Профессия? Герой Эроге!

      Путь домой прошел в тишине, так говорить о чём-то особенно не хотелось и оба Паркера думали о своём. Петра, доверительно прижавшись к брату и положив голову ему на плечо, похоже вспоминала сегодняшний день, поскольку Система пару раз сообщила об увеличении отношений. Айзек же разбирался во всех этих сообщениях, полученных после конца обучения. Пока они были в клубе, он решил их проигнорировать, а теперь, в автобусе, у него было примерно полчаса спокойствия.       Сообщениям об улучшении отношений за танцы он уделил всего пару секунд, после чего перешёл к самому интересному. Конец обучения ознаменовал разблокировку сразу нескольких ранее закрытых функций и Айзек решил идти по порядку.       Перво-наперво, парню стали доступны воспоминания оригинального Айзека Пока что пакет информации не был распакован и Тринадцатый решил пока повременить с открытием, поскольку не был уверен, что вообще происходит во время распаковки и как на это отреагирует тело. Всё же, потерять сознание в автобусе из-за спешки было бы чем-то совсем глупым. Так что всё это следует оставить на тот момент, когда он будет один дома. Но сам факт наличия такой функции радовал, ведь Айзек уже готовился работать своим умом. Нет, конечно, вести себя как оригинальный Айзек он не собирался. Во-первых, образ жизни оригинала ему абсолютно не нравился и он не собирался менять стиль своего поведения в угоду конспирации. Тринадцатый слишком любил личную свободу, для того, чтобы вгонять себя в какие-то рамки. Уж пусть лучше окружающие привыкают к новому Айзеку Паркеру. Да и поскольку у парня был очень узкий круг общения, мало кто мог бы указать на изменения в поведении. Но ведь кроме оного были и другие аспекты — школьные знания, имена одноклассников, общие знания об окружающем мире и многое другое. Тринадцатый даже не знал, как к этому подступиться и уже было собирался симулировать травму головы и амнезию. Даже со своими совсем неразвитыми каналам и малым резервом, при помощи магии он сумел бы имитировать достаточно реалистичную рану. Благо, теперь всего этого делать не придется.       Далее была другая довольно интересная функция — фетиши, которые отображаются в статусе Героинь. Поскольку таковая у Паркера была всего одна, обратился он именно к Петре. Мысленно парень вызвал статус сестры и вот что показала Система:

Петра Мэй Паркер «Дружелюбная Соседка» Статус отношений: «Больше чем просто родственники» Прогресс отношений: 25/100 История Героини: Петра является твоей младшей сестрой. Не так давно её укусил радиоактивный паук и она получила сверхспособности. Она стала супергероиней по имени «Девушка Паук». Она сожалеет о смерти тёти Мэй, но рада, что рядом с ней есть кто-то, кто готов её поддержать. Фетиши: стимуляция груди; сибари; запретная любовь

      «Интересно…» — подумал Айзек смотря на эту информацию. Теперь понятно почему девушка так смущалась от простейших комплиментов с его стороны. У Петры, похоже, были грязные мыслишки по отношению к любимому старшему братику. — «На этом можно сыграть…» — продолжал он рассуждать. Для себя он уже решил, что отношения с сестрой будет развивать до конца, а раз у неё фетиш на такое вот инцестное действо, то глупо было бы этим не воспользоваться.       Ещё становилось понятно, почему в клубе у Петры так напряглись соски после пары лёгких сжатий груди. У неё была, очевидно, слабость к такого рода стимуляциям. А вот последний фетиш был довольно забавным и ироничным, так как супергероиня которая регулярно связывает преступников своей паутиной сама хотела быть связанной. В общем, больше флирта, больше прикосновений, не забываем про грудь и, наверное, нужно бы купить специальную веревку для сибари.       И последнее — навыки. Тут то и вылезло нечто странное. Первый навык, полученный ещё в автобусе, пусть и был довольно интересным и полезным, ведь позволял успокаивать одними лишь объятиями, но был абсолютно блеклым на фоне второго навыка, который был разблокирован с концом обучения.

[Защитить эту улыбку] Реальность искривляется вам в угоду в том случае, если Героиня в этом действительно нуждается. Ради её улыбки вселенная пойдет на уступки (Нельзя активировать вручную)

