«Принц и нищий»

Человек, страдающий зубной болью, считает счастливыми всех, у кого не болят зубы. Бедняк делает ту же ошибку относительно богатых. Джордж Бернард Шоу

Минхо шёл, по хорошо освещенной фонарями, улице. Их свет падал на мокрый от тумана асфальт, от чего тот слабо поблескивал. Один из фонарей мерцал, видимо, лампочку нужно было уже сменить. Это немного удивило Минхо, ведь этот район всегда хорошо освещался — богачи, что тут живут, не любят идти по «плохо» освещенной улице. Ли Минхо был сыном такой богатой семьи. А если быть точнее, то он был сыном одного из самых богатых и уважаемых людей Кореи. Его отец владел юридической компанией, которая перешла ему по наследству и развивалась годами, становясь всё более известной и востребованной. Минхо медленно шагал в сторону своего дома. Посчастливилось, что Кан, — человек, который был обязан заботиться о молодом господине, сегодня поехал вместе с отцом Минхо на очередную важную встречу. Благодаря этому парень сейчас шел пешком со школы, а не ехал на каком-нибудь дорогом лексусе. Высокопоставленные чиновники, банкиры, юристы и остальная «верхушка народа» видели отца Минхо чаще, чем он сам. Но этот факт не особо то и расстраивал Ли. Даже наоборот, Минхо успокаивала мысль о том, что сегодня он нормально доберется до своей комнаты без придирок, угроз отца и панических атак. Голова была переполнена мыслями, но он не мог сосредоточится ни на одной из них. Безразлично пиная ногой камешек дорогим ботинком, Минхо не заметил как оказался около своего дома. Шикарный трехэтажный особняк скрывался за высоким каменным забором. Под его окнами виднелись красивые кусты роз, постриженные будто под линеечку. Во многих окнах горел свет, а Минхо надеялся, что его брата и мачехи нет дома. Пустые надежды, но всё же. Когда Минхо вошёл в дом и наклонился, чтобы переобуться, над ним восстала тень. Парень нахмурился от неприятного чувства, зная, что сейчас услышит . — Почему так поздно? Ты где шлялся? Только не это. Минхо ненавидел это больше всего. Бывшая любовница отца, теперь нынешняя жена, умела только предъявлять претензии и жаловаться, а о материнской заботе речь даже не шла. — А тебе то какая разница? — огрызнулся Минхо, даже не подняв взгляд на мачеху. — Не смей так со мной разговаривать! Я теперь твоя мама! — Ну да, каждый день одно и тоже. Молодая женщина поправила шелковую бежевую блузу и сурово уставилась на неродного сына. — Ты мне не мать. — Холодно отрезал Ли, и, наконец переобувшись, направился по лестнице в свою комнату, подхватив с пола рюкзак. — Как же бесит! — Минхо хлопнул тяжелой дверью и плюхнулся на большую кровать прямо в одежде. — Даже не поздоровалась, а уже наезжает. Я твоя мама, я твоя мама. Тюфу! Парень лежал на кровати и тупо смотрел в потолок. У него не было даже сил, чтобы раздеться или поужинать. Хотя ему не впервой. Он приходил на общий ужин только когда отец был дома, иначе он бы разозлился, а Минхо этого бы не очень хотелось. Полежав немного, Ли встал, чтобы подойти к окну. Из его комнаты открывался красивый вид на сад, с кустами роз и ровно постриженным газоном. Над городом стояла полная луна, которая прекрасно освещала весь сад белым, холодным светом. Легкий, осенний ветерок обдул лицо Минхо и тот прикрыл глаза, наслаждаясь пением сверчков. В такие моменты Минхо хотел, чтобы время остановилось, и он остался жить в этом моменте, где тихо, никто не кричит, не бьет, не ожидает, где дует теплый ветер и поют сверчки, приятно пахнет цветущими розами и светит луна. Однако такие моменты никогда не длятся вечно, иначе они бы перестали считаться моментами. Утром, когда на улице еще было темно, потому что солнце еще не встало, Минхо разбудил будильник. Одевшись в специальную форму школы и уложив волосы с помощью геля, он отправился на первый этаж, где Минхо уже поджидал Кан. — Доброе утро, молодой господин! Как вам сегодня спалось? — Молодой парень в чёрном костюме приветливо улыбнулся Минхо и взял у него из рук рюкзак. — Как обычно, — «Как обычно» означает плохо. Минхо почти каждую ночь