Никто не узнает

«Кайф я только глаза открыл» «Спалось ахуенно» « Ты многое потерял» Риндо мельком покосился на всплывшие на экране телефона уведомления и тут же с раздражением поморщился. Конечно, он многое потерял – родители уехали в командировку на несколько дней, так что Ран с чистой совестью остался дома и проснулся только сейчас, когда его брат сидит уже на третьем чертовом уроке. Риндо бы тоже с удовольствием прогулял, но в отличие от старшего Хайтани у него не было поразительного таланта писать все контрольные на высший балл, ни разу не открыв учебника, и легко отвечать на любой вопрос учителя, просто потому что выкручиваться Ран умел из любой ситуации. У Риндо сегодня должна быть контрольная по геометрии, а он и так прогулял столько этих ненавистных уроков, что, если сегодня не сдаст хоть что-то, дурацкая классуха точно будет звонить родителям. Урок шел полным ходом, Риндо даже пытался что-то слушать, скучающе подперев голову рукой. Сначала он хотел игнорировать сообщения от брата, но через несколько минут понял, что сосредоточиться на словах учителя просто не может: тогда он взял телефон и быстро напечатал: «Что делать будешь?» «Не знаю, без тебя скучно» Ответ от Рана прилетел в ту же секунду, будто он держал телефон в руках и ждал сообщения от Риндо, отчего младший Хайтани не сумел сдержать довольной улыбки, которую тут же прикрыл ладонью. Он снова попытался хотя бы уловить, о чем вообще говорят на уроке, как на экране телефона всплыло новое уведомление – брат прислал ему фото. Не задумываясь, Риндо увеличил его и тут же озадаченно приоткрыл рот: старший Хайтани прислал ему кусок обложки порно-журнала – самое интересное было прикрыто пальцами Рана. «Вот думаю почитать. С тобой было бы интереснее» После этого сообщения Риндо понял, что пытаться сосредоточиться на уроке просто бессмысленно. Он уже несколько минут думал над ответом, нервно вертя телефон в руках – хотелось написать Рану, что он чертов извращенец, и не открывать диалог с ним до конца дня, но из головы уже не выходила картина: только проснувшийся старший Хайтани лежит на разметавшихся одеялах и листает журнал, пока его руки… – Риндо Хайтани, что такого интересного в твоем телефоне, что ты не отлипаешь от него ни на минуту? Может, поделишься с нами? После оклика учителя Риндо тут же отложил устройство и с самым порядочным лицом уставился на доску – если бы они только знали, что такого в его телефоне… Взгляд парня был прикован к решению каких-то задач, но в его голове теперь был только Ран, который раскинулся в кровати абсолютно голый и надрачивает себе, глухо постанывая. Риндо сглотнул и тряхнул головой, прогоняя это наваждение, но в памяти как назло всплыло, как брат вчера отсасывал ему в коридоре сразу после того, как они закрыли дверь за родителями. Стоило подумать об этом, как экран телефона снова загорелся. Убедившись, что учитель не смотрит, Риндо открыл диалог со старшим Хайтани. «Нашел старые вещи, решил примерить. Как тебе?» Риндо недоуменно нахмурился, пытаясь понять, как это связано с тем, что Ран писал ему до этого, но через секунду в их чат прилетело фото – и младший Хайтани выдохнул так шумно, что несколько одноклассников с интересом покосились в его сторону. На снимке Ран с растрепанными после сна волосами насмешливо улыбался, стоя напротив зеркала: из одежды на нем были только трусы, которые младший Хайтани носил еще лет десять назад: сейчас они были ему ощутимо малы и не прикрывали совсем ничего. Забыв о том, что находится на уроке, Риндо увеличил фото, жадно разглядывая, как член и яйца Рана выпирают из-под тонкой ткани. «Немного маловаты, да? Лучше сниму их» Дыхание никак не получалось привести в норму, и Риндо почувствовал, как собственный член начинает твердеть – пришлось поспешно закидывать ногу на ногу. Голос учителя он уже даже не слышал. В этот момент сильнее, чем прибить брата, младшему Хайтани хотелось только прижать его к кровати и выебать так, чтобы тот сорвал голос от стонов, а потом