      Это был просто… Атас, чтоб хуже не сказать. Нет, Айзек уже, конечно, понял, что эта Система не самая обычная и оказывает куда большее влияние на мир, чем его прошлая, но влиять на реальность, чтобы не было грустняшек? Это забавно, но, честно говоря, Айзек опасался того, что может случится, активируйся этот навык. У высших сущностей, или кто там создаёт Системы, чувство юмора бывает очень странным.       — Петра, подъезжаем. — Айзек вырвал сестру из её мыслей и оба Паркера направились домой.       Когда они выходили, парень как-то не обратил на это внимание, но теперь у него была возможность получше рассмотреть резиденцию Паркеров. Это был небольшой двухэтажный домик с маленьким передним и чуть более большим задним дворами. Кирпичные стены, довольно большие окна и десяток таких же домов стоящих впритык. Куинс был довольно тихим пригородным районом и напоминал довольно идиллистичное место. Из преступлений здесь были максимум редкие взломы и кражи, никаких тебе суперов, инопланетян, безумных учёных или чего-то подобного. Тишь да благодать, короче говоря. Войдя в дом, двое подростков застали куховарящего Бэнджамина Паркера. Из болтовни Петры Айзек уже знал, что утром дядя Бэн был на субботнем лото, а потому дома отсутствовал.       — О! — улыбнулся он, увидев воспитанников. Тринадцатый же рассматривал его самого.       Бенджамин Паркер был среднего роста мужчиной в возрасте. Волосы, пусть и не были белыми, но в них уже присутствовала седина, да и на лице были морщины, пусть и неглубокие. Несмотря на свой рост, он казался довольно крупным. Широкие плечи и массивная фигура были тому причиной. Просматривалось и довольно изрядное брюшко. В общем, типичный дядька лет пятидесяти. Айзек был даже рад, что такие тут бывают, кстати?       — Привет, дядя! — широко улыбнулась Петра. — Мы с Айзеком гуляли по городу. А ты как? — девушка стянула с себя кроссовки и бросила их в угол, оставишь в синеньких коротких носках. Её примеру последовал и Айзек. Разувшись, оба Паркера проследовали на кухню.       — Молодцы! — широко улыбнулся он. — Садитесь! — сказал мужчина, показывая на стол. — Я пожарил шницель с картофельным пюре. — дождавшись пока Петра с Айзеком сядут, он поставили перед ними тарелки с поздним обедом. — Ну как, закончились ваши обиды? — спросил дядя, спустя минуту.       — Какие обиды? — с набитым ртом спросила паучиха.       — Да вы в последнее время совсем не общались, — заметил Бэн, — Я подумал вы поругались.       — Да нет, — махнул рукой Айзек, когда увидел, как на лице Петры выступила легкая растерянность. — У нас обоих в последнее время много учёбы было, совсем не оставалось времени нормально поговорить.       — А сейчас? — поинтересовался дядя.       — Как видишь, общаемся. Правда, Петра? — Паркер перевёл взгляд на сестру, которая слегка покраснела, видимо вспомнил, насколько близко они сегодня общались.       — Д-да… — слегка заторможено кивнула она.       — Ну вот и отлично. — широко улыбнулся Бэн.       Доев, Айзек встал из-за стола и обратился к обоим родственникам:       — Я сейчас не очень хорошо себя чувствую, — солгал он. — Хочу поспать. Если я не проснусь к ужину, не будите меня, я утром поем.       — Хорошо. — легко согласился Бэнджамин. Петра лишь кивнула.       Войдя в свою комнату, Айзек ложился на кровати и вызвал меню Системы.

Желаете распаковать пакет информации «Память Айзека Паркера»? [ДА/НЕТ]

Вздохнув, парень нажал «Да» и мир померк.

