Где я? Кто я?

      Прямо на меня из темноты смотрело два огромных жёлтых глаза. Так, Анастасия Витальевна, не паникуем. Аккуратно пятимся назад… Блять, дерево. Поползли влево, ыть-ыть-ыть… Пока не двигается, это хорошо. Главное, не нервничать. Я же, когда с парнями по грибы ходила, маргинала встретила! Мне ли бояться какой-то букашки-переростка? Если зайду за дерево, то оно должно меня потерять из виду, а потом драпать. Драпать, как в последний раз.       Отлично, я спряталась. Вроде, не двигается… А, нихуя-я-я-я, оно захлопало крыльями в мою сторону!       С криками «Господи помилу-у-уй!» на половину леса, я побежала куда глаза глядят. Это неизвестная тварь полетела за мной и почти схватила меня за толстовку. На самом деле, при встрече с маргиналом, я стояла в стороне, пока пацаны решали с ним проблему. Боже, я в тебя не верю, но если ты есть…       На моменте своей мысленной молитвы я запнулась и упала попой книзу. Моему взору представилось это страшное нечто: большие полусферические жëлтые глаза, длинные усы, серое тельце и такого же цвета крылья, шесть лап, большая пушистость. Эта махина на голову выше меня… Даже несмотря на то, что мой рост всего метр шестьдесят, это слишком много для мотылька! Не знаю, чем питаются нормальные представителем его вида, но этот переросток явно хочет меня сожрать! Попытки хоть как-то отползти оказались безуспешными. Такое ощущение, что я сейчас начну плакать. Ну нет, я так просто не сдамся. Может, накурить его? Нет, одноразки же с запахом ягод. О, идея!       Пока эта тварь не успела ничего мне сделать, я достала из кармана телефон и начала светить мотыльку прямо в глаза фонариком. Это временно дезориентировало его, и я смогла выползти из-под него и продолжить бежать! Хм-м-м, а ведь у него действительно большие крылья, даже посолидней, чем у Глоксинии… — Нет, у меня больше, — за спиной послышался знакомый голос. Обернувшись, я увидела, что король фей пнул мотылька так, что тот отлетел в дерево и упал без сил. У меня тем временем начались попытки отдышаться и прийти в себя после такой нервотрëпки. — А ещë мои крылья выглядят в разы лучше, чем у них, — выражение его лица было одновременно спокойным и… расстроенным? Глоксиния повернулся и посмотрел на меня. — Что такое? — фей подошëл ко мне и начал поднимать руку. По-любому какую-то гадость придумал! Я сделала шаг назад, не желая даже знать о том, что взбрело ему в голову. — Да стой ты, — он сделал два шага ко мне, взял одной рукой за плечо, а второй потëр у меня под глазом. Стоп, что?       Я дотронулась до щеки и поняла, что всë-таки начала плакать, просто не заметила этого раньше. Когда я плакала в последний раз? Ах, да, вчера. А до того случая? Не могу сейчас вспомнить. Даже когда ногу ломала, особо не истерила.       Глоксиния тем временем, не реагируя на мой поток мыслей, закончил натирать мои глаза и стал пилить меня взглядом. Я чуть дëрнулась, возвращаясь к реальности. — Что? — мой голос оказался хриплым и едва слышным. Фей нахмурился, встал сбоку и начал тыкать в спину. — Пошли, — не в силах оказывать сопротивление, моя туша двинулась вперëд. — Куда? — я направила свой потупленный взгляд на собеседника. Тот нахмурился ещë сильнее. — А куда, по-твоему, я должен вести беспомощного человека, который не может выжить здесь ночью? — в мою голову пришла только одна мысль. — Ты хочешь увести меня из леса? — лицо Глоксинии перекосилось. — И зачем тогда Герхард уговорила меня взять тебе книгу? — он неожиданно улыбнулся. Выглядит мило. — Пока не отработаешь, никто тебя не отпустит, — ах, да. Гадания. Я же им нужна только для этого. — Если я расскажу важную вещь о будущем, то меня выгонят, — почему-то в голове появилась идея рассказать о Священной войне и