мучали кошмары, а иногда даже таблетки не помогали заснуть. — Ваше снотворное больше не помогает? — Угу. — Хмыкнул Ли в ответ и вырвался вперёд, дабы избежать дальнейших расспросов. Кан открыл заднюю дверь машины перед Минхо. Тот сел в машину, и только потом, заметил рядом Бан Чана. Тот сидел, положив ногу на ногу и что-то читал в планшете. В ушах его виднелись беспроводные наушники — это объясняло, почему он покачивал головой — наверное слушал музыку. Ли с презрением посмотрел на Чана, незаметно оскалившись. — Ты что тут делаешь? — Минхо спросил тихим тоном. Он вообще не желал ехать с этим уродом в одной машине. — А? — Чан вытащил один наушник из уха и, с деланным удивлением, посмотрел на Минхо. — Ой, а я тебя и не заметил, братик. — Еще раз меня так назовешь, и я тебе всю рожу разукрашу, ты понял? — Ой-ой, как страшно, у меня прям поджилки трясутся. Если бы Минхо сейчас не был таким уставшим, он точно бы заехал Чану по лицу, но сдержался, напряженно стискивая кулак. — У тебя своя машина есть. Так какого хера ты на моей едешь? Чан откинулся на спинку сидения и скрестил руки, заставляя белую рубашку на груди натянуться от мышечной массы. — А что, мне нельзя? Это не твоя машина, а машина отца — это во-первых. Во-вторых: неужели братья не могут поехать на одной машине? — Я не хочу с тобой ехать. Тем более мне в школу, а тебе в университет. — Ну подумаешь, не умрешь ведь от тридцати минут со мной в одной машине. Минхо еле сдержал злобу и холодно приказал шоферу ехать. Чем дальше они уезжали от дома, проезжая мимо высотных зданий и светящихся огней красивых реклам, тем больше Минхо погружался в свои мысли. Если посмотреть на него в тот момент, то могло бы показаться, что его глаза стали стеклянными, в которых не отражалось ничего, кроме холода и пустоты. Он сидел ровно, держа красивую осанку и поднятый подбородок. Отец привил ему эту привычку, ударяя Минхо по спине тростью каждый раз, когда тот сутулился. «Люди из благородных семей должны выглядеть соответствующе. Хватит меня позорить, Ли Минхо.» — самая частая фраза, которую привык слышать Минхо из уст отца. Что ж, это действительно помогло — теперь Ли не мог позволить себе сутулится. Частная школа показалась впереди. Около нее уже собирались кучки учеников, а кто-то просто шел один ко входу. Выйдя из машины, Минхо стал всматриваться в людей, ища своих друзей. Долго искать ему не пришлось. В стороне стоял высокий блондин с модельной внешностью и махал парню рукой. Его лицо украшала лукавая ухмылка, а длинноватые волосы локонами ложились на плечи. Рядом с ним стоял парень с темными волосами чуть пониже ростом, но намного шире в плечах. Если бы Минхо их не знал, то скорее всего подумал бы, что это очередной сынок из богатой семьи и его телохранитель. — Ай-яй! Что-то ты сегодня поздно. Обычно всегда опаздываю я. — Блондин шагнул к Минхо, убирая свои волосы со лба. — Хёнджин, а ты за собой бревна не видишь. Как самому опаздывать на час, то нормально, а как другой опоздал на десять минут, то всё. — Чанбин засунул руки в карманы штанов и тоже сделал шаг навстречу Минхо, вставая на его защиту. — Под бревном ты имел ввиду себя? Если да, то тебя я действительно не вижу, коротышка. — Фыркнул Хёнджин в ответ и закатил глаза. — Ты сейчас нарвешься, переросток. Минхо перестал обращать внимание на подобные стычки его друзей после года дружбы с ними. Он знал, что они не оскорбляют друг друга всерьез и не хотят обидеть, но если найдётся возможность друг друга подколоть, они этого шанса не упустят. Эти двое могли даже подраться из-за того, что поспорили какой вкус мороженого вкуснее. Иногда Минхо даже считал их дружбу забавной, но искренней. — Минхо, Минхо, Минхо-о-о!! Убивают! Спасите, помогите! — Хёнджин скакал вокруг Ли на своих длинных ногах, убегая от Чанбина и дико орал, будто его реально преследует маньяк. — О Боже, это никогда не закончится. — Минхо покачал головой и продолжил наблюдать за сценой "убийства" Хёнджина. — Опять этот длинноногий горланит на всю школу. — Сынмин презрительно посмотрел на тройку популярных