не мог даже сидеть. Риндо уже представлял, как нагнет Рана и заломит его руки за спину, а сам будет входить в него до основания, до звонких шлепков, а затем кончит внутрь и будет смотреть, как собственная сперма стекает с худощавых бедер брата – возбуждение внизу живота стало еще ощутимее. И снова на экране телефона всплыло новое сообщение. Разум подсказывал Риндо, что к диалогу с Раном нельзя возвращаться до конца урока, а там можно будет снять напряжение хотя бы в туалете, но пальцы сами потянулись к телефону. «Что не отвечаешь? Интересно тебе на уроке? Про что рассказывают?» И снова фото. На этот раз старший Хайтани сидел на полу перед зеркалом абсолютно голый, широко расставив длинные ноги – он откинулся назад так, что Риндо прекрасно видел его покрасневший, чуть припухший проход: очевидно, что Ран уже растягивал себя сам. «Трахнул себя пальцами, но с твоим членом это не идет ни в какое сравнение» «Рин-Рин, хочу снова отсосать тебе. Кончишь мне на лицо или лучше, чтобы я проглотил?» «Может, трахнуть себя лаком для волос? Это будет похоже на твой член? Хочешь посмотреть, как я засуну это в себя?» Поток пошлых сообщений казался бесконечным. Взгляд беспорядочно скакал по этим строчкам, и Риндо чувствовал, как его член твердел, а возбуждение становилось почти болезненным. Неслушающимися пальцами парень быстро напечатал: «Я выебу тебя» «Когда?» «Скоро» «Малыш Рин-Рин сбежит с уроков, чтобы выебать своего старшего братика?» Это сообщение стало последней каплей. Наспех скинув в сумку тетрадь с учебником, Риндо схватил телефон и пулей вылетел из кабинета, проигнорировав удивленный возглас учителя. Ему было плевать на урок, на контрольную, на весь мир вообще – сбегая по лестнице, младший Хайтани на ходу заказывал такси, молясь, чтобы оно нашлось поскорее. Чат с Раном разрывался от уведомлений, но Риндо не решался даже заглянуть в экран: иначе точно не выдержит. На выходе из школы парня попытался остановить охранник, но младший Хайтани просто грубо отпихнул его в сторону – возбуждение граничило с яростью, он был готов сломать шею любому, кто задержит момент встречи с Раном. Полчаса в такси показались младшему Хайтани вечностью: он надеялся прийти в чувство хотя бы по дороге, но вместо этого фантазия рисовала ему голого Рана в самых извращенных позах – и Риндо кусал губы, чтобы не сорваться прямо в машине. Последние препятствия в виде подъезда и лифта младший Хайтани уже не помнил, все было как в тумане, но на нужном этаже дверь уже была приоткрыта: пиликанье домофона выдало возвращение Риндо. Стоило парню оказаться в квартире, как голый Ран буквально налетел на него откуда-то сбоку, сразу же впечатывая брата в стену и запуская руки под его школьную рубашку. – И стоило вообще уходить? Это было единственное, что старший Хайтани прошипел, прежде чем Риндо обнял его за талию и притянул к себе, толкаясь твердым членом в чужие бедра. Они беспорядочно целовались, жались друг к другу, стонали, и Ран параллельно умудрялся расстегивать рубашку брата прямо в коридоре, жадно скользя взглядом по каждой открывающейся части его тела – поцелуи были мокрыми, долгими, и Риндо уже успел поставить на шее старшего Хайтани несколько свежих засосов поверх выцветающих старых. Руки Рана то и дело спускались к твердому члену брата, гладили его через брюки, сжимали, отчего Риндо стонал через плотно сжатые губы и дышал тяжело, через раз. Они не могли оторваться друг от друга, стоило хоть немного успокоиться после нескольких длинных поцелуев, как Ран снова тянулся к младшему Хайтани, обвивал руками его шею, льнул к нему бедрами, кусал выпирающий ключицы и облизывал твердые соски. Ран уверенно толкал брата в сторону спальни, он так и не собрал волосы после сна, поэтому сейчас длинные пряди разметались по его узким плечам, и Риндо засмотрелся на то, какой его Ран красивый, без единого изъяна, просто чертово совершенство. Старший Хайтани воспользовался этой заминкой и расстегнул ремень на штанах Риндо, после чего спустил