***

ИНТЕРЛЮДИЯ I       Солнце заходило за горизонт и безоблачное небо окрасилось в мягкий оранжевый цвет. Петра Паркер сидела на краю крыши Эмпайр-стэйт-билдинг и, беззаботно болтая свешенными ногами, ела горячий чуррос, который ей вручила сердобольная старушка за то, что она вернула ей украденную сумочку. Подходил к концу очередной патруль девушки-паука и она была довольна собой. Сегодня она остановила, замотав в паутину, целых трех грабительниц. Одну даже пришлось избить, так как она набросилась на паучиху с ножом. Рядом лежащая рация, гордость девушки, над которой она работала целую неделю, ловила полицейские волны и она отстраненно слушала переговоры офицеров. Но более геройствовать она сегодня не собиралась. Устала. Сюда она забралась чтобы перекусить в тишине и посмотреть на закат. Она любила заканчивать свои патрули именно в такой обстановке. Но мысли юной супергероини были заняты совсем не гордостью за саму себя и не благодарностями жертв грабительниц. Она думала о брате. Когда-то Паркер проводила с Айзеком целые дни — они вместе играли, болтали и просто веселились. Но в последние пару лет брат ушёл с головой в учебу и они стали проводить всё меньше времени вместе, а после смерти тёти Мэй…       Мысли невольно вернулись к тому разговору в автобусе. Петра действительно винила себя в смерти опекунши. И тому были вполне серьезные причины — если бы она не проигнорировала ту психопатку с пистолетом, то она бы никогда не выстрелила в тётю Мэй и дядя Бэн не стал бы вдовцом. А Айзек… Он любил тётушку всем сердцем и девушка просто не могла найти в себе сил смотреть брату в глаза, зная, что именно она лишила его самого дорогого человека. Но Айзек заметил, что она избегает контакта с ним, а потому и случился этот разговор. Девушке было тяжело, но она признала свою вину в смерти тёти и ожидала худшего — криков, ругани, обвинений. Но Айзек просто обнял её и уверил, что не винит сестру ни в чём. Конечно, он не мог знать, что именно Петра не остановила вооруженную психопатку и девушке было тяжело, потому как она не могла рассказать брату о своем альтер-эго, но его успокаивающие слова и тёплые объятия… Они заставляли девушку плакать, но одновременно с тем радоваться, что рядом с ней есть такой человек.       А ведь она была права — Айзек действительно изменился. Стал смелее и настойчивее, ехиднее и, самое главное, он начал с ней флиртовать, что вводило девушку в краску. И это злило Петру — она никогда не была особенно стеснительной и даже наоборот, всегда умела найти нужные слова, но при общении с братом? Дело в том, что она чувствовала влечение к Айзеку. Это было совершенно неправильно, но именно брат был её первой сексуальной фантазией. Именно Айзек приходил к ней в эротических снах. Каждая улыбка, каждое прикосновение, каждый комплимент заставлял Петру краснеть и робеть, а сердце учащенно биться. И ведь Айзек этого не понимает, для него это не более чем шутки, но для паучихи это нечто большее… Но может ли быть, что его флирт реален? Если это так… Нет, нужно выбросить эту ерунду из головы, Айзек её брат. И как бы девушке не хотелось, чтобы он обнимал и целовал её, этого никогда не случиться. Всё, на что она может рассчитывать, это его дружба и Петра не собиралась её лишаться.       Выбросив обертку от чуррос, паучиха отправилась домой. На часах было восемь часов вечера, а значит дядя Бэн уже спал. Он всегда ложился пораньше, чтобы к пяти утра отправиться на работу в магазин стройтоваров. Айзек же так и не проснулся к ужину, а это значит, что он, скорее всего, продолжает спать, потому девушка не боялась, что они узнают о ёё тайне.       Дом же стоял таким образом, что она могла попасть на задний двор незамеченной никем, что Петра и сделала, после чего забралась по стене к открытому окну своей комнаты и оказалась внутри.       Стянув маску, она выдохнула — всё, можно передохнуть. Девушка стала стягивать свой костюм и спустя минуту оказалась полностью голой — лифчики она носила редко, так как грудь у неё была небольшой, а сами они ей казались не слишком удобными, ну а трусики под костюм она не надевала, потому что на облегающем спандексе была видна резинка от них. Костюм был её гордостью — сколько дней она с ним возилась — не счесть, но получилось достойно. Красно-синий с узорами паутины он всегда плотно облегал её тело и удачно подчеркивал фигуру.       Петра уже было собиралась двинуть к кровати, но остановилась у большого ростового зеркала и стала рассматривать своё отражение. До укуса паука она была не слишком выделяющейся худышкой — тощей и слабой. Но после того рокового дня с ней случились метаморфозы — мышцы появились буквально за ночь, но они не были как у перекаченной бодибилдерши. Скорее, как у профессиональной атлетки. Петра смерила взглядом свои ноги — длинные, красивые, без единого волоска на них. После чего взгляд последовал выше и остановился на промежности. Недлинные черные волоски скрывали плотно сжатые половые губы. Она всё ещё была девственницей и даже не использовала игрушек, как это делают многие девушки её возраста, а потому киска её была нетронутой. Выше был плоский животик с едва заметными кубиками пресса. Девушка провела по нему рукой и улыбнулась — другие проводят часы в спортзале добиваясь такой фигуры, а она получила её случайно. Проведя рукой выше, Петра дотронулась до груди. Размер был всего первый, из-за чего Петра часто комплексовала, но она отказывалась расти что до укуса паука, что после. С другой стороны, она не будет обвисать, а благодаря пауку она стала крепкой и упругой.       «Айзек сказал что ему нравится…» — мелькнула мысль и от неё потеплело в животе. Мог ли он врать чтобы та корова отстала? Вполне. Но всё же Петра тешила себя мыслью, что брату действительно нравятся её полушария.       От прохлады царящей в комнате, соски девушки затвердели и теперь задорно торчали вверх. Петра не смогла удержаться и двумя пальцами сжала левый сосок, отчего по телу прошла волна тепла. Неожиданно в голову пришли мысли о случившемся в клубе. То, как она сидела у Айзека на коленях, прижимаясь спиной к его груди и то, как он сжимал её грудь, проводя пальцами по соску. Конечно, он сделал это чтобы прогнать ту старую дуру, но чёрт, как же приятно это было. Петра порадовалась, что она не парень и по виду нельзя сказать, что она возбуждена. А возбудилась она тогда знатно. Кстати о парнях и возбуждении, сидя на коленях у Айзека, в какой-то момент она почувствовала, что ей в попу упирается что-то твёрдое. Тогда она не обратила на это внимания, так ей было уж больно неловко, но сейчас одной лишь мысли о том, что её тело могло возбудить Айзека хватило для того, чтобы между ножек потеплело.       Петра опустила свободную руку вниз и медленно прикоснулась к половым губам и чуть дёрнулась, когда резкая волна тепла прошлась по её телу как небольшой электрический разряд. Мысли о брате всё никак не хотели отступать и она вспомнила его горячий шепот, когда он называл её красавицей, попутно сжимая грудь. Девушка сильнее сдавила сосок и из её ротика вырвался тихий стон. Мысли уже было не остановить и она стала фантазировать, что бы ещё мог сделать Айзек. Она отпустила сосок и схватилась за грудь, представляя что это рука брата. Сильно сжимая полушарие, второй рукой она делала круговые движения вокруг своей киски. Между ног становилось всё теплее и вскоре она почувствовала влагу на пальцах. Она представляла как сидела на коленях Айзека и как он целует её шею и играется с грудью. Представляла, как он засовывает руку ей под майку и сжимает уже ничем не защищённый сосок. От таких мыслей становилось жарко и девушка с каждой секундой возбуждалась всё сильнее. Петра представила, как брат целует её — грубо и настойчиво, не обращая внимания на возражения. Как он кусает её губы и языком исследует ротик. Очередной стон сорвался с губ Петры и она представила, как брат выводит круги на её животе, двигаясь все ниже и ниже, пока не достигает края штанов. Он отодвигает их и томительно медленно опускает руку всё ниже. Петра стала сильнее надавливать на киску, представляя, как брат гладит её поверх трусиков, а потом, не спрашивая разрешения, засовывает руку под них и вводит пальцы внутрь. Представляя что это рука Айзека, она раздвигает половые губы и вводит палец внутрь. Она снова стонет, на этот раз громко и вновь сжимает свой сосок. Палец находит головку клитора и начинает её поглаживать, постепенно увеличивая напор. Петра щипает себя за сосок, после чего снова сжимает всю грудь полностью. Ноги начинают подрагивать, но девушка не обращает на это никакого внимания — она вводит второй палец внутрь и начинает исследовать своё влагалище, совершая резкие фрикции, каждая из которых посылает по телу новую волну тепла и вызывает стон за стоном. Вскоре Петра почувствовала надвигающийся оргазм и ускорила движения рукой, то засовывая пальцы глубоко в киску, то надавливая на горошину клитора. Сжав до боли грудь, девушка засунула пальцы внутрь до самого конца и содрогнулась всем телом, упав на колени. Из горла вырвался последний, самый громкий стон.       — Ха… Ха… — девушка пыталась отдышаться и только спустя полминуты до неё дошло, что случилось. — Вот чёрт… — под нос выругалась Петра. Она снова мастурбировала представляя себе брата, а ведь совсем недавно пообещала себе что будет иметь к нему только дружеский интерес.       Проклиная всё на свете, она двинулась к кровати и уложилась в неё, так и не удосужившись надеть хотя бы трусики. Заснула Петра довольно быстро — день сегодня был выматывающим.

