waves

нингуан хоронит бейдоу где-то на самых дальних и пыльных полках своего сознания, чтобы больше никогда не ронять слезы глубокой ночью. но каждый раз, возвращаясь с работы, слышит тихие завывания китов. у нее не получается. похоронить мало, и нингуан прекрасно это знает, но не может выбросить эту яркую иназумскую вазу, снять винтажные картины и вылить весь алкоголь в доме. ей просто не хватит смелости. иногда ей кажется, что только за счет этих мелочей она держится на плаву, ощущая бейдоу все еще рядом. бейдоу задыхается подо льдами северно-ледовитого океана, мигрирующие киты проплывают рядом, начиная звонкую песню. нин гуан сидит по ту сторону, разбивая руки в кровь об голый толстый лед. последнее, что она видит — улыбку тонущей и просыпается в холодном поту. кажется, брюгге начинает давить сильнее, чем раньше. нин гуан задумывается об этом, когда замечает пачку ментоловых сигарет у подъезда своего дома. дышать явно становится труднее, но она не замечает. ей не до этого.

♡

— иногда я в самом на деле задаюсь вопросом «почему именно она?» — потому что у нас баланс, — говорит бейдоу и задается звонким смехом, держа в руках ментоловую сигарету, — сама судьба свела нас, понимаешь? — честно? не понимаю, — слабо улыбнувшись, сказала нингуан.

♡

нингуан точно начинает ненавидеть всю посуду в своем доме, поэтому не ест уже второй день; не может, ей больно. засыпать становится все страшнее с каждым днем, кошмар повторяется и каждый раз все хуже. она сидит на холодном кухонном полу и держит в руках эти чертовы ментоловые сигареты в надежде, что они помогут забыться. но закурить не может. страшно, что снова почувствует тепло губ бейдоу.

♡

— обязательно привезу тебе чего-нибудь. — ну, на севере никаких глупых ваз нет, так что я в предвкушении, что ты сможешь привезти, кроме льда. — а ты говорила, что она тебе нравится… я привезу тебе полярного медведя! — бейдоу начинает звонко смеется. — ну-ну, — произносит нингуан с легким смешком, — и куда нам его потом девать, гений?

♡

нингуан видит игрушечного полярного медведя у какой-то маленькой девочки в руках и понимает, что не может больше держаться. слезы начинают течь прямо посреди улицы, оставляя за собой черные полоски потекшей туши. она не двигается, не всхлипывает, а просто молча держится за сердце. люди проходят мимо, не обращая внимания, как и та девочка, что уже давно исчезла из поля зрения нингуан. а полярный медведь все еще мерещится перед глазами. кажется, нингуан не похоронила бейдоу в своем сознании, а всего лишь спрятала подальше, как и все вещи в доме, напоминающее о девушке. нингуан не хочет отпускать, еще не готова, но невыносимая тоска и одиночество съедают ее по кусочкам. скоро от нее ничего не останется. она скучает за звонким смехом своей возлюбленной, снам вместе и любимой кофейне бейдоу. она скучает по теплу, дому и уюту, которые вторая излучала каждый божий день. наверное, нингуан даже скучает по ее долгим разговорам о мореплавании. нингуан не слышит и не видит, приходя домой каждый день, закуривая ментоловые сигареты. ей хочется окунуться в северно-ледовитый океан, думая, что сможет ухватиться и разогнать китов. плача каждый раз после повторяющегося кошмара, нингуан знает, что этому не будет конца. рождество. почти полночь, нингуан стоит в ванне, отрезая свои длинные волосы, которые ощущаются тяжким грузом. с каждой падающей прядью хочется кричать еще сильнее. но нингуан никогда не перекричит гул китов, который она слышит ежедневно. нингуан изо всех оставшихся сил пытается разбить лед. ни холода, ни боли она уже не чувствует. она слышит треск и видит, что слой льда разломился под ней, не думая бросается в холодную воду. пение китов бьет по ушам и вода заливается в рот, но нингуан успевает схватить бейдоу за руку, прижаться и закрыть глаза. они встретились ночью на рождество, пробившись через лед, вместе уходя на дно ледяного океана. бейдоу превратится в этот самый океан, и мигрирующие киты запомнят это навсегда, а нингуан растворится в северном ветре, сделав свои слезы новыми ледниками. нингуан слышит долгожданный смех у себя под ухом.