«ПРИЗРАКИ РАССВЕТА . Часть 1 ».

32. НОВЫЕ ЧЛЕНЫ СЕМЬИ. Карлайл ушёл в половине двенадцатого ночи. Науэль поел, поворчал, что бестолковей он не проводил ещё время и улёгся спать. Эдвард с Беллой тоже мучились от безделья. Днём гуляли по пустынным улицам города. Редкие полицейские, завидя издалека двух обнявшихся вампиров, отдавали им честь и скрывались из виду. Иногда встречались «подозрительные» личности, на вроде их самих, но ни кто не пытался к ним подойти - все мигом исчезали. Двадцать седьмого утром пришёл к ним Бенджамин со своей Таей. Стало на много веселее. Целый день они провели вместе. Бенджамин болтал безумолку, а Тая за весь день не промолвила ни слова, сидела в сторонке и наблюдала за своим ненаглядным. - Гостиница полная вампиров, а поговорить не с кем, все прячутся по своим комнатам. Амон принёс слух, что завелась какая-то сильная семья вампиров, которая потихоньку уничтожает всех непонравившихся им вампиров. Слышали? Эдвард и Белла вытаращили глаза. Они конечно поняли, что кто-то о них распускает слухи, но сделали вид, что сами в недоумении. - А мы не слышали, вчера гуляли по улицам - людей вообще нет, а редкие вампиры обходят нас стороной, все стали бояться друг друга. - Эдвард артистически изобразил удивление. - Ну, я решил не рисковать и не стал ходить по городу, хочу провести денёк у вас, если вы не против. - Ты приехал с Амоном? - небрежно спросила Белла, как будто она не знает, что Бенджамин ушёл от Амона. - Нет, я уже к нему не вернусь никогда, - и ласково посмотрел на подругу. Тая слегка улыбнулась, преданно глядя ему в глаза. - Мы встретились в Нью-Йорке в аэропорту. Он, конечно, опять просил нас вернуться, но я предложил ему свою дружбу и не больше. Он заметил, что у нас изменился цвет глаз, и не стал больше настаивать. - Бенджамин выжидающе посмотрел на Эдварда, как ребёнок, который сделал что-то первый раз и теперь ждёт, когда его похвалят. Белла первая спохватилась. - Ой, точно, посмотри Эдвард, у Бенджамина и Таи глаза стали почти янтарные. Ну, надо же, какие молодцы - сами перешли на животных. Очень тяжело? - радостно защебетала Белла. - Вообще не тяжело. Я и раньше об этом думал и говорил Амону, но он категорически заявил, что это не возможно и не правильно, что вампир должен пить кровь человека. Я про вампиров много не знал, пока не побывал у вас. Амон светлый, но хочет жить, как тёмный. Ему не нужен нормальный человеческий дом с удобствами, с телевизором, компьютером. Он не хочет, чтобы я читал книги, учился чему-то. Одному ему будет лучше – куда захотел, туда и пошёл, - и вдруг склонив голову набок, спросил, - а вы нас возьмёте к себе, а? Так трогательно это прозвучало, что Белла сразу подошла к нему и обняла. - Конечно, конечно возьмём, даже не сомневайтесь. Мы уже всей семьёй обсуждали этот вопрос - все с удовольствием согласились. Даже думали, в какую комнату вас пока поселить. Потом мы вам дом построим на плато. Мы решили всем семейным парам построить отдельные дома в одном прекрасном месте в горах, потом увидите, - тут Белла заметила вопросительный взгляд Таи и еле заметный кивок Бенджамина. - Так, ребята, в нашей семье многие читают мысли, но у нас принято говорить свои мысли вслух, и ни кто ничего не скрывает, - тут она увидела испуг в глазах Таи и поспешила её успокоить. - Не пугайся, дорогая, я вовсе не ругаюсь, просто привыкай говорить, что тебе захочется. Скажи, ты умеешь разговаривать? - Белла ласково погладила девочку по голове, но Тая только опустила голову. - Белла недоумённо посмотрела на Бенджамина. Ей только что пришло в голову, что девочка ещё совсем маленькая. - А сколько Тае лет? - требовательно спросила она, при этом Тая ещё ниже опустила голову. - Тая, дорогая, да ты ещё совсем ребёнок. Кто же пошёл на это? - задала она всем понятный вопрос. - Амон, конечно! Думаете, я большой? – Бенджамин нервозно заходил по комнате. - Мне ещё шестнадцати не было, когда меня украл Амон прямо по дороге в школу. Мои мучения я описывать не буду, вы все пережили это…. Амон очень долго держал меня в клетке. Клетка стояла в каком-то жутком подземелье. Он очень редко притаскивал мне людей, и я их убивал. Амон мне ничего не объяснял и ни чему не учил. За полгода я стал совсем диким, но