Доступ, очевидно, ограничен

- Здравствуйте. А Сокджин дома? - Да иду я, иду, - проворчал старший, надевая на себя любимую кофту и выходя из своей комнаты. - Здравствуй, Намджун. Разве ты не с Тэхёном обычно гуляешь? Зачем тебе Джин? - не поняла Ювон. - Мам, всё не так. Мы не идём гулять или что-то ещё, о чём ты могла подумать. Это по делам. - Хорошо. Когда вернёшься, я расспрошу поподробнее про ваши "дела", - она пальцами показала кавычки и, хитро улыбаясь, ушла обратно на кухню. - Идём уже, - блондин прошёл мимо растерянного Джуна и покинул пределы дома, а младший, как только вышел из ступора, направился за ним. Шли они недолго, максимум полчаса. На протяжении всей дороги их взгляды ни разу не пересеклись (возможно, от того, что Джин смотрел куда угодно, но не на темноволосого), а также между ними сохранялась тишина. Оба не проронили ни слова. Вот парни подошли к какому-то двухэтажному зданию невзрачного серого цвета. - Здесь находится наша студия звукозаписи, - сообщил Нам. - Я знаю это место, как свои пять пальцев. Держись возле меня, тогда ты не заблудишься. - Может, ты ещё поводок на меня нацепишь? Я не собачка. - А это хорошая мысль. Ещё бы намордник, чтобы разговаривал поменьше, и тогда цены бы тебе не было, - улыбнулся Джун и зашёл в здание. Разозлённый Сокджин направился за ним, чтобы устроить гневную тираду, но все мысли тут же покинули его, стоило только закрыть за собой дверь. Столько запахов одновременно он, кажется, ещё не чувствовал никогда. А самое страшное заключалось в том, что в этом здании находилось немало народа, из-за которого Джин не мог найти Нама. Ким просто потерялся в толпе. Хлопая длинными ресницами, блондин шёл куда-то вперёд, сам не зная зачем. Он вытягивал шею, пытаясь среди множества макушек увидеть нужную ему шевелюру, ведь зрительная память редко подводила, он запомнил, какая была причёска у Намджуна. Вдруг кто-то ухватился за его ладонь, потянул на себя. - Сказал же тебе держаться возле меня, - послышался знакомый баритон прямо над ухом. - Тебя можно хоть о чём-то в этой жизни попросить? - Попросить можно, но где гарантия, что я буду это делать? - ответил Джин. - Теперь я буду держать тебя, а то опять потеряешься, - предупредил Нам и уверенно пошёл дальше, ведя за собой старшего. Довольно скоро они оказались в просторном коридоре, где, кроме них, не было ни души, но находилось большое множество дверей. - Все эти комнаты служат для записывания треков и создания музыки. В коридоре невозможно что-то услышать, потому что везде поставлена звукоизоляция. А нам нужно вот сюда, - он подошёл к одной из дверей, которая совершенно ничем не отличалась от остальных, и открыл её, жестом приглашая Сокджина зайти. Блондин кинул на него наигранно-высокомерный взгляд, резко выдернул руку и с высоко поднятой головой вошёл. Намджун закатил глаза и тоже зашёл в комнату, плотно закрывая за собой дверь. Джин с равнодушием во взгляде наблюдал, как в небольшой комнатке, огороженной стеклом, с микрофоном в руках пепельноволосый парень лет семнадцати тренирует свои навыки пения. Его мелодичный голос поглотил всё пространство, завораживая. Младший Ким решительно преодолел расстояние, быстро оказавшись рядом с дверью, ведущей в стеклянную комнатку, и громко постучал в неё. Пепельноволосый встрепенулся от неожиданности. Похоже, ему их не видно. Парень снял наушники и выключил микрофон, после чего открыл дверь и вышел из своего укрытия. - Намджун-хён! Давненько тебя не видел. Как поживаешь? - Привет, Чонгук. Да, неплохо, - они приветственно обнялись. - Познакомься, это Сокджин, - представил его Нам, отстранившись. - А, тот самый? Наслышан, - кивнул парень. - Меня зовут Чон Чонгук. Рад наконец познакомиться с тобой, - он протянул руку для рукопожатия, но Джин проигнорировал этот жест, кинув равнодушное "Взаимно". - Кхм... Что ж... - медленно опустил ладонь. - Давайте я схожу за кофе, - подал голос Намджун. - Тебе взять? - обратился он к Чону. - Да, не откажусь. Я сегодня ещё не обедал. - Как так? - удивился темноволосый. - Да я после занятий по боксу сразу сюда пошёл. Всё равно не сильно голоден. За эти слова ему прилетел нехилый подзатыльник, из его уст вылетело возмущённое "Ай!". Джун ухмыльнулся и закрыл за собой дверь с другой стороны. Чонгук перевёл взгляд на Сокджина, руки которого были сложены на груди, а равнодушный взгляд был устремлён куда-то вдаль. - Тебе, должно быть, жарко, - начал Гук, указывая взглядом на пальто старшего, - верхнюю одежду можно повесить вон там. - Он устремил палец в направлении вешалки. Блондин, неторопясь, снял пальто и повешал на крючок. - Джун-хён рассказал о том, что ты увлекаешься пением. - Да, есть немного, - тихо признался студент. Глаза его