Симфония отчаяния

О чëм кричат стихи поэта? Зачем он мучает слова? Кинжалов нежные букеты Скрывает каждая строка. Маленький кусочек страданий людских, Отдельный, показанный в красках и свете. Другая часть осталась в тени — Всë не опишешь в одном жалком куплете. Струны небесных лир жестоко порваны, Поëт и плачет лишь чëрная виолончель. Мучительная агония наполняет комнату, А за окном безжалостная ночь сменила день. Человек красив в своëм безумии, Красив в агонии безудержного смеха. Надежда — ошибка, слабоумие. Игра в войну — детская потеха. Число стремиться к бесконечности. Число людей, страдающих сейчас. Страдания всегда тождественны вечности. Острые тревоги веками окружают нас. Здесь вечер пахнет болью и слезами. Здесь утро желает не просыпаться никогда. Здесь все наши мечты смоются волнам, Волнами солëного озера стыда. Озеро стыда рассыпется ручьями, Ручьями едкого отчаянья прольëтся. И реки напитают землю злобными словами, И прорастут на ней цветы, не видящие солнца. Родиться лес, жестокий и холодный, Не приносящий ягод и грибов, Бездушно свет ворующий из окон, Крадущий краски из добрых детских снов. Взыграет симфония отчаяния, Проникнет в наши чистые сердца. Сквозь них теперь пронизаны печали, Сын убивает своего отца… Кружится в вальсе смерти госпожа Судьба, Держа за плечи леди Безысходность. Живые мертвецы заполнят бальный зал, В пустых глазах лишь трепет и покорность. И лишь одна звезда на чëрном небосклоне Блестит теплом в решётчатом окне. Не поддаваясь одде величественной боли, Надежда прячет свет в своëм кулаке. За мыслепреступление она Была заперта в темнице первой. Истощена надежда, но всё ещё жива. Ведь надежда умрёт последней…