предательстве людей. И я человек. Значит, меня тоже не должно быть тут? Я не смотрела на короля фей. — Если ты хочешь уйти, то так и скажи. — Нет, я не хочу… Среди людей у меня ещë меньше шансов выжить, — в памяти опять всплыли байки о средневековых ужасах. Вряд ли кто-то будет церемониться со мной в этом мире. Послышался вздох. — Не знаю, откуда у тебя информация о каких-то вещах, но мне от тебя нужны только гадания. Так что будь любезна не умирать и не впадать в уныние, — это что, он только что оставил мне на откуп выбор рассказать или промолчать? В груди ёкнуло. Я удивлённо посмотрела на Глоксинию. — А если это очень важно? — улыбка на лице фея никуда не пропала. Он похлопал меня по макушке головы. — Значит ты увидишь это, — его голос звучит весьма мило. Весьма странное ощущение, когда тот, кто убивал с маньячным лицом, миленько улыбается и чуть ли не гладит тебя. Интересно, а я вообще доживу до Священной войны? — Кстати говоря, — мы остановились у моего нового жилища, — думаю, что самое время кое-что тебя спросить. — М? — моя рука уже потянулась в карман за колодой, а рот автоматически начал выдавать стандартный для меня текст. — Могу погадать на любовь, успехи в работе, ближайшее будущее, далёкое будущее, — под конец своей речи до меня начало доходить, что несу бред в этом случае. Глоксиния приподнял брови, слушая этот поток. Бля. — Пх-х-х, ха-ха-ха! — звонкий смех фея заразил меня, заставляя смеяться с себя же. — А, ха-ха, ой, перепутала с другой аудиторией, ха-ха-ха, — я сделала глубокий вдох и выдох. — Может подкинешь в мое дупло и там сделаю расклад? — мой собеседник посмотрел на высокое положение входа. — Ага, — он взял меня за подмышки и залетел вместе со мной в моё жилище, — ты можешь попросить Нобилиса сделать лестницу, чтобы не просить каждый раз других поднять тебя, — я кивнула, запоминая имя.       Меня встретило скучненькое помещение: древний матрац, на нём рюкзак с книгой и всё. Надо будет хотя бы попробовать тумбочку отрыть, а то совсем грустно выглядит. — А как мне его найти? — Думаю, что Кана зайдёт к тебе завтра, она отведёт, — Глоксиния поправил свои длинные волосы и стал наблюдать за тем, как я достаю колоду из мешочка с нарисованным на нём глазом. — Хорошо, на что гадаем? — руки на автомате стали перемешивать колоду. Фей неожиданно стал серьёзней. — Что ждёт мой клан в ближайшем будущем?       Я без задней мысли разложила карты на подобии пола. Всё, что было понятно по картам, это то, что ничего не понятно. Цветноволосик выжидающе смотрел на меня, а мне захотелось достать ещё одну карту. М, ага, пон-пон, хуйня какая-то. Передо мной лежит четыре картиночки: по двум из них всё скатится в пизду очень скоро, а по другим двум вообще ничего не понятно. Вот как прикажете мне трактовать устранение врага и милосердие вместе? Это не говоря о том, что первая половина расклада предсказывает будущее, где менталка Глоксинии уходит в отпуск после предательства людей. И то, по значениям тут ещё и внутренний конфликт затесался. Хотя до мыслей о правильности выбора ещё как до Китая пешком! Полный. Бред. Терпеть не могу неопределённость.       От тотального непонимания того, что я пытаюсь трактовать, захотелось закрыть глаза, что, собственно, и было сделано. Руки остались лежать на картах, а в голове начали всплывать рандомные картинки: лесные тропинки, ниточки и прочая херь. Ой, а одна из ниточек другого цвета! А тропа разъединяется… Точно, это же возможные исходы! Но как их может быть несколько, если сюжет аниме и манги уже есть? Хотя-я-я, я же тут как-то оказалась. Вряд ли это входило в планы мангаки. Может эффект бабочки сработает? Хм-м-м, вполне возможно.       