And for a moment I thought you were here, but then again, it wasn't true

Он посреди пещеры. Он выходит из портала первым, и он посреди пещеры. Он смутно узнает очертания камней, и углубление в земле, но все это быстро стирается, на фоне новой информации. В одном из концов пещеры Дариус. Он даже не задается вопросом, что Дариус делает посреди гребаной пещеры, и где его чертов Дядя. Ведь Белос наверняка неподалеку, но все это не имеет значения. Они дома. Он…он дома. Он больше не чувствует себя собой. Он смотрит в неизвестно откуда взявшуюся лужу, и видит свои глаза, волосы. Он не знает кто он, но это не похоже на него. Это совсем не похоже на него. Ему вероятно, следовало что то сказать. Потому что в пещере все ещё есть Дариус, и он всё ещё тупо смотрит на него. Хантер не знает. Просто…титан, Белос был там, был в нем, Белос… Вероятно, приходит кто то ещё, потому что он слышит звуки портала. Не то, чтобы его это интересовало. Ему вообще не нужны другие, он неплохо справляется сам. Он и Флепджек. Всегда вместе. Им никто больше не нуже…ой. Дариус подходит к ним и, вероятно, хочет задать миллионы вопросов, ведь его рот раскрывается, но оттуда не исходит ни звука. Затем, он разворачивается, и пробует ещё раз. На этот раз громко выкрикивая имя Леди Совы. -Идалин! Идалин, сюда! Откуда-то из глубин пещеры приходит ответ, и Дариус удовлетворённо смотрит на них. Затем на него. Затем подходит все ближе, двигаясь так аккуратно, словно они забитые в угол зверьки. Хантер не может перестать дрожать от приближающейся фигуры, хотя знает кто это, это Дариус, это… Флепджек щебечет, что все в порядке. Он чувствует себя невероятно одиноким, один, совершенно один в этом мире. Раньше, у него был Флепджек, Флепджек, который так гордо рассуждал о том, что они сделаны из одно материала. Флепджек, который был его другом, его командой, его палисманом. Флепджек, который… И это было оно. Он просто бежит к кому то, потому что чувствует себя отчаянно одиноким, совсем совсем одиноким, потому что он больше никого не имеет. Там была эта мягкая грудь Дариуса, и… Это было слишком много. Он чувствовал, как его лёгкие взрываются, как отчаянно его тело требует кислорода, как кожа горит в агонии, но все это не имело значения. Была грудь Дариуса. Приятная на ощупь ткань, и успокаивающая рука, зарывшаяся в его волосы. Был голос, который бормотал миллионы вопросов, в порядке ли он, титан, что произошло, Хантер? Хантер! Он не думает, что может продолжать дышать. Продолжать жить. Он чувствует, что его тело грязное, он хочет чтобы это закончилось. Флепджек ушел. Флепджек, его Флепджек ушел. Он ушел. Флепджек, он…ушел. Он ушел. Он. Флепджек. Леденящий душу, нечеловеческий крик, вырывается из его груди, когда осознание содеянного накрывает с головой. Его ноги больше не его, так что он падает, задыхаясь, и выдирает клочки волос, надеясь что боль хоть немного отвлечет его. Это не срабатывает. Ему невероятно больно, особенно когда он натыкается на отметины рогов, но все, что Хантер действительно может чувствовать, это всепоглощающая пустота внутри. Ушел. Навсегда, навечно. Он слышит обеспокоенное чириканье позади, повторяющее успокаивающие слова, но его там нет. Это в его голове. В его голове. Люди кружат вокруг него, обступают его, тянут к нему руки, но он не хочет, чтобы они касались его, что бы кто-либо касался его, он чувствует себя грязным, отвратительным, и гнилым изнутри. На самом деле, ему бы хотелось выбраться из этого тела, вырваться из этой кожи, но он не может, не может, не может… Он отползает назад, или вперёд, это может быть право, он не знает куда, слез слишком много. Он просто уходит от них, подальше, подальше, подальше от них, от рук, от людей, от всех. Флепджек трётся о его щеку, заверяя что все хорошо. Но его там нет. Хантер чувствует, как его лёгкие сходят с ума, вероятно, потому что они полны воды, он не знает. Не думает, что хочет знать. Он может просто чувствовать, как воздуха не хватает, как дыхание сбивается, и как что то подступает к его горлу. Он пытается сбежать отсюда, дальше, подальше от них, потому что он не хотел бы устраивать беспорядок или марать их, но у него вряд ли есть выбор. Что то вырывается из него, так что он задыхается, и не может пошевелиться, а затем… Его тошнит. На пол Леди Совы, на Леди Сову, на Дариуса, Луз, мисс