какая-то часть моего мозга продолжала работать по-человечески. Я стал хитрить, понял, чего от меня хочет мой хозяин, стал его слушаться, как собака - скажет лежать - я лежу, скажет голос - я ору. Тогда он посадил меня на железную цепь и выпустил из клетки. - Бенджамин остановился и развёл руками. - Тут меня он только и видел. Я удрал от него и долго жил один, но потом понял, что объяснить, как надо жить, сможет только он и я вернулся. Только теперь я диктовал, что делать. Тогда он объяснил мне, кто я такой, что он меня создал специально для себя, когда понял, что у меня очень сильная энергетика, а теперь ещё сильнее стала, что я смогу повелевать стихиями, а значит и людьми. Он готовил меня к завоеванию мира, но мне то этого не надо. И он, чтобы привязать меня к себе, решил создать мне пару. Не посоветовавшись со мной, украл красивую девочку и укусил её. Я когда увидел Таю, чуть не убил его. Это оказалась родная сестра моего лучшего школьного друга. Они жили по соседству, и мы дружили с самого детства. Тае было всего четырнадцать лет, когда это случилось, она не успела повзрослеть, - Бенджамин с досады сильно ударил кулаком по спинке дивана, та разлетелась на мелкие щепки. - Ой, извините. Тая сильно мучилась три дня, а я не отходил от неё ни на шаг, кричал от боли вместе с ней. Амон хотел её тоже закрыть в серебряную клетку, как и меня когда-то, чтобы она «не наделала глупостей», но я сказал, что если он хоть пальцем ещё её заденет, я его убью, и он испугался. Как только я понял, что она перестала мучиться от боли, сразу стал с ней разговаривать, всё объяснять, уговаривать, чтобы она успокоилась. Она всё время рычала, билась, кусалась. Пришлось послушаться Амона и посадить её в клетку, чтобы я мог отлучаться, питаться и приносить ей «еду». Мы с Амоном решили, что она совсем сошла с ума от перенесённых страданий, но решили пока не убивать, подождать годик. Но года не прошло, она стала приходить в себя, стала меня внимательно слушать, тихо себя вести. Амона боялась и пряталась за моей спиной, поэтому он старался не появляться около неё. С тех пор прошло пять лет, - помолчал, и потом тихо сказал Бенджамин. - Понимает она буквально всё, но говорить по-прежнему не может, хоть и пытается,- получается хрип. Возможно, она порвала голосовые связки во время перерождения. - Бенджамин подошёл к девочке, нежно обнял за плечи и поцеловал в висок. - Вы, наверное, поняли, что мы конечно не семейная пара. Мы друзья и всегда будем друзьями, но от маленького домика не откажемся. Мы только об этом и мечтаем, жить в маленьком домике, и непременно рядом с вами. Одним плохо. Теперь вы понимаете, почему я так ненавижу Амона. - Бенджамин задумался. Эдвард ответил на его мысли. - Да, ты прав, теперь он найдёт себе другие жертвы, а может уже нашёл, раз так спокойно согласился остаться с тобой друзьями. - Вот этого я и боюсь, - тихо произнёс мальчик, - а как его остановить не знаю. - Надо обо всём рассказать Карлайлу, - отозвался Эдвард, - он помогает Марку в качестве советника, пусть предложит внести в новый закон обязательные условия вампиризации - только спасение от неминуемой гибели, и только сирот, и возраст должен быть не моложе семнадцати лет, чтобы человек был совершенно созревшим. Карлайл пришёл позже обычного - не в девять, а в половине двенадцатого ночи. Поздоровался и стал рассеяно ходить по номеру, как будто не мог собраться с мыслями. Эдвард сразу понял, что произошло, но не стал ничего говорить, ждал, когда отец захочет высказать всё, что его беспокоит. Карлайл вздыхал, - Ну, рассказывайте, как день прошёл. Что новенького? Ренессми звонила? - наигранно беззаботным голосом спросил он у Эдварда и Беллы. Науэль уже спал, а Бенджамин и Таей ушли к себе в номер. - Да, Несси звонила. Они хорошо долетели до Сиэтла, там их встретили Джаспер с Эллис, теперь они уже дома и очень счастливы, особенно Джейкоб. - ответил Эдвард, - а у нас весь день были в гостях Бенджамин и Тая. Бенджамин рассказал их историю перевоплощения - это ещё одна трагедия из жизни вампиров. Оказывается они совсем ещё дети - ему всего шестнадцать, а Тае четырнадцать лет. И Амон перевоплотил их просто для каких-то своих идей, или от скуки, не понятно. У Таи что-то с