Чонгук опять…

— Тэхён! — раздаётся голос Чимина в библиотеке, в которой только что названный парень пишет конспекты по социологии уже целый час. Светильник тёплым светом освещает его рабочее место, тетрадь с аккуратным почерком и ноутбук новой модели. На светловолосого омегу сразу шикают одновременно такие же занимающиеся студенты и взрослая библиотекарша. Тот вмиг поджимает пухлые розовые губы и извиняется перед всеми, наклоняясь на девяносто градусов в разных направлениях, а потом шустренько подбегает к ничего непонимающему Киму. Он знает, что Чимин просто так его не потревожит, поэтому оставляет ручку на столе. — Тэ, — уже намного тише говорит Чимин, — Чонгук опять… Двух слов Тэхёну хватает. Он быстро собирает свои вещи и благодарит Чимина, прежде чем побежать вместе с ним к выходу.

***

Дорога от библиотеки до заднего двора университета, куда Тэхёна ведёт Чимин, его лучший друг, занимает не так много времени, но первый всё равно очень спешит. Сердце начинает биться чаще, а волнение за своего альфу накрывает волной. Тэхён видит толпу студентов, образовавших круг. Там, внутри этого круга, стоит Чонгук. С разбитой губой и очень злым взглядом.

***

— Сколько раз я тебе говорил, Гук-и? — спрашивает Тэхён. Сам пытается найти вату и мазь для обработки ран. Хмурится, потому что уже какой раз натыкается на тюбики с мазью для других применений: от ожога, от ушиба, от боли в спине. Пора бы уже вытащить средства для обработки ран поближе в полочке с лекарствами, учитывая то, как часто Тэхёну приходится ими пользоваться. — Прости, — в первую очередь просит Чонгук, потому что знает, как сложно, наверное, Тэхёну видеть это всё: раны, синяки, драки своей пары, — но я не мог стоять и слушать, Тэ, — искренне говорит альфа, сидящий на мягкой кровати омеги. Дело в том, что Тэхён обладает невероятной красотой, умом и харизмой. Где бы Ким ни был, без чужого внимания он не остаётся. Как правило, когда люди сильно завидуют чему-то, они активно льют грязь на это «что-то». Так и с Ким Тэхёном. По университету гуляют разные грязные слухи об омеге, которые выдумали обиженные его отказами студенты. Тэхёну, честно, всё равно. Он слышит и слушает только тех, кто ему правда дорог, а в список таких людей входят только Чонгук, отец и Чимин. Чонгуку наоборот далеко не всё равно. Он не терпит ужасные слова, сказанные об его самом лучшем парне. Альфа без какого-либо страха ставит любого дурака на место. В частности нескольких слов хватает (спасибо статусу «наикрутейший и наисильнейший альфа универа»), но иногда приходится поработать и руками (есть всё-таки люди, не понимающие простые предупреждения).

***

Сейчас альфа смотрит на Тэхёна, наконец-то нашедшего всё нужное, прямо как провинившийся щеночек на любимого хозяина. И где же его та брутальная сторона, наводящая на всех студентов либо полный страх, либо приятное волнение? Пара находится в уютной комнате старшего. Тэхён живёт со своим отцом, но тот часто разъезжает по командировкам в разные страны, поэтому в большой квартире Тэхён, можно сказать, хозяин. Омега заранее вытащил из морозилки мясо, которое они будут вместе готовить для совместного ужина, а пока он хочет заняться ранами Чонгука. — Что бы он там ни сказал, меня это не обижает, — честно признаётся Ким, заглядывая в чёрные глаза напротив. Он успел переодеться после университета. Теперь стоит не в классических коричневых штанах на высокой талии и бежевой льняной рубашке с глубоким вырезом, а в большой белой футболке с рисунком трёх медведей из «Вся правда о медведях» и коротких чёрных шортах. Омега подходит ближе к сидящему, а поэтому как будто совсем маленькому альфе, и берёт его лицо в свои ладони. — Гук-и, — начинает ласково, — не нужно причинять себе вред, чтобы уберечь меня, ладно? — Но, солнце… — хмурится Чон, но его перебивают. Так он и не причиняет себе никакой вред. Подумаешь — раны и синяки не особо заметные! Причиняет боль он другим. Тем, кто посмел хоть слово плохое сказать о его Тэхёне. — Это уже шестая драка за один семестр. Пожалей их, — добро улыбается омега, не имеющий желания слушать очередное «я — твой альфа, и я тебя от всех и всего защищу». — Так они заслужили! И я бы с радостью продолжил, но ты всегда приходишь… и я не могу ничего сделать, — конец предложения получается совсем тихим. — Потому что я тебя успокаиваю. — Это правда, — соглашается Чон, ведь проходиться кулаком по челюсти какого-то недалёкого альфы совсем не хочется, когда на него смотрит Тэхён, главное солнышко его не особо светлой жизни. — Иди ко мне, — ласково говорит Ким. Омега забирается на кровать и садится так, чтобы его альфе было удобнее лечь на его колени. Чонгук долго не думает и ложится на любимое место. Его руки каким-то образом обнимают Тэхёна за талию, а сам он зарывается носом куда-то в живот омеги. Тем временем пальцы Кима перебирают тёмные волосы Чонгука. Выглядят они очень уютно. Тэхён решает, что следы чужих кулаков (оказалось, что тот недалёкий альфа тоже не промах) всё равно нужно обработать, поэтому чуть-чуть меняет их положение так, чтобы Чонгук лежал, смотря на него. Альфа хмурится, но сказать «нет» этим до безумия любимым карим глазам не может, потому и даёт дотронуться до раны мокрым от перекиси ватным диском. Рука Кима двигается аккуратно, плавно и нежно. И Чонгуку совсем не больно и, если честно, он уже привык. Когда с процедурами покончено, Тэхён не даёт Чонгуку встать, чтобы направиться на кухню начать готовить ужин. Вместо этого Ким наклоняется и чмокает альфу в губы, а потом и в обе щёки. — Теперь идём готовить, — улыбается Тэхён. — Я очень проголодался.

***

Тэхён разливает холодный лимонад по высоким прозрачным стаканам, а Чонгук уже заканчивает с их сегодняшним блюдом, запах которого заполнил всю квартиру. Курица в соевом соусе с рисом и овощами — любовь Тэхёна, которую ему подарил Чонгук в начале их отношений, длящихся уже почти три года, с первого курса в университете. — Та-дам! — Тэхён вытаскивает из холодильника ранее приготовленный им чизкейк. — Я хотел принести его тебе завтра до первой лекции, но решил, что сейчас момент более подходящий. Чонгук от удивления смешно раскрывает рот и выглядит ужасно сладко. Когда Ким подходит к нему ближе, чтобы поставить красивый (и точно вкусный) десерт на стол, Чонгук притягивает его ближе, а потом и вовсе сажает к себе на колени. Тэхён от неожиданности и резкого изменения в положении краснеет и утыкается лицом в шею своего парня. — Спасибо тебе, — шепчет, поглаживая спину омеги. Тэхён прекрасно понимает, насколько искренен сейчас его альфа. — Чонгук, — серьёзно произносит Тэхён, теперь смотря в любимые глаза, — больше ни с кем из-за меня не дерись, — просит, а потом, приподняв подбородок повыше, выдаёт: — а то я съем этот вкусный чизкейк сам! Чонгук смеётся и целует его в щёку, бурча тихое «ладно, не буду», и Тэхён этому очень-очень рад.