—
16 октября 2022 г., 22:29
День начался с чувства приятного ожидания. Смоленску последние годы очень скучно, а люди с каждым разом придумывают всё больше и больше новых праздников, даже такие забавные, как день лени, но даже несмотря на это, Смоленск их всех отмечал в своей записной книжке. Но были и среди этого шутовства и по-настоящему серьёзные праздники, их Алексей подчеркивал красным карандашом, помечая, как особенные.
И сегодня как раз был такой день. 16 октября — день отца. Этот праздник довольно ещё молодой, поэтому не все о нём знают, но Смоленск знал, что Москва помнит об этом, у Миши вообще очень хорошая память на даты. С тех пор, как появился этот праздник, каждый год Миша приезжал к нему на целый день и дарил всегда что-то дорогое. Но для Алексея были дороги не эти богатые подарки, а время проведенное с любимым сыном.
С самого утра Алексей к приходу Миши приводил квартиру в порядок, убравшись он хоть и не особо любил готовить, но всё же испёк из смоленской крупы булочки. Всё к приезду сына было готово. Алексей улыбнувшись, наконец, сев за кухонный стол, стал ждать. Чтобы скоротать время, Смоленск достал припрятанную газету и начал читать недавние новости.
Но долистав до конца, Алексей взглянул на часы. Девять утра. Обычно к этому времени Миша уже приезжал. Смоленск немного оживился, ожидая, что Москва придёт с минуты на минуту. Он встал и подошёл к окну, облокотившись об подоконник. Смольный смотрел на улицу, высматривая знакомую фигуру.
Но прошло минут 10, но знакомой фигуры за окном не было, и никакого звонка в дверь тоже. Смоленск нахмурился, начиная уже волноваться. Он достал из кармана маленький кнопочный телефон. На самом деле Миша ему дарил всегда новую модель телефона, писк моды как говорится, но Алексей совсем в них не разбирался. При Мише он конечно пользовался сенсорным, хотя это каждый раз было очень неловко, и поэтому в такие моменты Москва мило улыбаясь, присаживался рядом со Смоленском и показывал куда надо нажимать. Но Смольный город старой закалки, ему было трудно привыкнуть, хотя для отчётов для столицы, ему всё же пришлось научиться и за компьютером работать.
Алексей нажимал цифры, набирая давно заученный наизусть номер сына. Раздалась музыка. Какая-то непонятная песня с большим количеством нецензурных слов и пошлятины. По началу Смоленск это напугало, но Москва объяснил, что это такая функция на телефоне, чтобы когда кто-то звонит ему, играла такая мелодия. У Смольного вяли уши от этих новомодных песен, но он смирился с музыкальным вкусом Московского.
Мелодия проиграла полностью, а дальше неприятная фраза автоответчика: «Перезвоните попозже или оставьте голосовое сообщение». Смоленск сбросил звонок и позвонил ещё. Но не в первый, и даже не в десятый раз, Москва не отвечал.
Алексей очень заволновался, и стал собираться, чтобы поехать в столицу, и проверить лично, в порядке ли его Миша. Но короткий гудок остановил мужчину. Смольный включил телефон и увидел, что ему пришло сообщение от Миши. Алексей вздохнув с облегчением и открыл его.
«Прости, я занят»
Короткая фраза, но в сердце неприятно кольнуло. Его Миша не приедет к нему. Смоленск нахмурился, думая о том, что вероятно у Москвы сегодня очень много дел скопилось, а Алексей ему попросту мешает своими звонками. Смольный немного поник, его хорошее настроение быстро улетучилось. Похоже этот день он проведёт один, как и все остальные дни тоже, ему ведь не привыкать. Смоленск не обижается на Москву, просто расстроен. Москва всегда приезжал к нему и поздравлял, просто в этот раз, похоже он сильно занят, поэтому нет ничего страшного, если именно на этот праздник он побудет один. Но всё равно было тоскливо.
Смоленск до вечера провёл день дома, тая маленькую надежду, что Москва всё же приедет к нему, хоть и попозже.
