3eally?!

Is there a hero somewhere, Someone who appears and saves the day, Someone who holds out a hand and turns back time? Is there a hero somewhere, Someone who will never walk away, Who doesn't turn a blind eye to a crime? (c) Poets of the Fall — Locking Up the Sun

             Обычно, когда Пак Джинён в одиночестве, без стаффа и других представителей компании, передвигался по агентству, вокруг него образовывалась некая «охранная зона». Мало кто из трейни и айдолов приближался к нему, мало кто заговаривал, опасаясь нарваться на отповедь или поучающий монолог. Пак Джинён виртуозно умел выедать мозг чайной ложечкой, и это обычно затягивалось на десятки минут. Никто не хотел из-за этого опоздать на занятия или тренировки.       Сегодня ситуация повторялась один в один. Пак Джинён шагал по коридору, и все трейни, которые в этот момент как раз высыпались толпой из большого танцевального зала, старались проскользнуть мимо как можно быстрее, уважительно здороваясь и тут же теряясь среди своих однокурсников. Толпа быстро рассеялась, замешкавшиеся трейни подталкивали друг друга в спины, стараясь ускользнуть от добродушно-внимательного взгляда.       Коридор быстро опустел. Лишь у окна разговаривали о чём-то двое менеджеров из финансового сектора, и у дверей тренировочного зала осталась стоять темноволосая девушка в чёрной толстовке. Поначалу вид у неё был довольно неуверенный, но потом она сжала руку в кулак, вздёрнула голову, блеснув прозрачно-карими глазищами под опахалом ресниц, и глянула прямо на него.       Тут он её узнал. Ли Янгми. Эта трейни никогда особо не блистала в вокале, но неизменно заслуживала одобрение танцевальных тренеров благодаря гибкости и очень точным движениям: ничего лишнего, скупая выверенная техника и сосредоточенность. Однажды кто-то из стаффа показал ему запись её импровизации — и Пак Джинён до сих пор не мог забыть, как в ключевом моменте эта с виду худенькая девочка с силой оттолкнулась от пола, кинула тело в сальто и приземлилась — на идеальный поперечный шпагат! Конечно, это умение поражало.       Но не отменяло двух важных факторов, из-за которых он не мог позволить ей дебютировать. Отсутствие хорошего вокала и возраст. И если первое ещё можно было как-то компенсировать, то второе...       В то время, когда она пришла в компанию, его вниманием безраздельно владели Stray Kids. Решение сформировать женский юнит было принято в начале 2019 года, но тогда Янгми даже не была допущена на шоукейс. А потом случилась пандемия, и всем было не до дебютов.       А сейчас, в 2021 году, ей исполнится 22 года по корейскому счислению. Слишком поздно.       Если только оставить её в компании в качестве бэк-танцора...       От размышлений его отвлекла сама Янгми. Шагнула вперёд, склонилась.       — Здравствуйте, Пак Джинён-ним.       — А, привет-привет! — добродушно откликнулся тот, сразу заинтересовавшись. — Разве тебе не нужно на занятия?       — Я не хожу на английский. У меня к Вам разговор.       «Вот как оно, девочка? Сразу берёшь быка за рога?»       Впрочем, Янгми сразу стушевалась. Покраснела, заправила за уши вылезшие из хвоста прядки тёмных волос.       — Точнее, просьба...       — Выкладывай, — всё так же добродушно велел Джинён. Девчонка ему понравилась.       — У меня... Скажите, могу ли я временно приводить по вечерам в агентство младшую кузину? Ей пять лет, она не может дома одна. Мне больше не с кем её оставить. Тётя в больнице, отец в рейсе... у нас больше никого нет...       «Вот оно что...»       Пак Джинён помрачнел. Янгми заметила это, сжалась.       — Она тихая... Никому не будет мешать. Я позабочусь... — тихо пообещала она, глядя на него совершенно несчастными глазами.       