***

      Петра проснулась от какого-то шороха и спросонья не понимала, что происходит, но вскоре до неё дошло, что к ней прижимается что-то тёплое.       — А? — сорвалось с её губ, а после этого последовало то, что совсем обескуражило девушку.       — Спи, спи. — это был Айзек. В её кровати. Прижимался к ней.       — А-айзек?! — громкий шепот сорвался с её губ       — Да, это я. Спи. — негромко ответил ей брат.       До Петры вдруг дошло, что спать она пошла голой. Это вызвало целую бурю чувств, от злости и смущения, до… Возбуждения.       — Ч-что ты здесь делаешь? — потребовала она ответа.       — Решил поспать с тобой сегодня, как в детстве. — был дан ей ответ.       — Но я… Я… Голая… — последнее слово было произнесено совсем тихо.       — Да я как бы тоже не особенно одет. — с ехидством в голосе ответил брат и Петра поняла, что он действительно прав. Спиной она чувствовала его голый торс. Слава богине, внизу она почувствовала материю, а значит Айзек был в трусах.       — Э-это неправильно… — возразила паучиха, но сама почувствовала, как по телу снова разливается тепло.       — Почему? — спросил Айзек. — Ты моя любимая сестрёнка. Раньше ты не возражала когда мы спали вместе.       — Мы… Тогда были детьми. — Чёрт, Петра вдруг стала понимать, что ей чертовски нравится объятия брата.       — Ну повзрослели мы и что? Я всё равно люблю тебя.       «Люблю…» — от этого слова сердце пропустило удар и Петра совсем перестала соображать.       — Если хочешь, я уйду. — предложил Айзек.       — Нет! — такой реакцией Петра шокировала саму себя, но и чёрт с ним, решила она. Будь что будет. — Можешь остаться… — тихо прошептала она.       — Вот и отлично, спи. — сказал брат и прижался к ней ещё теснее.       Проклиная саму себя и всё вокруг, Петра попыталась уснуть, игнорируя небольшое возбуждение. Удалось погрузиться в царство Морфеи ей только через полчаса. КОНЕЦ ИНТЕРЛЮДИИ