Камилу, он не знает кто находится вокруг, он не уверен, где он находится, его просто тошнит, его лёгкие горят, вода внезапно выливается из его рта, носа, из него, ей просто не хватает места, так что она течет вниз, и все что он может, это издавать нечленораздельные стоны. Он не может правильно видеть, или слышать, но ему не нравится, что люди окружают его. Он пытается отогнать их, тряся руками, и пытается кричать, но не уверен, что что то выходит. Оно останавливается на мгновение, давая ему шанс сделать крошечный вздох, чтобы затем закашляться, и извергнуть из себя ещё больше воды. Он не может перестать кашлять, рвать, плакать, и слышать щебет птицы, которая беспокоиться о нем, которая мертва. Флепджек ушел. Он не уверен, что сможет ещё хоть раз произнести это имя. Его руки отказываются держать его слишком громоздкое, грязное тело. Они прогибаются, и новые шрамы горят. Он извергает из себя кусок болотной массы, и чувствует, как ударяется об пол. Вода, стекающая по подбородку, красная, так что, вероятно, у него идет кровь из носа. Времени обдумать это, в любом случае нет. Потому что его сейчас вырвет, и лежать при этом лицом в пол не самая лучшая идея. Так он пытается подняться, или хоть немного перевернуться, но только ещё сильнее ударяется, заставляя кровь бежать с новой силой. Если его сейчас вырвет, он вероятно, просто задохнется здесь, и это не кажется таким уж плохим вариантом. Флепджек мертв. Его переворачивают на бок, ложа в странную позу, с криком: -Титан, вы топили его? -. Тысячи рук вьются вокруг, пальцы ложатся на его шею, кто то хватает его голову, и запускают пальцы в волосы. Сильные руки удерживают его, когда очередной поток воды вырывается наружу. Хантер не знает почему ее так много, он не помнит, чтобы глотал так много. - У вас есть скорая или вроде того?! Он хочет вырваться из крепкой хватки, хочет чтобы его отпустили, и пытается отбиться от них, но они только чуть сильней сжимают его -Успокойся, Mijo. Все хорошо. Хантер не помнит, кому принадлежит мягкий голос, все внезапно смешивается в его голове в одну огромную, пищащую кашу, и он просто хочет что бы все это закончилось. Они гладят его волосы, и шепчут успокаивающие слова, которые он не может понять. Но в это время, над его ухом тихий писк заверяет, что все в порядке. Мягкие перья касаются его щеки, что то легонько оттягивает непослушную прядь волос, позволяя заземлиться. Красный кардинал прижимается к его щеке, и продолжает визжать. Мальчик, мой мальчик, в порядке, в порядке! Мой мальчик, люблю моего мальчика, мой мальчик в порядке! Безопасно! Мальчик в безопасности! Люблю тебя, люблю тебя, люблю моего мальчика! Он уже не уверен, почему его тошнит. Он ни в чем не уверен. Мир перед глазами плывет, голоса это лишь один громкий звук, а внутренности смешиваются, и он чувствует, будто кто то разобрал его, вытащив каждый орган, а затем собрал неправильно. Это, может быть даже правда. Но кажется, вода кончается. Он не уверен. Не может быть. Хантер слишком устал, чтобы думать хоть о чем то. Он позволяет своей отвратительной истерике продолжиться, вырываясь, крича, и задыхаясь в слезах. Он цепляется за первое попавшееся, и это оказывается Дариус. Ему так легко узнать на ощупь Дариуса, его ткань всегда намного мягче другой, и такая… другая, Хантер не знает как это описать, но она намного лучше всей остальной ткани. Даже той, из которой была сделана его форма, хотя Дядя говорил, что она пошита из лучшей ткани Кипящих островов. - Н-нам нужно идти- осторожно произносит Леди Сова, прижимая к себе Луз (когда она пришла?). — Он скоро будет здесь, и мы бы не хотели встретить Белоса. -Мы можем подождать… -Нет, Дариус, мы не можем, и ты прекрасно знаешь это. Его охватывает странный гнев. Почему он не знает? Почему никто не знает? Почему они продолжают говорить будто его нет, будто все в порядке? Почему не один из его друзей не говорит об этом? Почему они внезапно просто игнорируют тот факт, что Флепджек мерт?! -О-он мертв- Хантер не слышит, как произносит это, настолько тихий его шепот. Дариус, вероятно, тоже не слышит, или слышит лишь кусочек. В любом случае, он позволяет ему остаться в объятьях, наклоняясь и шепча ему в ухо. -Что прости ? — Хантер злится. Он не знает на что. Он злится, и он невероятно одинок, и это слишком сложные эмоции, чтобы иметь с