А глава JYP Entertainment смотрел на неё и размышлял, как же они на самом деле мало знают о судьбах этих юношей и девушек. О том, как складывается их жизнь вне агентства. О том, чем каждый из них жертвует ради агентства. Семьёй ли? Принципами? Хобби? Друзьями? Конечно, все они пошли на это осознанно. Но ситуации это не меняет...       Проще всего было сказать «нет». Но Пак Джинён вдруг вспомнил свою дочь, полуторагодовалую Имджа. Представил её пятилетней. Каково было бы ей оставаться дома одной?       «А если девчонка врёт?       Но нет, невозможно так лгать. Она слишком волнуется».       — А что с тётей? — спросил он, всё ещё сомневаясь.       — Рак, — тихо сказала Янгми. — Сейчас она проходит реабилитацию после химиотерапии. Всё это время мой отец заботился о Сонхи, чтобы дать мне возможность заниматься. Но... денег не хватает. Поэтому он снова вернулся к старой работе. Там гораздо больше платят. Но сестрёнка теперь на мне...       — Ты сказала «рейс». Кем работает твой отец?       — Он дальнобойщик.       Пак Джинён покивал, заложив руки за спину. Он напряжённо размышлял. В голову пришла цитата из Библии:       «Каждый из нас должен угождать ближнему, во благо, к назиданию».       Внезапно ему в голову пришла идея.       — Тебе не кажется, что на твоих занятиях ей будет очень, очень скучно? — спросил он, наблюдая, как гаснут огоньки надежды в её глазах, и укорил сам себя за эту глупую игру кота с мышью. — Давай-ка мы запишем её на вечерние танцевальные курсы для младших. Там, правда, с десяти лет, но пусть уж занимается как умеет. Будешь приводить её из школы, отдавать на танцы, заниматься и забирать с курсов по окончании своих. А я поговорю с инструкторами. Найдём, чем занять малышку в случае чего.       Глаза Янгми распахнулись. Аккуратный ротик приобрёл форму буквы «О». Не красавица, но симпатичная, даже несмотря на слишком острые скулы. Пак Джинён ещё раз искренне пожалел, что не увидит в составе своей «нации» эту девушку.       Ей же даже сольно не дебютировать — не потянет вокальные партии...       — Спасибо, сонбэнним! Большое вам спасибо! — её голос немного дрожал. Пак Джинён положил ладонь на её согнутую в поклоне спину.       — Запомни, девочка. JYP не отказывает тем, кто действительно нуждается в помощи.       Уходя, Пак Джинён мельком глянул на витраж, выложенный в стене геометрическим узором. В нём были зеркальные части, и в этих зеркалах отражалась благодарная и радостная улыбка на лице Ли Янгми.              Маленькая Ли Сонхи оказалась крепким орешком. Как и кузина, она занималась танцами с достойным упорством и терпением, быстро запоминала движения и к осени, когда её мать в состоянии стойкой ремиссии вышла из больницы, завоевала любовь всей своей группы. Ей даже разрешили выступить на отчётном концерте, где девочка своим ярким номером и детской простотой покорила сердца многих зрителей, но дальше этого дело не зашло — Сонхи уехала к матери, в район Мапо, и ежедневно возить в агентство её, конечно же, никто не стал.       То, насколько уставала Янгми всё это время, стало понятно только в сравнении. Занимаясь в агентстве, возясь с младшей, она умудрялась ещё и подрабатывать. В перерывах между тренировками или поздними вечерами после возвращения из агентства и возни с младшей она часто сидела за ноутбуком, выполняя работу онлайн. Впрочем, погружённый в подготовку к этапам Кингдома, Феликс поначалу не замечал этого, и впоследствии крепко получил за свою невнимательность от чуткого и всезнающего Ли Но.       — Ну зачем тебе это? — спросил он тогда, вглядываясь в её озабоченное лицо, с беспокойством замечая красноту глаз, тени под глазами и ещё более обострившиеся скулы. Она, ко всему прочему, заметно похудела, и её ответ только усугубил тревогу Ликса:       — Отец получит зарплату только через месяц. Чем я Сонхи кормить буду?       «...и себя?»       Тогда Феликс, не раздумывая, предложил ей помочь деньгами. Но Янгми оказалась упрямой и гордой и отказалась от этого наотрез, даже обиделась немного. Привыкшая всего в жизни добиваться самостоятельно и с усилиями, она и подарки-то принимала от него с трудом. Зачастую не принимала совсем, и Ликс поначалу обижался, но поговорил об этом с Минхо — и наконец понял.       — Я бы тоже не принял, знаешь, — заметил тот. — Ты пытаешься действовать прямо, но с Янгми это не сработает. Она будет ценить либо то, что действительно необходимо — притом вам обоим, — либо то, к чему приложил руку ты сам. Она «глиняная ложка», Ликс. Ты — «серебряная». Поверь, эта разница ещё не раз и не два станет камнем на вашем пути.       Впрочем, пока что его предсказание не сбывалось.       Пораскинув мозгами и посоветовавшись с Ли Но, Феликс стал действовать тоньше: проводя вечера у Янгми, он брал на себя заботы об ужине, а то и вовсе приходил с готовой едой, чтобы не возиться, или, давая Янгми возможность спокойно поработать, играл с Сонхи. Малышка настолько привязалась к Ёнбоку, что не отлипала от него ни на минуту, и Феликс даже заскучал по девочке, когда та наконец переехала к матери.       Но зато без забот о сестре Янгми стала куда спокойнее и, сосредоточившись на подготовке к прослушиванию, уже не так остро реагировала на попытки Феликса проявить заботу и внимание.       Ещё проще стало, когда в жизни Ли Янгми появилась Ким Хвана. Та, как и Ёнбок, выросшая в богатой семье, быстро узрела корень проблемы. А потом взяла дело в свои руки и действенно промыла подруге мозги.       — Ты будущий айдол, бестолочь! Вот дебютируешь, будешь рекламным лицом, с тобой будут работать бренды, и придётся вести себя соответственно богатой девочке. Так что начинай привыкать к этой мысли уже сейчас!       И за эти слова Феликс был Хване безмерно благодарен.              Ким Хвана пришла в агентство в конце 2021 года. Перевелась из CUBE. Минхо сразу понравилась эта целеустремлённая, активная и острая на язык девушка. Она легко ставила на место задир, знала себе цену и не тратила время на пустую болтовню, но в то же время легко сходилась с людьми, как любой экстраверт.       А ещё она была красивая. Как куколка. И Ли Но долго не мог понять, кого же она ему напоминает. А потом вдруг сообразил. Ли Минхёк из BTOB. По крайней мере, очертания губ и улыбки у них были совершенно одинаковые. Ли Но в принципе считал Минхёк-сонбэннима очень красивым, а уж видеть его черты в женщине...       Хвана оказалась двоюродной сестрой Минхёка. Ли Но однажды поневоле стал свидетелем их разговора и был удивлён тому, насколько близки эти двое, даром что кузены.       Впрочем, больше Минхо поразило то, насколько быстро Хвана сошлась с Янгми. Казалось бы, что общего было между этими девушками? Общительная, зависимая от своего окружения и своей семьи Хвана и замкнутая одиночка Янгми, привыкшая брать ответственность на себя. Но всё чаще Ли Но видел их в тренировочном зале вдвоём. Всё чаще слышал от Янгми местоимение «мы». И радовался тому, что, кроме него и Ликса, у Ми появился ещё один близкий человек, с которым она может делиться всеми своими мыслями и проблемами, успехами и неудачами.       