Но на часах шесть часов вечера, и никого нет.
***
Москва домчался до города быстро, как мог. Уже сильно стемнело, Миша понимал, что крупно наложал, и из-за загруженности не смог вовремя приехать к Смоленску. Москва, сидя на собрании видел частые звонки Смольного, благо телефон стоял на беззвучном, поэтому важное мероприятие не прервалось, но именно из-за этого он никак не мог ответить, поэтому Алексею он послал короткое сообщение, что занят. Москва представлял, как расстроился Смоленск, и поэтому чувствовал себя виноватым. Московский с подарочными пакетами в руках, бегом забирался по лестнице в подъезде. Он в который раз пожалел и проклянул, что так и не установил в доме Алексея грёбанный лифт. Немного запыхавшись Москва всё же дошёл до знакомой двери, и нажал на звонок. Но никто не открыл, Москва нажал ещё и ещё, но ничего. Тут уже заволновался Миша. Он пошарил в карманах, доставая ключи. Когда-то однажды Смоленск дал ему дубликат ключей от своей квартиры, чтобы Москва мог приходить в любое время, даже без ведома Алексея. Миша открыл дверь, войдя внутрь. Квартира встретила его мраком и тишиной. Он нащупал выключатель на стене, наконец включая свет. — Алексей? — позвал Миша, прикрывая дверь. Он поставил пакеты на тумбу, и прошёл на кухню. На кухонном столе стояли красивые булочки из крупы. Смоленск всегда пёк их к приходу Москвы. От такого напоминания Москва лишь больше почувствовал себя виноватым. Он прошёлся по другим комнатам, но все они пустые. Алексея тут не было. И Миша заволновался. Время позднее, а Смоленска нет дома. А если его тут нет, то куда он мог пропасть?..***
Алексей сидел на лавочке в Лопатинском саду. На улице давно была темень, и поэтому лишь свет фонарного столба, освещал одинокую фигуры. Смольный больше не мог оставаться дома один на один с неприятными мыслями, поэтому он вышел прогуляться, к тому же после вечерних прогулок ему лучше спится. Сегодня был ужасный ветер, не самая лучшая погода, чтобы гулять, но Алексея это не смущало, это ведь всего лишь ветерок, он видел и похуже. Как некстати началась ещё и морось. Смольный с сожалением понял, что и погода будто подражает его настроению. Это была всего лишь морось, поэтому Смоленск решил не уходить, а остаться сидеть и мокнуть. Кто-то подбежал к нему, но из-за повязки на глазу, он не смог боковым зрением уловить, кто проходил мимо. Незнакомый человек остановился возле него и не уходил. Алексей наконец взглянул и остолбенел. Это был его Миша. — Наконец-то я нашёл тебя. — Щёки Москвы разгорелись от бега, а волосы немного растрепались и намокли. — Миша? — Удивлённым тоном спросил Смоленск, будто не веря в происходящее. — Ты чего сидишь тут? Заболеть решил? — Москва взял Смоленск за руку и потянул на себя, заставляя, тем самым встать мужчину. — Я просто думал... — Смольный запнулся на пол фразе, так как внезапно руки Миши обвили его в объятья. — что ты не придёшь... — шёпотом договорил Алексей, но Московский услышал, и лишь сильнее обнял. Смоленск таял от объятий. Всё же Мише он готов простить всё. — Прости, Алексей, я задержался, но я не забыл про тебя и про праздник. Ты самый лучший отец, и я очень ценю тебя. — Пылко проговорил Москва, не отводя взгляд небесных глаз от Смоленска. Смольный от такого ещё больше засмущался. Миша назвал его отцом. Обычно он к нему обращается по имени, и лишь в особые моменты зовёт отцом или папой. Но самое главное Миша ценит его. Пожалуй, ради таких слов можно жить. — Я ещё купил тебе подарки, но оставил их в твоей квартире, так что пошли быстрее, пока не начался ливень. — Миша всё также взял руку Алексея, и потянул за собой, идя к машине, чтобы доехать домой. Смольный улыбнулся, и последовал за Московским.