голосовыми связками, - повредила, когда кричала, или рычала во время перевоплощения, она говорить не может. Посмотришь потом, когда приедем домой, хорошо, отец? - Конечно, без вопросов. Значит, они всё-таки надумали к нам ехать жить - это хорошо, я очень рад. Скоро у вас освободится много места. Вероятно, мне придётся переехать в Вольтеру, потому что Марк предложил мне должность главного советника короля. - Карлайл немного помедлил, - Все эти дни я думал, как быть. Мне не хочется оставлять семью, и в то же время моя семья будет на особом счету у короля, под особой опекой. Уже ни кто не посмеет на вас напасть. И работа мне эта очень нравится. Главным образом мне нравится работать с Марком, - мы хорошо понимаем друг друга и во всех вопросах приходим к единому мнению. Если честно, он предложил задействовать всю нашу семью в разных должностях, но я ответил, что мы дома сначала всё обговорим, а потом сообщим своё решение. Я сам посмел предположить, что Джаспер может согласиться стать шерифом нашего округа, как военный человек он справится, создаст специальный отряд быстрого реагирования, Элис будет ему в этом деле просто незаменимым помощником. Вы сами понимаете - лучше вовремя предотвратить чьи-то не добрые намерения, чем потом ловить и наказывать злоумышленников. Я думаю, ваши способности тоже пригодятся на пользу обществу - там уж видно будет. - Карлайл стал говорить громко, в несвойственной ему ораторской манере, но вдруг стих и виновато посмотрел на сына, - Сынок, так получается, что я всё время стремился к созданию большой, дружной семьи, и вот теперь сам от неё готов отделиться, как вы на это посмотрите? Если все будут против, я, конечно, останусь, тут проблем не будет. А? - как-то с опаской спросил Карлайл. - Отец, я не знаю, как другие, а мой ответ - принимай предложение Марка и работай здесь, занимайся интересным для тебя делом, а к нам будешь приезжать в гости. О семье не беспокойся - вот сейчас Бенджамин с Таей присоединятся, потом Науэль женится, ещё Уйлин выдадим замуж, а там и дети пойдут. - Эдвард внимательно посмотрел на Карлайла. - Лучше расскажи, кого вы сегодня там сожгли, ты постоянно об этом думаешь, а говоришь совсем о другом,- выговорись и сразу станет легче. - Сейчас, расскажу, - а сам всё не начинал. Стал растирать руки, как будто они у него замёрзли. - Тяжёлые были сутки, не приятные, даже не знаю, надо ли рассказывать. В общем, прошлой ночью в город пробрались молодые ребята, решили пошариться по пустому городу, что-нибудь украсть. На их беду, тёмные вампиры решили прогуляться, и, не смотря на строгий запрет Марка не охотиться на территории города, напали на мародёров и выпили из них кровь. Погибло двенадцать человек. Наш патруль их засёк, и когда они вернулись в замок, их заключили под стражу, посадили всех в клетку. Пришлось посадить и тех, кто не был в городе, чтобы не разносились слухи. Мы с Марком срочно собрали экстренный трибунал, самых уважаемых и здравомыслящих светлых вампиров, по одному представителю от каждого континента. От северной Америки позвали Рендела с Аляски, я сам его предложил, от Южной Америки позвали Сельбаха, от Австралии Гринга, от Европы - Алекса, от Азии - Махрида, от Африки - Калифа. Я выступал, как главный советник Марка, - Карлайл стал говорить уверено и жёстко, как будто с кафедры отчитывается за проделанную работу. - Мы все вместе посоветовались и единодушно проголосовали подвергнуть их сожжению. Так получилось, что уничтожить всех тёмных мы приняли решение вчера вечером, а ночью они сами подкинули нам повод для казни. Сегодня днём во внутреннем дворике дворца их выкатили прямо в серебряной клетке на солнцепёк и в считанные минуты они сгорели, все двадцать шесть вампиров, - сказал это Карлайл спокойно, без эмоционально, не выражая никакой скорби по погибшим вампирам, даже не заметил удивленные глаза Эдварда и Беллы. Наверное, таким и должен быть главный советник короля, а, может быть, тяжесть принятия таких решений накладывает отпечаток на характере, но Карлайл действительно за три дня работы стал на много спокойней и уверенней в себе, но и безжалостней. Он сообщил про казнь и тут же забыл, как будто «облегчил душу», начал рассказывать про более интересные задумки