Эрена избегают, просто теперь для них становится привычнее иногда проводить время в тишине, не так, как в первое время. Но когда они оба переодеваются в домашнюю одежду и устраиваются на диване, Йегер садится к нему под бок, подбирая ноги. Он ищет фильм на вечер в онлайн кинотеатре, пока Леви решает рабочие вопросы с Оруо по телефону и только кивает на выбранный вариант.       — Я смутно помню эту комедию, но, вроде, неплохая, — делится Эрен, как только Леви завершает звонок.       — Да как скажешь, — безразлично реагирует Леви, чтобы продемонстрировать, что, в общем-то, не собирается смотреть фильм.       Эрен улыбается в поцелуй и придвигается ближе. Леви облизывает губы, раздвигает их языком, толкается глубже. Фантазия, рисовавшая до этого мужчину в окружении похотливых девиц, растворяется в той страсти, с которой он целует пухлые губы. Его руки удерживают на месте несопротивляющегося парня, когда губами он скользит по скуле, переходя поцелуями на шею. Разукрашивать ее нельзя по нормативам формы, но Леви всегда отрывается на ключицах и груди, оставляя на коже такие же прекрасные, как его работы, засосы. Порой Эрену кажется, что он рисует своим ртом по коже, и восторженно вздыхает каждый раз, когда губами или зубами он задевает соски.       Горячие губы касаются подтянутого живота, целуют косые мышцы, вызывают мурашки. Леви заставляет немного развести ноги, лезет рукой под ткань, оголяет плоть Эрена, а он удушливо краснеет от приливающего к щекам жара. Тесным горлом Аккерман натягивается на член, раскрывая рот шире у самого основания и заглатывая еще глубже, вызывая этим шумные стоны. Языком он ласкает головку, ведет губами по всей длине и снова сдавливает горлом. Рука Эрена, которой его вынудили самого держать резинку штанов, немного подрагивает от восторга, текущего по венам. Второй он несмело оглаживает напряженное сильное плечо. Юношеские гормоны подталкивают скорый оргазм и затмевают разум. Память силится вспомнить, сколько пальцев показывал Леви, когда они начинали. Ни одного, значит, ему нельзя говорить. Простонав в своем бессилии, Йегер вынужденно немного нарушает правила (условно, конечно), пытаясь немного оттолкнуть от себя Леви, но он не позволяет.       — Можно? — на грани сознания вопрошает Эрен, а Леви молча берет еще глубже, позволяя кончить себе в рот.       Горячий воздух сухо царапает горло, выходит с хрипами. Мучительно приятная нега смешивается с кровью в момент, когда очень спокойный Аккерман стирает влагу из уголков рта и садится на диване обратно как ни в чем не бывало.       — Не хочешь одеться? — возвращает он в реальность. — На начало перемотаем?       — Да хер бы с ним… — выдыхает Эрен, заправляя член в штаны. — Черт, как ахуенно…       — Я же говорил: такие проблемы решаются ртом.       — Нравится мне твоя политика, — фыркает он со смехом.       Утром в кармане куртки приятной тяжестью лежат ключи от совместного гнездышка. Все написанное в интернете становится неважным. По промозглым улицам города с его характерным шумом и разнообразными запахами — от выхлопных газов до аппетитной выпечки — они расходятся рядом с салоном и договариваются встретиться в нем после пар Эрена, чтобы вместе пойти домой.       Уголки губ то и дело без причины стремятся вверх. Наверное, Йегер выглядит самым довольным человеком в мире. Остается надеяться, что инструктор по стрельбе не решит отправить его к психологу, предположив, что тот как-то слишком восторженно относится к выстрелам по мишеням. Армин явно хочет пристать с расспросами к витающему в облаках Эрену, но вместо этого вынужден изображать глубокую задумчивость, постоянно сглатывая накапливающуюся во рту слюну. Эрен в очередной раз силится подавить улыбку и от нечего делать обводит аудиторию взглядом, пока вся группа ждет преподавателя. Им он натыкается на Имир и Кристу, которые с умиленными улыбками смотрят то в телефон, то на него самого. Отняв кулак от виска, он хочет было спросить, что происходит, но лектор шумно сообщает о своем сожалении в опоздании на всю аудиторию и хлопает журналами по столу, призывая к тишине. Он сходу начинает очередную лекцию словно с середины, будто вел ее уже несколько минут как, но Эрену не очень интересно. Ему интереснее, чем вызваны такие хиханьки в его сторону. Имир зыркает на преподавателя, изображает сердечко и тычет пальцем в телефон.       — Рядовая Райс, у вас есть комментарии? — строго спрашивает Шадис.       — Никак нет, сэр, — четко отвечает Имир.       — В таком случае прошу прекратить оказывать знаки внимания Йегеру и вернуться к записям.       Эрен и сам прячет голову в песок, не желая злить и так вечно раздраженного лектора. Но когда волнение немного утихает, он разблокировывает телефон. Новых сообщений нет, поэтому он не очень понимает, что именно имела в виду Имир своей пантомимой. Отложив ручку в сторону, он лезет в инстаграм, в ленте какое-то время тоже нет ответа, пока не подтягивается профиль Леви с новой фотографией.       Фотографией из того самого вечера. В уши почти реально течет та самая песня, которая играла, когда Леви спрашивал у него, принципиально ли ему дослушивать. На ней он сидит вплотную, почти касается его щеки губами, ведь он так удачно повернулся к нему, чтобы дать свой пылкий ответ. Приятный полумрак делает фото интимным, а взвинченные концертом люди на фоне дают контраст сконцентрированной друг на друге паре. levi.akk. Мой ревнивый идиот.