wtf felix?

      Почему помесячная оплата квартиры стоит так дёшево, Чанбин начал догадываться примерно на вторые сутки, когда вновь услышал эти звуки из квартиры этажом выше. Его соседка, лица которой он никогда не видел, издавала абсолютно порнушные стоны, вставляя между ними идиотские фразочки, словно бы украденные из третьесортного хентая с тентаклями.       Чанбин закрыл глаза и попытался уснуть. Шумоизоляция была отвратительная: ему казалось, что источник шума находится прямо у него в квартире.       — Просто пиздец, — Чанбин вздохнул, поворачиваясь на другой бок, и пошарил рукой по полу, отыскивая наушники.       — Сильнее! Ах! — его соседка, кажется, не знала продыху сама и не давала его ни своему партнёру (в наличии которого Чанбин сомневался, потому что ответных стонов слышно не было), ни самому Чанбину.       Это было похоже на сюжет идиотской комедии, вот только Чанбину было не до смеха. Она действовала словно по расписанию: каждый вечер, без перерывов и выходных, издавала эти ужасные звуки, мучая слух Чанбина и не давая ему даже шанса на восстановление режима. Однажды он подумал о том, что нужно подняться наверх и положить конец этой вакханалии, но смутился, как только представил себе этот разговор. Да и что он скажет? Он ведь не может запретить человеку заниматься сексом, даже если звуковое сопровождение у этого действа не даёт ему спать.       Всё, что ему оставалось — это заглушить шум очередным подкастом и надеяться, что в какой-то момент у него или будет достаточно денег для того, чтобы съехать в другую квартиру, или наберётся достаточно мужества для того, чтобы пойти и всё же разобраться со своей соседкой. Или, что было далеко не самым плохим вариантом, её либидо упадёт до отметки, близкой к нулю, и она перестанет издавать эти звуки.       Чанбин чувствовал себя хуже некуда, сидя в университетской столовой и пытаясь взбодриться с помощью кофе. Он вновь посмотрел на листы с заданиями и тяжело вздохнул, осознавая, что времени осталось не так уж и много.       — Йоу, бро, — Джисон опустился на стул рядом. Выглядел он как начищенная монета, сияющий и довольный жизнью, и Чанбин поморщился от этого зрелища.       — Привет.       — Выглядишь… — глаза Джисона округлились, когда ладонь Чанбина закрыла ему рот, не давая договорить.       — Ни слова. Ни единого, блять, слова, Джисон, о том, как я выгляжу. Ты меня понял?       Джисон кивнул. Чанбин убрал руку, возвращаясь к просмотру заданий и пытаясь составить план работы. Он не хотел оставаться с хвостами в этом семестре, поэтому изо всех сил старался успеть сдать всё в срок. Чанбин поморщился, когда подсчитал количество баллов по одному из предметов. Для его закрытия ему не хватало совсем немного, но его вёл ужасный преподаватель. Чанбин терпеть не мог этого старика, который любил уходить в себя, делясь со студентами воспоминаниями из своей молодости, уделяя самой лекции невероятно маленькое количество времени, что, однако, не мешало ему задавать кучу домашней работы. Контактировать с ним — ужасно, но испортить себе каникулы — ещё хуже.       — Не знаешь, где господин Пак? — Чанбин посмотрел на Джисона, только сейчас замечая, что его друг, не обременённый таким понятием как совесть, украл его кофе и теперь с удовольствием пытался высосать остатки из стаканчика.       Джисон хитро улыбнулся, отрываясь от напитка.       — Знаю. В своём кабинете. С твоим милашкой.       — Феликс — не мой, — Чанбин встал, собирая вещи в рюкзак. — Спасибо и счастливо оставаться. Передавай привет Минхо.       