В погоне за огнём

Национальный турнир прошел быстрее, чем ожидалось, и вскоре мы с командой уже готовились к следующему. Однако на этот раз было труднее предсказать исход: даже у меня в какой-то момент были сомнения насчет Луи. Однако в итоге результат был таким же. Возможно, он действительно был непобедимым «идеальным блейдером», как окрестили СМИ, или же он действительно работал в десять раз усерднее, чем любой другой блейдер. Я отказывался верить, что исход был предопределен: действительно ли существует такая вещь, как судьба? С другой стороны, наша встреча пять лет назад тоже была неожиданной: она заставила часть меня задуматься, не было ли ей суждено случиться с самого начала. Каким-то образом я поймал себя на мысли о событиях, которые привели к финалу. Это был первый год, когда Вальт Аой выступал в качестве блейдера, а также первый год, когда я начал видеть изменения, происходящие в Луи.   ————   —Что это такое? — спросил я у Луи однажды после школы. Он держал в руках открытый белый конверт, и глаза его были прикованы к словам, написанным на клочке бумаги внутри. Я воздержался от того, чтобы заглянуть ему через плечо, ожидая, что он скажет мне... или нет. —Ничего особенного, просто письмо от другого члена четвёрки: Зака. — ответил Луи с небрежным тоном. Он пожал плечами и засунул бумагу обратно в конверт. Письмо...? Зачем Заку посылать ему письмо... — Он хочет, чтобы я появился на его дурацкой вечеринке, — вдруг сказал он, словно мог читать мои мысли. Так вот почему... и все же, зачем Заку приглашать Луи...? —Почему, если я могу спросить? — Широсаги испустил тихий вздох в легком раздражении. Годы, проведенные вместе с ним, дали мне понять, что его раздражение направлено не на меня. По крайней мере, не в этот раз. —Чтобы его группа «фанатов» могла стоять и пялиться на меня, как это делают остальные идиоты на всех турнирах, наверное.— честно говоря, мне очень хотелось, чтобы Луи иногда не говорил таких вещей. —Когда эта вечеринка? —он молча посмотрел на меня, прежде чем озвучить ответ. —Эти выходные.— ответил он, а затем повернулся, чтобы уйти от школьного здания. Я быстро последовал за ним, наши шаги синхронизировались. Внезапно он прекратил свои движения и замер, повернувшись ко мне спиной. —Гоу.   —Да?   —Тебе не нужно идти со мной. В любом случае это, вероятно, будет пустой тратой времени, так что я не задержусь там надолго.   Я склонил голову в знак согласия, хотя он и не мог видеть, как я это делаю.   —Я понимаю.   ————   — Тебе действительно нужно было это говорить? — спросил я Луи, когда мы встретились в школе на следующей неделе. На придыдущих выходные я все равно пошёл на концерт Зака. Однако команда не присоединилась ко мне; Я приехал раньше Луи и стоял у сцены, на которой выступали Зак и его товарищи по команде. Внезапно диктор назвал имя Луи, его лицо появилось на гигантском рекламном щите на сцене. Судя по всему, он шел на корабле и стоял в передней части палубы со скрещенными руками и своим обычным уверенным выражением лица. В то время я также думал, что Луи разозлится на меня, как только узнает, что я пошёл на мероприятие, несмотря на то, что он сказал мне не делать этого, но я не мог позволить себе оставить его там одного. Иногда он мог быть действительно непредсказуемым... Кроме того, я должен был убедиться, что он не нарушит ни одно из правил клуба. Он по-прежнему был частью моей команды, что бы там ни думали другие, но Луи тоже не был исключением из этих правил. Небыло никакой возможности, чтобы ему позволили участвовать во внешних сражениях. Естественно, когда Луи прибыл, сотни возбужденных блейдеров захотели подобраться к нему поближе. Они завидовали и восхищались его мощью, его мастерством и тем фактом, что он выиграл четыре титула подряд; однако ни один из них не принял его личность. Это заставило меня задуматься, было ли это причиной того, что Луи ненавидел находиться рядом с этими людьми, или это было по другой причине. Одному особенно настойчивому парню удалось пробиться и вызвать Зака ​​на бой. Перед этим он споткнулся и чуть не упал на землю, но мне удалось вовремя его схватить. Этот юноша — Вальт Аой из Академии Бейгома сумел набрать очко против Зейтрона Зака. Все в нем казалось каким-то странным, совершенно непредсказуемым... даже побольше, чем в Луи. И это было примерно тогда, когда произошел инцидент. – Я ни перед кем не стесняюсь в словах. — ответил Луи, пока мы стояли в школьном коридоре, прежде чем, наконец, посмотреть на меня. — Даже перед тобой, Гоу. – Даже в этом случае ты не можешь сказать кому-то, кого ты не знаешь, что он ужасный блейдер. Я понимаю твой образ мыслей, но здесь все по-другому… –Если ты понимаешь, то перестань говорить об этом. — прервал он меня. –Я ни для кого не меняюсь. Разговор закончился, когда он повернулся, чтобы пройти в дверь класса, оставив меня позади. –Луи...   ————   В какой-то момент во время национального индивидуального турнира я встретил Луи после тренировки возле тренировочного центра, куда мы ходили каждую неделю. –Луи, я знаю, что ты больше всего ценишь свои одиночные тренировки, и ты сам сказал, что тебя не интересуют командные турниры.– Сказал я ему. Он не ответил, так как ждал, пока я закончу, поэтому я продолжил: –Я просто хотел узнать, почему на этот раз ты сражался в командном турнире? Он повернулся ко мне лицом, его фиолетовые глаза смотрели в мои. –Я хотел сразиться с Вальтом Аоем. — сказал он, прежде чем добавить: –Он напомнил мне тебя. –"Так вот оно что" – подумал я. Луи был не из тех, кто сражается с кем-то, когда ему этого хочется; возможно, он увидел в этом парне что-то такое, что возбудило его любопытство. Была ли моя очевидная «прямолинейность» и «искренний подход» к бейблейду, поводом? Возможно, тот парень обладал теми же качествами? В любом случае, это была битва, которую я тоже хотел увидеть. Немногие раскрывали эту сторону Луи — это заставило меня еще больше с нетерпением ждать их битвы.   ————   Примерно через неделю после окончания национального турнира я снова встретил Луи в его обычной тренировочной комнате. Он стоял перед канатной машиной, держась левой рукой за рукоядку, готовясь. Трудно было точно определить, когда все начало меняться, но что я знал точно, так это то, что все изменилось с тех пор, как Луи встретил Вальта Аоя. Я начал замечать такие мелочи, как то, что Луи разговаривал с другими, стал менее резким, то, как он присоединялся к команде в зале, чтобы посмотреть, как другие сражаются, и то, как он больше не заботился о том, чтобы им не восхищались или не подбадривали другие, включая нас. Иногда во время тренировок он даже сам подходил к команде, прося — нет, требуя, — чтобы мы сражались все вместе. Возможно, я тоже изменился. Это было возможно — я верил, что всегда буду в процессе. Я много думал в течение последнего года о том, как мое усердие подутихло и стало чем-то другим; как я начал игнорировать некоторые строгие правила, которые ввел в своей команде. Раньше я ходил проверить Луи из беспокойства и долга, и я говорил с ним о команде и других вещах, связанных с любыми предстоящими турнирами. Со временем это переросло в более нормальные типы разговоров, и, в конце концов, я рассказывал ему обо всем, о чем думал. Он говорил мне заткнуться всякий раз, когда я говорил на более личные темы, но всегда останавливался, чтобы выслушать меня. В каком-то смысле монотонность его повседневной рутины была нарушена. И это вселило в меня надежду: я хотел показать ему, что в жизни есть вещи поважнее, чем тренировки днем ​​и ночью. Я хотел брать его с собой в разные места, проводить с ним время и просто заниматься обычными делами вместе, как это делают большинство друзей. Я хотел, чтобы он перестал изолировать себя от других, от своей команды, а в крайности, от меня. Я не мог смириться с мыслью, что Луи проживет остаток своей жизни таким образом, как машина, которая никогда не испытает счастья, потому что он обречен стать сильнейшим. Итак, у меня был план.   ————   –Это уже пятый раз… — сказал Луи однажды, стоя перед канатной машиной, как обычно. Ручка только что вернулась в свое обычное положение, и он приготовился снова вытащить провод. Я видел, как он потянул ручку одним быстрым движением. На этот раз я стоял рядом с машиной, в нескольких метрах от Луи. — Значит, ты не счастлив? - Спросил я, зная, что он собирался сказать. Он повернулся ко мне с пристальным взглядом. –Мне это надоело. — Он бы победил тебя, если бы Вальтриек не споткнулся. Тишина. — Луи, ты хотел, чтобы он победил тебя? – Снова заговорил я. Он издал какой-то звук отвращения, прежде чем снова повернуться лицом к машине. Я ничего не сказал, наблюдая, как Луи дергает проволоку снова и снова, делая одну из немногих вещей, которые он умел делать. Через несколько долгих минут он снова заговорил: «Гоу». Мое лицо оставалось спокойным, когда его фиолетовые глаза смотрели в мои. –Что такое? Жужжание. Шелчёк. Повторение. –Я ненадолго вернусь в Штаты.