***

      Когда Айзек очнулся, часы показывали три часа ночи. Долго его не было, однако. Зато теперь у него есть полная память оригинального Паркера. Первым делом он решил проверить сообщения из системы и к своему удивлению обнаружил, что отношения с Петрой выросли еще на двадцать пунктов. Что же здесь происходило, пока его не было? Хотя… Посмотрев на время получения десятка сообщений, которые раскинулись на период в десять минут, у него появилась идея что это было. И эта идея заставила его усмехнуться. Похоже сближение с сестрой идёт хорошим темпом.       Немного подумав, к нему пришла идея как ещё больше улучшить отношения, навеянная воспоминаниями оригинала. Когда Петра и Айзек были детьми, они часто спали вместе и сейчас можно повторить этот опыт.       Раздевшись до трусов, Айзек пошёл в комнату сестры и обнаружил её спящей в кровати. Забравшись под одеяло он с удивлением понял, что она нага, но отступать было поздно. Петра проснулась и последовал короткий разговор, во время которого Айзек действовал максимально нагло, обнадеженный Системой, которая говорила, что сестра очень даже за, несмотря на все её возражения. Когда она согласилась провести эту ночь вместе с ним, парень покрепче прижал её к себе и уткнувшись носом в её волосы, стал думать о воспоминаниях оригинала.       Для начала — история. В комиксах и фильмах о Человеке-пауке родители Питера имели разные роли, от агентов ЦРУ, до работы на ЩИТ. В этой реальности Рикарда и Мэри Паркер, две дамы которые завели детей при помощи искусственного оплодотворения, были учёными и погибли, когда Халк разрушила лабораторию в которой они работали, оставив, тогда шестилетнего Айзека и пятилетнюю Петру, сиротами. Их передали на попечение сестры Мэри — Мэй, которая была замужем за Бэнджамином Паркером, в юношестве — Смитом. Кстати, она была его единственной женой, что довольно странно для мира, в котором многоженство это не просто частое явление, а норма. А дело тут в том, что мужчина был бесплоден, что абсолютно нивелировало его пользу как мужчины. Да и свою единственную жену он любил. В общем, попали Паркеры в Куинс, где и росли. Были дружны, находя в друг в друге утешение после смерти родителей, ходили в местную школу. Потом поступили в Мидтаун Хай, где учатся до сих пор. В это время отношения между ними не сказать что испортились, но охладели — Айзек с головой ушел в учебу и проводил с сестрой всё меньше времени. Собственно, парень сейчас на последнем году учёбы и планировал поступить в Нью-Йоркский университет, на что у него были неплохие шансы. Айзек был если и не гением, то очень способным мальчиком и теперь всеми этими знаниями и мозгами обладал Тринадцатый, чем определённо нужно воспользоваться. Петра, соответственно, была на предпоследнем году обучения и ещё не знала, что хочет делать со своей жизнью дальше.       Что забавно — оригинальный Айзек восхищался женщиной-пауком и даже создал собственные веб-шутеры, которые стреляли синтетическим материалом, который симулировал паутину. Хранил он их… Под кроватью, где же ещё.       Далее — мир. Он был матриархальном, что логично, но мужчине здесь пробиться куда-либо было очень тяжело, если ты не какой-нибудь Тони Старк. Впрочем, пытались немногие, живя в своё наслаждение и пользуясь привилегиями, даруемыми государством. Процесс размножения здесь был тоже очень интересным. По сути, у женщины здесь было два выбора — стать одной из жён в гареме какого-нибудь парня, что было довольно сложно, так как найти такого парня было непросто и ещё сложнее было заинтересовать его собой. Когда у кого-то бесконечный выбор из лучших представительниц пола, простушке сложно вступить в отношения. Тут на выручку приходил второй вариант — искусственное оплодотворение. Каждая женщина в США имела свой рейтинг, который зависел от множества факторов — семьи, образования, должности. И каждая же женщина могла обратиться в специальную клинику, где согласно рейтингу ей выдадут пул доноров, из которого она может выбирать. Никаких имён, кончено же, но другой информации было полно — раса, внешность, привычки, черты характера и прочее. Вот так и заводили детей одинокие женщины. Ну или вступали в отношения с другими женщинами и таким образом создавали семью. Что же касается мужчин, то кроме множества привилегий, у них были и обязанности — начиная с двадцати одного года каждый гражданин США мужского пола был обязан ежемесячно сдавать свой семенной материал. Были, конечно, и исключения. В основном из-за тяжелых болезней, бесплодия и похожих вещей, но, в целом, каждый мужчина раз в месяц ходил в клинику, где работал быком осеменителем. Богачи, конечно, делали себе липовые справки, чтобы в случае чего не было каких-то нежелательных событий, но это уже реалии любого из миров.       Раздумывая о том, как жить дальше, Айзек и не заметил, как уснул.

***

      Проснулся Айзек с первыми лучами солнца, что было довольно нетипично, поскольку он всегда любил поспать, но, скорее всего, тут виной то, что он пролежал в отключке несколько часов усваивая память оригинала, так что тело отдохнуло.       Он всё ещё обнимал Петру, вот только его рука была у девушки на груди, крепко её сжимая, но поскольку она всё ещё крепко спала и об этом не знала. От греха подальше, он убрал руку, хотя мысль о том, чтобы дождаться побудки сестры именно в такой позиции мелькнула в голове, но он её отбросил. И не потому, что не хотел её смущать, просто пора было идти. На сегодня у Айзека было много планов. Кстати, утренний стояк тоже присутствовал и упирался в голую попу девушки.       Неохотно встав с кровати, Айзек направился в душ, попутно привычно проверяя Систему. Вчера он не заметил, но там было интересное сообщение.

[Поздравляем! Вы открыли достижение «Стимулятор»! Шарм +3] Стимулятор: Своими действиями возбудите Героиню

      Похоже фетиш Петры был сильнее, чем он предполагал изначально. Но это даже лучше.       Умывшись и почистив зубы, Айзек оделся, взял деньги и отправился в город. Нужно было много чего купить для ритуала. Какого ритуала? Ну, тут всё просто. Природный резерв у Айзека был чудовищно мал а развивать его не было ни времени, ни особенного желания, а потому пришлось порыться в закромах памяти о своей седьмой жизни, в которой он был Волан-де-Мортом и отыскать подходящий ритуал. Было несколько вариантов, но большинство из них требовало либо магических компонентов, либо человеческих жертв, что, по очевидным причиным, не подходило. Но нашелся и один подходящий — Ритуал Замены. Это довольно малоизвестный африканский ритуал, который оригинальный Волан-де-Морт проигнорировал, но не забыл. Что он делал? Тут всё просто — маг трансформировал своё ядро в своеобразный транзистор, который мог черпать энергию прямо из мира, даря магу, по сути, бесконечный запас маны. Для его проведения нужно было много крови, но любой - хоть человеческой, хоть звериной, а свиную кровь всегда можно купить в мясном магазине. Ну и прочие мелочи вроде серебряного ножа, свечей и мела тоже нужно было купить. Кто-то мог бы спросить, почему же тогда каждый второй маг не проводит такой ритуал и не становиться Мартином во-плоти. Тут сразу три причины. Во-первых, этот ритуал был малоизвестным и даже сам Волан-де-Морт нашел его описание только в каком-то дорогом и редком трактате. Во-вторых, ритуал уничтожал само ядро мага, делая из него, по сути, маггла. А это накладывает много ограничений — на тебя начинали работать магглоотталкивающие чары, так что ни тебе в магическое поселение сходи, ни в министерство загляни. Кроме того, любая проверка покажет, что ты не волшебник, а потому магические контракты не будут работать. Ещё это отсекало возможность пользоваться теми связями магии, где нужен именно личный резерв, вроде зельеварения, где маг вливал в ингредиенты собственную магию. Ну и третья причина, наверное самая главная, в местах где используется магия, магический фон слишком нестабилен и взять его под контроль практически невозможно, так что если захочешь использовать бесконечный резерв, придётся жить среди магглов.       Ну а Айзек мог все эти причины проигнорировать — ритуал он знал, ядро ему особенно не было нужно, разве что невозможность приготовить зелья была неприятной проблемой, но терпимой. А жить он и так собирается среди магглов, так что с этим проблем тоже не будет.       Конечно, была ещё проблема абсолютно неразработанных магических каналов, но они развиваются куда быстрее резерва, достаточно просто часто пользоваться магией.       Проверив на телефоне адрес ближайшей мясной лавки, Айзек направился туда. Была она ближе к городу, так что он сел на автобус и быстро доехал до нужного места.       Ещё раз сверившись с картой, парень стал искать нужный магазин. В какой-то момент он решил срезать через переулок, когда случилось нечто о интересное.

