Всё будет хорошо

Естественно, Руби никогда прямо точно не следила за тем, когда именно Вайсс возвращается со своих встреч. Всего лишь установила примерный временной интервал, несколько раз провожала ее туда и обратно и приглушала громкость телевизора примерно за полчаса до срока. Кто бы вообще мог подумать, что одним из любимых звуков легендарной Руби Роуз станет хлопок закрываемой двери? Впрочем, когда-то Руби думала, что и ее любовь носить Вайсс на руках тоже остается секретом. Она примерно пару часов размышляла о своих способностях действовать скрытно после того, как Блейк — тоже «по секрету» — рассказала ей и даже припомнила последние пять проявлений этого. — Вайсс! Да, она обожала носить свою возлюбленную на руках, и что с того? По крайней мере, после долгих обсуждений они остановились на том, что Руби будет ждать до того, как Вайсс снимет пальто. Как всегда, не имея никакого желания сдерживать свои эмоции, Руби прокрутилась несколько раз вокруг себя прямо с Вайсс в руках, позволяя себе насладиться мгновениями воссоединения после долгих-долгих часов порознь. Но, наверно, больше всего ей нравилось видеть искреннюю улыбку своей девушки, ее голубые глаза, только внутри дома позволяющие себе искру радости, ее руки, свободно обнимающие ее за шею… А может, просто то, как Вайсс могла расслабиться в ее руках — совершенно не обращая внимания на то, что она находилась в воздухе, в чужих руках и в достаточно маленькой прихожей. — Итак, что мне стоит сказать сегодня… — протянула Вайсс, дождавшись, пока ее личный экспресс все же остановится на месте. — Ты прекрасна, словно солнечный луч в отражении водопада? Мою любовь к тебе можно сравнить с важностью целого мира так же, как небо сравнимо с землей? — Не могу поверить, что этим ты занимаешься на работе, — усмехнулась Руби. — Только по пути туда и обратно, — Вайсс пожала плечами. — А во время нее я отвлекаю, верно? — брюнетка ну никак не могла удержаться от широкой улыбки. — Если мы обе это знаем, то мне не стыдно, — парировала Вайсс. — Если я буду мечтать об одной очень симпатичной девушке во время встреч и заполнения договоров, то я… Ну, да, сделаю примерно ничего. Это, безусловно, будет достаточно приятным времяпрепровождением, но и достаточно бессмысленным. — Иногда все же так делаешь, м? — Без комментариев, — Вайсс чмокнула свою девушку в щеку. — А теперь я попрошу тебя произвести перенос меня в более подходящую локацию и уложить. — Так быстро? — Руби в шутку надула губы. — Сорок часов из последних сорока восьми я провела на работе, — пробурчала беловолосая. — И моя спина прямо сейчас меня убивает. — А сразу сказать?! — Я же ведь не умираю в прямом смысле, ну. — Не то чтобы я не могу найти слов… — Руби быстрым шагом направилась в зал, очень стараясь не трясти свою ценнейшую ношу. — А, не могу. Ну ладно. Но ты иногда заходишь слишком далеко в том, чтобы радовать меня в ущерб своим желаниям. Вайсс была с превеликой осторожностью уложена на диван. Под внимательным взглядом Руби девушка медленно вытянулась — мешавшая ей подушка была в одно мгновение удалена брюнеткой из пространства комнаты — и довольно выдохнула, раскидывая руки. — О боги, ты просто лучшая, Руби… — Да, что-то такое я слышала, хех, — Руби с улыбкой подняла взгляд к потолку. — Может… М-м-м… Массаж? Слегка порозовевшая Вайсс смерила ее своими голубыми глазами, в которых мелькнула задумчивость. — Э-э-э… Ну… — Вайсс смущенно кашлянула в кулак. — Моя спина правда жутко болит. — …По-настоящему массаж? — уже гораздо тише спросила Руби, стрельнув взглядом в сторону. — Это предложение я с превеликим удовольствием приму, но чуть позже. — Ах да! Вайсс