Разные способы избежать осуждения

— Слушайте, у моего велика не было скоростей, — недоверчиво повернулась Анафема к парочке на передних сидениях. «Что за чертовщина тут творится…» — Я уверена на сто процентов. — «Да что это за люди…» — Налево, — девушка вновь взглянула на зеркало заднего вида, беловолосый мужчина закатил глаза. «Хм!» — О бо-оже… — протянул Кроули, поворачивая руль влево. — Исцели-и этот ве-елик! — Азирафаэль искоса посмотрел на друга, а после и вовсе повернул к нему голову. — Я слегка увлекся! Анафема наблюдала то за одним, то за другим, но в конечном счете решила не отводить взгляда от дороги. «Слишком много странных разговоров». — Высадите меня здесь! — она указала на дом пальцем. «Ну наконец-то». Бентли, притормаживая, свернула к калитке Жасминового коттеджа и остановилась. Азирафаэль торопливо вылез из машины, обошел спереди и, открыв, встал у задней дверцы, мило протянув руку даме, по всем канонам настоящего джентельмена. С переднего сидения послышался хмык. «Анафема, выходи, выходи скорее». Девушка смело, слегка нагнувшись, спустила ноги на землю, обернувшись на Кроули. Видимо, не желая оставлять голубка с юной обольстительницей наедине, так еще и около заднего крепления Бентли, тот торопливо вылез, вернее сказать, чуть ли не — показательно — выполз, подбегая к велосипеду и шустро перенося его к заборчику. «Странные…» — Видите? — по-актерски удивленно улыбнулся Азирафаэль, сложив руки за спиной и посмотрев на велосипед, вынуждая и Анафему к нему повернуться. — Никаких скоростей! Самый обычный велосипед. «Но как же… Они были! Я точно их видела…» — Велик, — резко поправил ангела демон, уже стоявший возле открытой двери Бентли, и презрительно скривил губы. Азирафаэль улыбнулся чуть шире, показывая ряды ровных белых зубов. Он бросил быстрый взгляд в сторону Кроули, но почти сразу же вернул свое внимание на девушку. — Поехали уже… Садись, ангел. «Ангел, ага…» — Анафема мысленно хмыкнула, понадеявшись, что это все же было мысленно. «Все с вами ясно, ребятки». И, взявшись за ручки своего бесскоростного, самого обычного велосипеда, торопливо завезла его на участок. День не мог похвастаться ослепляющим солнцем и теплом — было облачно и ветренно. Люди не сновали привычно по улицам. Яркая, сине-желтая вывеска с надписью «Лучшее кафе» выделялась на фоне белой стены здания. Через широкие окна, на одном из которых была красная вывеска с ценой завтрака, можно было разглядеть людей, сидящих внутри. Мистер Шедвелл, как всегда небрежно одетый, открыл дверь и зашел внутрь. Даже здесь было не очень-то много людей: почти все столы были пусты. Кроули сидел за одним из них и задумчиво читал газету, не отводя от нее взгляда из-под темных солнцезащитных очков. Сержант неторопливым шагом направился к нему, но даже тогда демон не подавал никаких признаков внимания, только лишь четко выговорил: — Мистер Шедвелл! Мистер Шедвелл скромно кивнул мужчине и, прижав сумку к груди, сел напротив него за стол. Разговор обещал быть ну очень живым. В это время Азирафаэль, в отличие от Кроули, восхищенный подобной преспокойной погодкой, решил в свой законный выходной прогуляться в Гайд парке и, завернув на Оксфорд-стрит, держал свой путь именно туда. Держал бы, если бы странная толпа восточноевропейских туристов не приняла его за своего, засосав в самый центр, и не утянула ангела совсем в другую сторону, Мэрилебон. Лишь когда красные облицованные дома подошли к концу, Азирафаэль смог вырваться и наконец перевести дух. «Ну и денек». — Я подготовил ведомость, — сразу перешел к делу Шедвелл, выуживая из сумки черную тетрадь со слегка пожелтевшими от времени листами. Кроули взглянул на него и, перевернув страницу газеты, продолжил как ни в чем не бывало читать. — Парням нужно платить. Ведь… Молодым приходится довольно тяжело в этот век дегенератов. Демон, наконец, полноценно оторвал взгляд от газеты, посмотрев сначала в тетрадь, которую ему пододвинул Шедвелл, а потом и на него самого. — В этом нет нужды, — отмахнулся Кроули и вернулся к газете. Ошеломленный взгляд Шедвелла прожигал ему висок, поэтому он поспешил добавить, чем вызвал у сержанта довольную улыбку. — Двести пятьдесят фунтов, я