Марка. Основная идея заключалась в том, чтобы постепенно выйти из тени, (то есть перестать конспирироваться). Для начала необходимо внедрить своих людей во все области науки, и не для того, чтобы мешать или шпионить, а для того, чтобы помогать людям. Не секрет, что вампирские особенности могли бы помочь людям в освоении космоса, или в областях использования атомной энергии, или в медицине, для лечения особо тяжёлых смертельных заболеваний. - Но для того, чтобы открыться людям, необходимо научиться быть цивилизованными, сдержанными, научиться пить искусственную кровь, чтобы не подвергать опасности людей. Мы должны помнить, что мы тоже люди, потому что рождены женщинами,- уверенно говорил Карлайл. - Это произойдёт не скоро, может быть пройдёт сто или больше лет, пока мы выйдем из тени, но начинать надо уже сейчас. Грум оставил Марку свои рукописи с воспоминаниями о своей жизни, и Марк решил их опубликовать, как фантастический роман. И сам про себя хочет написать, про свою любовь единственную и неповторимую к Миле - всё с самого начала. Он хочет предложить тебе, Белла, написать книгу, про вашу любовь с Эдвардом. Людям будет интересно узнать, что вампиры могут любить и страдать и бороться за своих любимых не щадя своей жизни. Сначала они будут читать эти романы, как фантастику, но потом сопоставят факты и поймут, что это тоже имеет место в жизни. Когда-то люди поверят, что с нами можно существовать в этом мире и даже сотрудничать. У нас будет свой канал на телевиденье, свой сайт в интернете, свои научно исследовательские институты. - Карлайл ходил по комнате с возбуждённо горящими глазами и потирал руки. - Ребята, столько интересных дел, столько задумок. Самое сложное на сегодняшний день - это отучить убивать людей для пропитания. Но и с этим мы справимся. Надо дать вампирам кровь. Я рассказал Марку про нашу свиноферму и дал попробовать свиную кровь, он пришёл в полный восторг - вкус и энергетическая насыщенность, приближена к человеческой. По его мнению - это самый блистательный выход из положения. Он нам поможет увеличить ферму и наладить выпуск крови в удобных упаковках, и распорядится, чтобы во всех регионах начинали разводить свиней и продавать кровь, и налаживали выпуск свиных колбас очень хорошего качества. Всем будет выгода. - Карлайл ходил взад - вперёд по комнате. Эдвард и Белла удивленно наблюдали за ним и водили головой, следя за его передвижениями. Вдруг он остановился и сразу сменил тему разговора. - Так, так, ребята, утром идём все вместе к девяти часам. Мне надо посидеть пописать, и подумать. Очень волнуюсь, как всё пройдёт. Впервые за всю историю человечества в одном зале соберутся все человекоподобные существа, способные хоть немного мыслить, но с очень разными нравами. Да, держитесь всё время вместе, Науэля возьмите в кольцо, на всякий случай. Бенджамина и Таю я внесу в список нашей семьи, вы, надеюсь не против? - внимательно посмотрел на Эдварда, тот не успел даже разинуть рот для ответа, Карлайл уже мотнул головой. - Ага, ну вот и хорошо, - тут же уселся за стол и уткнулся в свои бумаги. Эдвард с Беллой переглянулись и заулыбались. Никогда они не видели отца в таком приподнято-возбуждённом состоянии. Эдвард взял Беллу за руку, и они пошли в свой номер. - Я даже не знаю - радоваться или огорчаться таким переменам отца, сказал Эдвард, когда они зашли и уселись перед телевизором. - Радует то, что он нашёл здесь любимое дело, но есть и огорчительные стороны перемен - он утрачивает способность сострадать. Когда он лечил людей, то очень сильно переживал за каждого больного. Теперь он призван вершить правосудие, и ради правильного решения совсем избавился от сострадания. А может быть на такой должности иначе нельзя? Всегда, когда человек меняет образ жизни, у него меняется характер. Теперь ему придётся мыслить глобальными масштабами, даже не государственными, а земными. Знаний у него хватит, в этом я уверен, хватило бы характера. Ведь власть очень портит слабых и очень укрепляет сильных характером людей. А у Карлайла характер мягкий, был, по крайней мере, до этой поездки. - Некоторое время оба молчали, тупо глядя в телевизор, но думали каждый о своём. Потом, вдруг Эдвард заулыбался. - А Джаспер будет рад должности