их вместе с боксерами, выпуская твердый, налитый кровью член брата. – Я так хотел его, – Ран тут же опустился на колени и обхватил губами влажную головку, чуть причмокивая. – Я так люблю сосать твой член, ты же знаешь это? – Ты делал это вчера, – младший Хайтани дернул брата за волосы, поднимая с пола. – Сегодня моя очередь. Всю дорогу в такси Риндо представлял, как разложит Рана на кровати и будет отсасывать ему долго, заглатывать весь ствол, облизывать каждую выпуклую венку, собирать языком капли спермы. Но сейчас старший Хайтани вдруг хитро улыбнулся и покачал головой. Он подтолкнул Риндо к кровати и надавил на его плечи, заставляя брата лечь на смятое одеяло. – Рин-Рин, я хочу кое-что попробовать с тобой. Риндо не слышал, что ему говорил Ран, он только завороженно рассматривал тело старшего Хайтани – худое, чуть угловатое с выпирающими ребрами и выпуклыми тазобедренными косточками. Наслаждаясь этим вниманием, Ран тоже залез на кровать, усаживаясь на чужих бедрах: какое-то время он просто скользил ладонями по твердому прессу Риндо, восхищенно гладил его тело, щипал соски – а затем вдруг развернулся и лег так, чтобы его лицо оказалось прямо у члена брата. Ран лежал прямо на Риндо, он чуть приподнялся на локтях, чтобы и его член оказался у губ младшего Хайтани. – Предлагаю спор, – зная, как внимательно брат смотрит, Ран пошире расставил ноги и прогнулся в пояснице, открывая тугое колечко мышц. – Если ты кончишь первым, не будешь ходить в школу до возвращения родителей. Устроим секс-марафон. – А если ты кончишь первым? – Риндо с трудом сдерживался, чтобы не потянуться к члену старшего Хайтани уже сейчас. – Если я… – Ран задумался, а затем на его лице проступила лукавая усмешка. – Буду делать тебе массаж каждый вечер всю неделю. – Не забудь купить хорошее массажное масло. Хмыкнув, Риндо вцепился пальцами в бедра старшего Хайтани, притягивая его к себе – он заглотил член брата сразу до снования и начал быстро двигаться, скользя языком по стволу. Ран судорожно выдохнул и вцепился в простыню: в чужом рту было тепло и влажно. Несколько секунду он просто наслаждался, кусая губы от удовольствия, а затем сам наклонился к члену Риндо, но не спешил начинать – Ран с нежностью обхватил губами яйца брата, лаская их языком. Младший Хайтани из-за этого сбился с темпа и в наказание шлепнул Рана по ягодицам: тот ответил стоном, и Риндо нетерпеливо толкнулся членом к его губам. Вздрагивая от особенно чувственных касаний, они отсасывали друг другу, и одна мысль, что они сейчас вдвоем, абсолютно голые, возбужденные и обожающие друг друга, сводила с ума. Ран ласкал член младшего Хайтани медленно, распаляя его тем, что сначала теребит языком головку, а затем скользит по всему стволу, и Риндо чувствовал, что долго не вынесет: от возбуждения все мышцы напряглись. Младший Хайтани не собирался сдаваться так легко, а потому перевел взгляд к растянутому колечку мышц брата – не выпуская члена изо рта, Риндо ввел в Рана сразу три пальца и чуть согнул их в костяшках, отчего тот замычал и подмахнул бедрами. Внутри старшего Хайтани было узко, языком Риндо собирал вязкие капли смазки с его члена, а пальцами толкался в Рана, пытаясь вывести его на предел чувственности. Было заметно, что старший Хайтани едва сдерживался, он уже сбился с темпа и сосал член брата беспорядочно, шумно втягивая воздух через нос и дрожа. Риндо хватило еще несколько фрикций пальцами, после чего он вобрал член Рана за щеку, начиная быстро двигаться: этого оказалось достаточно, чтобы Ран обильно кончил – солоноватая сперма брызнула из головки. Выдохнув, Риндо выпустил чужой член из губ и откинулся на кровать, восстанавливая сбившееся дыхание – через несколько секунд кончил и он. Не слезая с брата, Ран быстро развернулся, чтобы его лицо снова оказалось рядом с лицом младшего Хайтани. Не сговариваясь, они опять начали целоваться, языками передавая друг другу нити спермы, смешанные со слюной – Риндо обнял брата за талию, крепко прижимая к себе: хотелось еще больше близости, больше касания к коже, хотелось раствориться в этих поцелуях. Оба Хайтани знали, что передышка между вспышками страсти всегда бывает короткой, а потому наслаждались моментами этой быстрой нежности: руки Риндо расслабленно шарили по спине Рана, выводя контуры их парной татуировки – кожа в этих местах была чуть шероховатая. Довольно зажмурившись, старший Хайтани лежал на груди брата, прислушиваясь к его еще не восстановившемуся сердцебиению: эта любовь была неправильная, сложная, но такая манящая, сводящая с ума. Первым идиллию нарушил Ран – отстранившись, он сел на кровати и вызывающе развел ноги. Риндо тут же повелся и потянулся за ним: подмяв брата под себя, коленями он стиснул его бедра и приник губами к правому соску – левый он теребил горячими пальцами. Выдохнув, старший Хайтани по-кошачьи выгнулся и потянулся к члену Риндо: нескольких беглых, ласкающих прикосновений хватило, чтобы он снова затвердел. Тогда сам Риндо глухо застонал и укусил Рана за сосок, после чего провел языком влажную линию на шее брата и едва ощутимо подул на нее – бледная кожа старшего Хайтани покрылась мурашками. – Рин-Рин, ты заставляешь своего старшего братика мечтать, чтобы его поскорее выебали и кончили внутрь. – Кого ты обманываешь, ты сам хочешь этого всегда, – Риндо потянулся к уху Рана, обжигая его своим дыханием так, что тот вздрогнул и дернул бедрами. – Расскажи мне, чего ты хочешь? На последних словах младший Хайтани дернул брата на себя и тут же перевернул на живот, пристраиваясь сзади. Ран мгновенно сориентировался и встал на четвереньки, расставляя ноги и прогибаясь в пояснице – он обернулся к Риндо, наслаждаясь тем, как возбужденно горят такие знакомые лавандовые глаза. – Хочу, чтобы ты трахнул эту дырку, – Ран потянулся к собственному проходу и надавил на него двумя пальцами. – Чтобы она растянулась под твоим членом, чтобы я чувствовал тебя внутри себя. Хочу быть мокрым, хочу, чтобы я весь был в твоей сперме, а ты потом вылижешь меня и снова будешь целовать. От одного этого шепота – горячего, пошлого, искушающего – Риндо был готов кончить. Именно в этот момент он понял, как бесконечно сильно влюблен в своего сумасшедшего, извращенного брата: потому что сам был таким же и желал только его – они обожали друг друга до безумия, до лихорадочной дрожи. Достав из-под кровати смазку, Риндо быстро растер ее по члену, думая только о том, какой Ран соблазнительный, невероятно красивый: особенно когда стоит на четвереньках и умоляет трахнуть его. Чувства зашкаливали, и Риндо вцепился в бедра старшего Хайтани жестко, почти грубо – на бледной коже остались красные отметины от пальцев. Член тянуло возбуждением, смазка капала на кровать, но Риндо ввел только головку и замер, наблюдая, как колечко мышц податливо растянулось, принимая его. – Чего ты ждешь? – Ран зашипел и попытался насадиться сам, но младший Хайтани стиснул его бедра, удерживая на месте. – Любуюсь тобой. Усмехнувшись, Риндо звонко шлепнул Рана по ягодице, а затем резко вошел на всю длину и начал быстро двигаться, входя в брата до самого основания: каждый толчок сопровождался шлепком и довольным выдохом старшего Хайтани. Эта страсть была дикая, почти животная, Риндо буквально вдалбливал брата в кровать, а тот стонал громко, бесстыдно и сам подмахивал бедрами, подстраиваясь по чужой темп – любой секс Хайтани граничил с безумием. На каждом толчке Ран на выдохе кричал имя брата, глядя на него через плечо мутными глазами. Риндо вслушивался в эти стоны, вслушивался в пошлый хлюпающий звук и сходил с ума от того, как приятно бархатистые стенки старшего Хайтани сжимают его: подавшись вперед, Риндо приник к спине Рана напряженным животом и обхватил его член, двигая рукой в темп их толчков. От этого старший Хайтани замычал и застонал совсем вызывающе, по-блядски, как умеет только он – Риндо чувствовал, как член брата пульсирует и сокращается в его руке. По спине катились капли пота, мокрые волосы липли к вискам, и младший