Коридоры университета пустовали. Занятия уже закончились и все разошлись по домам. Чанбин же входил в группу несчастных, которые из-за собственной лени метались между преподавателями, выбивая себе дополнительные оценки для закрытия семестра. Он знал, что сам виноват в том, что лишил себя кучи свободного времени, но легче от этого не становилось. Чанбин остановился перед одним из кабинетов, разглядывая позолоченные цифры на двери, и мысленно готовил себя к долгой и нудной лекции об ответственности от господина Пака. Хотел ли он это слушать? Нет. Был ли у него выбор? Вряд ли.       — Добрый день, — Чанбин заглянул в пустующую аудиторию, сразу же замечая светлую макушку Феликса.       Он улыбнулся, когда младший поднял голову и посмотрел на него. Феликс помахал ему рукой, улыбаясь в ответ, и Чанбин даже не собирался винить себя за то, что его настроение улучшилось только от этого. Феликс был лучом солнца в мрачном мире его университетской жизни, и Чанбин наслаждался каждый раз, когда его свет попадал на него. Они познакомились в начале года, когда Феликс перевёлся в их группу, и если раньше у Чанбина были сомнения в собственной сексуальной ориентации, то появление младшего поставило на них жирный крест. Не было никого, кто привлекал бы Чанбина больше, чем он.       — Проходите, молодой человек, — господин Пак похлопал по столу. — Полагаю, вы пришли за дополнительными заданиями, как и все остальные студенты до вас.       Чанбин едва сдержал порыв скривиться от этого надменного тона. Боже, его предмет даже не самый важный, но, видимо, теперь этот старик чувствует некую власть над ними. Однако они сами вложили это оружие в его руки, пропуская лекции и срывая дедлайны по сдаче заданий. Теперь им придётся заплатить за собственную глупость. Чанбин прошёл в помещение, закрыв за собой дверь, и приблизился к преподавательскому столу, готовый унижаться и умолять. Честное слово, он не проведёт эти каникулы за конспектами. Не в этот раз.       — Я хотел бы у вас узнать, можно ли мне получить дополнительное задание для того, чтобы набрать необходимое количество баллов по вашему предмету. Понимаете, все остальные я уже закрыл и остались только вы… — это была бессовестная ложь, но Чанбину было не стыдно. — Знаю, что у меня достаточно много пропусков, но не могли бы вы пойти мне навстречу? Только в этот раз.       Господин Пак хмыкнул, смотря на Чанбина поверх очков. Он явно понимал, что теперь он хозяин положения. Теперь те, кто игнорировал его раньше, приходили выпрашивать задания. И Чанбин с одной стороны понимал, что, возможно, он бы и сам сгорал от злорадства, окажись он на месте господина Пака, но с другой стороны, его это раздражало.       — Что ж, если уж вам это так важно, то вы можете объединиться с мистером… — мужчина посмотрел на Феликса и тот с готовностью ответил:       — Ли. Ли Ёнбок, профессор.       — С мистером Ли. Я дам вам парное задание, срок сдачи — через две недели. Устроит вас такое?       Возможно, господин Пак не так уж и плох.       Чанбин кивнул, соглашаясь, и забрал листы с заданием, тут же складывая их в рюкзак. Феликс радостно вскочил со своего места и едва не побежал к выходу из аудитории, утягивая Чанбина за собой.       — Боже, я думал, что никогда оттуда не выйду. Хорошо, что ты пришёл. Мне казалось, он меня вообще никогда не отпустит, — пробормотал Феликс, пока они шли по коридору на выход из университета. — И я так хочу есть. Давай сходим в кафе? Как раз задание обсудим.       