Мало того, девушки очень гармонично дополняли друг друга как дуэт. Хвана брала на себя исполнение сложных вокальных партий и рэпа, Янгми была неподражаема в танцах и тянула за собой подругу. Тиранила её растяжкой, терпеливо учила делать стойки на руках и сальто, гоняла в спортзал. Впрочем, гибкая и изящная Хвана сама по себе была очень хорошим танцором. Импровизировала так легко, как дышала, напрямую используя весь свой потенциал. И этим живо напоминала Минхо Хёнджина.       Хвана же и подбила Янгми начать писать музыку. В CUBE делали большой акцент на обучение айдолов основам композиции, сольфеджио, теории музыки, и потому у Хваны были и опыт, и сноровка, и даже несколько готовых треков в запасе. Янгми же поначалу отнекивалась: мол, у неё нет опыта, но сдалась — и за пару месяцев девочки таки собрали из своих наработок три песни, с которыми собирались выступить на прослушивании. Судя по их словам, общий настрой песен был позитивным и дерзким, в стиле TWICE. Однако Ли Но видел их хорео — слишком жёсткое, слишком сложное. Он даже представить не мог, куда этих двоих хулиганок могла завести их фантазия.       Видел только, что выкладывались они на полную. Обе понимали, что это прослушивание, по сути, их последний шанс.       — Вы костюмы на выступление подобрали? — как-то спросил у Янгми Хёнджин на очередной тренировке Danceracha и 3eally, которые, к общему сожалению, случались всё реже. Та сокрушённо помотала головой:       — Никак не получается. Кажется, уже всё перебрали. Хочется одновременно и запоминающееся, и не слишком простое. И не юбки с каблуками.       — Так отталкивайтесь от концепта, — посоветовал Хёнджин, как бы невзначай попытавшись уточнить: — Что вы выбрали?       Но Янгми лишь хитро глянула на него и ничего не ответила.              Чем дальше, тем больше она нервничала. День прослушивания неумолимо приближался, а у них с Хваной ещё ничего не готово. В танце вечные ошибки, на вокальных партиях дрожит и срывается голос, и очень сложно удержаться от того, чтобы не править трек, пытаясь добиться идеального звучания.       У них ещё даже костюмов толком нет!       Прохладный ночной ветер ударил в лицо. Янгми, которая обычно-то мерзлячкой не была, поплотнее укуталась в чёрно-жёлтое худи, которое нахально забрала у Феликса, и натянула на лицо маску. От худи вкусно пахло выпечкой и мужскими духами.       Она переступила лужу, в которой отражались буквы с вывески. Недавний дождь смыл с тротуаров дневную жару и пыль, но принёс с собой зябкость, спрятаться от которой не удавалось даже под тёплой одеждой.       Где-то залаял пёс. Янгми испуганно дёрнулась, думая о том, что никогда в жизни не заведёт собаку, и уже привычно закашлялась, даже через маску вдохнув слишком много холодного воздуха.       «Долбаная корона!»       За месяц до прослушивания Янгми умудрилась подхватить коронавирус. Перенесла вроде бы легко, но потом ни с того ни с сего привязался кашель. Стали сперва побаливать, а затем и сильно болеть гланды.       «Завтра схожу к врачу... Что же это такое! Я же нормально петь не могу... Подведу Хвану...»       Спасаясь от тревожных мыслей, Янгми взялась за телефон. Смахнула пальцем фото Сонхи на экране, открыла музыкальный проигрыватель. Вставила в уши наушники-вкладыши. Глянула вдоль дороги, ожидая у перехода, когда сменится сигнал светофора.       «Вот почему всё всегда так невовремя...»       «Линкси там, небось, голодная...»       «Приду домой, напишу Ликсу...»       Над головой загорелся зелёный. Янгми шагнула на переход. В ушах мягко играл «Levanter» от Stray Kids.       «...It’s all good now...»       ...а потом её снесло в сторону сильным ударом в бок, висок взорвался болью. Автомобиль затормозил, колодки издали противный скрипящий звук. Последнее, что услышала Янгми перед тем, как отключиться — удар и звон осыпающегося стекла.