[Титул «Главный Герой» активирован]

      «И что это значит?» — было подумал парень, но его мыслительный процесс был прерван громким стоном раздавшимся из-за большого мусорного бака.       Чувствуя, что ввязыватся в что-то плохое, Айзек пошёл на звук и нашёл человека. Привалившись к стене на земле сидела молодая девушка со светлыми, практически белыми волосами. На ней был чёрный облегающий латекса костюм и чёрная же маска на лице. В незнакомке Айзек опознал Чёрную Кошку, один из любовных интересов Питера Паркера из комиксов. Как её зовут за пределами маски он, увы, не помнил. Девушка находился практически в бессознательном состоянии и тихо стонала. Под ней натекла уже довольно приличная лужа крови. Ещё Айзек заметил на земле окровавленный нож и что-то, что он определил как деформированная пуля. Картина стала складываться в голове — Кошку подстрелили и она выковыряла пулю, но сил на перебинтовку у неё не осталось. Щёлк. И время замерло.

Вы нашли девушку в тяжёлом состоянии. Что вы будете делать. A — [Уйти] B — [Понаблюдать] C — [Помочь]

[Внимание! Неправильный выбор навсегда закроет рут с этой Героиней.]

      Вариант B Айзек отбросил сразу, как слишком садистский и секунду помешкал над двумя оставшимися. Он задницей чувствовал, что просто помощью тут дело не обойдётся. Но думал он недолго — не настолько же он бессердечный. C — [Помочь]       Время отмерло и тело задвигалось автоматически. Айзек подошёл к стонущей девушке и наложил руки на ране на бедре. Спустя секунду руки начали светиться. Действующий сейчас в качестве наблюдателя Тринадцатый узнал в этом простейшие целебное заклинание. Рану оно не излечит, но кровь остановить сможет. Увы, на большее такого резерва не хватит. Десять секунд прошли и контроль над телом вернулся к парню.

[Рут Фелиции открыт! Вы теперь можете видеть «Статус Героини» Фелиции Харди] [Ваш нынешний статус с Фелицией изменен на «Неожиданный спаситель»]

      «Так, это всё потом» — решил Айзек, сворачивая полученные сообщения. Сейчас было не до рутов и отношений, нужно было помочь Кошке, ведь она всё ещё плохо реагировала на окружение. Пару секунд парень рассуждал, а не вызвать ли скорую, однако отбросил эту идею по двум причинам — во-первых, в таком случае Фелиции придётся раскрыть свою личность, а раз она носит маску, то вряд ли этого хочет и не обрадуется подобному исходу. Но главное, Чёрная Кошка была известной преступницей, и пусть совсем не злодейкой, как, к примеру, Зелёная Гоблинша (которая уже успела появиться в этом мире и даже один раз сразиться с Девушкой-пауком) но врачи наверняка сдадут её полиции, чего хотелось бы избежать.       Тут бы пригодилось кровевосстанавливающее зелье, приняв его Кошка быстро поднялась бы на ноги, но чего нет, того нет.       Решив проверить как она, Айзек подошел к девушке и попытался нащупать её пульс, который, к удивлению парня, оказался вполне нормальным — не слишком быстрым, но и совсем не медленным. Что же, это было хорошо.       Прикосновения похоже подействовали на девушку слегка отрезвляюще, поскольку он открыла глаза и попыталась отстраниться, но поняв, что никакой угрозу нет, она снова замерла.       — Что… — негромко попыталась спросить она рассеянным взглядом рассматривая своего спасителя.       — Не разговаривай, — ответил Айзек. — Береги силы, ты потеряла много крови.       — Кто… Ты? — выдавила из себя девушка и мир замер.

Кто… Ты?.. A — [Тебе какое дело? Скажи спасибо что вообще помог.] B — [Просто прохожий. Я остановил кровь.] C — [Я? Рыцарь в сияющих доспехах, спасающий милых принцесс.]

      Решив, что сейчас не самое лучшее время для флирта и уже привычно отбросив грубый вариант, Айзек выбрал вариант B и отдал контроль над телом Системе.       — Спасибо… — поблагодорила Фелиция, чуть поморщившись.

[Вы заработали 3 очка прогресса отношений с Фелицией!]

