semantic

Ты всего лишь нечто, притворяющееся человеком. Вот, прислушайся к себе. Чувствуешь эту неуловимую, почти неразличимую сущность, скрытую в твоих самых мрачных снах? Превратиться в ничто — вот что пугает тебя. Ты боишься исчезнуть из сознания других людей из-за существования ещё одного тебя.

Проект был его. Джона чуть ли с руками не оторвали, ведь это же почти-Доктор. После развода появилось навалом времени на работу, и он не особо спешит обратно домой, где всё напоминает. Дело, наверное, еще и в том, что работа даже в таких крупных сверхсекретных организациях, как ЮНИТ, все равно неминуемо погружает в рутину. Сигарета на завтрак и обед, новая рубашка каждые два дня — выстиранная и освеженная кондиционером, но обязательно помятая. И не то чтобы Джон тщательно скрывал это за черным хлопковым пиджаком. Джон замечает очки на деревянном держателе, которые сильно выбиваются из стилистики ЮНИТа, — солнечные, и те самые, прямоугольные. Джон тяжело выдыхает — во всех галактиках только одному идиоту могло прийти в голову, что это хорошая идея. Лезть на амбразуру и выводить своими выходками окружающих из себя. Ничем не заниматься, слоняться целыми днями без дела и влезать во всякие глупости, когда не просят… Дать людям в отчаянии надежду и бросить их. Бросить его и Розу. Бросить его. Черт, путешествовать в ТАРДИС… сейчас это представляется такой сумасбродной глупостью, ведь Смит, еще немного, и отстанет от своего графика. Они с Розой зажили своей жизнью, решив, что с них хватит, и на поверку оказалось, что чувства их сильнее внутренней жажды влипать в неприятности — они действительно этого хотят. Просыпаться в одной постели в объятиях друг друга, вместе готовить и делать уборки, жить, в конце концов, не беспокоясь, что их и их родных могут похитить или на худой конец погубить. Не нужно мотаться по чужим таймлайнам и планетам, Джон нашел свое место, и это никогда не светит его оригиналу. «У меня есть для тебя один секрет, — Джон прижимал к себе Розу и целовал в ушко, говорил с такой нежной, чуть прокуренной хрипотцой. — Я тебя люблю». И в какой-то из дней идиллии он не поверил, что мог жить иначе. Потом стало сложнее. Джону всё казалось, что он живет взаймы, что ему выбора толком-то и не дали, а просто поставили перед фактом, но это оставалось вдалеке, за горизонтом, и меркло перед проблесками счастья. Он очень хочет вернуть своих девчонок. Это всё временно, правда. Всё наладится.