парней в центре двора школы. — Бесят меня. Сынмин облокотился локтем о плечо Джисона. Рядом с ним стоял Феликс. Джисон тоже проследил на взглядом Сынмина и наблюдал за тройкой шумных парней. Точнее только двое из них были шумными, а третий стоял посреди этого хаоса и пытался не обращать на это внимания. — Эти богатые придурки только и умеют что развлекаться. — Сынмин, кажется ты забыл, что сам тоже из богатой семьи, — Сказал Джисон. — Ну всё равно не такой богатой как они. — Эта троица считается принцами нашей школы. Те самые красивые, богатые, умные парни, за которыми все бегают. — Подал свой низкий голос, все это время молчавший, Феликс. Его голос вовсе не соответствовал своей ангельской внешности и поведению, что часто вводило людей в заблуждение. — Насчет умных я поспорю. Если учатся они хорошо, то ведут себя как болваны. Джисон хохотнул и скинул руку Сынмина со своего плеча. Джисон знает Сынмина не так долго, так как только недавно перешел в эту школу, и то по чистой удаче — ему удалось сдать экзамены на поступление так идеально, что его взяли на бесплатное обучение в самую лучшую школу Сеула, где учатся все детишки богатых людей Кореи. Джисон тогда так радовался, что случайно смахнул со стола чашку и она разбилась, и ему пришлось копить наличку четыре дня, чтобы купить новую. Естественно, что в этой школе среди всех девушек и парней из роскошных семей Джисон был самым бедным. И, конечно же, по этой причине он был обречен подвергаться насмешкам и даже издевательствам со стороны — это неизбежно в этом мире. Он знал, что всё так будет. Но даже не смотря на это у Джисона получилось завести парочку друзей. Сынмин и Феликс тоже были из богатых и уважаемых семей, но не смотря на это, они тоже скептично относились к деньгам и славе. — Джисон! — Феликс помахал ладонью перед лицом Джисона. — Нам уже пора идти, скоро первый урок начнётся. — А? Да-да, уже иду. — Что-то ты завис. Опять работал ночью в круглосуточном? — Феликс озабоченно взглянул на друга. — Деньги сами себя не заработают, так что приходится. — Джисон поправил тяжелый рюкзак на плече и зашагал в сторону входа в школу. На первый урок учитель объединил два класса, чтобы удобнее было готовить учеников к предстоящим экзаменам. Джисон был уже в выпускном классе вместе с Феликсом и Сынмином и им оставалось учиться всего ничего. Зайдя в большой кабинет, больше похожий на аудиторию, Феликс протиснулся между подростками и занял три места спереди, чтобы быть ближе к учителю, и помахал друзьям рукой. — Сынмин, у тебя есть конспекты с прошлого урока? Я не успел дописать последние два абзаца. — Спросил Феликс, поправляя воротник белой, брендовой рубашки, поверх который была одета школьная форма. — Пф, какие конспекты, Ликс? — Сынмин тихо буркнул себе под нос и натянул капюшон на голову, после чего зарылся носом в рукава серой толстовки и приготовился спать. Джисон с завистью посмотрел на Сынмина и глотнул кофе, который купил в школьной столовой до урока. Сынмин мог спать сколько захочет, мог себе позволить. Всё равно место в сеульском универе ему уже обеспечено, а после университета уже готово место в компании его отца. А у Джисона не было времени спать. С самого утра учёба, потом первая подработка в кафе до вечера и подработка ночью в круглосуточном. Если в магазине посетителей почти не было, удавалось даже позаниматься и решить пробные тесты. Это все не очень хорошо сказывалось на здоровье Джисона и он прекрасно это понимал, но по-другому было нельзя. Зарплаты отца не хватало даже на то, чтобы оплатить аренду малюсенькой квартиры в захудалом районе, не говоря уже о долгах. Джисон тряхнул головой, выбрасывая из головы мрачные мыли, достал тетради из рюкзака и протянул их Феликсу, глаза которого радостно засияли. — Если тебе надо, можешь взять мои конспекты. — Ханчик, ты лучший! — Феликс бросился Джисону на шею, стискивая в объятиях. — Как ты вообще умудряешься все это успевать. Джисон слабо улыбнулся и передал Феликсу нужный конспект. В этот момент в аудиторию зашла всем знакомая троица. Хёнджин