по-прежнему смотрели в сторону. - Это замечательно. Я как раз искал человека с голосом, подходящим для моего. Давай проверим твои способности. Если ты не против, конечно. Чонгук подумал, что Джин просто-напросто стесняется, поэтому и ведёт себя таким образом. Музыка расслабляет, так что вполне вероятно, что во время пения этот парень станет более открытым и... раскрепощённым, что ли. А Джин думал о том, что Чон - альфа. Запах горького шоколада слишком насыщенный, чтобы быть омежьим. Почему в его жизни внезапно стало появляться так много альф? - Думаю, я именно за этим и шёл сюда, - слегка раздражённо кинул Ким. - Хорошо, тогда проходи в ту комнатку и надевай наушники. Я просто послушаю тебя и скажу своё мнение. Никто тебя ругать здесь не будет, честное чонгуковское. Микрофон там включен, не волнуйся. - Я и не волнуюсь, - ответил Сокджин и подошёл к двери. - Подожди. Ты уже определился, что будешь петь? Какую песню мне включать? - А, да, держи, - блондин вытащил из кармана кофты бумажку с названием песни, которую вчера выбирал весь вечер, и протянул её младшему. - Хороший выбор. Я бы даже сказал "прекрасный", - одобрил Чон, садясь за аппаратуру. Джин закрыл за собой дверь стеклянной комнатки, в которой не было видно ничего, кроме микрофона, наушников и каких-то проводов, уходящих в стену. Он даже немного расслабился, выдохнул с облегчением и слегка похрустел суставами, готовясь начать, как вдруг вспомнил одну важную вещь. Да, ему не видно Чонгука, но это не отменяет тот факт, что Чонгук видит его. Сокджин тут же вернул себе прежний, безучастный вид, хотя у него жутко потели ладошки и до ужаса сильно билось сердце. Он надел наушники и подошёл ближе к микрофону. Спустя пару секунд послышалась знакомая мелодия, парень начал петь. Сначала его голос был немного тихим, но с каждой строчкой он становился всё увереннее. Чон сидел, внимательно слушая, и не смел шелохнуться. Казалось, что это сон, стоит сделать неверное движение и пепельноволосый очнётся дома в своей кроватке, но этого не происходило. А когда настало время брать высокую ноту, младший понял, что это сногсшибательно. В буквальном смысле. Потому что он действительно упал со стула, а сил подняться не было, ведь возможность двигаться покинула его, парень мог только заворожённо слушать этот прекрасный голос человека, который уже полностью расслабился, отдался музыке, пел так, чтобы заканчивался воздух в лёгких и подгибались коленки. Вдруг он услышал, как позади него что-то упало, но обернуться и проверить он не мог. Вот песня заканчивается, голос Сокджина затихает. Блондин с довольной улыбкой на лице открывает глаза, кладёт наушники обратно и вдруг понимает, что именно он сделал и что произошло. Появляется жуткое желание хлопнуть себя ладошкой по лбу, но студент отдёргивает себя, задаваясь вопросом "Разве я не за этим пришёл? Чтобы показать свои способности и выслушать мнение того парня, нет?" Надеясь, что всё не так плохо, Ким выдохнул и открыл дверь, интересуясь, как он справился. И его взору открылась такая великолепная картина, что Джин не мог не засмеяться. Намджун стоит у порога в комнату и по-прежнему смотрит туда, где несколько минут назад стоял Сокджин, его руки находятся на уровне груди и держат воздух, а возле его ног валяется два бумажных стаканчика и расположилась немаленькая лужа из кофе. А Чонгук по всей видимости решил помыть бедные полы своей пятой точкой. - Вставай давай. Можно и обычную тряпку взять, необязательно мыть пол задницей, - всё ещё смеялся старший, протягивая Чону руку помощи. Альфы будто не услышали его. Джун поморгал пару раз, приходя в чувства, и стал озираться по сторонам с видом "Кто я и что я здесь делаю?" Пепельноволосый схватился за руку старшего Кима и встал с пола, отряхиваясь. После этого он повернулся к своему другу. - Ким Намджун. Я тебя на кусочки покромсаю. Ты совсем офонарел? Что это такое? - Чонгук спрашивал это довольно спокойным голосом, но во взгляде явно плескалась злость. Да что там "во взгляде"? У него всё тело дрожало от ярости. Даже Сокджин, находящийся сейчас за спиной младшего, чувствовал его эмоции. Конечно, оба Кима поняли эти фразы по-своему. "Чёрт подери, он ведь совсем недавно здесь ремонт дорогущий делал, ночами не спал, а тут я с проклятым кофе и своей неосторожностью," - думалось Намджуну, который смотрел на чёрную лужу под ногами и не мог поднять глаз. "Боже, я так и знал, что нет у меня таланта к пению. Он наверняка злится из-за того, что ему привели такую бездарность и понапрасну тратят его драгоценное время," - размышлял Джин, неловко теребя рукав своей кофты. - Я могу всё убрать! - Я могу уйти! - извиняющимся голосом произнесли Намджины одновременно и переглянулись непонимающе.