a pretty line that i adore

      — Я тебя не люблю больше, - такая простая фраза, но так больно бьёт. Тигнари знал, что к этому всё идёт - он чувствовал, что делает недостаточно в отношениях, видел потерю интереса со стороны такого любимого ему генерала, о котором он клялся жизнью заботиться. Всё меньше и меньше внимания уделялось ему, и это ранило до глубины души, заставляло ком несказанных слов застрять в горле, крик эхом отозваться в ушах, и слёзы затуманить видение. — Давно? - зачем он задаёт этот вопрос, если от ответа будет только хуже? — Достаточно, - он не смотрит в глаза. Ха. Он стыдится, что наобещал всякого, готов был хоть сердце вырвать ради фенека, а по итогу сдулся. Некогда нежный взгляд сейчас тупо пялится в землю, заставляя сердце разорваться в клочья, будто это был кусок хлипкой бумаги, а не орган, ответственный за его жизнь. Может, всё это время ответственность за его жизнь нёс тот, кто сейчас перед ним стоит, почему-то не решаясь уже оставить Тигнари наедине с истерикой, разрешить ему закричать, завопить даже, начать рвать на голове волосы и уничтожать в первую очередь себя, а потом уже всё, что встанет на его пути. — Зачем? - дрожащим голосом он может спросить только это, как будто не понимает, что ответа не поступит никогда, - точнее... Зачем ты так долго делал вид, что всё хорошо? Клялся матерью, что любишь, что я - смысл твоей жизни, солнце после дождя, чёрт возьми? В итоге ты струсил, - обвинительным тоном говорит фенек, тыкая генералу в самую большую его слабость. Он всегда ведёт себя так устрашающе, но на деле больше всего на свете боится обычного смотрителя леса, - уйди. Уйди и никогда не попадайся мне на глаза, - с каждым словом он становился громче, пока наконец не сорвался на смешанный с отчаянием и злостью крик, - прочь. И Сайно послушался. Быстро ушёл, не оставив за собой ничего, кроме беззащитного Тигнари с разбитым сердцем и без какого-либо желания жить дальше. Он хватается за грудь, которую пронзает невыносимая боль, падает на колени и ревёт, что есть сил, пока не заснёт или упадёт в обморок от изнеможения. Он готов не есть, не пить, не спать, думать только о лучших временах с генералом, когда они мило чмокали друг друга в губы и верили в прекрасное будущее вдвоём, пока наконец не умрёт, а когда будет найдено его тело, люди увидят, как приподняты вверх уголки его губ. Хочется верить, что всё произошедшее - дурной сон, отвратительная шутка, может, и вот-вот Сайно выпрыгнет где-нибудь из-за куста, начиная успокаивать и греть в объятиях, как раньше, но к сожалению всё наяву - и у них не будет ничего в их общем нигде. Он сжимает руки в кулаки и бьёт по земле, будто это лицо Сайно, но быстро устаёт, отчего чувствует себя только хуже и ревёт только сильнее. Он должен был быть авторитетом для всех жителей леса, должен был быть самым зрелым и интеллигентным, но сейчас любой желающий может увидеть его в самом уязвимом состоянии и убить лишь чихнув на него. Но, к сожалению или к счастью, тут как-то неясно, вокруг абсолютная тишина, которая съедает то, что осталось от души, заставляет какой-то непонятный ком забить горло и мысли перемешаться в кучу. Истощённый так сильно, что не в состоянии уже плакать, фенек может лишь лечь на землю, обнять свой же хвост. Просто дать окружающему миру делать с ним всё, что угодно. Может мимо проходящий бандит его зарежет или похитит (может хоть тогда генерал обратит на него внимание), может начнётся привычный этим местам дождь и насовсем испоганит здоровье Нари, так, что никакие травы и лекарства не смогут это исправить. Сейчас уже так на всё плевать, что даже думать нет желания. Ни о чём. Ни о ком.       А Сайно ушёл с позором, прекрасно зная все тенденции лесного уничтожать себя, срываться, истерить. Потому что он больше его не любит, так что теперь это не его проблема.