улыбнулась уголками губ, наблюдая из-под полуприкрытых век, как вихрь алых лепестков начал метаться по их квартире. Помимо чисто эстетически приятного зрелища, он также предоставил беловолосой девушке: их любимый желто-черный плед, подаренный Янг, новую подушку, которую можно было подложить под голову, один из предпочитаемых Вайсс фруктовых салатов — на столик рядом, приглушенный свет люстры… И, наконец, саму себя. Руби, как очень умелая и опытная Охотница, давно освоилась с своим Проявлением и его использованием — и Вайсс очень ценила это. Но если бы Руби занимала свое законное место за ее спиной, приобнимая ее сзади и позволяя уложить голову на свою руку, через обычные, долгие и медленные движения… Вайсс тоже не была бы сильно против. Легендарная героиня войны, Охотница и член совета директоров ПКШ с наслаждением распустила хвост, выкинув резинку на столик, поудобнее устроилась на подушке — и руке своей девушки, переплела вторую ее руку со своими, маленьким глифом переключила канал телевизора на один из их любимых, где сейчас обсуждались преимущества использования ледяной Пыли в доменных печах, закинула свои ноги на ноги Руби и удовлетворенно закрыла глаза. — Так вот, возвращаясь к теме, я желаю радовать тебя, — проговорила Вайсс. — И не вижу в этом никаких проблем. Никогда не увижу. — Как думаешь, Янг и Блейк тоже об этом спорят? — Руби погладила свою возлюбленную по волосам. — Хочешь лаконичный ответ или самокритичный? — А романтичный можно? — Я тебя люблю. — Но это не ответ… — Ну и вот и не задавай лишние вопросы. — Справедливо… Тогда самокритичный. — Я… не так уж сильно уступаю в упрямстве Янг. А вы с Блейк хоть и не такие, но тоже всегда имеете свое мнение, особенно по поводу выражения наших взаимных чувств. И учитывая все то, через что мы прошли, наш уровень взаимных переживаний друг за друга абсолютно всегда будет зашкаливать, но у нас с Янг — еще больше, потому что мы дольше будем упрямиться, играя в вашу пользу. — И правда, сложно с вами, — хихикнула Руби. — Но ведь за то мы вас и любим. Ну, не только за это, конечно, еще много-много причин… — А мы любим вас за то, что вы можете выражать свою любовь действиями, когда не находите слов, — Вайсс, все еще не открывая глаз, поцеловала руку своей девушки. — Да и вообще используете это чаще слов… Хм… — она осторожно погладила руку Руби. — Я не помню у тебя этой царапины. — Вчера щепка дерева прилетела… Когда Невермор прилетел в дерево после моей пули, — Руби пожала плечами. — Да ладно, через пару дней и следа не останется, ты же знаешь. Вайсс тяжело вздохнула и покачала головой. — Ты чего? — У тебя есть что-то, обо что я могу стукнуться головой? — Во-первых, я не могу позволить тебе это сделать, во-вторых… разве что моя рука. Вайсс, будучи верной своим словам, шлепнула себя по лбу рукой брюнетки. — Ну дура я, что сказать? — Сказать, что ты — не дура, — Руби мягко поцеловала ее в шею. — Что бы там ни было. — Забыла я! — Вайсс цыкнула языком. — Заработалась. Ты тут на руках меня носишь, обхаживаешь как королевскую корону на бархатной подушечке… А ты ведь сегодня утром с миссии прилетела. Жизнью рисковала, выполняла работу, а я что? Завалы бумажной работы в офисе разбирала… — она поникла. — Ты лучше всех знаешь, что как раз я жизнью практически не рискую, — тихо ответила Руби, прижимая Вайсс к себе покрепче. — Мне стоит лишь подумать о тебе, твоем образе… Вспомнить что-то о том, что мы разделяем… И мое главное оружие против Гримм работает безукоризненно. — Да знаю я… — беловолосая снова вздохнула, поглаживая руку Руби. — Но как ты знаешь… — …Ты упрямая. И ты будешь обо мне волноваться, — закончила за нее