–произнёс он. Тогда я ещё не понял, но позже догадался, что было что-то странное в том, как Луи произнес это предложение. Стараясь сохранить стоический нрав, я спросил его: –Когда ты уезжаешь? –В следующую пятницу. –Хорошо. – Я могу не вернуться. Тогда я совершил ошибку, позволив широко раскрытым глазам показать выражение шока на моем лице. Несмотря на то, что он не смотрел на меня, пока мы разговаривали, я знал, что Луи это видел; однако он ничего не сказал. –Я понимаю... – Я заставил себя ответить. Фальшивая улыбка совершенно не чувствовалась на моих губах. –Спасибо, что дал мне знать... – Это все, что ты хочешь сказать? Я уставился на него после того, как эти слова были сказаны, и моя фальшивая улыбка исчезла за доли секунду. Обычное сердитое выражение лица Луи вернулось, и он посмотрел на меня со свирепостью, которая, по общему признанию, больше меня не смущала. Была разница между моментами гнева Луи и подобными случаями, которые было труднее описать… Это необъяснимо, поскольку было сложно сказать, о чем он думал. – Что ты хочешь, чтобы я сказал? –Прошло несколько секунд, прежде чем Луи снова прекратил свои действия, задержавшись, чтобы еще раз взглянуть на меня. – Просто оставь меня. — резко прошептал он, поворачиваясь назад, чтобы снова схватиться за ручку. –Нет. — сказал я, заставив его остановиться на полпути. –Что ты сказал? — пришипел он, повернувшись ко мне лицом, когда его рука опустилась на бок. Его голос был низким; смертельно… но я видел насквозь. — Я не уйду. — повторил я, делая шаг вперед и бросив на него самый серьезный взгляд. — Ты хотел от меня реакции, не так ли? Без ответа. Я сделала еще шаг вперед и положила руку ему на плечо. — Вот почему ты рассказал мне. Или я ошибаюсь?– Опять же, Луи не ответил. — Я предполагаю, что ты до сих пор не сказал и остальным. Ты не обязан объяснять мне причину, — сказала я ему, прежде чем мягко улыбнуться.— Но я просто скажу: спасибо. Резкий гнев, казалось, рассеялся, и морщины между его бровями исчезли, пока он не посмотрел на меня с нейтральным, но серьезным выражением лица. — Есть ли проблема в том, что я тебе говорю? — в конце концов сказал Луи, заставив меня слегка усмехнуться. Я убрал руку с его плеча, прежде чем ответить: «Нет». Несколько мгновений мы стояли в тишине, канатный станок стоял рядом с нами, неиспользованный и на данный момент забытый. — Хорошо, что я не ушёл, — сказал я, нарушая молчание. Я улыбнулся ему и продолжил: –Я хотел тебя кое о чем спросить. Луи посмотрел на меня, словно спрашивая, что такое, прежде чем закатить глаза и снова потянуться к рукоятке. —Если хочешь поговорить о командных делах, сделай это завтра в школе… — Так то, я пришел не для того, чтобы говорить об этом.   Его рука замерла на ручке канатной машины, прежде чем он обернулся и посмотрел на меня. –И зачем? Тишина. Я вздохнул, прежде чем произнести следующее предложение. Был шанс, что он откажет, но я все равно решил попробовать. — Мне интересно, есть ли у тебя какие-нибудь планы на эти выходные. Луи моргнул один раз, затем дважды; до этого его глаза были полны удивления. Это выражение исчезло довольно скоро, а затем он вздохнул, прежде чем снова заговорил. — Ты знаешь мой ответ на это. — сказал он, прежде чем его внимание снова переключилось на машину перед ним. — Да, наверное, я знаю. — ответил я, когда он снова дернул за ручку. – Ты не обязан говорить «да», но было бы хорошо, если бы на этот раз мы могли сделать что-то другое, помимо тренировок. Кабель шлепнул по земле позади нас. Когда машина зажужжала, а ручка вернулась в исходное положение, Луи все ещё молчал. Наконец, он снова заговорил. –Как что? –Может ты расскажешь, что тебе нравится? Наступила еще одна пауза, когда Луи задумчиво уставился в землю, выглядя так, как будто он усиленно думал над вопросом. Я уже знал ответ на вопрос, но все равно решил спросить, так как я еще мог многое о нем узнать. Луи тоже иногда удивлял: это было одной из вещей, которые мне в нем нравились. Я подумал, что кому-то вроде него интересно иметь такой структурированный распорядок дня. Внезапно Луи снова поднял глаза, и его глаза снова встретились с моими. Под глубинами скрывалась еще одна странная смесь эмоций, которую я не сразу смог распознать. –Я позвоню тебе позже. Убирайся. Я рассмеялся, когда