Чанбин посмотрел на руку младшего, которая всё ещё сжимала его ладонь, и кивнул. У них были странные отношения. С тех пор как они познакомились всё их общение проходило в формате безудержного флирта. Феликс трогал его и делал комплименты, и Чанбин не отставал, постоянно выдавая очередной глупый подкат, заставляя Феликса смеяться до слёз. У них даже был поцелуй, но Чанбин сомневался, правда ли это произошло или это просто шутка его подсознания, которое выдавало желаемое за действительное. Он был смертельно пьян в тот день и всё, что осталось в его памяти — мягкое прикосновение чужих губ к его и горячий шёпот «хён, ты такой горячий» прямо на ухо. Он не стал ничего спрашивать у Феликса, потому что не был уверен, что это вообще происходило в реальности, а ставить себя в неловкое положение такими вопросами не хотел. Младший тоже молчал.       Флирт, глупые подкаты и смутное воспоминание — всё, что было между ними, и они не двигались дальше, хотя их далеко не дружеский интерес друг к другу был очевиден всем. Друзья Чанбина шутили над ним и постоянно давали Феликсу какие-то глупые прозвища, обязательно связанные с самим Со, как, например, «твой милашка» от Джисона сегодня. Чанбин был уверен, что Феликс в курсе всего этого. Потому что сам он уж точно был осведомлён о том, что друзья младшего делают абсолютно точно так же, словно у них у всех один мозг. Однажды Минхо рассказал, что их репетиция была почти сорвана, потому что Хёнджин потратил кучу времени на то, чтобы засмущать Феликса своими размышлениями о размере члена Чанбина. Если честно, Чанбину было интересно, к чему они всё же пришли, но узнавать он не стал.       — Что ты будешь? — Со посмотрел на табло с меню и перевёл взгляд на Феликса.       — Ого, ты меня угостишь?       — Да. Так что ты будешь?       — Я могу считать это свиданием? — Феликс обхватил руку Чанбина, прижимаясь к нему, и игриво провёл пальцем по груди старшего, но почти сразу же отстранился. — Шутка.       — Если тебя устроит, что оно пройдёт в Макдональдсе, то да. Можешь считать это свиданием, — Чанбин едва сдерживал смех, глядя на то, как стремительно щёки парня рядом окрашиваются в розовый. — Но я думал пригласить тебя в более презентабельное место.       — В какое? Бургер Кинг? — Феликс хихикнул, но пылающие уши и щёки выдавали, насколько он смущён.       — Может быть. А может быть и нет. Может я хотел пригласить тебя на ужин при свечах, — Чанбин взял Феликса за руку, поглаживая его ладонь, и усмехнулся. — Итак, что же ты всё же хочешь съесть?       Феликс улыбнулся, придвигаясь ближе, и наконец озвучил свой заказ.       Они устроились за столиком в самом углу. Чанбин достал листы с заданием, зачитывая его младшему. Феликс взял на себя часть с поиском информации, доверив написание самой работы Чанбину. Такой расклад более чем устраивал последнего — лить воду в своих работах было навыком, который он получил ещё на первом курсе, и он был очень полезным. Такие преподаватели как господин Пак обожали подобное, словно нагромождение слов и повторение одних и тех же фактов были реальными показателями того, что студент постарался, выполняя задание.       — Хён, — Феликс покрутил в руках пластиковую трубочку от своего напитка. — А если бы я… Ну, знаешь, если бы всё это было по правде, а не просто шутки… Ты бы согласился на свидание со мной?       Чанбин завис, разглядывая младшего и пытаясь понять, что тот имеет в виду. Румянец, сошедший за то время, пока они обсуждали задание, появился вновь, выдавая Феликса с головой. Он был смущён и нервничал, и Чанбин, если честно, не понимал, в чём дело. Это никогда не было шуткой, с его стороны так уж точно. Он и правда хотел бы пойти с ним на свидание и ему следовало отбросить свои сомнения очень давно и пригласить младшего куда-нибудь.       Чанбин пересел на стул рядом с Феликсом и спросил:       — Что ты имеешь в виду? Я не шутил.       — Хён, это серьёзный вопрос.       — Ёнбок-и, я не шучу. Я правда хочу пойти с тобой на свидание. Разве это не очевидно?       — Что не очевидно? — Феликс повернулся к нему, и Чанбин мягко улыбнулся, собирая всё своё мужество в кулак.       — Что ты мне нравишься.       — Но этого не может быть, — младший покачал головой. — Ты же натурал.       Чанбину показалось, что его мозг сейчас взорвётся. Они флиртовали, держались за руки, возможно, поцеловались, и всё это время Феликс думал, что он натурал? Это просто смешно. Чанбин знал, какое производит впечатление с первого взгляда и ему не раз об этом говорили, но Феликс знал его давно. Неужели он и правда предполагал, что вовсе не нравится Чанбину и всё это — лишь шутки? И младший никогда не скрывал свою ориентацию, так что даже если бы Чанбина и правда привлекали только девушки, так откровенно заигрывать с кем-то, кому ты, очевидно, симпатичен, не имея на этого человека никаких планов — просто подло. А Чанбин не был подлым человеком. Это было даже обидно, что Феликс правда думал о нём как о ком-то, кто может шутить над чужими чувствами.       — Ёнбок-и, — Чанбин взял Феликса за руку. — Во-первых, мне немного грустно от того, что ты думал о том, что я шучу. Во-вторых, мне действительно нравятся девушки. Но и парни мне тоже нравятся. Точнее, один конкретный. Ты. И я хочу сходить с тобой на свидание. Хочу тебя поцеловать. В конце концов, хочу начать с тобой встречаться. Надо было сказать тебе раньше. И кстати, если ты думал, что всё это шутка, зачем поддерживал? Я ведь знаю, что тоже тебе нравлюсь.       — С чего ты взял? — Феликс фыркнул, но руку не убрал, наоборот, сцепил их пальцы в замок, крепко сжимая. Румянец на его щеках стал ярче.       — Так значит, я ошибся. Получается, что это ты со мной играл. Боже, какая драма. Как ты мог так со мной поступить, Ёнбок-и?       Феликс засмеялся, утыкаясь лбом ему в плечо, и проворчал:       — Я не играл. Ты мне тоже нравишься. И если мы всё выяснили, то… пригласи меня уже на свидание.       — Обязательно. Кстати, к какому выводу пришёл Хёнджин, когда вы обсуждали мой член? Мне очень интересно.       Лицо Феликса можно было использоваться как сигнал светофора — настолько оно покраснело, и он прохрипел:       — Господи, я убью Минхо. //       Чанбин посмотрел в зеркало, поправляя волосы, и улыбнулся своему отражению. Его настроение с самого утра было прекрасным. Впервые за долгое время из квартиры сверху не доносилось ни звука, он смог выспаться, а самое главное — у него сегодня свидание.       Они были и до этого, Феликс потащил его на прогулку в первый же день, да и почти каждая их встреча для выполнения заданий заканчивалась походом куда-либо, но сегодня всё было немного иначе. Сегодня они собирались отправиться в океанариум, а затем их ждала первая совместная ночёвка. У Чанбина от предвкушения внутри всё сладко ныло, а сердце стучало как сумасшедшее от мыслей об этом. Сам он не строил каких-то особенных планов, но Феликс, приглашая его, явно намекал на что-то большее, чем просто поцелуи. Так что Чанбин предпочёл подготовиться. Теперь история его браузера была полна ссылок на сайты, где рассказывали всё о сексе между двумя парнями, а Джисон, спаливший его за покупкой смазки и презервативов в интернет-магазине, не затыкался целую вечность, и едва не начал давать советы. Чанбин был благодарен, что друг хотя бы не решил использовать их сексуальную жизнь с Минхо в качестве примера.       Телефон завибрировал в кармане, оповещая о входящем сообщении, и Чанбин проверил чаты. Феликс уже был на месте. Чанбин улыбнулся, рассматривая милое селфи, которое шло в комплекте к сообщению, и пролистал диалог выше, отыскивая необходимый адрес.       