остановился в проходе, ища глазами свободные места, и когда нашел свою цель, потянул за собой Чанбина и Минхо. Ли холодно окинул взглядом аудиторию и последовал за Хёнджином. Они сели где-то посередине, в центре аудитории. Минхо разместился между двумя друзьями, замечая на себе взгляды людей, рассматривавших его со всех сторон, будто он был кино-звездой. Хёнджин сел на стул и уже с кем-то бурно что-то обсуждал. Громкий смех Хенджина прервал оклик учителя, стоящего в центре класса перед учениками. — Что ж, хочу вас поздравить, выпускники. Буквально через год вы уже закончите школу и поступите в университеты. Но перед этим вам предстоит сдать итоговые экзамены. — В классе послышались тяжёлые вздохи учеников. — На прошлой неделе вы писали пробный экзамен и, перед тем как я раздам вам ваши работы, я бы хотел похвалить пару человек. Они написали экзамен лучше всех. Пожилой учитель поправил очки на переносице и потянулся за стопкой листов на столе. — Итак, на первом месте оказался… Минхо поправил волосы, пригладив непослушную прядь каштановых волос ладонью, и приготовился услышать свое имя, но к его большому удивлению, оно не прозвучало. — На первом месте оказался Хан Джисон. Молодец, твоя работа очень достойно написана. Ли аж растерялся от неожиданности. Как такое вообще возможно? Он абсолютно всегда занимал первые места. Будь то спорт, математика или английский, корейский — везде он был на первом месте. Но сейчас учитель назвал имя какого-то нового ученика, который только недавно перевелся. Минхо проследил за взглядом учителя и уставился на Хан Джисона, который забрал его первое место. Парень тоже был растерян, но приятно удивлён. Он оглянулся пару раз, чтобы убедиться, что ему не послышалось его имя, и вышел к учителю, чтобы забрать лист с высшим баллом. С виду обычный парень: каштановые волосы, простая одежда, потрепанные кеды, скромная улыбка. Было странно видеть такого персонажа в лучшей школе всего Сеула. Он словно фальшивая монетка, затерявшаяся среди подлинных. — Минхо, на этот раз ты на втором месте. Ты тоже молодец, но новичок смог тебя обогнать, так что у тебя появился соперник! — Учитель протянул лист с экзаменом в сторону все еще сидящего Минхо, ожидая когда тот его возьмет и слабо улыбнулся. «Неужели я мало занимался? Я ж даже ходил на дополнительные чаще, чем раньше. Почему у меня второе место?!» — Минхо! Ты заберёшь свою работу у меня из рук или мне так и стоять? — Ли вышел из ступора и проследовал к учителю за листом с экзаменом. — Теперь тебе придется постараться, Ли Минхо. Через сорок минут учитель попрощался с учениками и завершил урок. Все подростки активно начали выходить из класса что-то обсуждая и смеясь. Минхо несколько секунд смотрел на листок с баллом девять целых и девять десятых, а затем яростно его смял в руках и кинул перед собой. Комок бумаги перелетел через несколько рядов и упал рядом с учительским столом. Чанбин с Хёнджином обеспокоено переглянулись между собой. — Хэй, чувак, да ладно тебе. Это ж просто оценка, тем более этот тест был пробным! Не расстраивайся так сильно. — Чанбин положил руку на плечо Минхо. — Пошли лучше поедим? — Это не просто оценка. — Процедил сквозь зубы Ли и скинул руку друга со своего плеча. — Идите есть сами. Я приду позже. С этими словами Минхо сунул тетради в свой рюкзак и быстро вышел из класса, натолкнувшись на картину, от которой кровь в его венах закипела с большей яростью. В нескольких метрах от него стоял Хан Джисон в своей потрепанной обуви и одежде, разглядывая экзаменационный лист, а вокруг него скакал Феликс, выкрикивая слова о том какой Джисон молодец. Сынмин тоже стоял рядом с Ханом и одобрительно кивал головой. — Ханчик, ты офигенный! Я не думал, что ты такой умный! Прикинь, ты обогнал самого Ли Минхо! Он же самый лучший ученик этой школы и никто еще не смог обогнать его в оценках. А тут ты дал жару! — Феликс радовался за друга так, будто это он занял первое место, а не Джисон. У Минхо от злости и обиды сердце забилось с сумасшедшей скоростью и он так крепко сжал зубы, что его