      — Помоги встать… — попросила Кошка и, оперевшись руками о землю, попыталась подняться.       Айзек тут же подошёл к ней и подставил своё плечо, за которое схватилась девушка и медленно поднялась. Что правда оказавшись на ногах, она едва не упала, благо Паркер сумел её удержать.       — Черти… — выругалась Фелиция и снова попыталась выпрямиться. На этот раз получилось лучше и она отлипла от своего спасителя. Держась за стену, она стала осматривать свою рану. — Что? — спросила она ни у кого конкретного. — Где повязка? Как ты остановил кровь? — она перевела уже более осмысленный взгляд на Айзека.       — Магия. — просто ответил парень.

[Вы потеряли 2 очка прогресса отношений с Фелицией!]

      — Я серьезно. — с долей злости в голосе возмутилась Кошка.       — Я тоже. — серьёзно сказал Айзек. — Я волшебник.       Харди несколько секунд помолчала, после чего вздохнула.       — Блядство, после этих пришельцев я уже ничему не могу нормально удивиться. — язвительно заметила она. — Спасибо за помощь, но мне пора. — обратилась она к своему спасителю и попыталась сделать пару шагов, но едва не упала.       — Куда?! — возмутился Айзек. — Давай помогу добраться тебе до убежища. Тебе нужно восстановиться.       — Не надо. — возразила Фелиция. — У меня дела.       — Ты ничего не сможешь делать в таком состоянии, какие дела? Тебе нужен отдых. — попытался убедить её Айзек. Вряд ли кража чего-либо стоит таких мук.       Фелиция молчала довольно продолжительное время, после чего грязно выругалась.       — Если я ничего не сделаю, пострадают люди. — сказала она. — Так что если не можешь меня вылечить, не мешай.       «Так, стоп.» — мысли быстро стали мелькать в голове. — «Причём здесь люди, она же просто воровка.» — рассуждал Айзек, но память услужливо подбросила в голову картины из комиксов, где Чёрная Кошка работала в паре с Человеком-пауком. Может ли быть, что она решила погеройствовать? Вполне может. Айзек несколько секунд думал, а не плюнуть ли на всё это и оставить Кошку разбираться со всем самой, но он отбросил эту идею. Система в любом случае будет подкидывать ему вот такие вот ситуации, так почему бы не начать пораньше.       — Я помогу тебе. — заявил Айзек, смотря в глаза девушки, которая смерила его подозрительным взглядом.       — Зачем тебе это?       Щелчок.

Зачем тебе это? A — [Как разница? Тебе помощь нужна или нет?] B — [Я всё равно уже вляпался во всё это, так почему бы и нет.] C — [Не могу не помочь такой красавице как ты.]

      — Я всё равно уже вляпался во всё это, так почему бы и нет. — улыбнулся Айзек.       Фелиция смотрела на него в молчании пару секунд, после чего кивнула.       — Хорошо, помощь мне не помешает. — сказала она.       — Ты расскажешь, в чём дело? — поинтересовался Айзек.       — Квинпин собирается отправить партию мальчиков в Европу. — сказала Фелиция. — Полиция у неё на крючке, потому обращаться туда нет смысла. В доки они даже не приедут.       «Дети?» — мелькнула мысль. «Разве Кингпин занимался чем-то подобным в комиксах?» — Айзек не мог вспомнить чего-то такого, но в мире, где мужчины это ценный и редкий материал, такое выглядело вполне логично.       — Сколько сейчас времени? — спросила Фелиция и Айзек тут же ответил, что сейчас половина восьмого утра. Девушка, услышав это, выругалась. — Корабль отходит в девять, мы не успеем добраться до доков. — она задумалась. — Слушай, а твоя магия не может нас туда поместить?       — Вполне. — кивнул Паркер. Трансгрессия почти не трогала резерв и в ней была важна лишь концентрация, а с окклюменцией у Тринадцатого проблем никогда не было. — Но мне нужно знать как выглядит место.       Фелиция кивнула, и всё ещё держась за стену, свободной рукой залезла в небольшой отсек, висящий на поясе, откуда вскоре извлекла компактный смартфон.       — Я следила за доками. — Сообщила она, роясь в телефоне, после чего протянула его Айзеку. Приняв аппарат, парень посмотрел на экран и увидел довольно чёткую фотографию нужного место. Отлично.       — Дай мне руку. — сказал парень, вернув телефон Фелиции.       Чуть помешкав, женщина всё же протянула руку в перчатке и взявшись за нее, Паркер предупредил:       — Будет неприятно.       — Как нибудь вытерплю. — слабо улыбнулась воровка.       Секунда, хлопок, и вот они уже стоят на крыше одного из складов в доках. Ну, точнее, стоял Айзек. Фелиция была на четвереньках и прощалась со своим завтраком. Выблевавшись, она вслух прокляла всех магов в общем и телепортацию в частности.       — Я предупреждал. — улыбнулся Паркер, вспомнив, что его первый опыт с трансгрессией был примерно таким же.       — Чёрт. — напоследок ругнулась Фелиция, медленно вставая на ноги. — Голова кружится. — пожаловалась она, после чего посмотрела на Айзека. — Ты точно не можешь ничего с этим сделать?       — Нет. — просто ответил парень, но в голову пришла одна идея. — Хотя есть один вариант. Я могу простимулировать твои надпочечники, чтобы они стали выделять адреналин. На пару часов бодрости этого хватит, но потом ты будешь чувствовать себя ужасно.       Кошка помолчала, задумавшись. Но, в итоге, кивнула.       — Делай. — согласилась она.       — Повернись ко мне спиной. — приказал волшебник и дождавшись выполнения команды, приложил руки к латексному костюму, после чего стал проводить магию внутрь. Вначале ничего не происходило, но вскоре Фелиция стала мелко дрожать, а сам Айзек почувствовал легкую усталость. — Готово. — сказал он, закончив.       Фелиция некоторое время помолчала, прислушиваясь к себе, после чего кивнула.