ними дело прямо сейчас. Так что он решает просто прогнать их, вместе с пронзительным криком. -Флепджек мертв! Он тратит все силы на этот глупый крик, так что у него ничего не остаётся в ответ на странный взгляд Дариуса. Это…беспокойство? Страх? Печаль? Хантер не может быть уверен, что то, что он видит, правда. Он больше не может даже смотреть. Он закрывает лицо руками, и его горло разрывается, это больно, Титан, это ужасно больно, но он не может это остановить. Висит тишина. Нет, он конечно же портит все. Тишина могла бы висеть, если бы не его тупые всхлипы, бульканье, завывания, и все то, что он издает во время своих припадков. Тупых припадков. Тупого время. Вообще все тупое. Он хочет ударить кого то очень сильно, но никто не виноват. Виноват он. Так что выдрать пару клочков волос, кажется достойной заменой. Руки из его волос достаются. Внезапно, Хантер так жалеет что сказал это. Теперь это так невероятно реально. За его спиной больше никто не пищит. -Маленький принц, я…- -Я хочу что бы он вернулся! — Чтобы Дариус не хотел сказать, Хантер игнорирует это. Он всегда был таким. Эгоистичным. Ставил свои желания выше других. Неважно, это всё сейчас так неважно. -Малыш… -Верни его! Верни его, верни его! — Хантер чувствует, как нечто корчиться под его кожей, чешется, и желает вылезти, как нечто заставляет его трястись, и вырывается из него с криком, оставляя совсем пустым. Хантер чувствует, как внутри что то рушиться, как что-то вырывается из него, прямо как Дядя. -Верни его, Дариус, верни его! Я хочу чтобы он был здесь, верни его! Верни его, сейчас же, я приказываю, верни его! Это так нагло, и неправильно, так жалко, но ему так наплевать. Он цепляется за одежду Дариуса мертвой хваткой, пытаясь остаться в этой реальности, и визжит, громко, противно, визжит, его тело корчиться так, словно внутри него есть что то, что хочет сбежать, и хей, теперь он знает как это ощущается. -Где Флепджек, почему его здесь нет?! Верни его, верни его! -Хантер, тебе нужно дышать Его голос срывается на хрип. Больно, Титан, ему больно, но у него было хуже. Он был в Императорском ковене. Было хуже. Он совсем пустой. В нем нет даже эмоций, он совершенно пуст. Хуже никогда не было. Дариус прижимает его к своей груди, крепко обнимая, и что то показывает своей рукой. Хантер не хочет знать, что. Он устал. Титан, он так устал. Мальчик устал! Мальчик должен спать! Кровать, сейчас! Мальчик не может работать! Мальчик будет болен! Мальчик должен спать! Спать, спать, спать!!! Рука ложиться на его голову, и прижимает к себе, другая водит успокаивающим круги по спине. -Вдох......выдох. Ты отлично справляешься, маленький принц. Вдох.....выдох. Его берут на колени, и сворачивают как младенца, прижимая к груди, и позволяя вцепиться в ткань, которую он испортил житкостями своего организма -Пожалуйста, верни его — сдавленно хрипит он, не зная зачем. Они не вернут его. Он убил его. -Я не могу — бормочет Дариус, ещё крепче сжимая его опустошеное тело. Он слышит, как к ним кто то подходит. -Мне жаль, но нам действительно нужно идти. Мы можем…разобраться с этим на базе. Здесь небезопасно Словно подтверждая эти слова, стены дрожат, и они слышат рев. Он чувствует, как Даруис тяжело вздыхает, и осторожно отпускает его, смотря прямо в чужие глаза. -Ты сможешь идти? — Хантер не знает. Он качает головой. Он мог бы соврать, но он не может. Он устал. Его ноги болят, и руки болят, его мышцы болят, и вообще, все болит. Он чувствует себя одним большим, пустым куском боли, который не может передвигаться. Он не думает, что может встать. Это не страшно. Они могут оставить его здесь. Тогда возможно, он вновь увидит Флапа намного быстрее. Дариус вновь вздыхает, и осторожно подниматься, с ним на руках. Его никогда раньше не носили на руках. Даже если он был ранен на миссии. Другим было все равно, но Флепджек… Он не может больше думать об этом. Пещеру наполняет странная мелодия, которую он, кажется, где то слышал. Имя Рейн Висперс, всплывающее в голове, ничего ему не говорит. Тело словно наполнено ватой, в голове туман, и голоса вновь отдаляются. Что то определенно происходит, но он не может понять, что. Он слышит, как несколько человек шепчут ему, что все будет хорошо, что он в порядке, он будет в порядке. Флепджек не щебечет даже в его голове. Он не верит не единому их слову.