скулы свело от боли, и он ударил кулаком в какой-то рекламный стенд случайно оказавшемся поблизости, тем самым напугав, стоящих рядом, учеников. Два старшеклассника уставились на вмятину в металическом стенде, а Минхо быстро зашагал прочь. Джисон повернул голову на звук и с интересом взглянул на спину уходящего парня. Тот шел очень быстро, стуча подошвой обуви о мраморный пол школы. Пока Феликс отвлекся на разговор с Сынмином, Хан сделал пару шагов навстречу рекламному стенду, который все еще покачивался от удара, и рассмотрел его. На объявлении о наборе в музыкальный клуб виднелась вмятина и кровь. Джисон еще раз оглянулся на уходящего Минхо, но тот уже завернул за угол и скрылся из виду. Не раздумывая Джисон хотел было побежать за Минхо, но его руку перехватил ученик, стоявший все это время поодаль. — Эй, новичок. Я не советую тебе идти за ним. — Почему?.. — Лучше не трогать Ли Минхо, когда он зол. А то проблем не оберешься. — Ученик отпустил руку Джисона и будто бы вытер ладонь о свои штаны. — Я не знаю почему тебе это говорю, просто не хочу чтобы ты стал следующей мишенью для издевательств. С этими словами странный парень ушел, оставив Джисона решать самому, что ему делать. Завернув за угол, Хан стал глазами выискивать Ли Минхо. Сам не зная, что сподвигло его идти за лучшим учеником школы, но ему казалось, что он должен это сделать. Он заметил Минхо, стоящего около кладового помещения, где обычно хранились мячи, обручи, конусы для эстафет и прочий атрибут. Минхо выдохнул дым изо рта и опустил руку с тлеющей сигаретой вниз. Его холодный взгляд уставился на Джисона, неловко стоящего неподалеку. Тот сжимал в руках черный рюкзак, который был явно не новым и кое-где рваным. — Эм, Ли Минхо? — Джисон сделал небольшой шаг и продолжил. — Я видел кровь на рекламном стенде и мне показалось, что это ты его ударил. Бровь Минхо предательски дернулась и его взгляд снова устремился на Джисона. Хан мелкими шагами, торопливо подошел к Ли и взял его правую руку, подняв ближе к себе. На костяшках не оказалось ни крови, ни следов удара. — Или это был не ты? Джисон опустил правую руку парня, не поднимая головы, а затем схватил левую руку. Сигарета выпала из пальцев Минхо и упала на газон, усеянный коричневыми листьями. На тыльной стороне левой руки Минхо были разбиты костяшки и кровь сочилась из свежих ран. — А нет, всё-таки это был ты. Просто ты левша. Боже, посмотри как много крови. Тебе нужно в медпункт! С этими словами Джисон повернулся на пятках и потянул за собой Минхо. Но не успел Джисон сделать и пять шагов, как его прижали к стене холодного здания школы. Тихо ойкнув, Хан испуганно поднял глаза и понял, что Ли Минхо прижимает его к стене, держа за шиворот рубашки и разъяренно стреляет карими глазами. — Что тебе нужно, нищеброд? Какого черта ты трогаешь меня своими руками и тащишь в какой-то медпункт. Ты кто вообще такой? — Левая рука Минхо еще крепче сжала ворот чужой рубашки, оставляя на нем темные следы крови. — Я..я просто хотел узнать в порядке ли ты.. И пошел за тобой, когда увидел кровь на рекламном стенде в коридоре. — Джисон привстал на носочки, чтобы облегчить себе дыхание. Ли Минхо был немного выше Хана и сейчас эта разница ощущалась сильнее, чем обычно. Джисон схватил ладонями руку Минхо, прижимающую его шею и сделал короткий вдох ртом. — М-минхо! Прости, я не хотел тебя обидеть, я просто беспокоился! — Да кому нужно твое беспокойство?! — Минхо резко поднял правую руку, сжав кулак и готовясь к удару. Джисон зажмурился и жалко сжался всем телом. Рука Минхо дрожала от напряжения и злости, он был готов ударить ею Джисона, и не раз. Ему нужно было выпустить всю злость и негатив на чем-то, и вот, груша для битья сама пришла к нему в руки. Но Ли стоял не в силах обрушить удар. Его тело будто в миг окоченело при виде сжавшегося в его руках Джисона. Казалось бедный парень сейчас заплачет, его плечи осунулись, а рот отчаянно хватал воздух. Как же это зрелище напомнило Минхо самого себя в детстве. Он закричал и со всей силы ударил кулаком. Раздался глухой