Он заблокировал телефон спустя секунду, так и не найдя необходимой информации, потому что совершенно забыл, что Феликс был любителем присылать ему не только милые фото, но ещё и нечто, что заставляло Чанбина с опаской открывать диалог, когда он находился в общественных местах. Иногда это были почти нюдсы, а иногда — фото в одежде, но при этом выглядел Феликс так, что у Чанбина руки чесались эту одежду с него снять. Они не заходили дальше поцелуев (очень горячих поцелуев, которые наверняка переросли во что-то большее, если бы они были дома у одного из них), но это не мешало Феликсу периодически выдавать фразы, вгоняющие Чанбина в краску и отправлять ему разное. Но это не было односторонним движением, потому что Со и сам отправлял фото из зала и, иногда, когда у него было очень игривое настроение, из душа или сразу после него. Такие вещи только повышали градус ожидания и усиливали желание оказаться где-нибудь, где им никто не помешает.       Так что, да, Чанбин пролистнул диалог вниз, решив посмотреть адрес в интернете. Ему не хватало только неуместного стояка за несколько минут до выхода.       Всё не могло быть прекрасным от начала и до конца. Чанбин даже не удивился, когда попал в пробку. Ему только было немного стыдно за то, что он заставляет Феликса ждать, и он извинился несколько раз, вновь и вновь получая в ответ «всё в порядке, хён». Феликс развлекал его мемами и рассказывал про людей, которых видел, и Чанбин прятал улыбку в воротнике куртки, стараясь не смеяться слишком сильно. Он добрался до места только спустя полчаса и в голове промелькнула мысль о том, что Феликс уже ушёл, устав его ждать. Но его опасения оказались напрасными, потому что младший был на месте. Сидел на диванчике, недалеко от входа и смотрел в свой телефон, совершенно не обращая внимания на мир вокруг. У Чанбина заныло сердце от того, как же хорошо Феликс выглядит и от осознания, что он нравится такому человеку.       Он не считал себя уродом или плохим парнем, но Феликс был красивым, смешным, умным, добрым и безумно горячим. Он часто делал первые шаги навстречу, без слов понимая сомнения Чанбина, и всегда внимательно относился к потребностям и желаниям старшего. Феликс с радостью приходил к ним на студию и всегда был готов выслушать тревоги Чанбина по поводу его музыки, он поддерживал его и заботился. И даже когда они ссорились, что, к счастью, случалось не слишком часто, Феликс следил за тем, что он говорит, зная, что Чанбин, не смотря на свой порой грозный вид, очень чувствителен ко всему. И иногда сам Чанбин задумывался, чем же он заслужил такое отношение, и не мог не переживать, что даёт Феликсу слишком мало взамен, хотя младший раз за разом повторял ему, что это не так.       — Привет, — Чанбин сел рядом. Феликс вздрогнул, отрывая взгляд от телефона, и тут же расплылся в улыбке.       — Привет.       Он взял Чанбина за руку, ласково поглаживая его ладонь. Они сидели так некоторое время, просто глядя друг на друга, словно влюблённые дураки. Хотя, если задуматься, они ими и были. Каждая встреча была как первая, и Чанбин хотел сохранить это чувство в себе навсегда. Он рассматривал россыпь веснушек на лице Феликса, тёмные глаза и ресницы, пытаясь запомнить каждую мелкую деталь, но его взгляд неизменно возвращался к губам младшего. Он и правда безумно влюблён.       — Очень хочу тебя поцеловать, — Чанбин прошептал это, и Феликс смущённо улыбнулся, оглядываясь по сторонам.       В это время дня зал океанариума был почти пустой: мамочки с детьми, пожилые парочки и несколько подростков, явно прогуливающих учёбу. Все они были заняты своими делами, не обращая на них никакого внимания, и Чанбин решил не отказывать себе в удовольствии. Он придвинулся ближе к Феликсу, оставляя на его губах короткий поцелуй, и тут же отстранился, чувствуя, как кончики ушей начинают гореть.       