повернулся, чтобы выйти за дверь. ———— Неделя пролетела быстро, и вскоре наступили выходные. Я бы солгал, если бы сказал, что не нервничал из-за нашей встречи. Это также было стрессом, поскольку мы оба были заняты школьной работой и практикой бейблейда; часть меня хотела расстроиться из-за того, что Луи не сказал мне, что уходит до последней минуты… Но я не мог позволить этой стороне себя проявиться; как его друг и капитан команды, лучшее, что я мог сделать, это сохранять спокойствие и поддержку, насколько это возможно. В конце концов, ему нужно было сохранить всю свою энергию для чемпионата мира. Я сидел возле обычной остановки Луи, ожидая его. Вскоре подъехал автобус, и он выскочил, чуть не потерявшись среди большой толпы людей снаружи. Каким-то образом ему всегда удавалось добраться до меня. Я посмотрел вниз и увидел, как он дергает черную ткань моего обычного жилета, который я носил, и улыбнулся, приветствуя его как обычно. Со стороны Луи, вероятно, выглядел злым и неприступным, но выражение его глаз говорило мне, что он хоть немного рад меня видеть. — Ну что ж, пошли. — сказал я, и мы оба пошли через улицу. Остаток дня прошел в тумане. В конце концов, мы сделали гораздо больше, чем я думал, в городе, который мы оба знали так давно, в том месте, где мы впервые встретились. Как ни странно, мысль о практике вообще не приходила мне в голову в тот день. Это заставило меня задуматься, было ли то же самое с Луи. Что бы он сделал, если бы его распорядок дня сломался? Разве это имело значение, ведь он все равно собирался скоро уйти?... — Почему ты отвлекаешься? - Внезапно мои мысли прервал голос Луи. Я посмотрел на него сверху вниз: солнце начало садиться, и сотни городских огней освещали сгущающуюся вокруг нас тьму. Свет отражался в глубине его глаз, когда он пристально смотрел на меня; это заставило мое дыхание остановиться в задней части горла и наполнило меня неописуемым чувством. — Извини, — сказал я ему, и он, кажется, понял. Прошло несколько мгновений молчания, прежде чем Луи снова заговорил. – Есть еще одна вещь, которую я хочу сделать, прежде чем уехать,– сказал он, потянувшись за чем-то в карман. Он вытащил знакомый бело-голубой бей и выставил его передо мной; драконьи глаза Лонгина, казалось, ярко светились, как огни города поблизости.— Сразись со мной еще раз, Гоу. Несмотря на шум города и болтающих вокруг нас людей, его голос был таким же чистым и резким, как всегда. Огонь внутри него все еще был там; это напомнило мне о том времени, когда он вызвал меня на битву много лет назад. Было горько осознавать, что этот момент скоро закончится. И все же я не мог — и не хотел — позволить ему увидеть, что я чувствую. Во всяком случае, еще нет. – Хорошо...   ————   В мгновение ока наступила и следующая неделя. В течение недели класс попрощался с Луи. Как обычно, он мало говорил в их присутствии, но я заметил, что он казался менее взволнованным рядом с ними. Команда также организовала для него вечеринку-сюрприз — необычный подвиг, поскольку мы все годами придерживались одной и той же рутины. В конце концов, все действительно изменилось. И эта пятница, возможно, безжалостно — также наступила почти мгновенно, и я обнаружил, что стою в терминале аэропорта с остальными моими товарищами по команде, а он стоял перед нами, готовый войти в очередь на проверку. В то время я вообще не мог понять, о чем он думает, даже тогда, когда я смотрел ему в глаза. Да, наверное, мне еще многое предстояло узнать о нем. Мы смотрели друг на друга, казалось, долго, его глаза не мигали, его фигура не двигалась. Никто из нас не осмеливался заговорить весь этот момент, пока Луи наконец не открыл рот: –Я буду на связи. Он смотрел на меня — каким-то образом, только на меня — прежде чем повернуться, чтобы сосредоточить взгляд на остальной команде. Не говоря ни слова, он отошел в сторону растущей очереди, болтовня других людей вокруг нас была похожа на белый шум. Остальная команда помахала ему на прощание, когда он вышел вперед, и даже после того, как он прошел через ворота, мы стояли на одном и том же месте в течение нескольких долгих минут. –Давай пошли. — сказал Шинки, и мы все развернулись, чтобы уйти, пока очередь не скрылась из виду. — Я буду смотреть следующий матч, Луи. — подумал я, когда мы вышли из здания аэропорта. Глядя на звездное небо, я позволила легкой улыбке появиться на моих губах. «Пока этот день не наступит, я буду ждать»...