звук, но Хан, не почувствовав удара, осторожно приоткрыл глаза и увидел, что кулак Минхо впечатался в стену прямо возле его лица. Ли ослабил хватку и отпустил Хана. Теперь и со второй его руки капала кровь, окрашивая коричневые листья и асфальт в алый цвет. — Не смей говорить со мной, не подходи ко мне, не смотри на меня с такой жалостью в глазах. — Минхо снова приблизился к Джисону и обхватил его лицо левой ладонью, сильно сжимая щеки. Серебряное узорчатое кольцо, что было на его пальце, впилось Хану в кожу на щеке. — Тебе просто повезло на этот раз с тестом. В следующий раз и не жди такого лёгкого выигрыша. Первое место всегда будет за мной, ты понял?! — Минхо! Мне больно! — Джисон отчаянно крикнул парню в лицо. Это подействовало. Минхо резко отпустил лицо Джисона, случайно цепляя кольцом нежную кожу. На том месте сразу же появился едва заметный порез. — Уходи. — Холодно бросил Минхо. Джисон сделал шаг в сторону и отскочил на пару метров, как от огня. — Я правда не хотел тебя задеть, извини… Прошептав это парень быстро убежал на своих коротких ножках, хрустя осенними листьями своими потрепанными кедами. Потухшая сигарета лежала среди листьев, такая же одинокая как и человек минуту назад куривший ее.

***

Джисон быстро удалялся от здания школы, забыв про Сынмина и Феликса, которые, скорее всего, еще стояли в коридоре в ожидании друга. Отойдя от школы на приличное расстояние Хан остановился напротив аптеки и дотронулся пальцами своей щеки. — Что это за кольцо такое, даже порезы оставляет… Его глаза пробежались по витрине взглядом и округлились. Цена на самые обычные пластыри возросла в два раза. Еще на прошлой неделе цена была намного ниже. Хан прошерстил руками по карманам, но не обнаружив достаточно денег, чтобы купить пластыри, отправился домой. Порез маленький, сам заживет и шрам не должен остаться. — Ма, я дома! — Джисон зашел в маленькую квартиру по размерам больше напоминавшую небольшой подвал или кладовую. Обычно на полу стояли три пары обуви, но сегодня их было на две больше. Хан сразу узнал эти черные лакированные туфли. Он сделал вдох и сразу же почувствовал запах табака. Теперь даже гадать было нечего. В семье Джисона никто не курит, папа курил, но бросил, когда в семье появился второй сын. Значит опять пришли за деньгами. Не к добру это… — Мама? Хан зашел в гостиную, если ее можно было так назвать, ведь она служила и прихожей, и гостиной, и кухней одновременно. Сделав один шаг он остановился. Перед его глазами стояла на коленях его мама, прося двух мужчин внушительного размера, с наколками по всему телу, дать им еще немного времени. Рядом с мамой на бетонном полу лежал мужчина средних лет, корчившись от боли. На его голове выступила кровь от удара. — Папа!! — Джисон не разуваясь кинулся к отцу. — Папа, папа, ты в порядке? Мужчина поднял глаза на сына и попытался изобразить что-то на подобии улыбки, приподнимаясь на локте. — Со мной все в порядке, сынок. Просто царапина. —Тут глаза мужчины устремились на свежий порез, оставленный кольцом Минхо на щеке Джисона, и поднял руку, чтобы дотронуться лица сына. — Сынок, ты где-то поранился? Хан усердно сдерживал слезы, но трудно это давалось при виде плачущей мамы, стоящей на коленях. — А вот и ваш дражайший сыночек прибыл! — Один мужчина в черном костюме резко оттолкнул женщину и та с всхлипом упала на пол. — Ты принёс деньжат? Или ты даже не хочешь помочь своему отцу? — Пошел ты на хрен, ублюдок! — Джисон зло выкрикнул слова в лицо мужчине от чего тот разозлился. Через мгновение Джисон вновь оказался прижатым к стене, но теперь хватка Минхо казалась ничем по сравнению с этим мужчиной, который был вдвое больше Хана. — А ты осмелел, сосунок. — Противно процедил сквозь зубы бандит. — Я делаю вам последнее предупреждение: не принесёшь денег через пять месяцев и твоего папочку разделят на части и продадут его органы по хорошей цене на рынке. Джисон плюнул прямо в лицо бугаю, от чего тот заехал парню по лицу кулаком, заставив пошатнуться. Мама на полу громко вскрикнула. Мужчина отпустил Джисона, поставив