привезу их вам в субботу. Слегка разгладив помявшийся плащ, Азирафаэль, неловко посмотрев по сторонам в поиске хоть каких-то ближайших указателей, двинулся вперед. Похоже, зашел он настолько далеко, что теперь из-за разных новых вывесок не понимает, где очутился. «Ну и ну». Спустя некоторое, но не продолжительное, время и подпорченное настроение, ангел вышел на знакомую ему улочку Лондона. «О». К тому моменту настал полдень, и, увидев выделяющуюся из остальных вывеску, мужчина, спешно перейдя дорогу, остановился напротив окон-витрин, заглядывая внутрь. «Кроули?!» — Только наличными, — улыбнулся Шедвелл, кивнув неуверенно головой. — Карты не принимаем. — Вы меня удивляете, — Кроули сложил газету напополам и отложил на стоящий рядом стул, перемещая острые локти на стол. Сержант повел глазами и пробормотал подталкивающе к начатому разговору. «И так…» — В Оксфордшире есть деревня Тадфилд. Ваша задача — направить туда лучших людей. Мне нужен мальчик… — демон отвел взгляд к окну и внезапно наткнулся на стоящего по ту сторону Азирафаэля. Он удивленно вскинул брови и едва заметно кивнул ему в знак приветствия, только когда убедился, что ангел тоже смотрит на него. — …Одиннадцати лет. Заметив шокированный взгляд собеседника, мистер Шедвелл резко развернулся в ту сторону, куда смотрел демон. «Педик-южанин?.. Только не это». «Сержант Шедвелл?!» — ангел окончательно оживился и вошел внутрь, чтобы узнать, что тут происходит: «Сержант! — он кивнул головой в сторону ведьмолова, что выглядел так, словно употребил целую гору кислейших лимонов, — Кроули, и ты тут!..» — перевел он взгляд, вновь натыкаясь на темные очки. Демон сто процентов закатил свои змеиные глаза. — Мистер Фэлл, какими судьбами? — неумело поддерживал неприятный диалог сержант, указывая ладонью на свободный стул подле Кроули. — Не хотите ли присоединиться? Если, конечно, мистер Кроули, не будет против, я вижу, вы знакомы. Кроули сдвинул очки на нос и театрально приподнял брови, но стул все же отодвинул, приглашая ангела к столу. — Да, ангел, какого черта ты тут делаешь? — едко выплюнул Кроули, повернувшись почти всем телом — чуть ли не вместе со стулом — к Азирафаэлю. — Я думал, ты из своей библиотеки не выходишь. — Я не отшельник, Кроули, — обиженно просопел он, поправляя ворот кремового пиджака, и улыбнулся Шедвеллу. — Я надеюсь, не отвлек вас своим появлением от чего-то важного? Шедвелл не ответил: пожевал задумчиво нижнюю губу, низко нахмурив брови, и разочарованно вздохнул. «Неужели здесь два педика-южанина?!» — Вам что-то не нравится, мистер Шедвелл? Выглядите разочарованным, — Кроули закинул ногу на ногу и откинулся на неудобную спинку стула. — Вам не кажется странным… — «Деньги, Шедвелл, он обещал тебе деньги!» — Нет, пожалуй, забудьте… — Договаривайте, мистер Шедвелл. Я терпеть не могу, когда на мои вопросы не отвечают, — отрезал демон, кажется, даже зашипев от накипающего раздражения. Азирафаэль озабоченно оглядел обоих. «Черт». — Вам не кажется странным, что… Вы называете другого мужчину так… Интимно. Скрывались бы, насчет мистера Фелла я знал, но вы… Казались всегда авторитетом для нашего взвода, мистер Кроули. Кроули злостно дрогнул, когда рука ангела перегородила ему путь наступления. Поборов желание превратиться на секунду в змею, испугав мерзкого человечишку, он предпочел продолжить спор. — Не понимаю, о чем вы, сержант Шедвелл. Мы с моим другом лишь друзья, — он задорно кивнул головой в сторону ангела. — Ну да, конечно! Но, знаете, обычно друзья не дают друг другу… Такие прозвища. Ну, «ангел», или вроде того. Они больше подходят… — Шедвелл тревожно перебирал большими пальцами, избегая взгляда на Кроули. — Больше подходят для кого, мистер Шедвелл? — прошипел демон, сжимая одну руку в кулак. — Для любовников, мистер Кроули, — собрав все возможное в себе мужество, сказал сержант. — И я считаю это мерзким. Между ними повисло молчание. Демон сидел, крепко стиснув руку до побеления костяшек и смотря в одну точку перед собой. А потом пару раз кивнул, поднимая взгляд на испуганного Шедвелла. — Не желаю больше продолжать этот бессмысленный диалог, — сдерживая гнев, скривил губы Кроули, со скрипом отодвигая