Только под конец своих размышлений я почувствовала, что мои пальцы сильно греет. Можно сказать, что излишне печёт! Когда я открыла глаза, то увидела, что руки, которые так и лежали на картах, по какой-то причине в ожогах, а карт нет. Вместо них кучка пепла. Мой ахуевший взгляд медленно поднялся на Глоксинию, тот сам в ахуе, сидит, хлопает своими большими ресницами на меня в ответ. Посидели так с минуту в шоке глядя друг на друга, я не выдержала молчания первая: — Ты нахера карты поджёг? — фей скуксился. — Я? Зачем мне поджигать твои карты? Ты сама их подожгла! — я нахмурилась. — Да как я могла это сделать без зажигалки или спичек? Или, по твоему, я неожиданно файерболы научилась кидать? — Глоксиния опёрся на свои руки, наклоняясь в мою сторону. — Они сгорели под твоими руками! И я не обладаю подходящей для этого магией, — я наклонила голову вбок. — Чего? — я снова посмотрела на свои руки и на кучку пепла под ними. — А как? — В каком смысле «как»? Ты хочешь сказать, что ты не развивала свой магический дар? — Анастасия.exe прекратила работу. — Какой ещё магический дар? У меня в мире вообще магии нет, — Глоксиния.exe прекратил работу. — В твоём мире нет магии?! — Да! А ещё там разумные только люди!       На протяжении следующих двадцати минут мы спорили, как детсадовцы, на тему того, насколько ужасно жить в мире без магии. Точнее, Глоксиния ужасался, как же так можно, а я говорила, что спокойно и без проблем. Потом он попытался объяснить, как использовать эти ваши заклинания, но объяснения по типу «ну ты просто возьми и сделай» не особо делали погоды. — Ну конечно, легко так говорить, когда у тебя магия с рождения, — я надулась. Не могу я понять простых вещей, а у меня такого и не было изначально. О. Точно. Если не было волшебства в моём мире, значит я могу ощутить это как нечто инородное?       Вдо-ох, вы-ы-ыдох. Где может находиться очаг силы? Наверное, где-то в груди. Так, попробуем представить, что внутри меня есть светяшка, от которой по телу растекаются светяшки поменьше… Снова медленные вдох и выдох. И без того горящие от ожогов пальцы должны почувствовать покалывание. Вот бы охладить это жжение, шрамы ведь останутся…       Неожиданно я почувствовала, как мои ладони окатило водой. Отркыв глаза, я поняла, что мои руки действительно мокрые. Глоксиния миленько улыбнулся. Только это оказалась та самая миленькая улыбочка, за которой скрывается хитрая мысля. Он положил руку мне на плечо. — Вот видишь, я умею объяснять, — фей наклонился излишне близко к моему лицу. — Думаю, что девяносто лет в этом месте покроют твой долг за домик и то, что я помог понять, как использовать магию, — возникло желание возразить, потому что помощь была нулевая, но он не дал вставить и слова. — Будешь спорить, не выпущу и через двести лет, — это звучало ласково и угрожающе одновременно. Ладно. Сколько скажет, столько и считаем в мой долг. Но один аргумент у меня был. — Пф, я столько не проживу, — улыбка не сползла с лица Глоксинии, лишь стала ещё шире. — А почему ты решила, что проживёшь столько же, сколько и обычные люди? — эта широкая улыбка начала меня пугать. Я сглотнула слюну, собирая мысли в кучку. Становится дискомфортно от такого близкого контакта. — С какого перепуга я должна прожить хотя бы сто лет? — за время этой темы в разговоре Глоксиния уже успел ткнуться своим носом в мой. — Я уверен, что ты сможешь что-нибудь придумать, — от того, как мне дышат прямо на лицо с угрожающим подтекстом, мне стало неуютно, поэтому я отшатнулась назад. — Ну не создам же я философский камень? Или ты мне предлагаешь Мерлин искать? Или из вашего фонтана подсасывать периодически? — о, чё вспомнила. На словах о фонтане Глоксиния неопределённо помотал головой. — Ладно, это не моя проблема, как ты продлишь свою жизнь. Что ты увидела в будущем клана?