на землю и вышел из квартиры, а за ним следом вышел второй мужчина с налысо бритой головой, стоявший все это время около входной двери. Комната опустела. Стало очень тихо и только заглушенные всхлипы мамы доносились до ушей Хана, который сидел на полу, прислонившись спиной к холодной, серой стене. Женщина торопливо поднялась с пола и, пошатываясь, подошла к сыну. Присев на корточки, она обняла Хана, пряча заплаканное лицо. По щеке Джисона тоже пробежала одинокая слеза, но он быстро взял себя в руки, почувствовав дрожь в руках матери. Она обнимала его тонкими руками, которые не потеряли свою красоту и изящество от тяжелой работы на заводе. В ее теле чувствовалась дрожь и именно в такие моменты Джисон осознавал, что он должен оставаться сильным, вселять уверенность родителям и стараться еще больше, чтобы закрыть долги и обеспечить их в будущем. Он не мог себе позволить даже просто плакать, из-за чего, с каждым разом, накопившиеся эмоции вырывались наружу, и подобно водопаду, обрушивались на него в виде слез, нервных срывов и бессонницы. Естественно он не рассказывал об этом родителям и тщательно скрывал, ведь у них и так куча проблем. Джисон не хотел быть обузой для них. Когда папа давал, тогда еще маленькому, Хану деньги в детстве, тот испытывал только стыд и чувство вины, видя как родители тяжело зарабатывают эти гроши. Именно по этой причине Джисон начал искать подработку и способы заработать деньги с юных лет, и как только ему исполнилось шестнадцать и одна добрая женщина приняла его помощником в свой маленький ресторан, он впервые заработал деньги сам. После этого он получил права, и развозил доставки по домам, раздавал листовки, выгуливал собак, работал официантом и усердно пытался заработать деньги, чтобы помочь родителям. Но вскоре его семью ждали пополнение. Мама Хана была очень рада второму сыну, хоть и понимала, что в их семье появится еще один человек, которого нужно будет обеспечить. Джисон тоже был рад братику, поэтому выбрал ему имя и с его выбором родители согласились, и назвали младшего сына Тэхо, что с перевода значит великий, гениальный, сильный как тигр. Джисон любил младшего брата всем сердцем. С малых лет он заботился о нем и делал все, чтобы малыш не чувствовал себя обделенным или не таким, как большинство остальных детей. Покупая конфеты и остальные приятности для маленького ребенка, Хан отказывался от обеда или утреннего кофе, потому что ему не хватало денег на это. Тэхо рос сильным и милым мальчиком, проблемы бедности еще не заботили его детскую головку и Джисон был этому даже рад. Всё-таки он всеми силами пытался отгородить его от тех проблем, которые сам испытал в детстве. Будто опомнившись, Хан пробежался глазами по комнате и внутри него резко что-то сжалось. «Где Тэхо?!» — пронеслось у него в голове и он мягко отстранился от мамы. — Мама, — Почти шепотом парень произнёс. — Где Тэхо?.. Женщина вытерла мокрые следы слез с морщинистого от стресса, лица и указала рукой на дверь второй комнаты. Больше в квартире комнат не было, только кухня и кладовка, переделанная под комнату, где стоял письменный стол парня. Он встал с пола и быстрыми шагами направился к двери, пока мама снова не начала плакать, помогая своему мужу встать. Джисон распахнул дверь и поискал глазами братика. Но в комнате никого не было. Стол стоял подле маленького окошка. С права, вдоль стены, стоял старый, деревянный шкаф с одеждой. Его дверка была слегка приоткрыта, на что Хан обратил внимание, ведь он всегда плотно закрывал дверцы шкафа, чтобы одежда сильно не пылилась. Он подошел к нему и открыл дверцу. Из-за вешалок с одеждой показались круглые глазки. Они были большими и темными, словно у олененка. — Ну во-о-от, ты все же меня нашел!! — Тэхо выпрыгнул из шкафа, вешаясь на ногу Джисону. — Но в этот раз вы так долго меня искали, поэтому я победил! Тэхо залился звонким смехом и начал скакать вокруг старшего брата. — Так ты все это время играл в прятки?.. — Хан присел на корточки рядом с Тэхо и взял его маленькую ладошку в свою руку. — Да! Правда в