Сияние луны

Дазай притянул Чую на крышу. С нее открывался вид на весь город, а также на его тень — преступный мир. Опасность и тревога тянулись вихрем между многоэтажек, но для них эти чувства давно укрыты толстым шаром внутри себя. Прошёл год с того дня, как бывшие напарники были в одной организации, с того момента, когда для каждого произошло, то что дало трещину. Лишь поэтому Чуя смотрел, как лунный свет падает на каштановые волосы, которые развиваются на ветру. «Мысли материальны» — промелькнуло в голове у Чуи. — Мысли материальны, да, Чуя? — Нет, — цокнув произнёс Чуя. Дазай прошёл мимо него него и сел на самый край крыши, при этом свесив ноги. Чуя же остался стоять на месте убрав руки в карманы. Дазай был загипнотизирован полнолунием. — Ближе к делу, страдалец, — поджигая сигарету, сказал Чуя. — А, точно, по правде говоря, я просто хотел вместе с тобой поглядеть на луну с крыши, ничего большего, ничего меньшего. Не воспринимай это близко к своему доверявшему сердцу. — Да ты прям романтик, — принялся хлопать Чуя. Дазай откинул голову назад и посмотрел с наигранным озорным взглядом на Чую и произнёс: — Ложь. Ну, кроме доверявшего сердца. Ты и сам знаешь. Итак, мы сработаемся, напарник? — Я думаю, мы можем быть хорошими партнерами. — Давай как в старые мирные времена, — Дазай резко развернулся всем корпусом к Чуе и протянул ладонь для рукопожатия. — Договорились? Чуя подкинул докуренный бычок в воздух и двумя пальцами отправил в сторону луны. Он стал серьёзным во взгляде и ответно протянул свою руку Дазаю. Так, при свете луны, был запечатлён момент возвращения на сцену двух напарников в общем деле. *** Когда он ушёл, исчез бесследно, оставив после себя только разруху, наверное, для чего-то это было нужно — значит, произошло то, что он никогда не скажет, а другой поймёт сам. Они могли общаться без слов и взглядов. Опыт научил Чую, что всему приходит конец. Ему пришлось смириться с этим быстро. Он не против помочь старому знакомому в деле, хотя его и гложет желание раскрошить ему лицо. Когда Дазай развернулся, Чуи на крыше уже не было. Спустившись в подъезд, он обнаружил, что на стенах осыпалась штукатурка. Видимо, причиной тому была недавно появившаяся огромная трещина, которая теперь красовалась у двери от чьей-то квартиры. Он провёл по ней рукой и произнёс: — Я конечно знал, что ты растрогаешься, но ведь не настолько же. Выйдя из дома, он заметил, что Чуя вальяжно сидит на ближайшей лавочке с опрокинутой головой. Дазай, украдкой обойдя последнего, обхватил его голову и радостно выпалил: — Неужели я вызываю у тебя столько эмоций? Я польщен. — Нет, я просто боюсь высоты, — Чуя накрыл своими ладонями руки Дазая и заломил ему пальцы. В свою очередь, жертва этого акта только ухмыльнулась. Пустые улицы, пустые взгляды, пустые фразы, пустые мысли, но это только поверхность скрытая мраком. Дазай, внезапно ощитил, как пульс Чуи интенсивно ускоряется. Накахара не сможет почувствовать ту же реакцию, потому что его собеседник пытается держать под контролем — все. — Конечно, я понимаю, что твой язык любви прикосновения, но давай лучше продолжим в моем поместье, — игриво проговорил Дазай. — Конечно, я понимаю, что ты выступаешь в театре одного актера, но не ходи вокруг да около, — Чуя отпустил его руки и встал напротив. Единственная преграда между ними — лавочка, но она лишь предрассудок. — Хорошо, раз формальности мы уже прошли, пора приступать к работе, — Дазай ловким движением перепрыгнул через лавочку. Встав чуть позади, он провёл рукой по плечам Чуи. При этом выдыхая в его затылок холодным воздухом, Дазай прошептал: — Следуй за мной.