Хайтани на несколько секунд замер – только чтобы перевернуть Рана на спину и закинуть его худые длинные ноги к себе на плечи. Теперь он входил под другим углом, и Ран запрокинул голову, почти скуля каждый раз, когда Риндо толкался в него и задевал нужную точку – младший Хайтани нащупал чужие влажные руки и переплел их пальцы, притягивая Рана к себе. Они снова целовались, в этом поцелуе они сходили с ума, выплескивали всю свою неправильную любовь, признавались в безумных чувствах – и все под равномерные шлепки яиц Риндо о ягодицы брата. Градус напряжения зашкаливал, одеяло и простынь скомкались от метаний Рана, но младшему Хайтани все равно было мало, он толкался в брата с такой силой, что дыхания уже просто не хватало. – Сегодня ты кончишь первым два раза. Риндо рыкнул это в чужие губы, а затем еще несколько раз двинул бедрами – через мгновение Ран излился на него с громким, хриплым стоном: капли спермы попали на живот и грудь младшего Хайтани. По телу Рана еще проходили волны оргазма, он выгибался и сжимал ягодицы, плотнее обхватывая член брата – Риндо от этого зажмурился и прикусил губу. Он чуть сбавил тем и сделал еще несколько глубоких, размеренных толчков, после чего тоже кончил и тут же вышел из старшего Хайтани: прежде, чем тот пришел в себя, Риндо развел его ноги и наклонился к проходу, слизывая капли собственной спермы и покрывая поцелуями колечко мышц. Прикосновения влажного языка ласкали кожу, и расслабленный после оргазма Ран откинулся на подушки и довольно запустил длинные пальцы в волосы младшего Хайтани, перебирая его пряди. – Ну скажи же, что это стоило пропущенной геометрии? – не удержавшись, Ран хмыкнул, но тут же ойкнул, потому что получил болезненный укус в бедро. *** Привалившись к подушке, в полумраке Риндо лениво листал видео на ютубе, пытаясь найти хоть что-то интересное, пока Ран лежал на нем, удобно устроив голову на плече брата – со стороны могло показаться, что старший Хайтани спит, но на самом деле он внимательно разглядывал хмурого Риндо из-под полуопущенных век. Оба были абсолютно голые, расслабленные, домашние. Одной рукой Ран едва ощутимо поглаживал член младшего Хайтани, но тот усиленно игнорировал эти манипуляции. – Да ладно тебе, – приподнявшись на локте, Ран потянулся вперед и насмешливо чмокнул брата в щеку. – Все еще злишься из-за геометрии? Что ты как маленький, никто же не узнает… Риндо собрался что-то ответить, но в этот момент его телефон резко зазвонил – на экране высветилось зловещее «маман». Оба Хайтани напряженно переглянулись, после чего Риндо принял вызов, подумав, что им очень повезло с тем, что родители не освоили видео звонки. – Риндо Хайтани, по-твоему, это адекватное поведение? – из динамиков тут же раздался звонкий женский голос. – Мы можем хоть раз уехать по работе на несколько дней и не бояться, что вечером нам позвонит твоя классная и расскажет, что ты просто сбежал в середине урока? Что вообще должно произойти, чтобы встать и убежать из школы? У тебя дом горел? На последних словах разгневанной мамы Ран не удержался и хихикнул, за что тут же получил болезненный тычок локтем от брата. Правда, теперь под раздачу попал и он. – Ран Хайтани, а ты думаешь, что мы не догадались узнать, был ли сегодня в школе ты? – из динамика продолжалась гневная тирада. – Думаешь, твой прогул никто не заметил? Подождите, мы вернемся и сразу же займемся вашим воспитанием! Вы совсем от рук отбились! Ни стыда ни совести! Поток ругани продолжался еще несколько минут, после чего мама взяла с обоих братьев обещание исправиться и отключилась. Несколько минут в комнате висела тяжелая тишина. Риндо мрачно думал, что в этот раз наказание точно будет жестким – только бы не запретили ходить на тренировки по джиу-джитсу, на остальное вообще плевать… – Рин-Рин, в этот раз мы попались, – Ран задумчиво посмотрел в потолок, а затем на его губах вдруг расцвела хитрая улыбка, и он закинул ногу на брата, тесно приникая к нему бедрами. – Может, займешься моим воспитанием?