Роуз. — Но хочу заметить, что чисто технически по важности наши работы не так уж сильно различаются, да и, судя по всему, ты пострадала даже больше, — усмехнулась она. — Да уж, с Гримм сражаться определенно проще, чем с бюрократией. — Ну, в любом случае, еще неделю назад мы договорились, что работаем в авральном режиме ради нашей первой годовщины… — мечтательно проговорила Руби. — Я готова простить все вплоть до того, что ты забудешь обнять меня в качестве «доброго утра». — На столь подлые и беспочвенные инсинуации я могу и обидеться. — Эм-м-м… Я люблю тебя? — Ответ не самый оригинальный, но он меня полностью устраивает, — улыбнулась Вайсс. — К сожалению, я сейчас не совсем в состоянии… Тебя не затруднит самой наклониться ко мне и нормально поцеловать? — Совершенно не затруднит, о моя прекрасная леди! Спустя еще несколько приятных, но слишком быстро закончившихся минут Вайсс уже чувствовала себя гораздо лучше и, возможно, где-то на краю восприятия слышала пение птиц и ощущала аромат распускающихся прямо сейчас цветов. Хотя, возможно, это, как и обычно, была Руби с ее вечными лепестками роз. Это Вайсс тоже вполне устраивало. — Кстати, я еще вспомнила… — протянула Руби, машинально перебирая белые пряди своей возлюбленной, теперь переместившей свою голову к ней на грудь. — Нам надо пройтись по магазинам. Традиция! — Даже если ты поклянешься мне на ремонтном наборе для Кресент Роуз, я не поверю, что мы не сможем купить все, что нам нужно, уже там, в Менаджери. — Ну, сестра говорила, что как минимум процесс выбора нового купальника — процесс воистину сакральный и так просто нельзя… — Руби пожала плечами. — А я считаю, что просто подобрать удобный купальник — дело, не стоящее традиций и более чем получаса времени, — Вайсс была готова сражаться за то, чтобы никуда не двигаться со своего места даже просто в перспективе. — Только удо-о-обный? — улыбнулась Руби. — Никакой купальник не сделает тебя красивее, чем ты есть… А тебя в виде «как есть» вижу только я. Стоит ли тратиться на очередной предмет одежды, который точно проживет до вечера, а после… ну, как повезет. — Теперь ты тоже говоришь в стиле Янг, — брюнетка усмехнулась. — Даже из ее уст иногда звучит истина, что тут сказать. Но ладно, ладно, так и быть, в конце концов, я же не хочу опозориться, будучи увиденной с девушкой в купальнике какой-то старой и ненужной никому коллекции? — Если бы я не чувствовала биение твоего сердца, — практически пропела Руби, — то я бы даже почти поверила в эту реплику. — Хорошо, мы сходим в тот бутик, который нам советовала Коко, и выберем тебе такой купальник, от которого у всех окружающих начнутся инфаркты. Обязательно. Но завтра, — Вайсс, приобняв девушку, устроилась поудобнее. — Конечно. Хочешь, я… Ну… Еще поговорю о чем-то? — М-м, не сегодня, — пробормотала Вайсс. — Просто… Просто побудь со мной. Ничто иное не сделает мой сон лучше. — Даже если я тебе приснюсь? — Ладно, ты нашла лазейку. — Да, я молодец, — покивала Руби, аккуратно поглаживая свою девушку по спине. — Сладких снов. — И тебе, — шепот Вайсс был едва слышен. — Люблю… тебя… У Руби Роуз было множество любимых звуков: обещающих радость, азарт, иногда даже адреналин или просто до жути вкусный завтрак. Но самым любимым, как она давно уверилась, был один: спокойное расслабленное дыхание Вайсс Шни, уснувшей в ее руках. Когда она могла позволить себе провести часы, слушая это… Охраняя ее. Пусть даже зная, что все будет хорошо. С другой стороны, сам факт того, что они могли уснуть вместе, в своей собственной квартире, с четким представлением будущего счастливого завтра, и был ее определением высказывания «все будет хорошо».