Это был странный контраст в их отношениях. Жадные, нетерпеливые поцелуи и объятья чуть ли не за гранью приличного, и удивительная нежность, с которой они порой касались друг друга. У Чанбина кружилась голова от Феликса, отправляющего ему фото или говорящего невероятно горячие вещи, и вместе с этим его сердце сжималось от всепоглощающего чувства обожания и нежности при виде румянца на щеках младшего, который появлялся, стоило лишь Чанбину сказать очередной комплимент в его адрес или подарить ласковое прикосновение.       — Я уже купил билеты. Пойдём, — Феликс встал с диванчика и кивнул в сторону входа. Кончики его ушей всё ещё пылали.       Чанбин не помнил, когда последний раз был в океанариуме. Кажется, в далёком детстве, вместе с родителями, и воспоминания об этом почти стёрлись из его памяти. Но сейчас он держал ладонь Феликса в своей, чувствуя чужое тепло, и ему хотелось остаться в этом моменте как можно дольше. Оторванные от всего остального мира, они медленно бродили по коридорам, наслаждаясь обществом друг друга.       Феликс был в восторге. Он останавливался почти у каждой таблички, внимательно читая информацию и иногда что-то гуглил. Сам Чанбин не был фанатом морских обитателей и его не сильно интересовало, к какому виду относится та или иная рыбка, но он испытывал чувство радости только от того, что Феликсу здесь нравилось, и ему хотелось сохранить навсегда эти моменты в памяти.       — Хочу сделать фото, — Феликс достал телефон, открывая камеру, и Чанбин протянул руку, собираясь ему помочь. Младший на это только улыбнулся и добавил: — С тобой.       — Поставишь его в рамочку? — Чанбин обнял Феликса за талию, прижимая его к себе.       — Обязательно. И на заставку телефона поставлю, — Феликс хихикнул, поворачивая голову, касаясь губами щеки старшего, одновременно с этим делая снимок.       Когда они вышли из здания океанариума, Чанбин мог с уверенностью сказать, что это — один из лучших дней за последнее время. Он провёл время с человеком, который ему нравится, ему было весело и их встреча на этом не заканчивалась, как это бывало обычно. Они направлялись в сторону остановки и Чанбин неожиданно осознал, что никогда раньше не интересовался, где живёт младший. Их встречи всегда проходили на нейтральных территориях и они не провожали друг друга до дома, потому что обычно у одного из них, а иногда и у обоих, были другие дела после свидания. Так что повода узнавать адрес не было. Им было достаточно того, что они сообщали друг другу, что успешно добрались до дома. Чанбину показалось это забавным и немного странным, что, общаясь так долго, они так и не узнали такой банальной информации, но сейчас это было уже и не важно. Вскоре он окажется в гостях у младшего, а потом, он уже решил, позовёт его к себе на выходные. Только приберётся для начала.       Поездка на автобусе оказалась недолгой, и Чанбин с удивлением понял, что они живут в одном районе. Феликс вёл его по улочкам, приближаясь к дому старшего, и Чанбин пошутил:       — Мы точно идём к тебе, а не ко мне?       — В смысле?       Чанбин кивнул на свой дом и улыбнулся.       — Я живу здесь. Четвёртый этаж. Вон моё окно.       — Серьёзно? — Феликс засмеялся. — Хён, да мы соседи. Странно, что никогда не встречались. Моя квартира прямо над твоей. Серьёзно, как мы могли никогда не видеть друг друга? Может потому что у нас расписания не совпадают?       Феликс продолжал размышлять, но Чанбин его уже не слышал. Младший был его соседом. Его соседом сверху. Феликс жил в квартире, откуда постоянно исходили эти ужасные звуки, которые лишали его сна. И насколько Чанбин помнил, Феликс жил один, а это значит…       — Так это ты!       — Что «я»? — Феликс посмотрел на Чанбина, явно не понимая, в чём дело.       — Это ты каждую ночь стонешь как девчонка из хентая! Какого чёрта, Феликс?