[Вы заработали 5 очков прогресса отношений с Фелицией!]

      — Я действительно чувствую себя лучше, — призналась она. — Спасибо… А как тебя звать-то?       — Хм… — задумался Айзек. — Зови меня Ворон.       — Ворон? — слегка удивилась Фелиция. — Не особо магическое имя. Почему так?       — Я могу превращаться в ворона. — пожал плечами Айзек и это было действительно так. Его анимагической формой во всех мирах был именно чёрный ворон.       — Оу… Полезно… Наверное… Ладно, проехали. Меня можешь звать Кошкой. Итак, где мы? — она стала оглядываться.       — Я переместил нас на крышу склада рядом с рекой, — пояснил Айзек.       — Отлично. — кивнула Кошка и подошла к краю крыши. Парень последовал за ней.       Отсюда был прекрасно виден весь док, заставленный кучей контейнеров. Но не это привлекало внимание. Вооружённые женщины. Их здесь было очень много — одни стояли, другие прохаживались между рядов, но становилось понятно, что просто так мимо них не проскочить.       Немного подумав, Айзек пришёл к решению. Идеальным выходом из этой ситуации были бы дезиллюминационные чары, но они были слишком требовательными к резерву, а потому он остановил свой выбор на другом заклинаний. Вряд ли здесь были волшебники, а на всех остальных магглоотталкивающие чары будут работать отлично. Магия болезненно обожгла каналы и Айзек даже чуть покачнулся, когда на него навалилась большая волна усталости, но заклинание сработало, о чём свидетельствовала Харди, которая стала оглядываться.       — Ворон? — вслух спросила она не будучи способной увидеть своего собеседника.       — Я здесь. — отозвался Айзек.       — Невидимость? Неплохо. — присвистнула Кошка. — А меня можешь?       — Могу, — подумав ответил Паркер. — Но ты сама себя тоже видеть не будешь. — предупредил он.       — Ничего. Делай. — в приказном тоне заявила воровка.       Ну, Айзек и сделал, зачаровав ее костюм, поморщившись от очередного приступа головокружений. Нужно в срочном порядке проводить ритуал       — Готово. — сообщил он и Фелиция стала пытаться посмотреть на себя, но как бы она не старалась, каждый раз взгляд скользил мимо её же собственного костюма, что, со стороны, выглядело довольно забавно.       — Чёрт, как непривычно. — вслух поделилась своими мыслями она. — Звуки не исчезают, так что тебя все ещё будут слышать, так что старайся двигаться потише. — предупредил Паркер.       — Поняла. — кивнула Фелиция. Поскольку Айзек всё ещё был волшебником, он мог её видеть.       Дальнейшие минут десять прошли за тем, что они пытались найти место, где держат детей. Вначале Фелиция привела его к одной из портовых построек. Вчера, по её словам, мальчишки были здесь. Увы, пристройка оказалась пустой. Поняв, что времени осталось совсем мало, Айзек просто залез в голову к одной из охранниц. Вообще, он терпеть не мог легилименцию, хоть и знал как ею пользоваться. Айзек всегда считал её нарушением своих моральных принципов, однако тут ситуация поджимала и выбора особого не было.       Из мыслей некой Барбары Тунис он узнал, что детей держат в одном из контейнеров, который вскоре собираются погрузить на корабль. Найти контейнер оказалось нетрудно, как и открыть замок при помощи аллохоморы, а вот что делать дальше было неясно. В освещяемом одинокой лампочкой контейнере обнаружилось пять мальчишек лет десяти двенадцати — они тихо переговаривались, сидя у дальней стенки. Парочка была в слезах. Как и вывести незамеченными было абсолютно неясно.       — Что будем делать? — тихо спросил Айзек у своей временной напарницы, не желая привлекать внимания детей раньше времени.       — Не знаю. — спустя пару секунд так же тихо отозвалась Кошка. — Из той пристройки их можно бы было вывести, но отсюда? Нас точно заметят. — девушка замолкла. Твоя магия может помочь?       — Есть у меня одна идейка, но даже если получиться… А, была не была… Поговори с детьми, скажи что мы пришли помочь. — Сказал Айзек и когда Фелиция направилась к мальчишкам, достал из кармана небольшой носовой платок и стал над ним колдовать. Резерв его был почти пуст, но того что осталось, должно хватить, чтобы создать небольшой портключ. Максимум километр, но этого будет достаточно чтобы выбраться за пределы доков. Когда с портключом было покончено, Айзек чувствовал себя как выжатый лимон, едва стоящий на ногах. — Готово… — слабо отозвался он, привлекая внимание детей и Кошки.       — Ой! — воскликнул один пацан, рыжий и конопатый. — Ещё одна невидимка!       Проигнорировав его, Айзек бросил платок на пол, чтобы его было видно.       — Дети… Прикоснитесь к платку… Кошка, ты тоже… — заплетающимся языком приказал Паркер. Когда все окружили кусочек материи, Айзек сам прикоснулся к нему и из последних сил активировал портключ. Резкий рывок и вот семь человек лежат на тротуаре за пределами доков. Сделать что-то еще парень уже не смог, погружаясь в темноту.