В её глазах горели звёзды, подаренные им

Иногда достаточно всего одного тёплого слова от дорогого тебе человека, чтобы потом весь день ходить с улыбкой на лице.

      Противное тиканье часов пульсирующей болью отзывалось в висках. Было уже за полночь, но женщина сидела в своём кабинете и продолжала заполнять документы. Глаза закрывались, и чёрные строчки на белой бумаге начали расплываться, превращаясь в одну огромную кляксу. Вздохнув, Реджина потянулась рукой за чашкой с кофе, но бодрящего напитка в ней не оказалось. Очередная пустая белая кофейная чашка стояла на краю стола. Недовольно фыркнув, Миллс прикрыла глаза, откинулась на спинку кресла и устало потёрла переносицу. Несколько минут отдыха ей не помешают, однако она не заметила, как начала проваливаться в сон. В дверь кто-то постучал, однако женщина, будучи в полудрёме, уже не слышала этого. Следовало закончить с работой, чтобы успеть в срок, и тогда отдыхать, но женщина настолько сильно себя вымотала, что сил не было ни на что.       Не услышав разрешения войти, мужчина аккуратно открыл дверь и заглянул в кабинет. Он знал, что Реджина тут, и не только потому что в её кабинете горел свет, но и потому, что Миллс — заядлый трудоголик. Стоило ему увидеть спящую женщину за своим столом, как его губы тронула понимающая улыбка. Покачав головой, Робин тихо прошёл через весь просторный кабинет к столу Реджины, поставил небольшой пакет и стаканчик с кофе возле стопки из толстых, разноцветных папок.       Реджина почувствовала движение, тихое шуршание и резко открыла глаза. Увидев перед собой Локсли, она с облегчением выдохнула, ведь в офисе никого не должно быть, помимо неё и охраны на входе.       «Никого не должно быть… Что-то произошло, раз Локсли тут», — со скоростью света пролетела мысль в голове Миллс, и она двинулась немного вперёд, обеспокоенно глядя на своего водителя: — Что случилось? — непонимающе нахмурившись, спросила Миллс и, ожидая ответа от Локсли, успела вообразить себе всевозможные худшие сценарии, которые могли произойти. — Ничего, всё в порядке, мисс Миллс, — мягким и успокаивающим тоном ответил Робин и слабо улыбнулся, что в ту же секунду успокоило Миллс. — Тогда, что ты здесь делаешь? — вновь удивилась Миллс и нахмурилась. — Я же говорила, что ты свободен на сегодня, я сама доберусь домой. — Уже поздно, мисс Миллс, — напомнил о времени Локсли с нотками осуждения в голосе и с напускным недовольством поджал губы.       «Эта женщина неисправима», — промелькнуло в мыслях Робина, и он улыбнулся уголками губ. — Вот именно, Локсли, поздно, и ты должен быть уже давным-давно дома, — вздохнула Миллс, закатив глаза.       Она и дальше продолжала бы возмущаться, но её взгляд зацепился за подарочный пакет, затем Реджина снова обратила свой взор на Локсли. — Это для вас, мисс Миллс, — ответил Робин на немой вопрос женщины и улыбнулся, показывая милые ямочки на щеках. — Мне? За что? Сегодня какой-то праздник? И ты решил подарить подарок первым, чтобы выслужиться передо мной? — не могла удержаться от колкости Миллс, но всё же её засветившийся радостью взгляд говорил совершенно иное. — Вы раскусили меня, мисс Миллс, — в тон женщине ответил Робин и сузил глаза, на дне которых плескались весёлые чёртики. — Я знаю тебя, как свои пять пальцев, — усмехнулась женщина и мученическим взглядом окинула свой стол, на котором царил полный хаос.       Обычно она себе такого не позволяла…       «Совсем себя измотала…», — промельнуло в голове Локсли и он вздохнул. — Работа никуда не денется, распределите между сотрудниками и всё успеете. Вы всегда так делали, — добродушно улыбнулся Робин, затем добавил: — А сейчас я выполню свою работу — отвезу вас домой.       