шерифа округа, ему давно хотелось заняться чем-нибудь военным и полезным одновременно. С его энергией, он даже с континентом бы справился, да? - И не дождавшись ответа, продолжил. - Вертолёт и машины у нас есть, собственный осведомитель всегда под рукой - и жена и военная подруга, и помощник, «всё в одном флаконе». Смотри, как всё хорошо сходится: скоро дом Карлайла опустеет, когда мы все переберёмся на плато, - вот тебе прекрасная штаб квартира, с огромным гаражом и вертолётной площадкой. Эммет будет с удовольствием помогать в свободное от семьи время. И мы будем помогать, да? - как-то уже неуверенно сказал Эдвард, заглядывая в глаза Беллы. - Что, что случилось? Опять видение? - забеспокоился он. Он смотрел в глаза жены, пока к ним не вернулся осмысленный взгляд. - Ой, извини, дорогой. Я слушала тебя и, одновременно проверяла связь с дочкой. - Тут она показала пальцем на свои губы и стала говорить только губами, как будто «сломался микрофон». - Я связалась с ней и спросила, сможет ли она на расстоянии видеть моими глазами. Она попробовала и у нас всё получилось. Завтра, когда мы будем во дворце, я выйду на связь, и она сможет всех увидеть своими глазами, не подвергаясь опасности. - Белла радостно замотала головой, и продолжила немое кино, - Правда, я хорошо придумала? - Умница моя, - сказал вслух Эдвард, а продолжил губами, - если, при этом, наденешь свой щит на меня и нашу компанию, то мы все будем слышать Несси, но зато другие любители подслушивать не смогут прочитать наши мысли. - Правда, я хорошо придумал? - Они сидели, как два малыша в песочнице и хвастались друг перед другом своими «куличиками», у кого лучше. Обоим стало смешно и они уже громко расхохотались. Просмеявшись, Белла спросила мужа. - Мне интересно: у кого-нибудь на земле есть такой же щит? - Я думаю, такая волшебная штучка только у тебя, и досталась она тебе в наследство не от простого эльфа, возможно от короля, или королевы, или принцессы. Я думаю…, кроме щита у тебя есть ещё какие-нибудь штучки, о которых ты ещё не знаешь. Например, ты чувствуешь беду, значит, тебе надо научиться читать знаки – подсказки, понять, когда они появляются, и нельзя ли поточнее определять, что и когда случится. Например, в последнем видении, ты отчётливо видела моего двойника, только с длинными волосами, и всё время искала разгадку, а надо было просто поверить в то, что двойник существует на самом деле, и тогда не получила бы такой шок при встрече. Тебе кто-то открытым текстом уже говорит и показывает, что произойдёт, осталось только этому поверить. - Эдвард ласково гладил жену по голове и уговаривал, как маленькую девочку. - Ты дорогой, не забывай, что я только недавно попала в сказочный мир и мне ещё трудно во всё происходящее поверить. С каждым днём добавляются всё новые и новые чудеса, и я до сих пор не перестала удивляться этим чудесам. Я только одного боюсь, что это сон, и вдруг я проснусь, и не будет этой очень страшной и очень интересной сказки. - Белла схватила Эдварда за лицо и лихорадочно начала его целовать. Эдвард нежно обнял любимую, прижал её к себе. Он знал, чего она боится больше всего. - Ну что ты, дорогая. Ты не спишь уже пол года, а всё боишься проснуться. Я всегда буду рядом. Помнишь, когда ты была ещё моим любимым человечком и засыпала у меня на плече, ты всегда одной рукой держала меня за ладонь очень крепко даже во сне. А я говорил тебе: « не бойся, я ни куда не денусь», как это было смешно и наивно, но я сдержал своё слово…, и никогда не нарушу его. Эдвард, привыкший очень бережно обращаться с любимой, нежно приподнял её с дивана, унёс на кровать, положил её и сам лёг рядом, как когда-то. Белла легла ему на плечо и рука сама схватила кисть любимого. Оба засмеялись. - Ой…, руку не оторви, - сквозь смех выговорил Эдвард. - Ты так ярко мне напомнил, как вспышка моей человеческой жизни, - Белла задумалась. - Постой, дорогая, ты, кажется, жалеешь, - наигранно заворчал Эдвард. - Нет, ни одной секунды не жалела, но те два года начала наших отношений были самые волнительные и трепетные, и я никогда их не забуду, даже через девять тысяч лет они своим теплом будут согревать мне душу, - Белла нежно посмотрела на мужа и добавила. - Будут согревать нам душу.