шкафу было очень темно и мне стало немного страшно. Но я вспомнил старшего братика и то, что ты мне говорил! Что все люди чего-то боятся, но только храбрые идут навстречу страхам. Я хочу быть храбрым, поэтому я сидел там дальше. Мальчик немного потупил взгляд и неловко улыбнулся. — Правда я чуть-чуть приоткрыл дверь, потому что там было ну о-о-очень темно! — Тэхо эмоционально размахивал маленькими ручками, тщательно выговаривая слова. — Но я же не перестаю быть храбрым из-за этого, правда-правда? — Конечно нет, малыш. Ты самый храбрый маленький мальчик, которого я знаю. — На глаза Джисона навернулись слезы, но он старался улыбаться. — Я люблю тебя, Тэхо. Младший братик по-детски наивно улыбнулся и заметил порез на щеке Хана. — Хён, ты где-то порезался? — А, то ерунда, просто царапинка. Не обращая внимания на слова старшего брата, Тэхо подбежал к письменному столу Хана и выдвинул один ящичек. Немного порывшись там, он достал цветной пластырь и сунул его в руку Джисону. — Воть. Это мне дали в больнице, когда мы с мамой ходили сдавать анализы и добрая тетя-доктор дала мне этот пластырь. Я хотел его сохранить, но тебе он нужнее. Слова, что говорил Тэхо, больно отзывались в сердце Джисона. Этот маленький мальчик, который носит старую одежду старшего брата и кушает дешевую еду без мяса, так просто отдал что-то, не прося ничего взамен. В этот момент Хан пообещал себе, что он обязательно добьется успеха и даст Тэхо все, чего он не может дать ему сейчас. — Спасибо, малыш. Я сильно тебя люблю. — Фе, давай без этого. Я уже не такой маленький. Тэхо деланно надул губки и уже через минуту отвлекся на карандаши, которые Джисон подарил ему на прошедший день рождения.

***

На улице было еще тепло, но прохладный ветер оставлял зябкие следы на коже Хана. Он стоял перед домом, собираясь уже уходить в магазин на ночную смену. Парень поежился и засунул руки в карманы, когда кто-то дотронулся до его плеча теплой рукой. — Сынок, ты в порядке? Хан обернулся и увидел перед собой отца. На его виске красовался окровавленный бинт, который был старательно обмотан вокруг головы. — Да. Всё хорошо, пап. Можешь не волноваться, лучше позаботься о себе. — На мне все заживает как на собаке, ты же знаешь своего папу! — Мужчина подмигнул Джисону и весело улыбнулся. Джисон никогда не понимал как папа может так улыбаться, когда в его жизни нет ничего радостного. Сплошные трудности, проблемы с деньгами, тяжелая работа. Скорее всего это была лишь маска сильного отца, которую папа носил все время, скрывая свои чувства, но Джисон был уже не ребёнком. Если Тэхо ничего не замечал, то Хан уже прочувствовал это всё на себе. Он даже ощущал некоторую схожесть между ним и отцом в плане эмоций. — Сынок, обязательно поспи, когда выдастся возможность. Ты растущий организм, тебе нужно спать достаточное количество часов. — Мужчина говорит это больше из правильности и долга родителя, понимая, что у Джисона время на сон столько же, сколько у него самого. Он чувствовал вину за это перед женой и сыновьями. За то, что не смог обеспечить им хорошую жизнь и красивый дом, без возможности накормить их жареной свининой, поэтому он пытался делать все, что было в его силах. Сам того не осознавая, отец Хана давал сыновьям самое важное — отцовскую заботу и понимание. Это было единственное, что мужчина мог сделать для них сейчас. — Я уже ухожу в магазин, а то опоздаю на смену. — Джисон застегнул молнию на серой кофте до самого конца, одел кепку, скрывая каштановую шевелюру и поверх натянул капюшон. — Хорошо, сынок. Будь осторожен и помни, что папа верит в тебя и любит не смотря ни на что! Хан обнял папу и зашагал вниз по наклонной дороге от своей маленькой квартирки. Над городом еще стояла полная луна, но ее свет становился блеклым на фоне городских огней. Звёзд видно не было по той же причине. Джисон этого даже не заметил, он смотрел под ноги, чтобы не споткнуться в темном районе и не покатится вниз по дороге. Он смотрел на серый асфальт и свои, потрепанные временем, кеды. Впереди его ждала очередная бессонная ночь.