стул и поднимаясь на ноги. — В следующий раз оставьте свое мнение при себе. Вставай, ангел, мы уходим. Кроули и Азирафаэль поспешно вышли из заведения, в котором, через пару секунд, на пол упала тяжелая люстра и поднялась паника. Ангел нервно шарахнулся от громкого удара, с укором, но все еще безмолвно, посмотрев на друга. — Не объясни-… — Нет. Азирафаэль помедлил. Они свернули в ближайший тихий переулок. — Но… — Не-ет, ангел! Я имею полное право называть тебя так, как захочу, и какие-то мистеры мне не помеха. Сравни-… — Я не совсем об этом. — А о чем? Я не понимаю тебя, выражайся яснее. — Шедвелл сказал, что прозвища обычно не даются друзьями, а даются любовниками. Ну, то есть, между любовниками, — скомканно начал Азирафаэль, краснея от каждого сказанного слова. — И ты называешь меня ангелом, потому что я и есть ангел, а Шедвелл подумал… — Ангел, можно как-то покороче? — Разве мы выглядим, как любовники? Кроули резко замер на месте, удивленно уставившись на друга из-под очков. Азирафаэль тоже притормозил. — Э-э… — задумчиво протянул демон, почесав затылок. И что же он должен ответить на такой вопрос? Было бы хорошо сначала разобраться самому. — …Откуда ты вообще знаком с Шедвеллом? «Открыто», — гласила вывеска на двери букинистического магазинчика в центре Сохо. «Лучше было бы закрыто», — думал демон, находящийся в том самом букинистическом магазинчике в центре Сохо. Кроули собственнически занял одно из удобных кресел прямо в середине зала и теперь наблюдал, как редкие посетители слоняются туда-сюда между шкафами и столами и ищут ту самую нужную книгу. Азирафаэль с милой улыбкой стоит у прилавка, разговаривая с какой-то старушкой, которая, по его же словам, постоянная посетительница только ради передачи свежих сплетен. «Ну и нудятина». Демон лишь единожды прислушался к щебету посетительницы, но, расслышав только: «Ох, какой же он кретин, вы не представляете!» — решил, что лучше было бы занять себя чем-нибудь другим. Убедившись, что поблизости нет человека, который мог бы на него смотреть, Кроули щелкнул пальцами и притянул к себе случайную книгу с полки, раскрывая ее на середине. Он читал от силы минут пять, после чего небрежно бросил ее на стол. Тоже — слишком скучно. — Нельзя так обращаться с моими книгами, Кроули! — грозно сказал подошедший наконец Азирафаэль. — Ты бы знал, как долго я собирал их всех. — Я думал, ко мне быстрее Господь придет, чем ты. — усмехнулся демон. — Ну что, какие нынче сплетни носит Лондон? Азирафаэль грозно посмотрел на него сверху вниз и хмуро развернулся, возвращаясь к прилавку. — Эй, ангел, ну чего ты, ха! — ноль реакции. Ясно. Придется искать другие способы, чтобы дожить до вечера и не превратиться в книгу самому. — Здравствуйте, подсяду, вы не против? — какая-то миловидная женщина средних лет, явно флиртуя, подошла к дремавшему Кроули, погладив его по плечу. «Фу». Раскрыв свои глаза, он лишь одарил ее красноречивым взглядом, который та сочла за согласие. — Вы здесь одни? Не похоже, что такой как вы любит подобные заведения. Кроули поерзал, пытаясь закрыться от настырной посетительницы, и перевернулся на другой бок, но легкая рука вновь хлопнула ему по плечу. Резко развернувшись, демон устремил взор на прилавок, с которого, хохотав, смотрел ангел. — О, вы со своим ангелочком? Никогда бы не подумала, что мистер Фелл может… — Кроули задумался над первой частью ее дурацкого монолога, пропуская остальную болтовню. Все время ее наискучнейшего монолога Кроули смотрел только на Азирафаэля, нахмурив брови. Неужели эта дамочка могла быть как-то связана с Шедвеллом? Иначе он не мог сам себе объяснить, почему она точно такого же мнения о… Нем и его друге. В самом деле: неужто дело в одних только взглядах, касаниях, этом чертовом прозвище? Неужто людям может хватить только этого, чтобы окрестить двух любовниками? — Да, я со своим ангелом. — наконец сказал демон, когда женщина закончила тараторить. — И, может, ему и нравится, когда с ним флиртуют другие девушки, но лично я не люблю, когда ко мне подсаживаются женщины, которым пора на пенсию. — съязвил он, опуская взгляд и скрещивая руки на груди. — Надеюсь, вас больше ничего не интересует. Вы можете