мы пойдем, под солнцем, под дождем

Темная, нетипично тихая для лета ночь. Прохладный ветерок, заметный только по мирно качающимся верхушкам деревьев, и лунный свет, освещающий темные улочки с редко стоящими фонарями. Обычно, в такое время, жаждущие приключений подростки выбираются из своих квартир в поисках веселья. Кто-то выходит полюбоваться на ночной город, включая любимую музыку, а кто-то предпочитает сидеть дома за чтением книг или же просмотром сериалов. Маленькая, но по своему уютная, оформленная в темных тонах кухня. В квартире темно, лишь узкая полоса света, пробивающаяся сквозь тонкую тюль, давала хоть какое-то освещение. Далёкий гул, редко проезжающих машин, и закипающий на плите чайник создавали фоновый шум, что на удивление совсем не мешал, а наоборот, придавал атмосферу комфорта и тепла. Где-то на стене монотонно тикают часы, напоминая, что время не стоит на месте. Рано или поздно, этот момент станет одним из тысячи приятных воспоминаний, вызывающий улыбку на лице, и желание прожить его вновь. Вот только повторить всё в точности уже не получится. С характерным звуком на миниатюрный стол возле окна ставят две кружки, почти одинаковых, но отдаленно разных, чем-то напоминающих своих владельцев. В одной, заварен крепкий кофе, а в другой, приятный на цвет, вкус и запах - малиновый чай. Двое парней совсем недавно проснулись, и в их оправдание можно сказать одно, лето — это сбитый режим и куча приятных воспоминаний, стоящих ссадин на теле или простуды после часовых прогулок под дождем. Ллойд сидел на диване, недостаточно мягком, как ему хотелось бы, но он не жалуется. В некоторых местах были еле заметные пятна, где-то обивка была порвана, и всё же, именно это придавало чувство уюта и тепла. Волосы были растрёпанны и торчали в разные стороны, веки слипались сами по себе, а заспанное лицо говорило о том, что ещё пара часиков сна не помешало бы. Сидя под двумя одеялами, его все ещё трясло, тело било ознобом, покрываясь мелким мурашками. Кожа была бледной, а щеки горели. Кай вынимает чайный пакетик из кружки и подойдя к столешнице с тихим скрипом открывает темную, поцарапанную дверцу, за которой стоит мусорное ведро. Не глядя, попадает точно в цель и возвращается к столу. Садясь рядом с блондином, нарушает столь приятную для обоих тишину. — Выпей, должно помочь сбить температуру. — Проводя по краям чашки пальцем, парень не решается поднять взгляд, ведь от части, в болезни его парня виноват именно он. Именно он был инициатором ночной прогулки под проливным дождем. Ллойд улыбается, искренне, по детски. Осипшим голосом отвечает: — Все нормально, мне не так уж и плохо. — И заходится в приступе кашля. Как бы ему хотелось показать, что все не так плохо, но организм предательски сдаёт его вновь и вновь. Сейчас он похож на маленького, упрямого ребенка, но кареглазый не может винить его в этом, в какой-то степени, ему это даже нравится. Видеть своего возлюбленного в таком состоянии, честно сказать, было в новинку. Шатен, в конце концов отрывает взгляд от постепенно остывающего напитка, и направляет его на Ллойда. Рука сама по себе тянется к блондинистым волосам, с целью растрепать их ещё сильнее. Сейчас хотелось выразить всю свою любовь к этому человеку, передать ее в одном касании, лишь бы ему стало лучше, может даже забрать его болезнь себе. Жаль это невозможно. Взгляд зелёных, словно чистый изумруд глаз, направлен прямо на него. — Пожалуйста? — Склонив голову в бок, тихо, с невообразимой нежностью, просит Кай. Словно от одного его слова мир может разбиться на мелкие осколки, забирая с собой столь ценный для него момент. Не найдя в себе больше сил для протеста, зеленоглазый вздыхает и подносит к губам кружку, с ещё горячим чаем. Делая пару глотков, горлу становится чуточку легче, а руки постепенно согреваются, забирая тепло исходящее от сосуда. Прикрывает глаза и все ещё улыбается, погружаясь в до одури приятные воспоминания. Благодаря напористости и серьезности Кайя, в сопоставление с не желающем ему отказывать парнем, тот день оказался самым лучшим за последние полгода. *** Тусклый, пробивающийся сквозь дождевые капли свет от уличного фонаря, и двое парней лежавших на ещё теплом, после знойного дня, асфальте. Падающие на лицо капли, разговоры ни о чем, тихий смех и пустынные улицы. Дождь ненадолго затихает, как и подростки. В голове пусто, а мысли чисты, но лишь одна предательски вырывается из уст Ллойда: — Ты мне нравишься. Глаза Кая расширяются, и он поворачивает голову в сторону блондина. Осознав смысл произнесённых в слух слов, Ллойд краснеет, прикрывает лицо руками в попытке спрятаться от взгляда удивлённых карих глаз. Собравшись с мыслями, шатен поднимается с мокрого асфальта, подходя и присаживаясь на корточки рядом с парнем, аккуратно отводит его руки в стороны. Первое, что видит младший, это широкую улыбку, румянец на щеках, и искрящиеся счастьем глаза. — Ты мне тоже... — Почти прокричав на всю улицу, но вовремя снизив тон, парень продолжил: — ...нравишься. — И не понятно, слезы падают на лицо Ллойда, или же дождь снова набирает обороты. Дрожащими от волнения руками, он тянется к лицу напротив, прикасаясь к горящей, словно огонь, коже. Большим пальцем смахивает слезинки, и обворожительно улыбается, как вдруг Кай поддается вперёд и сжимает его в своих объятиях. Вернулись домой они только утром, когда первые лучи солнца стали пробиваться сквозь густую крону деревьев, освещая постепенно оживляющиеся улочки. *** Кай уже несколько минут пытается достучаться до своего парня, волнуясь за его состояние. — Ллойд? Все нормально? — Наконец, он добивается внимания в свою сторону. Младший, наконец, открывает глаза. — А? А, да... просто задумался. — Ему так повезло, что та мысль непроизвольно вырвалась, а то, один Бог знает, начали бы они встречаться или нет. — Знаешь... — Заметив, с каким забавным выражением лица на него смотрит старший, он, не сдержавшись, хихикнул. Прикрыв рот ладонью, произнёс: — Я, все же, ни о чем не жалею, даже рад, что все так сложилось. Но заболеть летом, это тот ещё отстой. — Я... — Кай хочет извиниться, но Ллойд заблаговременно перебивает его. — Ты не виноват в этом. Лучше помоги согреться, мне холодно. — Улыбнувшись, блондин всем корпусом разворачивается к кареглазому и расставляет руки в разные стороны. Каю не надо повторять дважды, пододвигаясь ближе, он притягивает дрожащее тело к себе. Гладит по голове, пропуская золотистые локоны меж пальцев, будто освещенные дневным солнцем колосья ржи. Целует в щеки, в нос, в лоб, стараясь выразить все свои чувства к этому маленькому солнышку, пока парень напротив наигранно пытается отбиться от его нападок, из-за лёгкой щекотки. Через какое-то время, Ллойд засыпает в согревающих, полных любви объятиях, тихонько сопя. Кай какое-то время остаётся неподвижным, следя за тем, как первые солнечные зайчики начинают играть в догонялки на их кухне. После чего поднимает блондина на руки, и направляется в комнату.