Пожалуй, только Робину позволялось давать ей советы касательно её работы и принимать решения за неё. Локсли не просто водитель, он её правая рука, советник во всех вопросах, груша для битья, друг. Будь на его месте кто-то другой, она бы уже заставила этого человека сотню раз пожалеть о сказанном, но Локсли… Локсли особенный. — Я так понимаю, возражения не принимаются, — с усталой улыбкой на губах сказала женщина и медленно поднялась со своего кресла.       Реджина взяла свою сумку, подарок от Робина и кофе. Мужчина же выключил настольную лампу и последовал вслед за Миллс, вдыхая сладкий, но не приторный аромат женского парфюма.       Реджина достала ключи и попыталась попасть в замочную скважину, но это не удалось даже с третьей попытки. Робин забрал из дрожащих от усталости рук связку ключей, подобрал нужный и закрыл кабинет. — Давайте я понесу, — негромко произнёс Робин, протянув руку к женской сумке. — Не стоит, Робин, — отрицательно мотнула головой Миллс и благодарно улыбнулась мужчине.       Однако под настойчивым взглядом голубых глаз она быстро сдалась и протянула Локсли свою сумку, тут же почувствовав облегчение. Что ж, сейчас для Реджины даже небольшая вещь казалась в несколько десятков раз тяжелее её реального веса.       Они молча проследовали к лифту, оказались на подземной парковке и уже направлялись к автомобилю. Во время их короткого пути в голове женщины крутилась только одна единственная мысль: ей никогда не делали подарков. Точнее, никогда не делали подарков просто так, от чистого сердца. Грэм дарил ей дорогие подарки на каждую значимую дату, но только потому что у него стоят напоминания на телефоне. Иногда бывало так, что и они подводили его, ибо Хантер их попросту не видел и не слышал, забывшись в пьяном угаре или в объятиях очередной молоденькой студентки, о чём Реджина, конечно же, не знала. Уже второй год подряд он забывал об её дне рождении и их годовщине отношений.       «Хорошо, что только отношений, а не свадьбы», — мысленно хмыкнула Миллс и покачала головой.       Реджине было плевать на сам подарок и его цену, главное — внимание любимого мужчины. Хотя, может, не такого и любимого. Реджина в первую очередь себе не могла ответить, почему она всё ещё держится за отношения. Между ними с Грэмом появилась невообразимая пропасть, которая с каждым днём, неделей, месяцем становилась всё больше и больше. Однако отношения с Хантером, которые сейчас куда холоднее, чем раньше, удобные, пусть они и живут вместе, но их не связывают почти никакие обязательства. Возможно, Реджина сама виновата в том, что они отдалились друг от друга, — она сутками пропадала в офисе, рабочих поездках или мероприятиях. Но, кажется, их отношения изжили себя, и уже не столь важно, кто виноват больше, а кто меньше. Однако это не помогало избавиться от горечи, расплывшейся по телу и осевшей на языке.       Как же мало нужно для того, чтобы понять, что ты не с тем человеком, а тот самый уже на протяжении нескольких лет рядом, и сейчас снимает сигнализацию с машины, собираясь открыть ей заднюю дверцу чёрного «Мерседеса». Однако это Реджина не собиралась признавать, по крайней мере, в ближайшее время. — Нет, я хочу сесть спереди, — мягко остановила мужчину и устало вздохнула.       Ощущая, как усталость брала над ней верх, Реджина была до невозможности счастлива, что Робин проявил инициативу и вернулся на работу, чтобы отвезти её домой. — Хорошо, мисс Миллс, — вежливо произнёс Робин и, открыв переднюю дверцу, пропустил Реджину в салон автомобиля.       В воздухе витал пряный аромат хвои и кедра с лимоном. Реджина глубоко вздохнула и слабо улыбнулась самой себе. В машине Грэма нередко стоял противный запах табака и тошнотворно-сладкого ароматизатора в виде золотого паука. Вспомнив этот аромат, она невольно поморщилась. Женщина даже не заметила, как начала проводить другие параллели между Робином и Грэмом. Локсли был надёжным, ответственным и внимательным, в отличии от её мужчины. Реджина всю жизнь плохо разбиралась в мужчинах, каждый раз жалея о своём выборе, и сейчас, сравнивая Хантера со своим водителем, она в этом ещё больше убедилась. Ей нужен такой, как Локсли. Такой мужчина будет в первую очередь заботиться о любимой женщине, а не угождать только своим интересам.       «Такой, как Локсли… Где же такого найти… Такие мужчины — вымирающий вид», — невольно проскользнула мысль в голове женщины, когда объект её размышлений, обойдя автомобиль, открыл водительскую дверь.       Сев на место водителя, Локсли повернул голову в сторону Реджины и, заметив не самое лучшее настроение начальницы, спросил: — Всё хорошо, мисс Миллс? — Да, всё отлично, — через пару секунд она вымученно улыбнулась и отвернулась к окну, давая понять Робину, что лучше не стоит её расспрашивать.       Робин внимательно посмотрел на женский профиль и понимающе кивнул. Затем пристегнулся и повернул ключ. Машина завелась и тронулась с места. Робин вырулил с пустой парковки и, кивнув охраннику, выехал на дорогу. — Спасибо, Робин, — спустя какое-то время негромко произнесла Реджина и, повернув голову вбок, улыбнулась водителю. — За что? — искреннее не понял Локсли и, внимательно глядя на дорогу, вёл автомобиль. — Я просто делаю свою работу, мисс Миллс.       Реджина просто улыбнулась на реплику Робина и отвернулась, глядя куда-то вперёд. Она смотрела, но не видела жёлтый свет фонарей, яркие неоновые вывески на барах и клубах и свет в круглосуточных магазинах. Мысли переплетались в голове, а дикая усталость и головная боль всё усугубляли. Как сказать Грэму, что они больше не могут быть вместе; когда это лучше сделать; как он отреагирует; что, если он будет против. Вздохнув, Реджина прикрыла глаза и попыталась думать о работе. — Мисс Миллс, мы приехали, — аккуратно потрепав женщину по плечу, обратился к ней Локсли, пытаясь разбудить. — Да? — резко распахнув глаза, дёрнулась Миллс и повернулась вполоборота к мужчине. — Я что, уснула? — Уже поздно, и вы очень устали, — пожал плечами он, глядя в почти чёрные из-за плохого освещения глаза, и ободряюще улыбнулся. — Верно, — со вздохом согласилась Реджина и, глядя в голубые глаза, замерла.       Миллс тяжело сглотнула и облизала губы. Судорожно дыша, она немного придвинулась к мужчине, но не спешила.       Робин тут же понял, что к чему, однако ему было сложно сделать выбор. С одной стороны, Реджина была ему небезразлична уже не один год, а с другой — она несвободна и его начальница. Локсли старался быть ей только другом, и подавлять свои чувства было равно предсмертной агонии, а сейчас, когда Миллс сама хотела его поцеловать, чувства обострились в тысячу раз. Однако как бы ему ни хотелось прикоснуться к её пухлым губам, запустить пальцы в её шелковистые волосы и прижать к себе, Локсли тактично кашлянул и негромко произнёс: — Мисс Миллс, нам не следует этого делать. — Кхм, да… Ты прав, — стыдливо отводя взгляд, стушевалась Реджина и нервно начала теребить замок на сумке. — Извини. — Нууу, это неудивительно, я настолько обаятельный, что сложно устоять передо мной, — Робин попытался разрядить обстановку и ему это удалось, ведь на лице Реджины появилась лёгкая улыбка, и её взгляд выражал благодарность. — Доброй ночи, Робин, — улыбнулась она и, задержав взгляд на мужчине, вышла из машины. — Доброй, мисс Миллс, — в тишине салона прозвучал ответ Локсли, и он проследил за тем, как Реджина закрыла за собой белоснежную дверь особняка.       Через пару минут Локсли завёл автомобиль и направился к своему дому. Всю дорогу он думал о том, почему Реджина хотела поцеловать его. Может, усталость так сказалась на ней, а может, она желала этого. Возможно, когда-то Локсли узнает это, но сейчас, когда его любимая женщина несвободна, он не собирается ворошить события этой ночи.

«Иногда временам нужно дать время, чтобы они сказали то, что хотят сказать, чтобы показали нам многое и поискали для некоторых свои места…» Даре Мачавариани