идти. Женщина бросила ему что-то колкое — видимо, тоже попыталась обидеть — и поспешила уйти от него прочь. Кроули удовлетворенно ухмыльнулся и лениво махнул Азирафаэлю рукой. Оставшаяся часть рабочего дня, который магическим образом сократился на пару часов, прошла спокойно, если это слово вообще сопоставимо с Кроули. Наступил вечер, и вывеску магазина наконец перевернули, оставив буйный Лондон снаружи. Заварив пару кружечек какао на кухне за задней комнатой, ангел все же решился позвать Кроули, который, словно ребенок, уставший после тяжелого дня, буянил перед сном где-то в недрах книжного разнообразия. Щелкнув пальцами и переместившись к другу, Кроули, не глядя, утянул у того из рук свою — личную — кружку и сел за небольшой столик за свое — личное — место. — Да. Азирафаэль, стоявший спиной, осторожно развернулся, пытаясь не удариться головой о множество дверц шкафчика, что он открыл несколько минут назад. — Что такое, Кроули? — Да, мы выглядим, как любовники, в глазах любопытных людишек. — Оо, — смущенно, не до конца понимая, к чему клонит демон, бросил Азирафаэль, закрывая шкафы и подходя к столику. — А мы?.. Демон пожал плечами и отпил немного теплого напитка из кружки. Ангел сел напротив него, но вместо того, чтобы расслабиться и просто хоть немного отдохнуть после рабочего дня, он оглядывал непонимающе-испуганным взглядом комнату. — Если ты хочешь, чтобы мы были любовниками, то на здоровье. — добавил Кроули, когда заметил, что его ангел начал беспокоиться. Да, может, он и не до конца понимал, что будет значить — стать любовниками — но главное, чтобы Азирафаэль не выглядел таким потерянным. — Это… Неправильно, Кроули. — начал Азирафаэль, краснея до самых кончиков ушей. — Ведь… — Слушай. — прервал его демон, вынуждая обратить все свое существо на себя. Он наклонился над столом, все еще сжимая одной рукой кружку. — «Неправильно» было тогда, когда ты служил своему чертовому Гавриилу, а я Вельзу. Теперь для нас нет ничего неправильного. И такие отговорки на меня больше не действуют, уясни это. Азирафаэль поджал губы и рвано вздохнул. — А ты правда хочешь, чтобы мы… Были любовниками? — Азирафаэль взглянул на него исподлобья, как иногда смотрят на своих родителей провинившиеся дети. — Не вижу никакой причины отказываться, ангел. — проговорил демон и спрятал улыбку в ободке кружки. Неловкое молчание продлилось ровно до тех пор, пока Азирафаэлю не пришла в голову мысль вымыть посуду — и, заметьте, без магии. Встав и подойдя к маленькой раковине, больше чтобы отвлечься, нежели по делу, ангел открыл кран на полную, заглушая посторонние шумы. Воспользовавшись моментом, хитрый лис — этот Кроули — вскочил с места, и тихонько подошел к чужой спине, резко ставя руки по обе стороны от теплого тела перед собой и закрывая воду. Вздрогнув, ангел собирался перевернуться лицом к проказнику, но тот уже прижал ближе, не давая сделать ни шагу. — Кроули, прекрати, я не сказал тебе ничего, — протестовал букинист. — Так скажи, — он чуть нагнулся, сократив и так небольшую разницу в росте, и поцеловал того в шею, усиливая демоническую хватку на животе. — А если не хочу? — голос предательски задрожал, когда демон принялся покрывать шею ангела медленными, но жгучими поцелуями. Ему пришлось приложить нечеловеческие усилия, чтобы не запрокинуть голову назад. — Да ты что, правда что ли? — усмехнулся Кроули, целуя загривок. Его рука, боже, его чертова рука слишком резко и неожиданно скользнула вниз. Азирафаэль едва успел впиться пальцами в его запястье, не позволяя сделать намеренного. — Кроули! — жалобно воскликнул Азирафаэль, когда демон впридачу еще и прикусил кожу. — Кроули… — Все еще не хочешь сказать, ангел? — Да… — тихо, словно боясь своих слов, произносит ангел. Поцелуй. — Что «да»? — поцелуй. — Я… — ангел все же выкручивается из ослабевшей хватки и разворачивается лицом к демону. Куда делись его очки и отчего зрачки настолько расширились? — Я согласен стать любовниками. — Лишь только?.. — Кроули обвивает талию сзади, притягивая к себе. — И возлюбленными, Кроули, — Азирафаэль нежно кладет руки на чужие, отводя их в сторону и выходя из кольца, и, развернувшись, целует Кроули куда-то в нос.